авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Компромисс в российском уголовном праве

-- [ Страница 3 ] --
  1. предусматривающие освобождение лица от уголовной ответственности: ст. 31, 75, 76, 76.1, примечания к ст. 126, 127.1, 178, 184, 198, 199, 204, 205, 205.1, 206, 208, 210, 222, 223, 228, 228.3, 275, 282.1, 282.2, 291, 291.1, 307 УК РФ;
  2. предусматривающие освобождение лица от наказания, смягчение наказания: ст. 62, 64, 79, 80, часть 4 ст. 82, примечание к ст. 134 УК РФ;
  3. предусматривающие досрочное снятие судимости: часть 5 ст. 86 УК РФ.

Далее автором обосновываются причины исключения отдельных групп норм, которые другими исследователями были отнесены к нормам, допускающим компромисс государства с лицом, совершившим преступление. В частности автором отмечается, что нормы, содержащиеся в главе 8 УК РФ (обстоятельства, исключающие преступность деяния), не представляется возможным рассматривать в рамках уголовно-правового компромисса, поскольку для них характерно отсутствие в поведении лица состава преступления как основания уголовной ответственности. В связи с этим государство уже не полномочно применять свою принудительную силу для привлечения лица к ответственности, поскольку основания для ее применения отсутствуют в принципе. Особое внимание автор уделяет анализу норме, которая предусматривает добровольный отказ от преступления. По мнению автора, в данном случае стоит вести речь о безусловном освобождении от уголовной ответственности, а не об ее исключении. Компромисс в данном случае выражается в том, что законодатель стремится силами самого же виновного предотвратить причинение вреда объектам уголовно-правовой охраны.

В диссертации автор обращает внимание на тот факт, что исследователями в рамках института компромисса не рассматривается целая группа уголовно-правовых норм, предусматривающих освобождение осужденного лица от наказания. По мнению автора, указанная группа норм не в меньшей степени свидетельствует о готовности обеих сторон уголовно-правового конфликта к компромиссу и сотрудничеству в достижении общих целей и задач уголовно-правового регулирования. В этой связи автором рассмотрены в качестве составляющих института уголовно-правового компромисса такие виды освобождения от наказания как условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 79 УК РФ), замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80 УК РФ), сокращение срока отсрочки отбывания наказания или освобождение от отбывания наказания или оставшейся части наказания со снятием судимости (ч. 4 ст. 82 УК РФ).

После определения перечня уголовно-правовых норм, которые предусматривают компромисс государства с лицом, совершившим преступление, автором рассмотрены субъективные права и юридические обязанности участников. Их особенностью является то, что в процессе правового регулирования эти две субстанции в составе правоотношения имеют своим результатом достижение соглашения между участниками уголовно-правового компромисса. В конечном счете, они способствуют реализации в очерченных законом рамках интересов обоих субъектов, которые для государства, в первую очередь, выражаются в минимизации последствий совершенного преступления, для виновного лица – в смягчении уголовно-правового обременения.

В третьем параграфе «Положительное посткриминальное поведение преступника как юридический факт уголовно-правового компромисса» дается авторское определение положительного посткриминального поведения преступника и предлагается его классификация.

В диссертации подчеркивается, что уголовно-правовой компромисс как правоотношение возникает в результате совершения лицом определенных положительных поступков, которые являются исключительно проявлением его сознательной и волевой деятельности после совершения им преступления. В связи с этим, из всех юридических фактов, порождающих правовые отношения между государством и лицом, совершившим преступление, автором исследования выделены те, которые, во-первых, выражаются в юридическом действии, т.е. в волевом поступке лица, во-вторых, характеризуют не любое поведение субъекта, а только посткриминальное, то есть то поведение, которому следует лицо уже после совершения общественно опасного деяния.

Автор обращает внимание на тот факт, что термин «посткриминальное поведение» появился в научной литературе преимущественно в конце 70-х годов XX столетия, им ученые стали обозначать непреступное поведение субъекта после совершения преступления. Заслуга в его изучении принадлежит, в первую очередь, таким видным ученым, как Н.Э. Звечаровский, Р.А. Сабитов и И.А. Тарханов. Они ввели в научный оборот само понятие «посткриминальное поведение», разработали его механизм и показали влияние такого поведения на уголовную ответственность и наказание, на устранение вредных последствий совершенного преступления. Кроме того, исследованию посткриминального поведения посвящены работы В.В. Колосовского, Ю.В. Голика, А.Б. Сахарова, О.В. Филимонова, В.М. Галкина, О.М. Ибрагимова, В.А. Авдеева, А.В. Яшина и т.д.

Проанализировав различные подходы в определении исследуемого понятия и его признаков, автором, на основе предложенной Р.А. Сабитовым дефиниции, положительное посткриминальное поведение субъекта определяется как предусмотренное уголовно-правовой нормой непреступное общественно-полезное, сознательно-волевое проявление активности лицом после совершения им преступления (или деяния, содержащего признаки преступления), влекущее смягчение уголовно-правового обременения и направленное на минимизацию преступных последствий.

В ходе исследования автор приходит к выводу, что уголовно-правовыми нормами охватывается довольно широкий спектр положительных посткриминальных деяний. В этой связи автором предложена их классификация, критерием проведения которой выступила цель, поставленная законодателем при конструировании вариантов посткриминального поведения в уголовно-правовой норме. Такой критерий, по мнению автора, позволяет увидеть, с одной стороны, те виды социально-значимого поведения преступника, которые государство готово стимулировать, с другой – тот результат, который оно пытается достичь таким стимулированием.

Положительное посткриминальное поведение лица, совершившего преступление, которое является в свою очередь юридическим фактом, порождающим уголовно-правовой компромисс, автор классифицировал на следующие группы: 1) посткриминальное поведение, направленное на возмещение причиненного ущерба и заглаживание вреда, причиненного в результате преступления; 2) посткриминальное поведение, способствующее раскрытию и расследованию преступления и направленное на сотрудничество с правоохранительными органами; 3) посткриминальное поведение, свидетельствующее об исправлении лица, совершившего преступление, и направленное на достижение целей уголовного наказания.

В заключение третьего параграфа автор, обобщив признаки посткриминального поведения, отмечает, что положительное посткриминальное поведение всегда является общественно полезным, что характеризует его социальное содержание. Юридический признак посткриминального поведения заключается в том, что оно предусмотрено нормами уголовного права, т.е. все его признаки четко описаны в законе, и оно необратимо влечет или способно повлечь уголовно-правовые последствия в виде освобождения лица от уголовной ответственности или наказания, смягчения наказания, досрочного снятия судимости. Указанные особенности позволяют рассматривать положительное посткриминальное поведение виновного лица в качестве юридического факта, влекущего возникновение особого правоотношения между государством и лицом, совершившим преступление, - уголовно-правового компромисса.

Третья глава «Теоретические проблемы совершенствования норм уголовного законодательства, предусматривающих компромисс государства с лицом, совершившим преступление» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Институт компромисса в уголовном праве зарубежных стран в сопоставлении с российским законодательством» автором предпринята попытка выявить в зарубежном уголовном праве те институты, которые характеризуют компромисс государства с лицом, совершившим преступление, и определить их особенности, которые могли быть восприняты и в российском законодательстве.

Для удобства рассмотрения и анализа иностранных институтов, автором была взята за основу предложенная Л.В. Головко классификация альтернатив уголовному преследованию9, направленных на 1) устранение вредных последствий отдельного преступного деяния (медиация в Англии, Франции, Бельгии; трансакция в Бельгии и Нидерландах; временный отказ от возбуждения уголовного дела в Германии и т.д.); 2) предупреждение совершения новых преступлений (обязанность лица пройти курс лечения или профессионального обучения в Бельгии, медиация во Франции); 3) облегчение борьбы с преступностью («сделки о признании вины» в Англии и США; прекращение уголовного преследования лица, оказавшего помощь в раскрытии более тяжкого преступления, в Латвии и т.д.). Однако поскольку настоящее диссертационное исследование не ограничивается рамками рассмотрения только лишь альтернатив уголовному преследованию, автором выделены еще ряд уголовно-правовых институтов, которые преследуют аналогичные цели. К ним, в частности, относятся институты, предусматривающие освобождение от отбывания наказания и его смягчение (досрочное условное и безусловное освобождение во Франции, досрочное освобождение от отбывания лишения свободы в Англии, условно-досрочное освобождение от наказания в виде лишения свободы на определенный срок в Германии и т.д.).

Относительно каждой группы обозначенных альтернатив автором проанализированы институты уголовного права зарубежного законодательства и рассмотрены их «аналоги» в отечественном уголовном праве. В частности, при рассмотрении признаков медиации (Англия, Франция, Бельгия), автор обращает внимание на то, что некоторые общие черты указанного института присущи и отечественному институту примирения с потерпевшим. Однако это только на первый взгляд. Если обратиться к классической медиации, которая характерна для европейских стран, то можно увидеть одно очень важное отличие: в российском как уголовном, так и уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует указание на обязанность прибегать к чьим-либо медиационным действиям по примирению сторон. Кроме того, медиатором должно выступать независимое лицо, которое не представляет интересы ни виновного, ни потерпевшего, а является своего рода посредником между ними. Если взглянуть на процедуру медиации в Бельгии, то можно увидеть, что там медиатором выступает прокурор, во Франции – «третье лицо». О государстве же, как о посреднике в примирении преступника и потерпевшего, можно рассуждать лишь сугубо гипотетически, и в таком случае вряд ли можно говорить о его незаинтересованности. Кроме того, как уже упоминалось ранее, потерпевший в российском уголовном праве не является полноправным участником (субъектом) уголовного правоотношения: он не полномочен принимать юридически значимые действия по распоряжению благами, которые пострадали в результате совершения преступления.

В заключение первого параграфа автор отмечает, что посредством рассмотрения обозначенных институтов и поисков их «аналогов» в российском законодательстве им была предпринята попытка отразить общемировую тенденцию, направленную на сотрудничество с лицом, совершившим преступление, предоставления ему возможности различным образом минимизировать последствия совершенного деяния. В итоге автор приходит к выводу, что компромисс в уголовном праве является не просто направлением в уголовной политике государств, а он должен рассматриваться как реально существующий институт, направленный на взаимовыгодное сотрудничество и взаимодействие его участников: государства и лица, совершившего преступление.

Второй параграф «Теоретические проблемы совершенствования норм российского законодательства, составляющих институт уголовно-правового компромисса» посвящен исследованию основных проблем законодательного регулирования института уголовно-правового компромисса, без рассмотрения которых невозможно найти ответы на вопросы, стоящие не только перед учеными и правоприменителем, но и законодателем.

В диссертации отмечается, что современный этап реформирования уголовного законодательства России характеризуется бессистемными и внутренне противоречивыми изменениями уголовного законодательства, что создает поле для дальнейших научных изысканий в обозначенной сфере. Среди основных проблем законодательного регулирования института уголовно-правового компромисса автором названы следующие.

1. Отсутствие в нормах четких указаний на основания применения смягчения уголовно-правового обременения, т.е. на положительное посткриминальное поведение лица, совершившего преступление. В основном это проблема возникает при применении уголовно-правовых норм, предусматривающих освобождение от наказания или его смягчение, в которых модель поведения лица сконструирована законодателем таким образом, что уровень гарантий уступок со стороны государства существенно снижается.

2. Условность оснований смягчения уголовно-правового обременения. В первую очередь, обозначенная проблема касается института освобождения от уголовной ответственности. Автор настоящего исследования, солидаризуясь с мнением Е.Г. Веселова10

, считает излишним введение условности в институт освобождения от уголовной ответственности, что фактически стирает границы между данным институтом и условным осуждением.

3. Императивность оснований, предусматривающих смягчение уголовно-правового обременения лицу, совершившему преступление. В ходе исследования обозначенной проблемы автор приходит к выводу, что императивность уголовно-правовых норм, предусматривающих освобождение лица от уголовной ответственности, не должна трактоваться как «слепое» следование положениям закона без надлежащей правовой оценки состава посткриминального деяния. В этой связи призыв к социально-желательному варианту поведения должен корреспондироваться с обязательством государства дать правовую оценку всем обстоятельствам посткриминального поведения и наделить субъекта той или иной мерой уголовно-правового поощрения.

4. Коллизии между нормами, предусматривающими компромисс государства с лицом, совершившим преступление. По мнению автора, ярким примером таких коллизий может служить институт деятельного раскаяния (конкуренция некоторых примечаний к статьям Особенной части УК РФ и ч. 1 ст. 75 УК РФ). В данном случае представляется, что коллизия должна решаться в пользу специального основания освобождения от уголовной ответственности.

5. Необходимость согласия лица, совершившего преступление, на смягчение уголовно-правового обременения. В результате анализа правоприменительной практики, автор приходит к выводу, что согласие обвиняемого на применение к нему оснований освобождения от уголовной ответственности приравнивается к числу условий, которые необходимо учитывать правоприменителю при решении вопроса о смягчении уголовно-правового обременения, изложенные в частности, в ст. 75 и 76 УК РФ. По мнению автора, уголовно-процессуальное законодательство, предусматривающее процедуру «претворения в жизнь» соответствующих положений материального права, должно основываться на них, а не дополнять. Однако само по себе наличие такого согласия обвиняемого, является важной гарантией реализации его права на судебную защиту. В этой связи автором отмечается, что указанного разночтения можно было бы избежать, дополнив положения материального уголовного права соответствующим условием.

6. Признание вины как обязательный признак посткриминального поведения. Подводя итог рассмотрению обозначенной проблемы, автор отмечает, что включение признания вины в число условий освобождения от уголовной ответственности или обстоятельств, смягчающих наказание, не будет отвечать целям применения института уголовно-правового компромисса. Для государства более ценным является не склонить лицо, совершившее преступление, к формальному признанию своей вины под обещание прекратить уголовное преследование, а побудить его к совершению активных правомерных деяний, направленных на смягчение вредных последствий совершенного деяния с возможностью избежать применения излишней уголовной репрессии.

7. Расширение сферы применения уголовно-правого компромисса. При исследовании обозначенной проблемы, автором проанализирован широкий спектр законодательных предложений ученых и правоприменителей, предусматривающих не только увеличение видов составов преступлений, при которых возможен компромисс, но и включение в уголовное законодательство норм, предусматривающих возможность освобождения от наказания. Кроме того, автором дана правовая оценка последних изменений уголовного законодательства, направленных на гуманизацию уголовной политики. В заключение автор приходит к выводу, что в целом саму тенденцию, заключающуюся в расширении сферы применения института компромисса в уголовном законодательстве, стоит охарактеризовать положительно. Однако ее законодательное урегулирование оставляет желать лучшего. Для выполнения задач, стоящих перед государством в ходе борьбы с преступностью, необходимо использовать все возможности уголовного законодательства, поэтому уголовно-правовые нормы, предусматривающие компромисс государства с лицом, совершившим преступление, необходимо совершенствовать.

В заключении подводятся итоги и формулируются основные выводы диссертационного исследования.

Работы, опубликованные по теме диссертации

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных изданиях, указанных в перечне ВАК

  1. Терских А.И. Уголовно-правовой компромисс: понятие и социальная сущность // Вестник Южно-Уральского государственного университета. – 2011. - № 40 (257). – С. 84-90 (0,5 п.л.);
  2. Терских А.И. Уголовно-правовой компромисс как правоотношение // Российский юридический журнал. – 2012. - № 2 (83). – С. 121-131 (0,7 п.л.);
  3. Терских А.И. Положительное посткриминальное поведение преступника как юридический факт уголовно-правового компромисса // Вестник Челябинского государственного университета. – 2012. - № 27 (281). Право. Вып. 32. – С. 114-119 (0,6 п.л.);

Статьи, опубликованные в иных изданиях



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.