авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |

Региональная идентичность в европейской россии

-- [ Страница 1 ] --

Российская Академия Наук

Институт географии

На правах рукописи

КРЫЛОВ Михаил Петрович

РЕГИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ

Специальность 25.00.24 – экономическая, социальная и политическая география

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени

доктора географических наук

Москва 2007

Работа выполнена в Институте географии Российской Академии наук и Федеральном государственном научно-исследовательском учреждении «Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачёва» Федерального агентства по культуре и кинематографии

Научные консультанты: доктор географических наук, профессор Ю.А. Веденин доктор географических наук В.А. Колосов
Официальные оппоненты: доктор географических наук Ю.Г. Липец доктор географических наук Л.В. Смирнягин доктор географических наук, профессор А.И. Чистобаев

Ведущая организация: Федеральное государственное научно-исследовательское

учреждение «Российский институт культурологии»

Защита состоится 30 марта 2007 г. в 1400 часов на заседании диссертационного совета

Д.002.046.01 по специальности 25.00.24 «экономическая, социальная и политическая география» при Институте географии РАН по адресу: 119017 Москва Старомонетный пер., 29; факс (495) 9390732

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института географии РАН

Автореферат разослан ___ февраля 2007 г.

Учёный секретарь диссертационного совета,

кандидат географических наук

Т.А. Галкина

Актуальность темы. Понятие «идентичность» в настоящее время считается наиболее общим и универсальным в круге понятий, которые описывают совокупность качественных и количественных характеристик, сопряжённых со специфичностью какого-либо данного культурного или географического (в понимании Л.С.Берга) индивида. Известны близкие к понятию идентичности русскоязычные понятия – самобытность, «особость», своеобразие (эти термины употребляли ещё в ХIХ в.А.П. Щапов, Н.И. Костомаров и др.), -которые, однако, не являются полными его синонимами. Местная специфика, географическая индивидуальность связаны с представлениями и самосознанием людей, проживающих на данной территории, и отражаются понятием «малая родина». Всё это должно войти в представления самой науки. Для России не всегда очевидно существование именно региональной идентичности. Это связано с очевидной культурной однородностью России и некоторыми из трактовок особенностей природы Русской равнины, с исторически возникшей развитостью русской (российской в целом) идентичности, меньшей оформленностью в ней «исторических провинций» (по П.Н. Милюкову, П. Савицкому и др.), с представлениями о русском народе как о народе-кочевнике, имеющем склонность к перманентной колонизации. Не очевидно существование территориальных контрастов в особенностях проявления региональной идентичности. Традиции А.Д.Градовского – М.П.Погодина – В.С.Соловьёва и Н.И. Костомарова – А.П.Щапова давали противоположные ответы на вопрос о региональной идентичности в России.

В настоящее время идентичность микро- и макросоциальных систем обычно рассматривается не столько как признак их застойности, стагнации или слабости, сколько как признак их долговременной результативности, внутренней мощи, своего рода пассионарности. Это - один из важнейших признаков современного, «нормального» общества. В «географической расчленённости» нередко видится одна из важнейших причин возникновения в Западной Европе общества современного типа. (В.А. Мельянцев). Региональная идентичность (местное самосознание) – самоидентификация населения в связи с территорией - исходное в ряду, который включает самоорганизацию и самоуправление - важнейшие из «пусковых механизмов» трансформации России. Понятие родины, отношение «я – ты» - центральные в духовном слое деятельности человека (В.П. Зинченко, 2006).

Выделяются региональная идентичность (РИ) как результат процесса и региональная самоидентификация населения - как сам процесс.

Региональная идентичность местных общностей и слагающих эти общности групп индивидов отражает в сознании людей местную географическую специфику. Понятие «местная специфика» широко применялось в трудах Л.Е. Иофы, Б.Б. Родомана, Ю.А. Веденина, Г.М. Лаппо, Е.Е. Лейзеровича, А.И. Левинтова, Л.В. Смирнягина, также В.Л. Глазычева, но в целом в отечественной экономической географии ограниченно. Опыт изучения российской региональной идентичности на конкретных территориях весьма незначителен, в нём нет теоретических обобщений. Не изученным остался вопрос о возможности сравнения РИ на разных территориях, а также о «силе» РИ. Поэтому актуальным направлением общественно-географических исследований для России является разработка научных основ изучения региональной самоидентификации населения и выявление региональной идентичности местных общностей.

Объект исследования – население ряда областей Европейской России, без национально-территориальных образований. Предмет исследования – отношение людей к месту проживания и к соседним территориям.

Цель работы - разработка научных основ географического изучения региональной самоидентификации населения.

Задачи:

1)определение концепции региональной самоидентификации населения, исходя из анализа исторических, философских и методологических предпосылок;

2)разработка и экспериментальная проверка эффективности методического инструментария на избранном модельном полигоне;

3)выявление и сравнительный анализ функционального многообразия и пространственной структуры процессов региональной самоидентификации и форм региональной идентичности в Европейской России.

Информационная база исследования, модельный полигон (см. рис. 1). Использованы материалы массовых опросов в Вологодской, Воронежской, Ярославской и Костромской областей (2002 – 2003 г.г.; выборки квотные, метод опроса – личные интервью; вопросники и программа исследования разработаны автором; всего 3050 респондентов), а также массовых опросов в г. Тверь (2001, ТверьЦИОМ; вероятностно-квотная репрезентативная выборка семей, личное интервью, объём 510). Обследования были проведены на базе Вологодского НКЦ ЦЭМИ РАН, Института общественного мнения «Квалитас» (Воронеж), Исследовательской компании «Социс» (Ярославль), при сохранении нашего авторства.

Проведёно анкетирование лиц, активно интересующихся местными проблемами («активного меньшинства»). Это - та неформальная группа, которая демонстрирует определённую установку на личностную ответственность за судьбу города, при этом не «участвующая во власти». Эксперты проанкетированы с помощью работников библиотек, музеев, местных СМИ, школ, вузов (800 анкет, разработанных автором ; 2001 – 2004 г.г.), в 23 городах - в Галиче, Череповце, Ярославле, Костроме, Нижнем Новгороде, Муроме, Арзамасе, Воронеже, Тамбове, Мичуринске, Моршанске, Ельце, Балашове, Пензе, Сердобске, Нижнем Ломове, Борисоглебске, Новохопёрске, Алексине, Богородицке, Плавске, Туле, Новомосковске, - а также сельской местности Моршанского района.

Совокупность пунктов («ключей»), отобранных для проведения массовых опросов в пределах модельного полигона, оказалась пространственно репрезентативной, чтобы описать ареалы, жители которых обладают чертами «ярославцев», «воронежцев» и т.д. – в характерных для региона поселениях, различающихся по социальному статусу и историческому облику. В рамках модельного полигона в целом выражен пространственный градиент «Север – Юг», а также позиционные эффекты (удаления от Москвы и другие).

Использованы картографические материалы из работ историков, прежде всего Ю.В. Готье, В.А. Кучкина и С.Б. Веселовского, архивов ВЦИОМ и РАН, а также данные ЦНИИПградостроительства о социально-культурном потенциале городских агломераций.

Методология исследования. Учтены классические работы, в которых местная специфика отражается в преломлении к жизни людей, населяющих конкретные территории, в частности, наследие В.П. Семёнова-Тян-Шанского, прежде всего - «Россия. Полное географическое описание нашего отечества», идея Н.Н. Баранского о «Большой географии СССР», книги Ф. Броделя, в т.ч. - «Что такое Франция». Для диссертации важны исследования отечественных и зарубежных учёных по проблемам идентичности – Э. Эриксона, Н.М. Лебедевой, В.А.Тишкова и др., М.Г. Рабиновича - по этнографии городов России, З.В. Сикевич - по социологии России. Необходимо также упомянуть работы по методологии науки А.А. Любищева, Ю.А. Шрейдера, М.К. Петрова, Б.Ф. Поршнева и др., классические работы М. Вебера (о сущности города, о соотношении духовного и материального и др.). Особое значение имеют исследования культурного ландшафта Ю.А. Веденина, работы Г.М. Лаппо, посвящённые комплексному изучению городов.

Структура взаимодействий и пространственно-временные отношения в геопространстве рассматриваются в свете трудов Ф. Броделя и И. Валлерстайна, а также учёных отечественной географической школы: Д.Л. и А.Д. Армандов, Н.Ф.Глазовского, И.М. Забелина, В.А. Пуляркина, В.В. Покшишевского, А.Ю. Ретеюма, Б.Б. Родомана, Л.В. Смирнягина, А.И. Трейвиша, А.И. Чистобаева, В.А. Николаева, Н.С. Мироненко, Т.Д. Александровой, А.И. Алексеева, С.С. Артоболевского, Г.А. Гольца, А.Г. Исаченко, В.А. Колосова, Г.Д. Костинского, Е.Е. Лейзеровича, А.А Лютого, О.С. Пчелинцева и др. Учитывались работы по социальной философии В.А. Лекторского, А.А. Гусейнова, В.Г. Федотовой, В.А. Мельянцева, В.Л. Иноземцева, по антропоэкологии и методологии исследования социальных проблем природопользования В.П. и Т.И. Алексеевых, Г.А.Приваловской, Б.Б. Прохорова.

Авторская позиция – в приоритете конкретики и многообразия реального пространства над пространством «идеального типа». Невозможно адекватное познание России, минуя уровень регионов (ср.: «Россия - северная крепостническая страна»). Лесной «хозяйственно-культурный тип» для русских должен быть дополнен лесостепным и степным.

Научная новизна. Разработана и апробирована система понятий, описывающая феномен региональной идентичности. Впервые предложена и реализована система показателей, характеризующих этот феномен применительно к реалиям современной Европейской России. Доказано, что региональная идентичность является вполне осязаемым, количественно фиксируемым феноменом, к которому применимы методы сравнительного анализа. Был проведён эксперимент, результаты которого позволили выявить элементы концептуальной модели РИ. Предложен научный язык для изучения феномена РИ.

Ограничения (для результатов) связаны с сохранением (пока) «критического запаса» материального наследия в ландшафте изучаемой территории - невидимой подпитки РИ.

Распространение ряда положений и выводов, полученных на территории модельного полигона, на социум Центральной и Европейской России обусловлен общецивилизационной социокультурной однородностью России (реальность первого порядка), в рамках которой существует изучаемый в работе контраст регионов и поселений (реальность второго порядка). Изучение модельного полигона позволяет говорить о существовании вариантов социокультурных ситуаций, которые возможны в регионах вне данного полигона.

Практическое значение работы. Исследование было поддержано тремя индивидуальными грантами РФФИ (№97-06-80101; №01-06-80362; а также экспедиционный грант №01-06-88025). Вопросники-анкеты, предназначенные для проведения массовых опросов и для экспертов, могут быть использованы в других регионах. Исследование было взято за основу при разработке теории экономического измерения результата природоохранных мероприятий (Р.Г.Хлебопрос, А.И.Фет, 1999, с.87). Оно интересно и для таких новых направлений исследований, как регионоведение, россиеведение, украиноведение, рязановедение, тамбововедение и т. д., для краеведения и реформ административно-территориального устройства, местного самоуправления, различных стратегических разработок, посвящённых российской идентичности, национальной идее и др. Диссертация может быть полезна для разработки механизмов формирования у населения ответственности и заинтересованности в сохранении культурного и природного наследия. Материалы диссертации использованы в авторском курсе «Страноведение России».

Апробация работы. Результаты работы докладывались автором, начиная с 1992 г., на 27 научных конференциях, в т.ч. на международных: «Этносы и природа» (Словакия, Попрад, 1995); «100 лет «Политической географии Ф. Ратцеля» (Италия, Триест, 1997); «Проблемы устойчивого развития» (МГС - РГО, Барнаул – Горный Алтай, 2003); а также на 5 и 6 Конгрессах этнографов и антропологов России (Омск, 2003; С.-Петербург, 2005), на 12 съезде РГО (2005), на конференциях Научного Совета по истории мировой культуры РАН, на 17,19 и 20 сессиях экономико-географической секции МАРС (2000, 2002, 2003).

Публикации. По теме опубликовано 40 научных работ общим объёмом свыше 21 авторских листа, без соавторства, том числе 5 статей в рецензируемых журналах, из них 2 - в разделах «теория и методология» (Социологические исследования, Известия РГО).

ОСНОВНЫЕ ЗАЩИЩАЕМЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ.

I. АНАЛИЗ РЕГИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ОСНОВАН НА ОПРЕДЕЛЕНИИ ВАЖНЕЙШИХ ПОНЯТИЙ И ИСТОРИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ПРЕДПОСЫЛОК.

I.1. Система понятий, описывающая феномен региональной идентичности (РИ) с учётом современных реалий Европейской России. В литературе, включая зарубежную, используется множество значений термина РИ: местные достопримечательности, самобытность территории, принадлежность территории какой-либо традиции, специфичность территории, знание своей территории (особенно знание пространственно-географическое), местное самосознание, местное пространственное самосознание, местное этническое самосознание, сепаратизм, самосознание в рамках конструируемых регионов.

Исходное определение РИ, принимаемое в работе: региональная идентичность - это системная совокупность культурных отношений, связанная с понятием «малая родина». РИ сопряжена с понятиями «культура укоренённости» и «укоренённость», предполагает развитую пространственную рефлексию.

Выдвинут принцип дополнительности культуры мобильности и культуры укоренённости. Во-первых, доминирующий ныне исследовательский акцент на мобильность должен быть уравновешен вниманием к «противоположному полюсу» - укоренённости. Во-вторых, в РИ может сочетаться укоренённость с пространственной мобильностью. В-третьих, повышенная укоренённость может иметь следствием большую динамичность и интенсивность развития в соответствующих поселениях и регионах, что в конечном счёте стимулирует разнообразную (не обязательно пространственную) мобильность. Необходимо преодолеть существующее ныне противоречие в трактовке прогрессивности мобильности и укоренённости и, в частности, противоречие между германской и американской традициями. Если в первой из них предпочтение отдаётся укоренённости, оседлости перед пространственной мобильностью (Гегель, Ратцель и др.), то для второй характерен однозначный приоритет пространственной мобильности перед укоренённостью (Р. Парк, Дж. Сантаяна). В работе выдвинута альтернатива доминирующей тенденции связывать личностное начало исключительно с мобильностью, в противовес укоренённости, а укоренённость рассматривать как препятствие для свободы (ср.: Баньковская, 2006; также: В.И. Мильдон, 2005).

Акцент на пространственную мобильность, в противовес укоренённости, содержится в понятии «транскультура», которое описывает ряд феноменов эпохи глобализации. Это понятие предполагает диффузию и разрушение исходных идентичностей, нарушение связи идентичности и самобытности, «ненужность» самобытности территорий (Глобальное пространство культуры, 2005).

Укоренённость связана с «инновационной», интенсивной стратегией реализации территориальных интересов (привлечение ресурсов и институтов региона), мобильность – с «миграционной», экстенсивной стратегией – миграцией на предпочтительную территорию, «голосованием ногами» (ср.: Завалишин, Рязанцев, 2005). Укоренённость предпочтительна для саморазвития региона как целостности, для реализации национальных интересов через территорию и через совокупность регионов. Односторонний акцент на пространственную мобильность в ущерб укоренённости предполагает развитие отдельных «полюсов роста» в ущерб остальной территории.

РИ шире, чем укоренённость. Укоренённость включает в качестве равноправных материальную компоненту, предполагающую физическое нахождение на малой родине, и духовную компоненту, основанную на тесной психологической связи с малой родиной, независимо от того, проживает ли индивид в настоящее время на малой родине. В то же время РИ охватывает широкий спектр отношений, связанных с местным проявлением культуры укоренённости, включая различные маргинальные формы, обусловленные её вырождением, а также с взаимодействием культуры укоренённости с культурой мобильности. Понятие РИ отражает отношение людей к своему современному месту жительства (работы, деятельности); к малой родине, находящейся в другом месте; к другим географическим точкам и ареалам, которые человеку стали духовно близкими (в силу альтруистических и/или бытовых причин).

С региональной идентичностью, по мнению автора, сопряжён и российский патриотизм, хотя он может быть несколько иначе связан со спецификой данной местности.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.