авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |

Региональная идентичность в европейской россии

-- [ Страница 8 ] --

Закономерные тенденции формирования региональных культурных контрастов в характере транстрадиционной, а также традиционалистской РИ могут быть объяснены как результат наложения двух пространственных макроструктур: 1)фундаментального градиента Север Юг с большей степенью традиционности и «пассионарности» на Юге и с тенденцией (не всегда реализуемой) усиления идентичности в этом направлении и 2)структуры периферия полупериферия центр, элементы которой различаются по роли традиции, по соотношению местных и неместных факторов. На них накладываются региональные мезоструктуры, связанные с различиями в силе и роли традиционализма.

Для внешнего наблюдателя не всегда очевиден культурный смысл регионов, существующих на базе современных административных областей. Однако неформальный характер, например, Тамбовского края подтверждается вышеупомянутым региональным символом «тамбовский волк». В группах экспертов выявлено несколько десятков значений понятия «тамбовский волк» или связанных с ним ассоциаций: «благородный русский геральдический зверь»(м.,29л.,журналист), «ответственный, строгий, злой волк» (ж.,шк.,15л.), «волка ноги кормят» (ж,н.о,65л.), «…значит – не бездельник» (ж.,н.с.о.,64г.), «тамбовский волк – это я»(м.,ст.,20л.), «это человек, который вырос в Тамбове, патриот Тамбова и несёт какие-то важные черты тамбовской местности»(м.,шк.,16л.), «сильный, смелый, преданный, способный вести за собой «стаю», стремящийся к высокому, т.е. «луне» как бы»(м.,шк.,16л.), «тамбовчанин, который любит свой город и готов отстаивать свою любовь»(ж.,шк, 16л.) и т.д. Наряду с этим существует и совсем иное, в т.ч. негативное, понимание этого символа: зверь – обитатель тамбовских лесов, товарный знак, враг, преступник, нехороший, ненадёжный человек и др. Положительные значения увязываются с распространением в прошлом в Тамбовской губернии не крепостных, а государственных крестьян, с коллективизмом и свободой личности, с «сопротивлением при «антоновщине», с успешной трудовой конкуренцией, отрицательные – с грубостью (или грубоватостью), резкостью, хамоватостью, агрессивностью, недипломатичностью. Негативные значения данного символа у «местных» в Тамбовском крае нередко являются «оборотной стороной» положительных значений, за пределами Тамбовского края чаще распространены однозначно негативные значения. В целом, уроженцы других территорий, укоренившиеся в Тамбовской области, в значительной степени по отношению к образу «тамбовского волка» отличаются от «местных». Фиксируется зона относительно активной (отчасти – положительной) реакции на образ «тамбовского волка» (Елец; Пензенская обл., особенно Нижний Ломов; отчасти Богородицк и Плавск), переходящая в зону незнания, недоумения и резко негативной трактовки (Тула, Новомосковск, Алексин).

Интересный аспект РИ– выявление и оценка жителями городов своих черт характера и образа жизни, нередко – негативная. Здесь, по данным анкетирования экспертов (учитываются распространённые позиции), в направлении от юга к центру и северу происходит переход от эгоизма, «жлобства», трудолюбия и сообразительности (Новохопёрск, Борисоглебск), сначала к коллективизму, агрессивности, нахрапистости, дерзости и угрюмости (Тамбов), затем к пьянству (Мичуринск), любопытству, завистливости, терпеливости и пьянству (Богородицк), замкнутости, завистливости, злопамятству (Нижний Ломов), далее – к сердобольности (Сердобск), мягкости, доброте (Моршанск, Балашов), доброжелательности и завистливости (Плавск), предприимчивости, прижимистости, открытости, лени и доброте (Новомосковск, Тула), затем – к прагматичности («куркули»), доброжелательности, любви к сплетням (Арзамас, Муром), севернее – к доброте и инертности (Кострома), севернее – к суетливости, беспокойности и трудолюбию (Галич). Фиксируются барьры: воронежско-тамбовский, связанный с переходом от «эгоизма» к «коллективизму», и галичско-костромской - переход от «инертности» к «активности»; «добрая» территория – Арзамас, Балашов, Моршанск, Муром, Пенза, Сердобск, «злая» - Нижний Ломов, Тамбов (происходит дифференциация тамбовской идентичности на собственно тамбовскую и моршанскую). Жители Новохопёрска оцениваются как «злые» только неместными.

Другие примеры пространственной рефлексии (эксперты) показаны на табл. 15.

Таблица 15. Оценка своей местной общности в сравнении с соседями (в % %, столбцы)

Жители поселений Оценка местной общности позитивная Оценка местной общности негативная Оценка местной общности неоднозначная Местная общность оценивается как не имеющая специфику Насмешек соседей нет Насмешки соседей есть в т.ч. над поведением В т.ч. над говором
Череповец 22 7 18 44 0 0 0 0
Галич 27 0 9 18 45 18 18 0
Кострома 0 25 12 25 12 38 6 32
Муром, Школьники 17 4 0 25 67 12 0 8
Муром, Местные 17 0 17 0 33 16 0 16
Муром, Неместные 0 25 0 0 25 25 25 0
Арзамас 5 0 16 37 53 16 5 11
Балашов 16 0 6 32 58 13 10 3
Борисоглебск 22 25 18 9 15 22 7 15
Новохопёрск, местные 7 0 21 43 50 14 14 0
Новохопёрск, неместные 11 44 33 0 22 33 0 33
Тамбов, Школьники 32 5 27 9 32 41 14 27
Тамбов, местные по убеждению 38 24 38 0 38 38 25 13
Мичуринск 15 21 19 17 21 36 13 15
Моршанск, школьники 25 0 13 6 25 31 19 6
Моршанск, Местные 9 6 16 25 16 34 3 13
Моршанск, Неместные 0 0 29 29 43 14 0 14
Моршанский район, села 15 0 0 20 50 0 0 0

Ещё один пример самоидентификации, также по данным анкетирования экспертов, - отношение к анекдотам об Урюпинске. При приближении к Урюпинску растёт доля относящихся к этим анекдотам положительно (Балашов – 14%, Борисоглебск – 20%, Новохопёрск – 32%). На определённом расстоянии от Урюпинска формируются зоны: активного знания этих анекдотов при распространении и позитивного, и негативного отношения к ним (Тамбов, разные категории экспертов); переходная (Моршанск; Пензенская обл.); зона, где не знают эти анекдоты и сам Урюпинск (Мичуринск, Тульская обл.). «Анекдоты об Урюпинске – перлы недалёких умов» (Нижний Ломов, ж., 27л., журналист).

Фиксируется приблизительно одинаковая величина ощущаемого давления и конкуренции со стороны других территорий – порядка 11-13% %. Практически везде доминирует ощущение давления со стороны Москвы, но кроме Костромы и Тутаева, где преобладает мнение о давлении со стороны Ярославля (соответственно, 7% и 9% всех респондентов). В Ярославле давление Москвы ощущают 10,8% всех респондентов, в Рыбинске 6,9%, в Воронежской области 4,7%, в Костроме 2,3%, в Тутаеве 1%. В Тамбове распространено мнение о давлении со стороны Москвы, а также Липецка: «Политики из Москвы приватизируют тамбовские предприятия и организации» (м., шк., 16л.); «Сейчас по всей области много товаров липецкого производства; строительство по области осуществляется многими московскими строительными организациями» (ж., раб., 15л.).В то же время мнение о давлении со стороны Кавказа на момент проведения опросов было слабо распространено. 0днако характерно, что ощущение давления со стороны Кавказа усиливается по направлению именно с севера на юг: Вологодская обл. – практически нет; Костромская обл. – 0,24%; Ярославская обл. – 1,2%, Воронежская обл. – 1,8%.

V.4. Для региональной идентичности характерна своеобразная динамика, связанная с упорядоченной ответной реакцией социума на разрушение его «культурного генотипа» и описываемая известной формулой А. Дж. Тойнби: «Наиболее стимулирующее воздействие оказывает вызов средней силы» (1991, с.212); «чрезмерная суровость вызова определяет задержку роста цивилизации, вплоть до гибели» (там же, с.181182). Вышеуказанная зависимость характерна и для взаимосвязи интегрального индекса РИ и разрушения ядра традиционной культуры (описываемого характеристикой «природного патриотизма», согласно табл.2), и для взаимосвязи РИ, основанной на поддержке местных «зелёных» движений, с воспринимаемым уровнем деградации среды (мнением респондентов о наличии влияния загрязнённой среды на их здоровье). Реакция на осознание экологической катастрофы и разрушение ядра традиционной культуры является во многом единым импульсом к попытке преодоления культурно-экологической катастрофы и как бы сама носит катастрофный характер (катастрофы - скачкообразные изменения, - ответ системы на плавное изменение внешних условий, В.И.Арнольд).

Разрушение ядра традиционной культуры в определённых рамках стимулирует усиление РИ, но при дальнейшей его деградации резко ослабевает и РИ в целом. Аналогично, деградация «своей» (с точки зрения местных жителей) среды обитания лишь до определённых пределов стимулирует способность РИ продуцировать защитные, экофильные тенденции, и при угрозе её исчезновения (субъективной и объективной) – вопреки экономическому и общенаучному «принципу редкости» - действует уже как «антистимул», вызывая своеобразную экологическую, а также культурную депрессию, за счёт чего деградирует прежде всего транстрадиционная РИ и развиваются маргинальные формы РИ: «после страха – апатия»; в условиях наихудшей (с точки зрения самих людей) экологической обстановки подавляющее большинство жителей перестаёт поддерживать местные экологические движения, в других случаях весьма высокий уровень загрязнения сопряжён с мнением о благоприятной экологической ситуации и отторжением местных «зелёных».

Разрушение среды обитания и культурного ландшафта способствует разрушению РИ: чем субъективно грязнее среда обитания, тем ниже уровень местного самосознания.

Ядро традиционной культуры и РИ целом разрушено в Костроме. В Твери разрушение ядра традиционной культуры сопровождается повышенным значением одних показателей РИ(просвещённый патриотизм) и пониженным других («любовь»). В то же время в Череповце, при деградации транстрадиционной РИ (ввиду его ускоренного развития как бы на пустом месте в ходе индустриализации как межрегионального центра), активно развивается «антагонистичные» надтрадиционная и традиционалистская РИ.

Ослабление РИ обычно связано с увеличением размеров пространства, с которым идентифицируют себя индивиды (связь с малой родиной становится менее интимной, более формальной). Всё же существующая РИ - более духовный, чем материальный феномен - обнаруживает большую устойчивость, чем запечатлённое в ландшафте материальное культурное и природное наследие. В составе РИ более устойчива традиционалистская РИ. Транстрадиционная РИ более устойчива, где возможна связь с традиционалистской РИ.

V.5. Региональная идентичность не имеет тенденции однозначного усиления или ослабления в какой-либо возрастной группе, каждая из них является лидером по какому-либо параметру (группе параметров) идентичности. Не подтверждается мнение об угасании региональной идентичности в более молодых возрастных группах, как полагают многие авторы (например, А.Л. Андреев, 1999). Реально существует более сложная, неоднозначная картина (судя по массовым опросам в Вологодской области -см. табл.16).

Таблица 16. Показатели региональной идентичности в разных возрастных группах, у мужчин

Показатели региональной Идентичности, в %% Группа до 30 лет Группа 30-60 лет Группа старше 60 лет
Гордость за Россию («брутто») 51,7 46,4 61,5
Необходимость сохранения различий в специфике внешнего облика городов 57,5 60,1 53,5
Любовь к родному городу, краю 57,5 70,9 80,8
Просвещённый патриотизм 5,1 3,1 4,7
Природный патриотизм 28,8 55,3 71,1
Внеэкономизм мышления 8,1 22,2 19,2
Субэтничность 13,9 23,1 37,6


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.