авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Режим содержания заключенных в итл и итк: организационные и правовые основы (1929–1956 гг.)

-- [ Страница 3 ] --

В соответствии с ч. 1 ст. 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях определяется как «установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания». Однако к этому пониманию ученые пришли в процессе длительной дискуссии на протяжении XX в.

Основываясь на изучении теоретических работ, автор отмечает неоднозначный подход к определению социально-правовой сущности режима содержания осужденных в работах ученых. Первые попытки дать научное определение понятия режима были предприняты в 1920-х гг. XX в. и в дальнейшем учеными-пенитенциаристами предпринимались неоднократно. С. В. Познышев определял режим как систему мер, направленных на изменение подвергавшихся ему лиц5. Возобновление в конце 1950-х – начале 1960-х гг. научных исследований в сфере исполнительно-трудового права породили появление в научной и специальной литературе, нормативных актах различных точек зрения относительно понятия режима. В частности, А. А. Беляев, Б. С. Утевский, А. А. Рябинин, Ф. П. Кузнецов, Н. А. Стручков, А. Е. Наташев, Ю. М. Ткачевский, Г. А. Туманов, В. Е. Демин рассматривали режим как урегулированный нормами права принудительный порядок исполнения наказания, связанного с исправительно-трудовым воздействием, предоставляющий осужденным возможность реализовать свои права и законные интересы. Порядок исполнения наказания ими непосредственно связывался с карой, а содержание режима рассматривалось через реализацию его функций. В 1970–1980-х гг. уголовно-правовая кара, по мнению большинства ученых, реализуется только посредством режима. В связи с этим в специальной литературе содержание кары сводилось к правоограничениям, устанавливаемым исправительно-трудовым правом для осужденных.

Анализ законодательства и юридической литературы 1950–1980-х гг. показывает, что «режим» – категория юридическая. При этом исправительно-трудовое законодательство отмечало две его составляющих: режим исполнения и режим отбывания наказания. Первый выступает как система нормативно-правовых предписаний об исполнении наказания, адресованных персоналу ИТУ, а второй, как нормативно урегулированный процесс, отражает уклад, образ жизни осужденного в период отбывания наказания. Применительно к местам лишения свободы Н. А. Стручков и А. В. Папуашвили выделяли три формы выражения режима: а) как выражение наказания; б) как одно из основных средств исправления осужденных; в) как условие применения иных средств исправления осужденных. Именно эти формы предопределили деление исправительно-трудовых учреждений на различные виды (ст. 58 УК РФ). Исходя из форм выражения режима, в теории исправительно-трудового права было принято выделять его ключевые функции: карательную, воспитательную, обеспечивающую, регулятивную, общего и частного предупреждения.

Совокупность точек зрения названных ученых все же не дает полного представления о режиме как особом правовом институте. По мнению автора, понимаемая под режимом совокупность правил, обеспечивающих правоограничения и кару, а также правил личного поведения осужденных в быту, их взаимоотношения с другими лицами, скорее всего, носит искусственный характер, поскольку речь может идти не о разделение режима на составляющие его элементы, а о вычленении его функций: карательной, воспитательной и др.

Режим непосредственно связан с правовым статусом личности, а поэтому с точки зрения природы и характера правового режима представляется целесообразным при рассмотрении включать в него следующие понятия: субъективные права, юридические свободы, юридические обязанности и юридическую ответственность.

Обобщая точки зрения ученых-пенитенциаристов по вопросу определения режима в исправительных учреждениях, можно сделать следующие выводы:

– режим в исправительном учреждении – это часть исторически сложившегося в обществе общественного порядка, урегулированного действующими законодательными и ведомственными нормативными правовыми актами;

– состояние режима в исправительном учреждении оценивается количеством случаев неправомерного поведения со стороны осужденных, в отношении которых исполняются уголовные наказания в виде лишения свободы;

– правовое регулирование режима в исправительном учреждении осуществляется на основании норм уголовно-исполнительного права, а также норм, содержащихся в других отраслях права (уголовном, административном, гражданском, семейном и др.);

– при урегулировании режима применяются нормы материального, процессуального и организационно-управленческого характера;

– установленный в местах лишения свободы правопорядок направлен на реализацию обязанностей всеми участниками правоотношений;

– основная функция режима сводится к созданию оптимальных условий для применения к осужденным иных мер исправительного воздействия.

В заключение автор отмечает, что социально-правовая сущность, цели и характер режимных требований по отношению к осужденным соответствовали исправительно-трудовой политике Советского государства на различных этапах его развития и решаемой задачи по исправлению преступников.

Вторая глава «Правовое регулирование и обеспечение режима содержания заключенных в ИТК и ИТЛ в 19291947 гг.» состоит из двух параграфов, в которых рассматриваются вопросы, непосредственно связанные с исследованием правовых основ режима содержания заключенных и практической организацией режима исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы.

В первом параграфе «Реформирование правовых основ и правоприменительной практики в сфере режима содержания заключенных под влиянием исправительно-трудовой политики в 19291940 гг.» четко просматривается отход от законодательных актов по исправительно-трудовому праву и переход к ведомственному нормативному регулированию условий содержания заключенных.

Создание в конце 1920-х гг. сети ИТЛ в стране, по мысли разработчиков и идеологов реформы мест лишения свободы, обеспечивало изоляцию преступников от общества и привлечение каждого из них к общественно полезному труду в интересах экономического развития государства. Это четко прослеживается в постановлении СНК СССР от 7 апреля 1930 г. «Об утверждении Положения об исправительно-трудовых лагерях». Данным Положением устанавливался 8-часовой рабочий день. Плохо влияющие на других и склонные к побегу лица могли переводиться в одиночные помещения или специальные общие камеры под особое наблюдение. Лица, упорно нарушавшие режим и установленный распорядок, подлежали содержанию в штрафных изоляторах. В нормах Положения закреплялись права заключенных на получение свиданий с разрешения ОГПУ СССР, передач, посылок, денежных переводов и переписку без ограничений.

Перевод мест лишения свободы на самоокупаемость и трудности в комплектовании вольнонаемным персоналом ИТК и ИТЛ побудили руководство НКВД РСФСР и ГУЛАГа ОГПУ СССР широко использовать лишенных свободы по самокарауливанию, на счетно-канцелярских, хозяйственно-технических должностях, в культурно-воспитательных, информационно-следственных и других аппаратах. Такая практика в 1930-х гг. получила широкое распространение и привела к существенному снижению расходов на поддержание управленческого аппарата мест лишения свободы. Вместе с тем она породила негативные явления: злобоупотребление и превышение должностных полномочий, нарушение законности при исполнении уголовных наказаний, сращивание с уголовно-бандитствующими элементами, сокрытие правды и т. п. Это отрицательно сказывалось на режиме содержания и порождало антагонизм в среде заключенных.

В системе исправительно-трудовых учреждений, подчиненных НКЮ РСФСР, комплекс режимных требований получил юридическое закрепление в III главе ИТК РСФСР 1933 г. В колониях сельскохозяйственных, фабрично-заводских и массовых работ камеры от утренней до вечерней проверки оставались открытыми и свободное время заключенные могли использовать по своему усмотрению.

Всем предоставлялись регулярные свидания с родственниками, разрешалось вести переписку, пользоваться передачами, деньгами с лицевого счета. Заключенные из среды трудящихся, совершившие менее социально опасные преступления, могли назначаться на должности низшего и среднего персонала мест лишения свободы.

Диссертант полагает, что недостаточно полное урегулирование режима содержания заключенных в законодательстве и ведомственных нормативных правовых актах впоследствии породило издание многочисленных приказов, циркуляров, директивных указаний, содержание которых нередко вступало в противоречие с действующим законодательством, последствием чего стало существенное нарушение основных прав и законных интересов заключенных.

Анализ архивных документов показал, что в первые годы работы ИТЛ отсутствовала единая дисциплинарная практика в отношении нарушителей установленного порядка. Произвол в выборе и применении мер дисциплинарного воздействия не способствовал укреплению правопорядка среди осужденных. Поскольку применяемые дисциплинарные меры не на всех заключенных оказывали воспитательное воздействие, то в конце 1933 г. для злостных нарушителей режима стали обустраиваться штрафные изоляторы в соответствии с принятым Положением о штрафизоляторах исправительно-трудовых лагерей ОГПУ. В дальнейшем в целях укрепления дисциплины в ИТЛ и ИТК с 1935 г. стала использоваться практика перевода для отбывания наказания в тюрьмы следующих категорий заключенных: ведущие активную контрреволюционную деятельность и получившие за это дополнительный срок наказания, злостные бандиты, неоднократно совершавшие побеги, злостные неисправимые элементы, дезорганизующие жизнь в ИТЛ и ИТК.

Обращает на себя внимание тот факт, что накануне принятия Конституции СССР заметно активизировалась деятельность прокуратуры. В ноябре 1936 г. прокурор Союза ССР направил письмо в адрес прокуроров союзных и автономных республик, краев и областей, лагерей, в котором информировал их о том, что проверкой, произведенной прокуратурой Азово-Черноморского края, установлены грубые нарушения исправительно-трудовой политики, допущенные в ряде мест лишения свободы в отношении осужденных-контрреволюционеров (им предоставлялись незаконные льготы, допускалось вольное хождение, разрешалось жить на частных квартирах, вместо направления в лагерь они были оставлены в колониях, неправильно освобождались от работы лица, не являющиеся больными, и т. д.). Прокурором предлагалось обратить внимание на условия содержания заключенных, а также привлекать к ответственности лиц, виновных в предоставлении незаконных льгот.

Ужесточение карательной политики в 1937 г. оказало существенное влияние на условия содержания заключенных. В значительной степени ограничивалось использование их на различных должностях, связанных с административно-хозяйственной и производственной деятельностью. Существенно ограничивалось расконвоирование заключенных. Была отменена практика условно-досрочного освобождения и зачета рабочих дней в срок отбытого наказания. Все эти меры встретили резкое сопротивление со стороны наиболее злостно настроенной части заключенных. Оно выражалось: в резком увеличении побегов; проявлении злостного и сознательного саботажа на производстве с целью срыва выполнения производственных планов; организации эксцессов и неподчинении распоряжениям администрации. Для пресечения этих негативных явлений администрация ИТЛ обязывалась арестовывать заключенных и предавать суду. Таким образом, за период с 15 июня 1939 г. по 29 апреля 1940 г. по ИТЛ было осуждено 4 033 человека, в том числе 201 – к высшей мере наказания.

В конце 30-х гг. ХХ в. правовое регулирование условий содержания заключенных получило закрепление во Временной инструкции по режиму содержания заключенных в исправительно-трудовых лагерях НКВД СССР, утвержденной приказом НКВД СССР от 2 августа 1939 г. № 00889 и Временной инструкции о режиме содержания заключенных в исправительно-трудовых колониях НКВД СССР, утвержденной приказом НКВД СССР от 4 июля 1940 г. № 00792. Согласно данным документам каждый заключенный обязан соблюдать установленные требования режима. Сравнение указанных инструкций показало, что регламентируемый ими уклад жизни и быта заключенных свидетельствовал об отсутствии у них прав, за исключением права обращаться с жалобами и заявлениями в различные инстанции. Обязанности заключенных и меры ответственности за их невыполнение ставились в прямую зависимость от места содержания. Наиболее суровая ответственность за несоблюдение требований режима применялась в ИТЛ и это предопределялось составом заключенных и сроками их содержания.

В заключение автор отмечает, что во временных инструкциях, с учетом накопленного в 1930-е гг. опыта и в соответствии с требованиями исправительно-трудовой политики, нашли закрепление порядок и условия содержания различных категорий заключенных. Все ранее изданные приказы, директивы и указания по режиму содержания заключенных подлежали отмене.

Во втором параграфе «Особенности режима содержания заключенных в законодательстве СССР 19401947 гг.» анализируется правовое регулирование и фактическое состояние режима в ИТК и ИТК в военные и первые послевоенные годы.

С началом Великой Отечественной войны существенное изменение претерпел режим содержания заключенных. В военный период все категории правонарушителей представляли опасность, а поэтому независимо от характера совершенного преступления для всех вместо усиленного и общего режима вводился строгий. Руководство ИТК и ИТЛ получило от ГУЛАГа и НКВД СССР ряд указаний, направленных прежде всего на усиление изоляции заключенных: усиливалась охрана мест заключения, приостанавливалось освобождение отдельных категорий осужденных, изымались репродукторы, увеличивался до 12 часов рабочий день и т. п.

О состоянии режима содержания заключенных в отдельных ИТЛ в первый год войны свидетельствует содержание доклада ответственного инструктора политотдела ГУЛАГа О. А. Разиной начальнику ГУЛАГа В. Г. Наседкину о работе УИТЛ УНКВД Новосибирской области от 18 декабря 1941 г. В докладе указывалось, что состояние режима далеко неудовлетворительное. Особо опасный контингент заключенных, который подлежал переводу в усиленно охраняемую зону, туда еще не переведен. Контрреволюционеры, бандиты и иностранцы по-прежнему содержатся в общих зонах. Состояние штрафных изоляторов и порядок водворения в них заключенных часто находятся в резком несоответствии указанию наркомата и прокуратуры Союза ССР. Водворение заключенных в штрафной изолятор происходит по запискам, без указания причины наложения взыскания, срока наказания и т. п. Жалобы и заявления заключенных своевременно адресатам не отправляются. Обыски в бараках производятся раз в месяц. Имеются многочисленные случаи краж, процветают картежные игры, сожительство заключенных и другие нарушения. По управлению ИТЛ было издано много приказов, неоднократно принимались решения, но от этого положение дел в лучшую сторону не изменилось.

Анализ архивных материалов показал, что в первый год войны усилилась побеговая активность и подготовка вооруженных выступлений заключенных. В связи с этим в 1942 г. приказом НКВД СССР № 43 от 25 февраля 1942 г. была утверждена Инструкция о режиме содержания и охраны заключенных в ИТК и ИТЛ НКВД СССР в военное время, упростившая применение оружия бойцами военизированной охраны. Вскоре после введения данной Инструкции в НКВД СССР стали поступать сведения о том, что в отдельных ИТЛ и ИТК отмечаются случаи грубого нарушения революционной законности – незаконное применение оружия, избиение заключенных и другие самовольные действия по отношению к ним со стороны комендантов, прорабов, помощников по быту, нарядчиков и других представителей низовой лагерной администрации, а также со стороны работников военизированной охраны. Изданный приказ НКВД СССР от 21 сентября 1942 г. № 408сс потребовал от руководителей ИТЛ и ИТК немедленно расследовать все случаи нарушения революционной законности и привлечь виновных к уголовной или строгой дисциплинарной ответственности. Согласно п. 2 данного Приказа руководители были обязаны проводить разъяснительную работу среди стрелков ВОХР, а также работников низовой лагерной администрации по соблюдению революционной законности. О фактах грубого нарушения законности и принятых мерах следовало немедленно информировать ГУЛАГ НКВД СССР.

Для поддержания должного порядка среди заключенных с 1943 г. стало практиковаться установление круглосуточного контроля за поведением заключенных в жилых и производственных зонах. На основе этого опыта в декабре 1943 г. во всех ИТЛ и ИТК были созданы специализированные подразделения – внутренняя надзирательская служба (надзиратели, старшие надзиратели и начальники надзирательной службы). Ее деятельность регламентировалась приказом НКВД СССР 1943 г. № 0458 «Об организации внутренней надзирательной службы в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД». Однако, как отмечалось руководством управления охраны и режима ГУЛАГа, несмотря на введение внутренней надзирательной службы, режим содержания и изоляция заключенных продолжали оставаться неудовлетворительными, а число нарушений не снижалось. Уголовно-бандитствующие элементы не были изолированы от основной массы заключенных. Надзорсостав не принимал надлежащих мер в борьбе с отказчиками от работы. Указание ГУЛАГа об упорядочении хранения, выдачи и контроля за использованием рабочего инструмента выполнялось формально.

После окончания войны руководство ГУЛАГа поставило перед руководителями ИТК и ИТЛ задачу укрепления режима содержания заключенных и создания надлежащих коммунально-бытовых условий. Для этого имелись объективные предпосылки, так как в результате двух амнистий, проведенных в первой половине 1945 г., и освобождения задержанных в ИТЛ и ИТК до окончания военных действий численность заключенных уменьшилась почти на 400 тыс. человек. Однако наметившийся в конце 1945 г. рост преступности в стране повлек за собой увеличение заключенных в ИТУ и соответственно усложнил решение поставленной задачи.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.