авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

Гражданская правосубъектность физических лиц: проблемы законодательства, теории и практики

-- [ Страница 4 ] --

Большое внимание уделяется также проблемам, связанным с легальным закреплением (в том числе и в зарубежном законодательстве), доктринальным обоснованием и практическим применением категории «место жительства».

Третья глава «Гражданская правоспособность: легальные подходы и доктринальные толкования» посвящена анализу наиболее важных аспектов данной категории, а также особенностей закрепления, осуществления и охраны субъективных прав, составляющих ее содержание.

В первом параграфе «Возникновение и прекращение гражданской правоспособности: новые аспекты» рассматриваются научные и практические проблемы, связанные с определением начального и конечного моментов гражданской правоспособности, а также с признанием гражданина безвестно отсутствующим и объявления умершим. Как известно, определение начальных и конечных моментов гражданской правоспособности не претерпело в ГК РФ каких-либо изменений ( п.2 ст. 17 ГК РФ), и в данном случае проявленный законодателем консерватизм вполне оправдан. Однако, в современной литературе появилось сообщение о разработке законопроекта, по-новому определяющего моменты возникновения и прекращения правоспособности физических лиц10. На основе проведенного исследования в работе формулируется вывод о нецелесообразности связывать, как предлагают разработчики данного законопроекта, возникновение правоспособности с моментом зачатия, поскольку, во-первых, этот момент устанавливается лишь приблизительно; во-вторых, нет однозначного ответа на вопрос, с какого момента возникает человеческая жизнь; в-третьих, недопустима ситуация, при которой граждане будут регистрироваться в качестве субъектов права в разных состояниях: либо в качестве эмбрионов на разных стадиях беременности, либо в качестве родившихся детей; в-четвертых, такой подход не приемлем при использовании методов искусственной репродукции.

Большое внимание уделяется также анализу институтов признания гражданина безвестно отсутствующим или объявления умершим. Автор разделяет положение о том, что решение суда об объявлении гражданина умершим либо об установлении факта смерти лица в определенном месте и от определенного несчастного случая, а также об установлении факта регистрации смерти лица не оказывает влияния на правоспособность гражданина, которая либо прекратилась в момент его смерти, либо сохранилась в полном объеме, если он находится в живых. Это означает, что правоспособность, будучи правовой категорией, неотделима от жизни, являющейся категорией биологической, и, подобно ей, она лишь единожды возникает – в момент рождения гражданина, и лишь единожды прекращается – в момент его смерти.

На основе анализа научных и практических проблем, связанных с объявлением гражданина умершим, автором обосновывается положение о том, что в интересах стабильности и устойчивости гражданского оборота, обеспечения и охраны субъективных прав и законных интересов его участников, следует сократить срок, необходимый (по общему правилу) для объявления гражданина умершим, с пяти до трех лет.

Второй параграф «Содержание гражданской правоспособности и его новеллизация в действующем законодательстве» посвящен общей характеристике обширного круга имущественных и личных неимущественных гражданских прав, признаваемых за физическими лицами. Подчеркивается, что в действующем законодательстве в содержание гражданской правоспособности были включены почти все субъективные права, предусмотренные международными документами, что предоставило гражданам России новые, ранее не признававшиеся за ними правовые возможности и существенно расширило возможности, закрепленные в советском законодательстве, во всех без исключения сферах гражданского оборота. Историческое значение этих преобразований невозможно переоценить, однако, приходится констатировать, что не все закрепленные в законе гражданские права реализуются в полной мере, в том числе право граждан на достойное существование, которое, по словам П.И. Новгородцева, «должно было бы найти место в Символе веры современного правосознания»11. Являясь социально-экономическим по своему содержанию, данное право непосредственно связано с реализацией практически всех субъективных прав, составляющих содержание гражданской правоспособности – права заниматься предпринимательской деятельностью и создавать юридические лица; права иметь имущество на праве частной собственности; права избирать место жительства и др.. Будучи закреплено в ряде международных документов12

, право на достойное существование в полной мере распространяется и на российских граждан, но в настоящее время не находит должного обеспечения и реализации, так как для его полноценного осуществления необходимы соответствующие условия, на создание которых в соответствии с Конституции России должна быть направлена социально-экономическая политика государства ( часть 1 статьи 7).

Проведенный анализ имущественных и личных неимущественных прав российских граждан позволил сделать вывод о необходимости дополнения статьи 18 ГК РФ указанием на конкретные субъективные обязанности, возлагаемые на участников гражданского оборота, так как они являются таким же неотъемлемым элементом правоспособности, как и права.

В третьем параграфе «Личные неимущественные права и другие нематериальные блага в содержании гражданской правоспособности физических лиц» внимание акцентируется на исследовании наиболее важных проблем, связанных с их легальным закреплением и практическим осуществлением. Главное место среди этих прав занимает право на жизнь, определение которого сформулировать объективно невозможно, так как невозможно объединить в цивилистической дефиниции естественно - научные, медицинские, философские, религиозные и юридические конструкции, сочетание которых предопределяет уникальный характер данного права.

На основе проведенного анализа автор формулирует ряд выводов, в том числе вывод о том, что возраст информированного согласия на медицинское вмешательство или отказ от его проведения несовершеннолетних лиц необходимо поднять до шестнадцати лет, внеся соответствующие поправки в Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-113. В этом же законе предлагается закрепить правило о порядке оказания гражданам в возрасте до шестнадцати лет, а также лицам, признанным недееспособным, медицинской помощи, необходимой для спасения их жизни или здоровья, в тех случаях, когда законные представители названных лиц необоснованно отказываются от ее оказания.

Значительное внимание в данном разделе уделяется анализу философско-правовых аспектов права на распоряжение жизнью, то есть права на смерть. Поскольку смерть неизбежна, право на смерть как форма правомочия на распоряжение жизнью является не более чем правом выбрать подходящий гражданину способ и момент ухода из жизни, действуя «своей волей и в своем интересе», в полном соответствии с принципом диспозитивности. Иное решение этого вопроса противоречит конституционному праву на неприкосновенность частной жизни, поэтому автор присоединяется к тем ученым (М.П. Авдеенкова, С.Н. Бакунин, Ю.А. Дмитриев, А. Малиновский, М.Ш. Мукашев, В.В. Набиев, С.В. Тасаков, Е.К.Фомичев, Е.В. Шленева и др.), которые считают, что вопрос о возможности легального закрепления права на эвтаназию требует своего дальнейшего изучения и разрешения с позиции признания за каждым права на достойную смерть как элемента права на достойную жизнь, хотя в литературе отстаивается и противоположная позиция (Н.Е. Крылова, И. Сухинина, Л.Д. Туршук и др.), вплоть до предложения установить запрет на суицид и предусмотреть ответственность за его попытку14.

Анализ личных неимущественных прав позволил выявить и рассмотреть проблемы, возникающих в тех случаях, когда нравственные страдания причинены гражданам действиями, формально не нарушающими ни одно из личных неимущественных прав, закрепленных в ст. 150 ГК РФ. На конкретных примерах из судебной практики автор подчеркивает, что при рассмотрении подобных дел необходимо иметь в виду, что за гражданами России признаются и другие нематериальные блага и неимущественные права, в том числе право на уважение личной и семейной жизни, закрепленное в п.1ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод15. В целях упорядочения судебной практики право на уважение личной и семейной жизни целесообразно закрепить в ст. 150 ГК РФ, что создаст условия для охраны и защиты личных неимущественных прав граждан в тех ситуациях, когда формального нарушения по смыслу норм, закрепленных в ст.ст. 150 - 151 ГК РФ, не имелось. Необходимо также закрепить в ст. 150 ГК РФ право на неприкосновенность изображения гражданина, в том числе материалов фото-, теле-, кино- и видеосъемки, поскольку широкое распространение и доступность технических приспособлений и устройств, позволяющих делать снимки скрытой камерой, без предварительного уведомления и соответствующего волеизъявления снимаемого гражданина создает практически неограниченные возможности для вторжения в частную жизнь личности, нарушения права на ее неприкосновенность.

Четвертый параграф «Актуальные проблемы в сфере имущественных прав физических лиц» посвящен анализу вопросов, связанных с закреплением, реализацией и охраной имущественных прав, составляющих содержание гражданской правоспособности.

К наиболее важным из них относятся проблемы, возникающие в сфере жилищных правоотношений. Речь, в первую очередь, идет о поправках, внесенных в ст. 292 ГК РФ Федеральным законом от 30 декабря 2004 г. «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» № 213- ФЗ16, кардинально изменивших правовой режим прав на занимаемое жилое помещение членов семьи собственника данного помещения. В результате этих поправок их права на жилое помещение автоматически прекращаются в случае отчуждения собственником принадлежащего ему помещения. Предусмотренные в п.4 названной нормы ограничения не способны (за редким исключением) обеспечить охрану прав на занимаемое помещение даже несовершеннолетних детей и граждан, не обладающих дееспособностью или обладающих ею не в полном объеме, поэтому для предотвращения массовых сделок, влекущих утрату названными лицами права на жилые помещения, необходимо незамедлительно вернуться к прежней законодательной конструкции.

Рассмотренная позиция нашла логическое продолжение в Жилищном кодексе РФ, в котором закреплено, что в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным помещением за бывшими членами его семьи не сохраняется, если иное не установлено соглашением сторон (п. 4 ст. 31). Это положение также игнорирует права и законные интересы несовершеннолетних детей и других лиц, которые утратили статус члена семьи собственника, поэтому следует согласиться с З.И. Цыбуленко, назвавшим обсуждаемые положения «классическим примером противоречия норм права нормам морали…»17. На основании исследования соответствия рассматриваемых новелл конституционным нормам формулируется вывод о необходимости совершенствования новой законодательной конструкции соотношения субъективных прав собственника жилого помещения и интересов членов его семьи, в первую очередь, несовершеннолетних и нетрудоспособных лиц, и о закреплении в рассматриваемой норме сохранения права ( вне зависимости от обращения в суд) на занимаемое жилое помещение за бывшими членами семьи собственника в течение срока, необходимого для решения возникших проблем ( не менее шести месяцев).

Рассмотренным новациям, направленным на усиление охраны прав собственников жилых помещений, противоречит положение, закрепленное в абз. 4 п. 2 ст. 687 ГК РФ, устанавливающей порядок, условия и основания расторжения договора найма жилого помещения. Это положение фактически охраняет права и интересы недобросовестных нанимателей в ущерб правам и интересам собственника жилого помещения, поэтому в рассматриваемую норму предлагается внести изменения, сократив срок, в течение которого за недобросовестными нанимателями может сохраняться право пользования занимаемым жилым помещением, с двух с половиной лет до трех месяцев.

Важные проблемы имеются и в законодательном регулировании наследственных правоотношений. В частности, установление седьмой очереди наследования пасынков и падчериц, отчима и мачехи наследодателя ( п.3 ст. 1145 ГК РФ) фактически лишает их возможности наследовать друг после друга при юридическом признании за ними данного права, что не соответствует нормам морали и нравственности, так как отношения между названными лицами, как правило, практически не отличаются от отношений между родителями детьми, поэтому в работе выдвигается предложение рассматривать их в качестве наследников третьей очереди.

В пятом параграфе «Исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности: основные проблемы» автор рассматривает ряд дискуссионных вопросов, возникающих при осуществлении и охране названных субъективных прав, научное и практическое значение которых в последние годы значительно возросло в связи с беспрецедентным расширением сферы их действия.

Важнейшее место в системе исключительных прав занимает авторское право, являющееся весьма сложным по своему составу и включающее целый ряд правомочий, содержание и механизм реализации которых во многом зависят, во-первых, от специфических особенностей конкретных произведений, являющихся объектами права интеллектуальной собственности, и, во-вторых, от круга субъектов, которым они принадлежат. Одним из важнейших авторских прав является право на обнародование произведения, неразрывно связанное с правом на его отзыв. Анализ данного правомочия обусловливает необходимость решения вопроса о возможности распространения права на отзыв на произведения, уже являющиеся объектом права собственности третьих лиц. Отсутствие правовых оснований для подобных действий является определенным пробелом, который должен быть восполнен с учетом специфики различных объектов права интеллектуальной собственности.

Много проблем возникает при использовании объектов интеллектуальной собственности в глобальной сети Интернет. Многообразие, специфика, сложность и высокий уровень социально-правового значения названных проблем для обеспечения и охраны прав авторов произведений науки, литературы и искусства и интересов общества в целом обусловливают необходимость их самостоятельного исследования, осуществляемого в настоящее время многими авторами ( С.В. Дмитриев, Э.П. Гаврилов, Е.Н. Герцева, А.В. Иванов, В.О. Калятин, С.В. Петровский, О.А. Рузакова, А.П. Сергеев, Л.Симкин, В.И. Скиба, В.В. Терлецкий, А. Трофимов и др.).

Немало проблем связано также с закреплением и осуществлением субъективных прав на изобретения, полезные модели и промышленные образцы. В этой сфере отчетливо выделяются две категории субъектов – авторы и патентообладатели, права которых существенно различаются. Действующее законодательство достаточно подробно регламентирует содержание и механизм реализации принадлежащего им обширного комплекса имущественных и личных неимущественных прав, но важный вопрос о праве на присвоение созданным разработкам имени их автора или предлагаемого им специального названия остался не урегулированным. Из общих диспозитивных начал гражданского права следует сделать вывод о возможности реализации данного правомочия по соответствующему ходатайству заявителя, что позволяет обеспечить должную индивидуализацию созданного объекта, а в необходимых случаях – и идентификацию его создателя.

В четвертой главе «Дееспособность граждан: понятие, виды, проблемы» рассматриваются сущность и значение дееспособности, а также обширный ряд вопросов, связанных с реализацией правосубъектности граждан, не обладающих дееспособностью или обладающих ею не в полном объеме.

Первый параграф «Основные положения о гражданской дееспособности физических лиц» посвящен анализу наиболее важных и дискуссионных проблем гражданской дееспособности, которая по своей правовой природе представляет свойство (качество) субъекта, неразрывно связанное с его возрастом, состоянием психического здоровья и некоторыми другими факторами, предусматриваемыми действующим законодательством. Она имеет двойственный характер, обусловленный сочетанием интеллектуального и волевого факторов, с доминирующей ролью интеллектуального звена. Возрастные границы дееспособности устанавливаются законом с учетом среднестатистических био- социальных факторов, хотя достижение ребенком указанного в законе возраста далеко не всегда свидетельствует о наличии у него предполагаемого законодателем уровня развития интеллектуально-волевой сферы, необходимого для его адекватной социализации.

В современном обществе наблюдаются две противоположные тенденции: с одной стороны, многие несовершеннолетние в достаточно раннем возрасте достигают весьма высокой степени гражданской активности, с другой – у некоторых лиц (как правило, воспитанников детских учреждений), не формируется комплекс знаний и представлений, необходимых для нормального участия в гражданском обороте. Нередки и ситуации, когда лицо, ранее адекватно социально адаптированное, перестает сознавать реальную ценность денег, движимого и недвижимого имущества, а также характер и последствия совершаемых им сделок. В подобных ситуациях имеет место социальный инфантилизм - особый психологический феномен, имеющий ярко выраженные гражданско-правовые аспекты. Граждане, страдающие социальным инфантилизмом, нередко совершают сделки по отчуждению принадлежащего им недвижимого имущества в пользу недобросовестных контрагентов, в том числе религиозных сект, поэтому с целью обеспечения и дополнительной охраны их субъективных прав, а также законных интересов членов их семьи и общества в целом выдвигается и обосновывается предложение о внесении изменений в п. 1 ст. 177 ГК РФ «Недействительность сделки, свершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими».

В свою очередь, проведенный в данном разделе анализ законодательного регулирования отношений, связанных с ограничением дееспособности, приводит к следующим выводам: во-первых, об отсутствии объективной необходимости устанавливать факт тяжелого материального положения членов семьи гражданина, злоупотребляющего спиртными напитками или наркотическими средствами, и, во-вторых, о целесообразности расширения перечня оснований для вынесения судом подобного решения за счет отнесения к ним неумеренного пристрастия гражданина к азартным играм.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.