авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Уголовно-правовое значение фактической ошибки при квалификации преступлений против жизни

-- [ Страница 3 ] --

В свою очередь, отмечается, что применительно к преступлениям против жизни данная группа ошибок в развитии причинной связи подразделяется еще на две разновидности: 1)когда смерть потерпевшего наступила в результате действий, не находящихся под контролем виновного (например, в результате действий иных лиц, в результате несчастного случая, произошедшего с потерпевшим и т.д.); 2)когда смерть потерпевшего наступила от так называемых вторичных действий виновного, направленных на сокрытие совершенного преступления.

В параграфе на примере ситуаций, когда умысел виновного был направлен на убийство двух или более лиц, а фактически наступивший результат не соответствовал поставленной им цели, исследованы фактические ошибки относительно причиненных последствий в преступлениях против жизни.

Проанализированы четыре разновидности фактической ошибки в средствах при совершении преступлений против жизни: 1) когда в результате ошибки используется другое средство, одинаково пригодное для достижения преступного результата; 2) когда используется средство, сила которого представляется субъекту заниженной, и в результате его применения наступают более тяжкие последствия по сравнению с предвидимыми виновным; 3) когда преступление совершается с использованием негодных средств; 4) когда используется средство, сила которого представляется лицу завышенной, и в результате его применения наступают менее тяжкие последствия по сравнению с предвидимыми виновным.

Пятый параграф - «Фактические ошибки в наличии обстоятельств, исключающих преступность деяния» - посвящен исследованию заблуждений в обстоятельствах, предоставляющих в силу прямого указания закона, право на причинение вреда, то есть когда речь идет о, так называемой, мнимости обстоятельств, исключающих преступность деяния. Данные разновидности фактической ошибки рассмотрены на примере мнимой обороны и мнимого задержания.

Третья глава диссертации - «Правила квалификации преступлений против жизни при наличии фактических ошибок» - посвящена выработке конкретных практических рекомендаций по квалификации преступлений против жизни, совершенных в условиях фактической ошибки.

В первом параграфе - «Квалификация действий лица в условиях фактической ошибки в объекте при совершении посягательства на жизнь» - рассмотрены не получившие окончательного разрешения в науке уголовного права проблемные вопросы квалификации преступлений против жизни в условиях фактической ошибки в объекте.

Обоснована позиция, согласно которой при ошибке в объекте, когда умысел лица направлен на причинение вреда неоднородному объекту, за посягательство на который предусмотрена более строгая ответственность, чем за фактически наступившие последствия (например, лицо намеревалось убить сотрудника правоохранительного органа, а фактически причинило смерть человеку, не являющемуся таковым), квалифицировать содеянное следует в соответствии с направленностью его умысла. Конкретная квалификация подобных ситуаций (как покушение на преступление либо как оконченное преступление) будет зависеть, в том числе от особенностей конструкции состава преступления.

При рассмотрении ошибки в объекте, диссертантом на основании изучения специальной литературы, судебной практики, рассмотрены различные подходы к разрешению ситуаций, когда лицо полагает, что посягает на жизнь субъекта, охраняемого специальными составами УК РФ (ст. 277, 295, 317 УК РФ), а в результате фактической ошибки причиняет вред потерпевшему, не являющемуся таковым. Результаты проведенного в ходе исследования социологического опроса сотрудников правоохранительных органов (на примере ст. 317 УК РФ) показывают, что единой позиции о квалификации подобных заблуждений в правоприменении не выработано (68% опрошенных полагают, что квалифицировать содеянное следует по ч.1 ст. 105 УК РФ, 20% - по ч.3 ст. 30 ст. 317 УК РФ, 12% - по ст. 317 УК РФ). Обращаясь к вопросам квалификации, сотрудники правоохранительных органов зачастую не могут мотивировать предлагаемое правоприменительное решение (прежде всего это касается поддерживаемой большинством опрошенных позиции о необходимости квалифицировать рассматриваемые заблуждения по ч. 1 ст. 105 УК РФ). В ходе исследования диссертантом обоснован аргументированный вывод о необходимости квалифицировать содеянное как оконченный состав одного из преступлений, предусмотренных ст. 277, 295 либо 317 УК РФ. При этом, отмечается, что действующий УК РФ не предоставляет возможности квалифицировать подобные случаи, используя нормы о покушении, т.к. конструкция составов преступлений, определенных термином «посягательство» (включающая в себя как убийство, так и покушение на убийство), не позволяет применять положения ч. 3 ст.30 УК РФ.

В случае, если умысел лица направлен на причинение вреда неоднородному объекту, за посягательство на который предусмотрена менее строгая ответственность, чем за фактически наступившие последствия, поскольку сознанием виновного не охватывалось наличие в объекте характеристик, влекущих более строгую ответственность, содеянное подлежит квалификации по статьям УК РФ в соответствии с направленностью умысла лица.

При ошибке в объекте, ответственность как за посягательство на который, так и за фактически наступившие последствия является равной (санкции статей, предусматривающих наказание за совершение указанных преступлений, являются равноценными по строгости), квалифицировать действия лица необходимо по статьям УК РФ в соответствии с направленностью его умысла. Так, например, квалифицировать действия лица, посягавшего на жизнь государственного и общественного деятеля, а фактически причинившего смерть сотруднику правоохранительного органа, следует по ст. 277 УК РФ, как оконченный состав данного преступления.

Диссертантом проанализированы представленные в доктрине уголовного права три основных подхода к уголовно-правовой оценке посягательства на «негодный объект»: как уголовно-ненаказуемое деяние, как покушение на преступление, как приготовление к преступлению. Предложены дополнительные аргументы о необходимости квалифицировать ситуации посягательства на «негодный объект», как правило, как покушение на преступление в соответствии с направленностью умысла лица. Иное решение данного вопроса возможно в ситуациях, когда конструкция составов конкретных преступлений не допускает возможности применения норм ч. 3 ст. 30 УК РФ (например, составы, определенные законодателем термином «посягательство»).

Второй параграф - «Квалификация действий лица при ошибке в личности потерпевшего» - посвящен выработке правил квалификации преступлений против жизни при заблуждении в личности потерпевшего.

Простая ошибка в личности при совершении преступлений против жизни не повлияет на квалификацию содеянного в соответствии с направленностью умысла лица. Сложная ошибка в личности может как оказывать влияние на квалификацию содеянного, так и не оказывать такого влияния.

Сделан вывод о том, что на квалификацию повлияют сложные ошибки в личности, заключающиеся в заблуждении лица в наличии у потерпевшего характеристик, образующих квалифицированные виды убийств (например, состояние беременности потерпевшей, малолетний возраст и (или) нахождение в беспомощном состоянии). На основе детального анализа представленных в доктрине позиций, судебной практики, данных проведенного диссертантом социологического исследования, с учетом допускаемых в правоприменении ошибок (76% респондентов полагают, что квалифицировать содеянное в таких ситуациях следует по совокупности преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и покушения на преступление по ч. 3 ст. 30 и п. «г» (либо «в») ч. 2 ст. 105 УК РФ, 20% - по ч. 1 ст. 105 УК РФ, 4% - по ч. 3 ст. 30 и п. «г» (либо «в») ч. 2 ст. 105 УК РФ), обоснован вывод о необходимости квалифицировать действия лица при заблуждении в наличии у потерпевшего таких характеристик как состояние беременности, малолетний возраст, нахождение в беспомощном состоянии как покушение на совершение квалифицированного убийства - по ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ либо по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ соответственно.

В ситуациях, когда сознанием виновного не охватывалось наличие в свойствах личности потерпевшего обстоятельств, образующих квалифицированный вид убийства, содеянное при отсутствии иных отягчающих обстоятельств, следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как простое убийство.

При рассмотрении ошибок в личности при совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ, по результатам изучения при проведении исследования правоприменительной практики судов Республики Карелия диссертантом установлено, что в целом при небольшом количестве рассмотренных в Республике Карелия уголовных дел по фактам убийства лица, ошибочно принятого за осуществлявшего определенную служебную деятельность, либо выполнявшего общественный долг, судами принимаются не имеющие под собой достаточного правового обоснования решения в пользу позиции, согласно которой квалифицировать содеянное следует по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Данную позицию суды обосновывали тем, что фактически совершено оконченное простое убийство, а более тяжкого преступления совершено не было. Субъективной стороне преступления должного внимания в таких случаях ни следственными, ни судебными органами не уделялось.

Диссертантом приведены дополнительные аргументы в обоснование поддерживаемой позиции, согласно которой, при ошибке в личности при совершении убийства лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, квалифицировать содеянное следует, вменяя виновному оконченный состав убийства, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Предлагается исходить из того, что речь идет о совершении преступления по определенному мотиву (мотив воспрепятствования деятельности, мотив мести за совершенную деятельность) и ошибка в личности потерпевшего не окажет влияния на уголовно-правовую оценку действий лица, поскольку имеет место и преступление, совершенное по определенному мотиву, и преступный результат в виде смерти человека.

При оценке преступлений против жизни, предусмотренных привилегированными составами УК РФ (убийство матерью новорожденного ребенка, убийство, совершенное в состоянии аффекта, убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление), совершенных в условиях ошибки в личности, квалификация содеянного будет обусловлена субъективным отношением лица к совершенному деянию и его последствиям, а также конкретными обстоятельствами происшествия.

На основе анализа проблемных вопросов по квалификации подобных ситуаций диссертантом обоснован вывод, согласно которому в случае, когда у лица отсутствует заблуждение относительно объекта посягательства, относительно характера своих действий и иных обстоятельств совершения преступления, допущенная ошибка в личности не окажет влияния на уголовно-правовую оценку содеянного. Квалифицировать содеянное в таких случаях следует в соответствии с направленностью умысла лица по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за соответствующее убийство.

Третий параграф - «Квалификация действий лица при заблуждении в обстоятельствах, характеризующих объективную сторону преступлений против жизни» - посвящен выработке правил квалификации преступлений против жизни, совершенных в условиях фактической ошибки в признаках объективной стороны.

В ходе исследования обоснованы следующие выводы по уголовно-правовой оценке ситуаций совершения преступлений против жизни в условиях ошибки в деянии (действии либо бездействии):

- заблуждение лица относительно наличия либо отсутствия в его деянии признаков общественной опасности, характерных для преступления, окажет влияние на уголовно-правовую оценку содеянного в зависимости от возможности осознания и предвидения наступления общественно опасных последствий своих действий. В случае, если лицо не предвидело, однако должно было и могло предвидеть наступление общественно-опасных последствий своих действий, содеянное следует рассматривать как неосторожное причинение смерти. Уголовно-ненаказуемыми такие заблуждения могут быть признаны лишь в случаях, когда лицо не должно было и не могло предвидеть возможность причинения своими действиями вреда жизни человека;

- квалификация содеянного при заблуждении лица относительно характера совершенного деяния в случае, когда при совершении преступления не наступил желаемый для него результат, будет обусловлена субъективным отношением лица к совершенному деянию и его последствиям, а также иными обстоятельствами происшествия. В рамках данного вида ошибки подробно исследованы различные варианты уголовно-правовой оценки случаев, когда действия лица были направлены на причинение потерпевшему в ходе совершения убийства особых (дополнительных) страданий, однако указанный результат достигнут не был, поскольку смерть потерпевшего наступила от первоначальных действий виновного. Проанализированы ошибки, допускаемые при принятии правоприменительных решений. Так, по результатам проведенного в рамках исследования социологического опроса 92% респондентов полагают, что квалифицировать содеянное следует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, 8% - по ч. 3 ст. 30 п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, иных вариантов квалификации опрошенными сотрудниками правоохранительных органов предложено не было. С учетом анализа различных представленных в доктрине подходов, сделан вывод о необходимости в случае, когда действия лица были направлены на причинение в ходе совершения убийства особых (дополнительных) страданий, однако указанный результат достигнут не был, поскольку потерпевший скончался от первоначальных действий виновного, квалифицировать содеянное как оконченный состав убийства, совершенного с особой жестокостью. Основополагающим, по мнению диссертанта, в данной ситуации будет являться то обстоятельство, что действия, составляющие, согласно субъективному представлению лица, особую жестокость, выполнены им в полном объеме, фактически особая жестокость проявлена, умысел на причинение особых страданий в полной мере реализован;

- ситуации отклонения действия всегда будет оказывать влияние на уголовно-правовую оценку содеянного. Конкретная квалификация таких ситуаций может быть различной, она обусловлена как характером и направленностью умысла лица, так и иными фактическими обстоятельствами происшествия. Отмечено, что основным в отечественной доктрине остается правило, когда ситуации отклонения действия квалифицируются как покушение на то преступление, которое лицо намеревалось совершить, и неосторожное причинение вреда. Однако, в преступлениях против жизни возможны и иные варианты квалификации ситуаций отклонения действия, обусловленные конкретными фактическими обстоятельствами происшествия, которые подробно проанализированы в параграфе. Так, например, при совершении преступления общеопасным способом возможны также варианты квалификации действий лица по ч. 3 ст. 30 и п. «е» ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 105 УК РФ (в случае предвидения, исходя из обстановки совершенного преступления, возможности причинения смерти иному лицу и безразличного к этому отношения); по ст. 109 УК РФ (в случае совершения насильственных действий в отношении потерпевшего с неконкретизированным умыслом, когда виновный допускал наступление любых из возможных последствий в отношении потерпевшего, а фактически по неосторожности причинил смерть другому лицу, при этом потерпевшему, на которого был направлен умысел виновного, вообще не причинен вред).

При рассмотрении вопросов квалификации преступлений против жизни при ошибке в развитии причинной связи, сделан вывод о том, что в случаях, когда смерть потерпевшего явилась результатом вторичных действий виновного, направленных на сокрытие совершенного преступления, уголовно-правовое значение такой ошибки будет определяться субъективным отношением лица к факту смерти потерпевшего. Если смерть потерпевшего являлась единственным желаемым для лица результатом, и в ходе совершения преступления при установлении, что потерпевший жив, оно готово было продолжить действия, направленные на причинение смерти, содеянное следует квалифицировать как оконченное умышленное преступление в соответствии с направленностью умысла лица.

В случае установления того факта, что если бы лицо знало, что потерпевший жив, то вторичные действия им не были бы совершены, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусматривающих ответственность за умышленно причиненный вред (либо неоконченное умышленное преступление с учетом направленности умысла лица), и неосторожное лишение жизни.

Если лицо совершило умышленные действия, направленные на причинение смерти потерпевшему, однако результат в виде смерти явился следствием воздействия иных явлений, не находящихся под контролем виновного, содеянное следует квалифицировать как покушение на убийство, даже если смерть потерпевшего была единственным желаемым для лица результатом преступления.

При рассмотрении вопросов квалификации преступлений против жизни при ошибке в последствиях диссертантом исследованы проблемы квалификации действий лица, совершившего в рамках единого преступления посягательство на жизнь двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Обоснована позиция, согласно которой, если при совершении единого преступления, направленного на причинение смерти нескольким лицам, в результате фактической ошибки погиб один из потерпевших, содеянное следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, дополнительного вменения покушения на убийство не требуется.

Если умысел лица направлен на причинение смерти трем и более потерпевшим, а фактически погибло двое из них, содеянное следует квалифицировать как оконченный состав преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст. 105 УК РФ. По мнению диссертанта, дополнительного вменения покушения на убийство оставшихся в живых потерпевших также не требуется.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.