авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 ||

Основные правовые тенденции европейской интеграции в практике реализации энергетической политики ес

-- [ Страница 3 ] --

Отмечено значительное число пробелов и неконкретностей в тексте ДЭХ, на основании чего сделан вывод о том, что Комиссия таким образом закладывала будущую потребность в собственных «подразумеваемых полномочиях». Кроме того, нечётко выраженное понятие дискриминации в статье 13 (Экспроприация) ДЭХ может иметь крайне негативные последствия для России в связи с принятием к производству Постоянной Палатой третейского суда (г. Гаага, Нидерланды) иска бывших мажоритарных акционеров ОАО «ЮКОС» о преднамеренном банкротстве компании властями РФ по мотивам неуплаты налогов.

Одна из характеристик ДЭХ состоит в том, что Евросоюз предлагает системные правовые решения в указанных секторах. Поэтому последствия ратификации ДЭХ будут иметь для третьих стран системный, а не фрагментарный характер. Нормы ДЭХ показывают, что Комиссия стремится выступать в качестве инициатора и координатора повседневной работы по его реализации.

Четвёртый параграф – «Мягкое право» ЕС в области энергетики» – раскрывает роль и значение так называемого «мягкого права» ЕС в правовой регламентации энергетического сектора. «Мягко-правовые» акты ЕС вообще являются весомым элементом системы ориентиров и программ, регулирующих энергетический сектор. Не имея юридически-обязывающего значения, эти акты предопределяют формирование права ЕС на будущее и стратегически очерчивают рамки нормотворчества. Например, нормы базового Договора прямо указывают на принятие институтами ЕС норм «мягкого права» (ст.ст. 26(3), 121(2), 209(1) ДФЕС). Как правило, происходит «перерастание» содержания политических деклараций в юридически обязательные источники в форме актов вторичного права.

Основное внимание в числе политических документов делается на «Зелёной книге» 8 марта 2006 г. «Европейская стратегия устойчивой, конкурентной и безопасной энергии». Она ответила на вопросы государств и правительств ЕС об общих подходах к энергетической политике. «Зелёная книга» подтвердила 3 цели энергетической политики ЕС: устойчивость, безопасность поставок и конкурентность. «Зелёной книгой» выделен ряд ключевых сфер, которые детализируются в 30 конкретных предложениях и создают этим набор параметров для будущей единой энергетической политики ЕС.

С помощью актов «мягкого права» Комиссией обосновывается необходимость своего участия в новой сфере деятельности перед государствами-членами – Советом (министров), в результате чего Комиссия получает мандат на разработку этой сферы. Юридические нормы заменяют «мягко-правовые», когда достигается нужная степень «зрелости» государств-членов ЕС к их принятию. К числу актов этой «юридически необязывающей» группы относятся: «Стратегии», «Программы», «Планы», «Зелёные...» и «Белые книги», «Рекомендации», «Меморандумы», т.н. «рамочные решения» Совета и т.п. Последние 10 лет развитие энергетики в ЕС определяется различного рода программами. Только в сфере «возобновляемых источников энергии» в общем энергопотреблении ЕС их принято несколько: “FP IV”, “FP V”, VI Рамочная Программа содействия НИОКР в ЕС (на 2002-2006 гг.) и, наконец, действующая – VII Рамочная Программа (на 2006-2016 гг.) – разработка и производство возобновляемых источников энергии (1.175 млн. евро в равных долях на ядерные исследования и новые источники).

В числе актов «мягкого права», имеющих внешнеполитическое значение указываются прежде всего Европейская Энергетическая Хартия (ЕЭХ) и Меморандум о промышленном сотрудничестве в энергетическом секторе между Министерством топлива и энергетики Российской Федерации и Комиссией ЕС от 11 февраля 1999 г.

Комиссия и государства-члены ЕС активно используют и такую форму актов, как «Стратегии», например: Лиссабонская Стратегия роста и занятости ЕС «The Lisbon strategy for growth and employment», принятая в марте 2000 года (с изменениями в 2005 г.), или принятая в декабре 2005 года Стратегия по биологическим видам топлива «An EU Strategy for Biofuels». Комиссия делает ежегодные доклады Европарламенту об исполнении государствами европейских предписаний. «Руководства» (Guidelines) также занимают свое место в системе актов «мягкого права» ЕС: они принимаются с 1999 г. на так называемых европейских Форумах по регулированию рынка (Мадридском – по газу, и Флорентийском – по электроэнергии).

Указывается, что акты «мягкого» права имеют достаточно большое воздействие на осознание государствами-членами ЕС предстоящих задач. Начиная со «Стратегий», «Программ», «Зелёных книг», содержание «мягко-правовых» норм постепенно переходит в плоскость юридических – Директив, реже – Регламентов и Решений, то есть данные акты являются первой стадией правотворческого процесса в ЕС. Такая постадийность вошла в обыкновение ЕС и активно используется Комиссией.

Во 2-й Главе диссертации, «Основные цели единой энергетической политики и правовые тенденции ЕС» – исследованы основные мотивы и цели единой энергетической политики ЕС: какими интересами движимы институты ЕС и государства-члены в стремлении создать т.н. единый энергетический рынок.

В первом параграфе – «Основные нормативные идеи и цели единой энергетической политики ЕС, их концентрация в ДЭХ. Укрепление солидарности» – раскрываются и анализируются основные нормативные идеи ЕЭХ и ДЭХ. Отдельно, в качестве важнейшей, анализируется проблема солидарности государств-членов ЕС. Не вызывает сомнений тот факт, что ЕС испытывает серьёзный недостаток солидарности, как во внутрикоммунитарных, так и во внешнеполитических акциях. Автор определяет четыре основных устремления Евросоюза, получившие выражение в ДЭХ:

а) сплочение ЕС; б) распределение задач и полномочий между институтами ЕС и государствами-членами в секторе энергетики; в) экстраполирование правил ЕС о недискриминации и конкуренции на правопорядки третьих стран; г) легитимация Комиссии в качестве самостоятельного внешнеполитического актора и расширение её внешнеполитических полномочий.

Они не получили в актах ЕС чёткого правового оформления как таковые, а «расшифровываются», лишь исходя из их содержания. Во-первых, это рассогласованность государств или отсутствие солидарности, недостаток которой преследует ЕС как во внутренней, так и во внешней политике. Во-вторых, это крайне незначительный объём внешних полномочий ЕС. Имеющиеся у ЕС полномочия во внешней сфере подконтрольны и зависимы от мандата государств-членов и имеют характер Ad hoc. Третий мотив, актуализирующий действия ЕС применительно к ДЭХ – это потеря Евросоюзом управляемости государствами-членами. Государства-члены ЕС заключили с Россией целый ряд прямых двусторонних соглашений по поставкам нефти и газа, энергетическому сотрудничеству – минуя структуры ЕС. Четвёртая задача энергетической политики ЕС – стремление экстраполировать собственные правила на правопорядки других государств.

В правовые материи ЕС вводится специальный новый принцип – «энергетической солидарности». По мнению ЕС, в результате всех мероприятий, Евросоюз получит единую энергетическую политику и единый энергетический рынок. Главная цель Комиссии – расширить имеющиеся полномочия и получить самостоятельность в проведении внутренней и внешней энергетической политики.

Во втором параграфе – «Распределение полномочий между ЕС и государствами-членами в секторе энергетики» – обращено внимание на то, что в активе Комиссии нет ни одного соглашения о поставках энергоресурсов. От неё исходят лишь «Стратегии», «Программы», «Декларации» и т.п. Сравниваются положения и подходы ДЭХ и конкретных двусторонних соглашений государств-членов ЕС. В первом случае Комиссия ограничивается общими призывами: создавать и содействовать единому рынку во всей Европе, либерализация торговли, недискриминация, конкуренция, свободный доступ к энергоресурсам, доступ к местным и международным транспортным и распределительным сетям и т.

п. Соглашения Болгарии, Греции, Германии, Италии и др. государств-членов Евросоюза с РФ – это всегда конкретные условия: объёмы поставок нефти, график подачи, погрузки (разгрузки) танкеров, график транспортировки, определение тарифов на услуги по перевалке нефти, договоры на оказание услуг, выбор подрядчиков, финансирование, привлечение кредитов, освобождение от уплаты налогов на добавленную стоимость (при ввозе оборудования, комплектующих), процедуры возвращения НДС, услуги и работы, конкретные права и обязанности каждой из сторон. Очевидно, что в Евросоюзе сложилось распределение полномочий: за одну часть общей энергетической политики отвечает ЕС, другую реализуют государства-члены. Когда дело касается конкретных коммерческих договоров, правительства государств-членов заключают их без посредничества и независимо от ЕС.

Неформальное распределение полномочий просматривается и в Директивах по электроэнергии и газу. Границей передачи тех или иных задач на уровень Евросоюза является их коммунитарный масштаб. Так, согласно принципу субсидиарности Комиссия берёт к своему рассмотрению только дела с “ощутимым эффектом”. Это не предусмотренное Договором правило, которое означает, что вся деятельность ЕС должна тщательным образом обосновываться и что ЕС может действовать только в случае, если от этого ожидается «европейская добавленная стоимость» [Effet utile]. Или в случае, когда проводимые мероприятия требуют особо крупных вложений. Неформальное распределение полномочий в сфере энергетики автор предлагает считать элементом обычного права ЕС.

В параграфе рассматривается и принципиальная позиция РФ относительно правил организации межгосударственного взаимодействия в сфере энергетики. В международном экономическом праве её именуют протекционизмом. Фокусируется внимание на противоречиях между либерализмом и протекционизмом в энергетике. Суть его в роли государства – либо оно является активным участником международного нормотворчества и экономической деятельности, либо оно уступает место частным лицам, так называемым «инвесторам», которые приобретают право на приватизацию национальных ресурсных и инфраструктурных активов.

Третий параграф – «Экстраполирование правил ЕС о недискриминации и конкуренции на правопорядок ДЭХ» – посвящён такой проблеме, как перенос внутренних норм и принципов ЕС на правопорядки третьих государств. Соглашения ЕС с третьими странами дают основания думать, что Евросоюз стремится экстраполировать модели экономико-правового устройства на правопорядки третьих государств. Применительно к РФ это – Договор к Энергетической Хартии 1994 г. (ДЭХ), Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве между ЕС и Российской Федерацией 1994 г. (СПС). В последнем ЕС требует «сближения российского законодательства с законодательством Сообщества» (в 15-ти отраслях – ст. 55 СПС).

Экстраполяция правовых подходов и принципов, по мнению автора, является генеральной задачей ЕС. ДЭХ стал в этом отношении показательным актом. Ряд его положений открыто навязывает «Договаривающимся сторонам» либерально-правовые конструкции. В числе «экспортируемых» юридических моделей на первом месте стоит запрет на дискриминацию других государств и компаний и поддержание конкуренции. Это два основных правовых подхода к организации «доступа к системе» – передающей и распределительной сети. Евросоюз не создает в ДЭХ принципиальных требований, которые ему самому осуществить было бы затруднительно, а строго следует тем ориентирам, которые сформулированы задолго до ДЭХ – в ДоЕС 1957 г. и ГАТТ. В этом контексте сопоставляются ДЭХ и Директивы по электроэнергии и газу – с одной стороны и учредительных Договоров – с другой. Результатом сравнения является вывод о нормативной преемственности ДЭХ от учредительных Договоров.

Экстраполяция коммунитарных правил и принципов проявляется не только в их переносе в правовые материи ДЭХ. ЕС готов обучать Правительства и менеджеров третьих стран своим правилам, в подтверждение чего в ДЭХ внесена норма, разделяющая государства на тех, кто «обладает опытом применения правил конкуренции» и – остальных.

Затрагивается проблема круга лиц, участвующих в правоотношениях на основе ДЭХ. Договор активно вводит в их число юридических и физических (частных) лиц. ЕС стремится к расширению состава субъектов деятельности в энергосекторе, как за счёт вовлечения в качестве прямых адресатов норм ЕС компаний и предпринимателей. Это тоже правовая тенденция ЕС – применение Комиссией метода частноправового регулирования при формировании «энергетических» актов.

По нормам ДЭХ можно судить, что Евросоюз стремится к интенсивной экстраполяции коммунитарных правовых правил на третьи государства, соседствующие с ЕС, или партнёрствующие с ним [ратифицировавшие ДЭХ], в том числе и на государства, ещё не являющиеся членами ГАТТ/ВТО.

Четвёртый параграф сформулирован, как «Внешнеполитические компетенции ЕС и тенденция их расширения». Здесь более подробно исследуется и раскрывается острый недостаток солидарности государств-членов ЕС в международно-правовой сфере. Действительно, правоспособность ЕС во внешней сфере незначительна. В итоге такой правовой «маломощности» сам же ЕС вынужден довольствоваться в основном «мягким правом» и политическими акциями.

Правительство РФ готово взять на себя самые жесткие юридические обязательства по поставкам нефти и газа в страны Евросоюза. Однако ЕС не может сравниться с суверенным государством по объёму полномочий и своим возможностям. Компетенция ЕС – ограниченная, целевая, делегированная. Таким образом, становится понятно, что в основе международного права и любого международного договора всегда лежит суверенитет государств. ЕС им не обладает, поэтому в процессах выработки и заключения международных договоров он способен выступать самостоятельно только при условии специального (Аd hoc) мандата всех государств-членов. В каждом новом случае Комиссии вновь требуется мандат на очередную внешнеполитическую акцию, причём лишь на стадию переговоров. Заключения международных договоров без государств-членов ЕС не происходит. Они [Совет (министров)] сменяют Комиссию на этом посту сразу, как только договор входит в стадию подписания.

Отвечая на вопрос, может ли Евросоюз официально, то есть юридически, взять на себя функцию лидера в ведении внешней политики от имени всех государств-членов и имеет ли он право на заключение, в силу собственных полномочий, международных договоров, следует обратиться к учредительным Договорам.

Ключевой, можно сказать «конституционной» в ДЕС является статья 3(5), дающая Евросоюзу право на внешнеполитическую деятельность и устанавливающая цели этой деятельности. Другие нормы, устанавливающие полномочия ЕС на внешние сношения содержатся в Разделе V (ст.ст. 23-46) «Общие положения о внешнеполитической деятельности Союза и специальные положения об общей внешней политике и политике безопасности» ДЕС. Вся квинтэссенция указанных норм формулируется коротко: «Исходя из принципов и целей, предусмотренных в статье 21, Европейский Совет устанавливает стратегические интересы и цели Союза» (статья 22(1) ДЕС).

Основной массив норм, регулирующих внешние полномочия ЕС, содержится в Части пятой (ст.ст. 205-222) «Внешнеполитическая деятельность Союза» ДФЕС. Основополагающей, «конституционной» в ДФЕС является статья 3(2), которая наделяет Евросоюз компетенцией по заключению международных соглашений. Однако, на подготовку международных договоров Комиссию уполномочивают министры национальных правительств государств-членов ЕС (статья 218(2) ДФЕС). При этом делается заключение, что Комиссия полностью зависима от правительств государств-членов. В способе наделения ЕС полномочиями нет никаких принципиальных отличий от иных международных организаций: они наделяются учредителями теми полномочиями, которые необходимы для выполнения согласованных задач. ЕС имеет ограниченные полномочия и не вправе выходить за определенные учредительными Договорами рамки. Участие в международных договорах и конференциях допускается только с согласия самих учредителей и только на основе отдельного решения. Права на автономную международно-правовую деятельность ЕС в учредительных Договорах не содержится. При этом указывается на некоторые нормы о самостоятельной международной правоспособности ЕС (статьи 209, 212, 214, 215 и 220 ДФЕС) и резюмируется, что ЕС не вправе изменять круг внешнеполитических компетенций по собственному усмотрению. В связи с этим расширение внешнеполитических полномочий ЕС – это одна из ведущих идей ДЭХ, всей деятельности Комиссии, относящейся к реализации единой энергетической политики ЕС. В результате Лиссабонских реформ учредительный ДЕС наделяет Евросоюз правосубъектностью, однако процедура осуществления внешней политики и разграничение сфер ведения дают основания полагать, что указанная тенденция сохранит своё значение.

В Заключении и рекомендациях подводятся итоги исследования, формулируются выводы и рекомендации, обосновываются тенденции и даётся прогноз дальнейшего развития Евросоюза и европейского права.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах:

В ведущих рецензируемых изданиях, перечень которых утверждён ВАК Министерства образования и науки РФ [общим объёмом 1,3 п.л.]:

1. Володин О.Н., Расширение внешнеполитических полномочий ЕС – одна из идей единой европейской энергетической политики // Журнал «Закон и Право» № 2, 2008. С.15-19. [0,6 п.л.]

2. Володин О.Н., Некоторые вопросы формирования правоотношений государств-членов ЕС в сфере энергетики // Журнал «Закон и Право» № 3, 2010. С.15-21. [0,7 п.л.]

В иных изданиях:

3. Володин О.Н., Идея сплочения ЕС в Договоре к Европейской Энергетической Хартии 1994 г. // "Международно-правовые чтения". Вып. 6 / отв. ред. П.Н.Бирюков. –Воронеж: Издательско-полиграфический центр Воронежского государственного университета, 2008. С. 182-186.

4. Володин О.Н., Договор к Энергетической Хартии – движущие мотивы // "Современные проблемы развития международного и конституционного права": Сб. материалов Международной научно-практической конференции, посвящённой памяти профессора Д.И.Фельдмана, отв. ред. Г.И.Курдюков, О.М.Смирнова. –Казань: Центр инновационных технологий, 2008. С.63-67.

5. Володин О.Н., Формирование «энергетических» правовых источников ЕС // "Современные направления развития науки и образования": Сб. статей. Вып.3/ Под общей ред. В.В.Полукарова. –Пенза: ПФ МОСА, 2008. С.126-132.

6. Володин О.Н., Основные принципы экономического сотрудничества государств в области энергетики // "Правовое регулирование экономической деятельности": сборник научных трудов (по материалам Всероссийской научно-практической конференции, Саратов, 17 апреля 2008 г.) / под ред. С.Н.Туманова, Э.В.Семёновой; ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» –Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «СГАП», 2008. С.36-38.

7. Отдельные аспекты исследования затронуты в статье : Володин О.Н., Вопросы современного преподавания международного права на фоне косовской проблематики // "Проблемы образования в современной России и на постсоветском пространстве": сборник статей XII Международной научно-практической конференции. Под. ред. профессора В.И.Левина. –Пенза: Приволжский Д

Pages:     | 1 | 2 ||
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.