авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Гражданская правосубъектность физических лиц: проблемы законодательства, теории и практики

-- [ Страница 3 ] --

Дееспособность граждан повсеместно ставилась в зависимость от достижения лицом определенного возраста и состояния психического, а иногда и физического здоровья. В свою очередь, на формирование представлений о гражданской правоспособности значительное влияние оказывали религиозные нормы, в первую очередь – канонического права, предписания которого во многом определяли гражданско-правовой статус лиц духовного звания и монахов, значительно отличавшийся от правового положения других граждан. При этом в целом ряде государств правовые нормы о статусе личности долгое время не могли «выйти» из своей религиозной оболочки, что особенно характерно для стран Африки и Азии.

Важное воздействие на формирование и развитие рассматриваемой категории в зарубежных странах оказали также передовые философско-правовые воззрения виднейших мыслителей эпохи Просвещения, сформулировавших и обосновавших ряд фундаментальных идей, предопределивших основные направления развития юридической мысли в сфере определения гражданско-правового статуса личности. Постепенно общей тенденцией в развитии концепции правосубъектности граждан в зарубежном законодательстве стало утверждение идеи равенства гражданских прав всех физических лиц и установление общих оснований для их возможного ограничения.

Второй параграф «Категория правосубъектности личности в современных правовых системах» представляет собой краткий анализ особенностей современного закрепления наиболее важных параметров гражданской правосубъектности физических лиц в ряде зарубежных стран, в том числе образовавшихся на постсоветском пространстве. Изучение и сопоставление соответствующих положений гражданского законодательства свыше тридцати государств позволило автору сделать вывод о значительном многообразии подходов к легальной регламентации рассматриваемой категории. Наиболее существенные различия прослеживаются в используемой законодателями терминологии, а также в построении системы нормативного закрепления гражданско-правового статуса граждан в целом. Эти системы далеко не всегда представлены кодифицированным гражданским законодательством; нередко они имеют комплексный, смешанный характер, обусловленный сложным этническим и конфессиональным составом населения.

Значительные различия наблюдаются при определении момента возникновения и прекращения правоспособности граждан, а также при решении вопросов, связанных с безвестным отсутствием лица. Различается возраст, по достижении которого лицо признается полностью дееспособным, а степень дифференциации объема дееспособности позволяет выделить три категории государств: 1) признающих всех несовершеннолетних полностью недееспособными (Франция, Бельгия, Люксембург); 2) устанавливающих ограничения дееспособности до достижения совершеннолетия независимо от возраста (Великобритания, США, Германия); 3) выделяющих несколько возрастных групп несовершеннолетних лиц, отличающихся по объему принадлежащей им дееспособности (Польша, Чехия, Армения, Украина).

По-разному решается вопрос об основаниях, условиях и правовых последствиях эмансипации, а также ограничении дееспособности как совершеннолетних, так и (в некоторых случаях) несовершеннолетних лиц. При регламентации опеки и попечительства наблюдается разная трактовка указанных институтов вплоть до полного их отождествления (Эстония); закрепляются разные основания их установления и прекращения; с различной степенью конкретизации определяется круг лиц, которые могут или, напротив, не могут быть назначены опекунами и попечителями.

В решении вопроса о возможности привлечения физических лиц к гражданско-правовой ответственности можно выделить два основных подхода: 1) дифференциацию отвественности граждан в зависимости от возраста и оснований ограничения дееспособности (Казахстан, Израиль, Туркменистан, Грузия и др.); 2) признание всех физических лиц субъектами гражданской ответственности с закреплением механизма субсидиарной отвественности родителей, опекунов и иных законных представителей лиц, не обладающих дееспособностью в полном объеме (Латвия, Украина.

В третьем параграфе «Формирование института правосубъектности граждан в отечественном правопорядке» рассматриваются особенности развития данной категории в российском законодательстве разных исторических эпох. Проведенный анализ свидетельствуют о том, что подход законодателя к определению гражданско-правового статуса представителей различных групп российского общества, отличавшегося чрезвычайно сложным социальным составом, как и в западных государствах, носил ярко выраженный дифференцированный характер и определялся рядом факторов: принадлежностью к категории свободных или крепостных, происхождением, обстоятельствами рождения, положением в семье, состоянием, полом, национальностью и вероисповеданием. Практически все институты и нормы гражданского права были буквально пронизаны категорией сословности, и идею формального равенства всех физических лиц российское законодательство восприняло достаточно поздно.

Специфической особенностью становления и развития отечественной концепции гражданской правосубъектности явилось отсутствие единого подхода к правовому регулированию возникающих в этой сфере общественных отношений, причем по мере расширения территориальных пределов России система нормативного регулирования все более усложнялась, а противоречия и несоответствия, вызванные множественностью правовых источников, усиливались. Как и в Западной Европе, на формирование правовых предписаний весьма значительное влияние оказывали религиозные нормы. Гражданско-правовое положение лиц духовного звания, определявшееся каноническими христианскими предписаниями, значительно отличалось от положения других категорий населения, причем различалось также положение представителей белого (приходского) и черного (монашествующего) духовенства.

Вопрос о право– и дееспособности физических лиц решался недостаточно глубоко и весьма противоречиво. В частности, не вполне отчетливо прослеживались особенности дееспособности несовершеннолетних лиц, подразделявшихся на три возрастные группы. В то же время гражданско-правовое положение граждан, страдавших различными психическими и некоторыми физическими заболеваниями, законодатель регламентировал весьма подробно, устанавливая порядок их освидетельствования.

Проблемы, связанные с гражданско-правовым положением личности, занимали видное место в трудах многих выдающихся отечественных цивилистов, до сих пор остающихся образцом научной глубины, масштабности исследований, точности и выразительности формулировок. Теоретические положения, сформулированные и блестяще аргументированные в этих трудах, оказали влияние на развитие законодательства в этой сфере. В качестве общих и наиболее прогрессивных тенденций можно выделить постепенное упрочение положения женщин, которые, однако, так и не получили всей полноты субъективных гражданских прав; усиление личной и имущественной самостоятельности детей, освобожденных от власти отца в частно-правовой сфере; постепенное «сглаживание» сословных различий и, наконец, расширение гражданских прав иностранцев, которым со временем был представлен национальный режим.

Четвертый параграф «Гражданско-правовой статус личности в советский период» посвящен анализу наиболее важных особенностей правосубъектности граждан на различных этапах советского периода. Отмечается, в частности, что изменения, внесенные в гражданское законодательство сразу после Октябрьской революции, отражали принципиально новый подход законодателя, основанный, во-первых, на тотальном обобществлении собственности и национализации, которые привели к резкому сужению частного предпринимательства и правоспособности граждан, и, во-вторых, на классовой дифференциации населения, что особенно отчетливо прослеживалось в первые годы Советской власти. Вместо права частной собственности был сформирован институт личной собственности граждан, которая по смыслу законодателя имела чисто потребительское назначение, что исключало возможность принадлежности физическим лицам средств производства. Запрещалось извлечения гражданином выгоды («нетрудовых доходов») от использования принадлежащего ему имущества, а в отношении наиболее ценных и важных видов вещей были установлены многочисленные ограничения и запреты, сохранявшиеся весь советский период.

Несмотря на то, что в ГК РСФСР 1922 г. была провозглашена равная правоспособность для всех граждан, не ограниченных в правах, а ее содержание формально было расширено по сравнению с дореволюционным законодательством, последовательная реализация классового подхода привела к установлению целого ряда запретов и ограничений в реализации закрепленных в законе субъективных прав для представителей «нетрудовых элементов», причем ограничениям подвергались не только имущественные, но и личные неимущественные права граждан (право на свободу передвижения, на личную неприкосновенность, на свободу творчества и др.).

Со временем, однако, представления о гражданско-правовом положении физических лиц стали меняться.

Как отмечал О.С. Иоффе, «…идея равной гражданской правоспособности в новом своем выражении дополняется все более настойчиво проводимой идеей дальнейшего расширения ее объема»7. Новые взгляды все более активно завоевывали позиции в советской цивилистике, значительно обогатившей рассматриваемый институт. Многие вопросы, связанные с гражданской правосубъектностью физических лиц, исследовались в кандидатских и докторских диссертациях (Я.Р. Веберс, В.П. Озеров, А.Г. Потюков, Б.В. Пхаладзе, Н.Г. Юркевич и другие). Целый ряд выдающихся советских ученых задолго до правовых и экономических реформ своими замечательными исследованиями подготовили теоретические основы для кардинальных преобразований правового регулирования всех сфер гражданского оборота с участием граждан, для совершенствования всех положений, определяющих их гражданскую правосубъектность.

Вторая глава «Основные научные и практические проблемы гражданской правосубъектности физических лиц» посвящена анализу наиболее важных теоретических вопросов, связанных с данной категорией.

В первом параграфе «Дискуссионные вопросы гражданской правосубъектности и смежных правовых категорий» рассматривается ряд теоретических проблем, связанных с определением ее понятия, сущности, значения и содержания. В настоящее время необходимость применения правосубъектности в качестве самостоятельного правового феномена признается большинством ученых, но вопрос о ее внутренней структуре и разграничении со смежными правовыми категориями, к которым, в первую очередь, относятся правоспособность и дееспособность, по-прежнему носит дискуссионный характер. На основе сравнительного анализа множества концепций, имеющихся по данной проблеме, в работе обосновывается вывод о том, что трактовка правосубъектности как категории, представляющей собой суммарную совокупность право- и дееспособности, не отражает всей глубины и многогранности рассматриваемого правового феномена, так как сумма двух слагаемых не может привести к образованию качественно иного понятия. При всей значимости легально закрепленных компонентов правосубъектности, представляющих собой общие (основные) ее элементы, ее внутренняя структура ими не исчерпывается. Многообразие содержания гражданской правосубъектности физических лиц определяется влиянием, оказываемым на него целым рядом разнообразных факторов, к которым относятся гражданство, род занятий, имущественное и семейное положение, последствия совершения правонарушения, состояние здоровья, родство и пол. Каждый из этих факторов по отдельности и все вместе в совокупности в той или иной степени изменяют объем и характер реализации прав и исполнения обязанностей, составляющих содержание правосубъектности, и, тем самым, видоизменяют ее, поэтому их следует рассматривать в качестве ее внутренних элементов, объединив под собирательным названием специальные (модифицирующие).

Много внимания в данном разделе уделяется наиболее важным дискуссионным вопросам, связанным с определением общих (основных) элементов правосубъектности - право- и дееспособности. Рассматривая, в частности, вопрос о соотношении данных понятий в содержании правосубъектности, автор обосновывает вывод о принципиальной невозможности установления доминирующей роли одного из них, так как каждый из этих элементов имеет собственное правовое предназначение, а их взаимосвязь и взаимообусловленность предопределяют особенности содержания правосубъектности конкретного лица. В параграфе также проводится классификация специальных (модифицирующих) элементов и анализируются наиболее сложные и дискуссионные вопросы соотношения и разграничения правосубъектности со смежными правовыми категориями - деликтоспособностью, субъективным правом, секундарными правами, правовым статусом и правовым положением.

Второй параграф «Специальные (модифицирующие) элементы гражданской правосубъектности: правовая оценка и значение» посвящен характеристике различного рода обстоятельств (факторов), оказывающих воздействие на содержание правосубъектности. Эти факторы конкретизируют гражданско-правовое положение индивида и обогащают его содержание. Они подразделяются на социальные и биологические элементы, каждый из которых анализируется в ракурсе воздействия, оказываемого на гражданско-правовое положение личности.

Так, в частности, влияние гражданства лица на его правосубъектность выражается в том, что действующее законодательство России, закрепляя предоставление иностранным гражданам национального режима, устанавливает также целый ряд запретов и ограничений на осуществление ими отдельных видов деятельности и реализацию некоторых субъективных прав, которые, с одной стороны, диктуются протекционистскими целями, а, с другой – не носят дискриминирующего характера. В свою очередь, воздействие, оказываемое на правосубъектность граждан спецификой осуществляемого ими рода занятий или сферы их деятельности, может выражаться как в ограничении принадлежащих гражданину субъективных прав, так и, напротив, в их расширении. Существенное влияние на правосубъектность гражданина могут оказать правовые последствия совершения им различных правонарушений. При этом наиболее значительные ограничения связаны с отбыванием наказания в виде лишения свободы. Самостоятельное правовое значение имеет лишение права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью, влекущее ограничение правоспособности гражданина в соответствующей сфере на указанный в приговоре суда срок. Ряд негативных последствий влечет признание лица несостоятельным (банкротом), а иногда определенное правовое значение приобретает имущественное положение гражданина, не связанное с таким признанием (п.п. 2, 3 ст. 1074, п.3 ст. 1075, п. 3 ст. 1083 ГК РФ). Важное значение имеет иждивенство, но только в сочетании с нетрудоспособностью лица (ст.ст. 1088, 1148 - 1149 ГК РФ).

К биологическим элементам правосубъектности относится не только состояние здоровья, но и родство между физическими лицами, имеющее определяющее значение в целом ряде гражданских правоотношений, в первую очередь - при реализации правосубъектности несовершеннолетних детей. Данный фактор приобретает ряд новых аспектов в связи со все более широким распространением различных способов искусственной репродукции. К числу наиболее важных и сложных проблем, связанных с данными медицинскими технологиями, относится вопрос об установлении происхождения ребенка, рожденного суррогатной матерью. В работе обосновывается вывод о том, что закрепление в абз. 2 п.4 ст. 51 Семейного кодекса РФ приоритета волеизъявления суррогатной матери грубо нарушает субъективные права и законные интересы супругов, предоставивших генетический материал. Нельзя не согласиться с М.Н.Малеиной, справедливо отмечавшей, что родителями ребенка должны признаваться супруги, предоставившие генетический материал, так как биологическое родство определяется именно им, а не вынашиванием ребенка»8. В еще большей степени такой законодательный подход нарушает права и законные интересы ребенка, поскольку, хотя оставление ребенка у суррогатной матери формально не затрагивает его правосубъектность, его возможности по реализации субъективных прав, составляющих ее содержание, значительно ограничиваются, так как ребенок лишается права на совместное проживание со своими родителями, на их заботу и воспитание. Ребенок лишается тех условий для развития и образования, которые могли быть предоставлены его родителями и другими родственниками, поэтому автор предлагает установить, что родителями ребенка, рожденного суррогатной матерью, записываются супруги, предоставившие генетический материал, на основании заключенного с нею договора.

Третий параграф «Научные и практические проблемы, связанные с индивидуализацией граждан»9 посвящен анализу правовой природы имени и места жительства гражданина, а также его личной (собственноручной) подписи. В настоящее время признание государством появления нового субъекта права связано с регистрацией новорожденного, имя которого записывается в соответствии с указаниями закона, фактически не ограничивающего права родителей в этой сфере. Рассмотрев встречающиеся на практике факты злоупотребления родителями предоставленными им правами, автор предлагает внести в действующее законодательство положение о запрете присвоения ребенку имени, не являющегося таковым с лингвистической точки зрения (аббревиатуры, словосочетания, цифрового обозначения) или имени с ярко выраженной идеологической нагрузкой. Кроме того, обосновывается необходимость внесения в законодательство дополнений, определяющих правила установления происхождения и присвоения имени (фамилии и отчества) ребенку, родившемуся в результате искусственной репродукции с использованием донорских материалов умершего лица. Много внимания в разделе уделяется научным и практическим проблемам, связанным с переменой имени, в том числе в случае смены пола. Предлагается, в частности, установить, что при изменении имени (фамилии) родителями ребенка изменение фамилии и отчества ребенка, достигшего возраста десяти лет, может быть произведено только с его согласия.

Составной (графической или символической) частью имени является личная подпись гражданина. В современном гражданском обороте наблюдаются две тенденции : во-первых, расширение круга субъективных прав, условием реализации которых является собственноручно выполненная подпись, и, во-вторых, все более широкое распространение ее технических аналогов, прежде всего - электронно-цифровой подписи (ЭЦП), с применением которых связано немало вопросов, рассматриваемых в данном разделе.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.