авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Провокация взятки либо коммерческого подкупа: уголовно-правовые и криминологические аспекты

-- [ Страница 2 ] --

Апробация результатов исследования. Некоторые из основных теоретических выводов и положений диссертационного исследования были изложены в докладах на двух научных межвузовских конференциях, проходивших в Ставропольском институте им. В.Д. Чурсина и Российской академии правосудия. Кроме того, по теме диссертационного исследования опубликованы три научные статьи.

Структура диссертационного исследования обосновывается его целью и задачами и состоит из введения, трех глав и шести параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложения.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы и ее актуальность, указывается объект и предмет исследования, формулируются его цель и задачи, определяется методология исследования, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся данные об апробации полученных результатов.

Первая глава «Юридическая природа уголовной ответственности за провокацию взятки либо коммерческого подкупа» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Провокация как метод борьбы с преступностью в истории права России» проводится исследование социальной обусловленности установления уголовной ответственности за провокацию взятки.

В нормативно-правовых актах царской России специально не выделялась ответственность за провокацию взятки как самостоятельный состав преступления, хотя, начиная с Соборного уложения 1649 г. стали упоминаться такие преступления, как передача без согласия «торговых людей, стрельцов, иноземцев, боярских и всяких чинов людей» табака с целью их привода органам власти и обвинения в незаконном обороте продукции, подстрекательство к получению взятки, необоснованное обвинение во взяточничестве лица, возбудившего дело.

Резкий рост взяточничества в связи с поставками и военными заказами, особенно в период русско-японской, а затем и первой мировой войны, вызвал необходимость как усилить ответственность за получение взятки, так и отказаться от начала ненаказуемости за дачу взятки. Нередко серьезное искажение полицейскими поставленной задачи борьбы со взяточничеством приводило к нарушению законности и провокации преступлений. В связи с этим впервые в царской России на заседании III-й Государственной думы было выражено отрицательное отношение к провокации как методу борьбы с преступлениями. В свою очередь, на подзаконном уровне регулирования сыскной работы также предпринимались попытки искоренения провокационной деятельности со стороны секретных сотрудников. Однако существовавшие столетиями специальные отделения по полицейскому политическому сыску сложили порочную практику использования для достижения поставленных целей провокаторов. Бесчинство и произвол сыскных агентов – провокаторов вызывали беспокойство за свою дальнейшую судьбу не только у простого народа, но и у вышестоящих деятелей России. Все настойчивее стал подниматься вопрос о запрете провокационных методов борьбы с преступностью. Хотя многое в работах того времени было, скорее, пропагандой, чем строго научными изысканиями, но проблема дискутировалась и объективно требовала решение данного вопроса на законодательном уровне.

Особенностью УК РСФСР 1922 г. стало впервые закрепление в специальной статье ответственности за провокацию взятки. Так, ст. 115 УК РСФСР формулировала состав провокации взятки как «заведомое создание должностным лицом обстановки и условий, вызывающих предложение взятки в целях последующего изобличения дающего взятку». Объект провокации взятки совпадал с объектом взяточничества. Считалось, что своими действиями виновный прежде всего нарушал деятельность советского государственного аппарата, и уже посредством посягательства на данный объект нарушал интересы лиц, спровоцированных на взятку. Согласно диспозиции ст. 115 УК РСФСР 1922 г. уголовной ответственности подлежали лишь должностные лица и лишь за провокацию дачи взятки. Переход от политики военного коммунизма к нэпу сопровождался значительным увеличением должностных преступлений и, прежде всего, взяточничества. Постановлением ВЦИК от 22 ноября 1926 года был введен в действие новый Уголовный кодекс РСФСР. В отличие от УК РСФСР 1922 г. в новом Уголовном кодексе ст. 119 устанавливала ответственность как за провокацию дачи взятки, так и за провокацию ее получения. Однако субъектом данного преступления по-прежнему могло выступать только должностное лицо. По этому поводу среди криминалистов возникали дискуссии, поскольку некоторые из них к провокаторам относили и частных лиц. Анализируя объективную сторону провокации взятки, общераспространенным мнением среди ученых того времени являлось отождествление провокации взятки с подстрекательством. Кроме того, много споров велось в отношении ответственности спровоцированного лица и момента окончания провокации.

Вступивший в силу 1 января 1961 года УК РСФСР 1960 г. декриминализировал норму о провокации взятки. Следует заметить, что еще в 1937 году при подготовке нового Уголовного кодекса составители не включили в проект статью о провокации взятки, сославшись на ее редкость в судебной практике. Ответственность за провокацию преступления определялась теперь по правилам ст. 17 Основ уголовного законодательства Союза ССР 1957 г. и соответствующих статей уголовных кодексов союзных республик как за подстрекательство к совершению преступления.

Первая попытка законодательного закрепления провокационных действий в постсоветское время была предпринята в Проекте Уголовного кодекса России. В нем провокация взятки была помещена в главу «Преступления против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» и определялась как «попытка передачи должностному лицу без его согласия денег, ценных бумаг, иного имущества или услуг имущественного характера с целью создания искусственных доказательств получения взятки». Таким образом, Проект Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривал принципиально новый подход российского законодателя к оценке провокации: было устранено основание для оценки провокации взятки как формы соучастия, то есть подстрекательства к преступлению.

Во втором параграфе «Уголовно-правовое значение провокации преступления в праве зарубежных стран» анализируется опыт уголовно-правовой борьбы с провокационной деятельностью в странах Европы, США и бывших союзных республиках СССР.

Закрепляя общую норму, запрещающую провокацию любого преступления, уголовное право США не предусматривает ответственность собственно провокатора. Верховный Суд США указывает на нетерпимость провокации, делая акцент на правовом положении спровоцированного лица. Запрещенными методами провокации считаются лишь такие действия сотрудника спецслужб, которые направлены на побуждение человека, не имеющего преступного умысла, совершить преступление. Если лицо совершило преступление в результате длительных уговоров, интенсивного и упорного влияния провокатора, то оно освобождается от уголовной ответственности за совершенное преступление.

Отсутствие четкой границы между правомерной и неправомерной провокацией в праве США представляет определенные трудности для защиты подсудимого, доказывающей факт «вовлечения в ловушку». Оказавшись в весьма затруднительном положении, спровоцированный обязан доказать, что без такого давления не нарушил бы закон.

В уголовных кодексах большинства европейских стран, имеющих кодифицированное уголовное законодательство, специальной нормы, предусматривающей ответственность за провокацию преступлений, нет. Однако это не означает, что сотрудники полиции и иных органов, отвечающих за общественную безопасность и правопорядок, не сталкиваются с подобной специфической деятельностью. Так, в Германии основания и условия проведения провокационной деятельности сотрудниками спецслужб детально регламентированы ведомственными нормативными актами. Согласно им, под провокацией понимается «стремление вынудить готовящегося к преступлению фигуранта действовать в невыгодных для себя условиях, и тем самым облегчить задачу по задержанию и изобличению правонарушителя». За совершение провокационных действий агент, как правило, не подлежит уголовной ответственности, поскольку считается, что он стремится не к конечному результату преступления, а лишь к его попытке совершения и в целях предотвращения более опасных последствий. Провокация наказуема лишь в тех случаях, если она имеет признаки подстрекательства, и в действиях агента-провокатора имело место твердое намерение склонить лицо к совершению преступления.

В уголовном законодательстве Болгарии определение провокации взятки во многом совпадает с определением, содержавшимся в ст. 119 УК РСФСР 1926 г.: за провокацию незаконного вознаграждения подлежат все, кто преднамеренно создает обстановку и условия, вызывающие предложение или получение взятки в целях последующего изобличения предложившего или принявшего взятку. Однако в отличие от УК РСФСР 1926 г., по которому субъектом провокации могло быть только должностное лицо, Уголовный кодекс Болгарии не определяет конкретный круг лиц, подлежащих ответственности за данный вид преступления, как не ограничивает и круг потерпевших от провокационных действий виновного.

Уголовному законодательству бывших союзных республик СССР провокация взятки была известна еще с 20-х годов ХХ века. Впервые появившись в Уголовном кодексе РСФСР 1922 г., норма об ответственности за провокацию взятки в последующем в аналогичной редакции была закреплена и в уголовных кодексах других союзных республик.

В ныне действующих уголовных кодексах таких республик, как Кыргызстан и Казахстан, диспозиция нормы о провокации взятки либо коммерческого подкупа полностью совпадает с определением, содержащимся ст. 304 УК РФ. Формулировка провокации взятки, закрепленная Уголовным кодексом Украины, оставлена без изменений, тождественно дефиниции, имевшей место ранее в Уголовном кодексе УССР. Не используя термин «провокация», законодательство Республики Беларусь устанавливает ответственность за инсценировку получения взятки или коммерческого подкупа должностным лицом или работником индивидуального предпринимателя или юридического лица, не являющегося должностным лицом.

Таким образом, сталкиваясь с проблемой провокационной деятельности, страны Европы, США и бывшие союзные республики СССР принимают необходимые меры для правого урегулирования данного рода отношений, поскольку отсутствие четких критериев правомерности возможных действий сотрудников органов, отвечающих за общественную безопасность и правопорядок, способствует еще большему усугублению криминогенной обстановки в обществе.

Вторая глава «Уголовно-правовая характеристика провокации взятки либо коммерческого подкупа» состоит из двух параграфов.

Первый параграф «Объективные признаки провокации взятки либо коммерческого подкупа» посвящен характеристике признаков объекта и объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 304 УК РФ.

Помещение законодателем провокации взятки либо коммерческого подкупа в главу 31 УК РФ «Преступления против правосудия» подразумевает, что основным непосредственным объектом данного состава преступления являются интересы правосудия в части соблюдения установленного законом процессуального порядка получения доказательств по делу, дополнительным непосредственным объектом – право гражданина на защиту от необоснованного привлечения к уголовной ответственности, факультативным – честь, достоинство и деловая репутация.

Обязательным признаком объекта как элемента состава провокации взятки либо коммерческого подкупа является предмет. Под ним законодатель кроме денег, ценных бумаг, иного имущества подразумевает и услуги имущественного характера, что, на наш взгляд, неосновательно сужает объем предмета провокации взятки либо коммерческого подкупа. На практике возможны случаи, когда выгоды имущественного характера, такие, как внеочередное получение квартиры или земельного участка, устройство на высокооплачиваемую работу и т.п., могут стать непременными условиями действия (бездействия) спровоцированного в интересах «мнимого взяткодателя». Полагаем, целесообразно заменить в диспозиции ст. 304 УК РФ признак «услуги имущественного характера» на «выгоды имущественного характера». В связи с тем, что провокатор своими незаконными действиями посягает, прежде всего, на интересы правосудия, общие положения ст. 14 УК РФ о малозначительности деяния нельзя относить к размеру предмета провокации взятки либо коммерческого подкупа.

Одной из особенностей ныне действующего состава провокации взятки либо коммерческого подкупа является потерпевший – должностное лицо либо лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческих или иных организациях. Анализ примечания 1 к ст. 285 УК РФ, определяющего правовой статус должностного лица, приводит к выводу о необходимости заменить формулировку понятия представителя власти, данного в примечании к ст. 318 УК РФ на определение, согласно которому «к представителям власти следует относить лиц, осуществляющих законодательную, исполнительную и судебную власть, а также работников государственных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности». Кроме того, в примечании 1 к ст. 285 УК РФ не определен правовой статус государственных служащих, назначенных представителями государства в коммерческих организациях. По нашему мнению, необходимо расширить правовой статус должностного лица, дополнив формулировку примечания 1 к ст. 285 УК РФ фразой «либо государственные служащие, представляющие интересы государства в коммерческих организациях». Помимо прочего, при перечислении функций должностного лица, между словами «организационно-распорядительные» и «административно-хозяйственные» исключить знак препинания – запятую, и вставить разделительный союз «или», изложив примечание 1 к ст. 285 УК РФ в следующей редакции: «Должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти, либо выполняющие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, либо государственные служащие, представляющие интересы государства в коммерческих организациях».

Объективная сторона провокации взятки либо коммерческого подкупа по ныне действующему уголовному законодательству характеризуется единственным обязательным признаком – деянием, которое может быть осуществлено только посредством активного поведения – действия, и заключается в «попытке передачи» предмета подкупа в «целях искусственного создания доказательств совершения преступления либо шантажа». Неудачная формулировка диспозиции вызывает затруднения в толковании нормы и ее применении в практической деятельности органов предварительного следствия и суда. Полагаем, цель совершения провокационной деятельности несовместима с предложенной законодателем сути объективной стороны – «попыткой передачи» незаконного вознаграждения потерпевшему. С подобной целью могут быть связаны действия, направленные на имитацию, создание видимости получения подкупа должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческих или иных организациях. Указание законодателя и Пленума Верховного Суда РФ на отсутствие согласия потерпевшего принять незаконное вознаграждение подразумевает, что получение взятки провокатором сымитировано. Таким образом, из данной предпосылки логически вытекает другая: при достижении согласия служащего принять предмет подкупа исключается состав провокации.

Если же провокацию рассматривать как имитацию, инсценировку получения незаконного вознаграждения, то при достижении согласия служащего принять подкуп доказательства получения взятки либо коммерческого подкупа соответствуют действительности: должностное лицо либо служащий коммерческой или иной организации совершило преступление, предусмотренное ст. 290 УК РФ либо ч. 3 ст. 204 УК РФ. В связи с тем, что получение взятки (коммерческого подкупа) – формальный состав, преступление считается оконченным с момента получения хотя бы части денег, ценных бумаг и т.п., а выполнение действий по службе находится за рамками состава преступления, то мнение о привлечении спровоцированного лица к уголовной ответственности как за оконченное преступление диссертант полагает вполне обоснованным.

Не менее сложным на сегодняшний день является вопрос о квалификации действий лица, склонившего должностное лицо либо лицо, выполняющего управленческие функции в коммерческих или иных организациях, принять предмет провокации взятки либо коммерческого подкупа. За подобные действия виновный в период действия уголовных кодексов РСФСР 1922 г. и 1926 г. подлежал бы ответственности за провокацию взятки без ссылки на какие-либо дополнительные статьи. Однако в связи с тем, что формулировка ст. 304 УК РФ не подразумевает передачу служащему незаконного вознаграждения, то факт дачи взятки либо коммерческого подкупа должен квалифицироваться по совокупности с тем преступлением, которое виновный собственно намеревался совершить – провокацией взятки либо коммерческого подкупа. Наиболее верно отражающей и объективную, и субъективную сторону рассматриваемой ситуации диссертант считает квалификацию по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 291 УК РФ (Дача взятки) либо ч. 1 ст. 294 УК РФ (Передача коммерческого подкупа) и ч. 3 ст. 30, ст. 304 УК РФ (Покушение на провокацию взятки либо коммерческого подкупа).

Во втором параграфе «Субъективные признаки провокации взятки либо коммерческого подкупа» раскрываются признаки субъективной стороны и субъекта состава преступления, предусмотренного ст. 304 УК РФ.

Помимо искусственного создания доказательств совершения преступления в качестве цели провокации взятки либо коммерческого подкупа законодатель предусмотрел и шантаж. Однако наличие данной цели в составе, предусмотренном ст. 304 УК РФ, противоречит содержанию объекта посягательства. Иными словами, запугивание провоцируемого использованием полученных в результате провокации сведений о мнимом преступлении, прежде всего, посягает на права и свободы личности, а не на регламентированную законодательством деятельность суда и содействующих ему органов по реализации задач и целей правосудия. В связи с изложенным считаем обоснованным исключить шантаж из перечня целей провокации взятки либо коммерческого подкупа.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.