авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Применение мер административного пресечения в российской федерации

-- [ Страница 3 ] --

Диссертант поддерживает мнение ученых, которые считают, что в условиях российской реальности возникает необходимость переосмысления некоторых привычных представлений о государственном принуждении. В научной литературе проблеме принуждения посвящен ряд публикаций, в которых авторы рассматривают его в различных ипостасях: как метод воздействия, который обеспечивает совершение действий людьми вопреки их воле, в интересах принуждающего; как метод государственного управления, средство организации волевых устремлений субъектов с целью подчинения государственной воле; как средство обеспечения законности и правопорядка. Названные подходы позволили в определенной мере раскрыть различные стороны этого сложного социального явления.

Автор полагает, что в условиях нового политического мышления, когда право рассматривается как общечеловеческая ценность, когда недопустимо отождествление его с законом, возникает необходимость переосмысления роли принуждения, в том числе административного пресечения в обществе. Правила поведения, опираясь на экономические, политические, социально-духовные факторы реальной действительности, оформляются и признаются государством. Справедливо заметил Л.С. Мамут, что нормативные акты – одно, а правовой их характер – это другое7. Юридическая норма, являющаяся основанием для возникновения субъективного права, обусловливает социальную оправданность правовых притязаний на исполнение государственного принуждения в целях исполнения правообязывающих действий, что позволяет в какой-то мере гарантировать наступление ожидаемого от юридических норм результата – реального осуществления предусмотренных в юридических нормах прав и обязанностей.

В третьем параграфе «Меры административного принуждения в деятельности единой системы федерального органа исполнительной власти» автором делается вывод о том, что административное пресечение следует рассматривать не только как метод государственного управления, но и как социальный инструмент, с помощью которого как государственные органы, так и общественные объединения должны обеспечивать достижение поставленных обществом целей в сфере обеспечения порядка и безопасности.

Диссертантом отмечается, что в качестве правовых норм могут признаваться только те нормы государства, которые вписываются в существующую систему ценностей и получают социальную легитимность. По мнению П. Бергера и Т. Лукмана, легитимация включает в себя не только нормативно ценностный момент, но и предполагает «оправдание» и знание8. Если правовые нормы (пусть даже установленные государством), где произвольно закреплена государственная воля, извне навязанная большинству общества, не являются основанием для прав и обязанностей социальных субъектов, не отвечают их интересам, то применяемое государством принуждение и реализация таких норм превращаются в «организованное насилие». Анализируя суждения многих ученых, автор считает, что осуществление таких норм приводит к использованию необоснованно жестких мер государственного принуждения, которые в конечном итоге все равно не дают ожидаемого эффекта или связаны с большими нравственными и психическими потерями. А.В. Поляков и Е.В. Тимошина подчеркивают, что критерий отнесения законодательного акта к правовому может быть только один: возникновение на основе легитимности данного акта правовых норм и обязанностей субъектов9.

Субъекты государственного управления применяют методы воздействия в целях осуществления задач и функций государства, общества для решения экономических, социальных, оборонных, правоохранительных и иных задач. Результат таких действий и есть правопорядок. А.В. Поляков правовой порядок определяет как социально признанный порядок, т.е. такой, который основывается на социально признанных нормах. В силу этого такой правопорядок, по его мнению, является справедливым10. Идее справедливости не противоречит даже принудительное его поддержание. Заслуживает внимания высказывание В.К. Бабаева о том, что государственное принуждение к соблюдению юридических норм будет оправданным и, в свою очередь, справедливым, если законодательство последовательно и четко выражает идеи справедливости и свободы11. В литературе государственное принуждение определяется как осуществляемое на основе закона государственными органами, должностными лицами и уполномоченными общественными организациями физическое, психическое, имущественное или организационное воздействие в целях защиты личных, общественных или государственных интересов.

Автор констатирует, что в настоящее время рассмотрение методов убеждения и принуждения связано с необходимостью обеспечения прав и свобод человека, осмыслением и обобщением новых явлений в государственном переустройстве общества, организации и деятельности правоохранительных органов, поэтому оно имеет теоретико – прикладное значение. Исходя из этого, вопрос о приоритетности мер административного пресечения, несомненно, имеет большое значение для юридической науки, и в частности для деятельности правоохранительных органов российского государства.
А.П. Клюшниченко считает, что административное принуждение является правовым явлением. Применение мер административного пресечения строго регламентировано законом, осуществляется на основании и во исполнение закона. В этой связи Н.И. Козюба подчеркивает, что пресечение выступает сдерживающим фактором для всех незаконнопослушных граждан и обеспечивает общую обязанность выполнять правовые нормы. В.Д. Мальков в разделе «Методы управления в сфере правоохранительной деятельности» пишет: «Метод принуждения направлен на понуждение работника к должному поведению, вопреки его желанию».12

Автор соглашается с мнением Г.Ю. Ксензовой, что пресечение провоцирует агрессивно-репрессивную среду, которая не может пройти бесследно в плане физического и нравственного здоровья. Принуждение всегда вызывает отторжение навязываемой деятельности, причем, чем сильнее принуждение, тем сильнее реакция отторжения13.

Диссертанту представляется более обоснованной точка зрения, согласно которой пресечение следует рассматривать, прежде всего, как социальный инструмент, как метод государственного управления, с помощью которого социальные субъекты обеспечивают достижение поставленных обществом целей в сфере обеспечения порядка и безопасности.

Такой подход, считает соискатель, позволяет наиболее полно охарактеризовать меры административного пресечения в административно –правовой деятельности правоохранительных органов, с одной стороны, как способ, интегрирующий социологический, психолого –педагогический, правовой аспекты воздействия на социальные объекты, и, с другой, – как стимулирование поведения человека в общественной жизни. Автор полагает, что методы общественного воздействия должны постепенно становиться одним из эффективных средств в борьбе с антиобщественными проявлениями. Приоритеты стали меняться, и государство стало более решительно использовать полицию, судебные и прокурорские органы в борьбе с нарушителями обще­ственного порядка и общественной безопасности. Принуждение как метод стал главным, широко применяемым государством, однако он все чаще стал проявляться как подчиненный по отношению к убеждению. Парадоксально, но факт: лишь в последние два десятка лет у нас появились специальные теоретические исследования, посвященные административному принуждению к исполнению требований права. Что же касается убеждения как средства обеспечения неуклонного исполнения правовых предписаний, то его содержание, практические средства, формы осуществления не изучены основательно до сих пор.

Государство по своей природе не может строить отношения с населением на каких-либо иных основах, кроме как на убеждении большинства в правильности своей политики и принуждением в отношении того меньшинства, устремления и действия которого расходятся с волей большинства. Иначе государство оторвется от народа и потеряет его поддержку. Автор считает, что содержание убеждения как универсального способа воздействия заключается в том, чтобы субъекты органа исполнительной власти осуществляли свою деятельность не только с учетом требований властных полномочий, но и в силу правосознания, правовой культуры. Это означает внедрение дисциплинированности, понимания того, что общественная дисциплина и законность представляют собой необходимое условие успешного устройства правового независимого демократического государства, а также формирование сознательной привычки, направленной на соблюдение правовых требований, осознанной необходимости активно бороться с антиобщественными проявлениями. Нередко в общественном сознании имеет место отождествление убеждения с воспитанием, даже делается вывод, что в нашем государстве и пресечение убеждает. Такие суждения приводят к мысли об исчезновении грани между убеждением и пресечением, о некоем странном «принудительном убеждении». В пользу таких суждений автору мыслится такая мера, как воспитание, т.е. повышение уровня правосознания, которую следует относить к обширной работе по обеспечению исполнения требований права. Что же касается таких универсальных методов, как убеждение и принуждение, то с их помощью достигаются цели правового воспитания, считает автор.

Если рассматривать такую цель как потребность, то она предполагает выработку и формулирование программы для достижения желаемого результата путем свободного выбора ориентира. Когда субъект отдает предпочтение средствам для достижения эффекта правового воспитания граждан, то этот выбор будет научно обоснованным, определяемым ценностью выбранного средства. Принимая на себя решение и ответственность за результаты своей деятельности и за используемые при этом средства, правоприменитель исходит из имеющегося научного арсенала, наработанного опыта и знаний. Тогда потребность становится фактором, детерминирующим деятельность, и только при этом условии трансформируется в цель, представляющую собой модель желаемого, предполагаемого результата. Таким образом, по мнению соискателя, убеждение и пресечение будут выступать действенными методами достижения целей воспитания, способствовать повышению уровня правосознания и правовой культуры, всей работы по обеспечению исполнения требований права.

Автор полагает не совсем убедительным суждение о том, что административное наказание – это не только мера пресечения, но и воспитания. Например вывод Б.С. Утевского в статье «Некоторые вопросы дальнейшего развития теории уголовного права»14 в своем первоначальном виде, по существу, противоречит объективной логике суждения по данному вопросу.

По нашему мнению, смысл убеждения как особого средства правового воспитания состоит в том, чтобы правовые требования соблюдались гражданами и должностными лицами в силу внутреннего признания их как собственной воли, а не из слепого повиновения приказам органов исполнительной власти. Такая постановка вопроса будет способствовать внедрению дисциплинированности, осознанию того, что общественная дисциплина, законность представляют собой необходимое условие успешного развития государства по пути демократии, привитию сознательной привычки к соблюдению правовых требований, чувства нетерпимости к их нарушениям, желания бороться с антиобщественными проявлениями.

Заслуживает внимания высказывание В.К. Бабаева, что государственное принуждение к соблюдению юридических норм будет оправданным и, в свою очередь, справедливым, если законодательство последовательно и четко выражает идеи справедливости и свободы15.

Четкая, регламентированная процедура применения государственного пресечения дает правовые гарантии прав и свобод человека и оставляет меньше возможностей для злоупотребления со стороны правоприменительных органов и должностных лиц. Автор считает, что применение пресечения должно осуществляться в особой, закрепленной в нормативных актах процедурной форме.

Справедливо высказывание А.И. Каплунова, что привязка принуждения к конкретному правонарушению оказывается чрезмерно жестокой, не оставляющей места принудительным мерам, применяемым для профилактики правонарушений или в иных целях16. Негативные юридические факты, такие как правонарушения или иные социальные отклонения, повлекшие применение государственного принуждения, в литературе именуют правовыми аномалиями17. Автор полагает, что и другие неправомерные деяния, выражающиеся в неисполнении юридических обязанностей, законных требований органов государства или уполномоченных на то должностных лиц, если нормы определяют правила поведения, обязательные для всех, являются основанием для применения государственного принуждения.

В классификации, предложенной В.В. Серегиной, по мнению соискателя отсутствует «процессуальное обеспечение»18 как самостоятельная правовая форма государственного принуждения. Однако в литературе справедливо утверждается, что защита права «осуществляется не только восстановительными средствами, но и посредством превентивных, пресекательных мер»19.

Нельзя оставить без внимания утверждение А.И. Каплунова, который выделяет в качестве самостоятельной правовой формы государственного пресечения процессуальное обеспечение. «Реализация ряда материальных установлений (например, различных видов наказаний) возможна только в процессуальном порядке. И именно для обеспечения этого процессуального порядка и в рамках его осуществления применяются входящие в состав данной правовой формы меры государственного принуждения»20.

Автор, поддерживая данный подход к классификации мер государственного пресечения, считает, что данная идея в полной мере соответствует целям обеспечения правопорядка и обеспечения общественной безопасности и будет способствовать более четкой межотраслевой терминологической унификации правовых явлений в сфере государственного пресечения.

Понятие «государственное пресечение» в научной литературе часто употребляют как синоним понятию «правовое пресечение». Некоторые же авторы усматривают между ними различия. По мнению А.И. Каплунова, при разграничении понятий «правовое пресечение» и «государственное пресечение» за основу должен быть взят именно субъект пресекательного воздействия21. Государственно-властные органы, имеющие в своем распоряжении специальные силы и средства, осуществляют государственное пресечение, меры же правового пресечения могут применяться иными специально уполномоченными на то законом субъектами. Мы считаем, что «правовое пресечение» возможно при наличии правомерного притязания субъекта на исполнение правовых обязанностей и на защиту нарушенного права. Для этого необходимо, чтобы юридические нормы как общезначимые правила поведения реально наделяли субъектов правами и обязанностями, отражали общие и частные интересы. Такие правила поведения становятся легитимными, получают социальное признание и оправдание. В их защите заинтересовано не только само общество, но и государство.

Государственное пресечение может быть основано на отсутствии правомерных притязаний на исполнение правовых обязанностей.

Так, А.И. Каплунов отмечает, что «принуждать – значит различными насильственными способами и средствами заставлять принуждаемого поступать в соответствии с установленными социальными нормами, в соответствии с волей и желанием принуждающего субъекта». Соискатель полагает, что невозможно полностью согласиться с данной позицией и замечает, что, несомненно, насилие тоже основано на принуждении. Однако, как отмечает А.В. Зарицкий, оно является продуктом произвола государственной власти22.

Развитие реформаторских процессов в России, повышение ценности права для каждого создали объективные условия для формирования в праве поощрительных стимулов. Справедливо высказывание авторов, что правомерное поведение может быть не только под угрозой наступления нежелательных последствий за совершение правонарушения, но и в силу поощрения как стимула для достижения требуемых правовых действий23.

Диссертант полагает, что наряду с пресечением правовое поощрение является «естественным» и необходимым средством для нормального функционирования правовой системы общества, которое служит важнейшим стимулом стабильности и устойчивости общественных отношений.

Д.А. Керимов популярно выразил мысль о том, что «нарушение логики закона, неточность его понятий и формулировок, неопределенность терминов порождают многочисленные запросы, вызывают непроизводительную трату времени, сил и энергии, одновременно являясь питательной почвой для бюрократической волокиты, позволяют извращать смысл закона и неправильно его применять»24.

Автор утверждает, что правильное применение мер административного пресечения предполагает незыблемость соблюдения законных прав и интересов физических и юридических лиц, в отношении которых они применяются, и исполнение нормативных установлений мер административного принуждения, что в реальной правоприменительной практике их редко различают, поскольку правильное применение мер административного наказания предполагает незыблемость тех прав и интересов, ограничение которых не вызывается целями прекращения противоправного поведения.

Непосредственное, прямое действие конституционных прав и свобод тесно связано с общим принципом высшей юридической силы и прямого действия Конституции Российской Федерации, что подтверждается ст. 15 названного нормативного акта.
В ней также отражено, что «законы и иные нормативные акты, применяемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции РФ». Несоблюдение этого требования, определенного ст. 15 и 18 Конституции РФ, придает практике применения мер к правонарушителям и должностным лицам оттенок нереальности.

Административное принуждение выступает в качестве средства преодоления антиобщественных проступков, поскольку карательные санкции всегда затрагивают честь и достоинство личности нарушителя, приводят ее к известным претерпеваниям за содеянное. Этим самым искореняются антиобщественные устремления.

В заключении формулируются основные выводы и рекомендации диссертационного исследования, наиболее значимые из которых изложены в тексте настоящего автореферата при характеристике соответствующих разделов работы.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах
автора:

1. Пехтерева З.А. Система мер административного принуждения в деятельности правоохранительных органов РФ // Материалы пятой региональной научно-практической конференции молодых ученых: Внутривузовский сборник научных статей юридического факультета КГАУ. Краснодар, 2003. – 0,3 п.л.

2. Пехтерева З.А. Административно-наказательные меры, применяемые в сфере охраны общественного порядка по защите прав и свобод граждан // Научные труды Российской академии юридических наук. Вып. 4. В 3 т. Т. 3. М., 2004. – 0,4 п.л.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.