авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

Права ребенка и их защита в россии: общетеоретический анализ

-- [ Страница 3 ] --

С наиболее важными выводами, сделанными в исследовании, соискатель выступал на международной научно–практической конференции «21 век: Россия и Запад в поисках духовности» (Пенза, 2003 г.); всероссийском научно–практическом симпозиуме «Проблемы социализации в нестабильном обществе» (Пенза, 1995 г.); всероссийских научно–практических конференциях: «Региональные программы развития образовательных систем» (Пенза, 1992 г.), «Общество. Государство. Личность» (Пенза, 2004 г.), «Профессиональная подготовка учительства: история, современность, перспективы» (Пенза, 2005 г.), «Профессиональная подготовка учительства: история, теория, практика» (Пенза, 2006 г.); региональной научно–практической конференции «Вуз и школа: новые направления взаимодействия» (Пенза, 1995 г.); областных научно–практических конференциях: «Дети Пензенской области» (Пенза, 2001 г.), «Дети, семья, общество – проблемы духовности» (Пенза, 2004 г.); городской научно–практической конференции «Социальная среда и воспитание школьников: проблемы, поиски, опыт» (Пенза, 1995 г.); вузовской научной конференции «Человек и его права в современном мире» (Пенза: ПФ МНЭПУ, 1998 г.); «круглом столе» «Правовая политика: концепция и реальность» (Саратов: СФ ИГП РАН, 2004 г.).

Материалы диссертационного исследования используются автором в преподавательской работе при чтении лекций и ведении семинарских занятий по курсам «Теория государства и права», «Проблемы теории государства и права», «Философия права», «Семейное право», «Право социального обеспечения» в вузах г. Пензы.

Основные идеи работы докладывались на семинарах–практикумах, организуемых Комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав при Правительстве Пензенской области для работников районных и городских комиссий и внедряются в практику функционирования Пензенского регионального отделения Международной общественной организации «Союз социальной защиты детей» и Пензенского областного отделения Общероссийского общественного фонда «Российский Детский Фонд» как институтов гражданского общества.

Структура диссертации обусловлена предметом, целью и задачами исследования и включает введение, шесть глав, пять из которых объединяют двадцать пять параграфов, заключение и библиографию.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении работы обосновываются выбор и актуальность темы, определяется степень ее разработанности, приводится научный аппарат исследования.

Глава 1 «Положение детей в современном российском обществе» посвящена характеристике правового регулирования положения детей в современной России.

В данной главе внимание автора к историческим аспектам положения детей в обществе позволило не только раскрыть генезис вопроса и выявить обстоятельства, влияющие на непосредственное состояние дел с правами ребенка, но и уяснить динамику их развития, становление теории прав ребенка.

История свидетельствует, что в дореволюционной России ребенок являлся объектом родительской власти, в советское время он превратился в объект государственной политики, а права ребенка советские семейные кодексы рассматривали сквозь призму обязанностей родителей.

В 1959 г. ООН была провозглашена Декларация прав ребенка, в 1989 г. принята Конвенция о правах ребенка, т.е. проблема прав и законных интересов детей, их защиты потребовала первостепенного внимания. Именно с этого времени – момента подписания Конвенции и ее ратификации в 1990 г. – в нашей стране намечается поворот национального самосознания к проблемам детей и начинает формироваться иная государственная политика в области защиты детства, ибо стало ясно, как много теряет общество, не заботясь о детях. В юридической науке начинается становление теории прав ребенка.

Эта линия продолжается в 90-е и последующие годы, когда заметно возросло количество законодательных и других нормативных актов, закрепляющих права ребенка в России и направленных на создание правовых гарантий, обеспечивающих защиту его прав, и когда положение ребенка в обществе, его правовой статус, охрана и защита его прав и законных интересов становятся предметом специальных юридических исследований.

Однако перестройка и реформирование современного российского общества, связанные со сменой общественного строя, негативно сказались прежде всего на положении детей и явились факторами, способствующими нарушению их прав. С опорой на данные официальной статистики анализируются проблемы бедственного положения детей в современной России и предлагаются меры, которые необходимо предпринять для исправления ситуации в следующих сферах общественной жизни: демография, уровень жизни семей с детьми, состояние здоровья детей, образование, трудовая занятость подростков, положение детей–сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, детская безнадзорность, правонарушения несовершеннолетних.

В диссертации констатируется, что сегодня острота проблем детства не только не снижается, а, напротив, создает серьезную угрозу будущему страны. В литературе и официальных документах отмечается, что реализация политики в интересах детей должна строиться на основе Основных направлений государственной социальной политики по улучшению положения детей в Российской Федерации до 2010 года. В ближайшем будущем необходимо сформировать позитивные тенденции снижения масштабов бедности в среде малообеспеченных семей с детьми, совершенствовать правовые и организационные механизмы сокращения детской безнадзорности и беспризорности, проституции, наркомании и алкоголизма, улучшить условия социализации детей, переломить негативную тенденцию роста масштабов социального сиротства.

Следует предпринять меры для снижения детской заболеваемости, повышения качества образовательных услуг. Одним из важнейших условий реализации указанных направлений должно стать повышение роли субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, институтов гражданского общества, самих семей в защите прав и интересов детей.

В главе 2 «Теоретические аспекты проблемы прав детей и их защиты в современной юридической науке» исследуются основные понятия теории прав ребенка: ребенок как специальный субъект права, его правовой статус, права ребенка в системе прав человека, защита прав ребенка и ее соотношение с охраной, гарантированностью и обеспечением прав.

Диссертант исходит из того, что в настоящее время в любом обществе и государстве (в Российской Федерации в том числе) ребенок выступает субъектом права, имеющим, безусловно, свой особый правовой статус, т. к. данный субъект, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в особом, повышенном внимании со стороны государства и его органов. К сожалению, российский законодатель в процессе приведения в соответствие с Конвенцией ООН о правах ребенка внутреннего законодательства не выработал собственного понятия «ребенок» и закрепил в правовых актах России понятие, идентичное конвенциональному: «Ребенок – лицо, не достигшее возраста 18 лет», не определив при этом законодательно начало человеческой жизни.

Это порождает множество трудностей, коллизий, правовой неопределенности, особенно при попытке урегулирования вопросов биоэтики, охраны здоровья и репродуктивных прав граждан. На наш взгляд, необходимо либо убрать этот пробел, либо дать официальное толкование понятия «ребенок» на уровне Конституционного Суда РФ.

Кроме того, мы считаем, что для определения правового статуса особого субъекта права, каковым является лицо до достижения им возраста 18 лет, следует использовать универсальную категорию «ребенок» (во множественном числе «дети»). Категории «малолетний» и «новорожденный», «ребенок до 1 года», «ребенок до 5 лет», «подросток», «несовершеннолетний» и другие, часто используемые российским законодателем, охватываются общим понятием «ребенок» и в то же время могут служить основанием для формирования самостоятельных видов правового статуса детей. В нашем исследовании мы использовали преимущественно термины «ребенок», «права ребенка», «правовой статус ребенка», имея в виду под ним лицо, личность, индивида в возрасте до 18 лет. При этом термин «личность» носит универсальный характер. Он кратко выражает самую суть двух терминов – «человек» и «гражданин», соединяя их.

Анализируя правовой статус ребенка, автор столкнулся с тем, что различными учеными в структуру правового статуса (положения) личности включается различный набор элементов.5 В работе правовой статус ребенка определяется как совокупность прав и обязанностей, зафиксированных государством в юридической форме. Исследование, таким образом, посвящено одному структурному элементу правового статуса ребенка – его правам. Разумеется, при их характеристике нами учитывались и структурные элементы его правового положения, выделяемые указанными авторами (правовые принципы, гражданство, общая правоспособность, законные интересы, система гарантий, юридическая ответственность и др.).

Что же касается видов правового статуса ребенка, то в соответствии со сложившимся в науке мнением диссертант выделяет общий (конституционный), отраслевой, специальный (родовой) и индивидуальный статусы. Относительно первого статуса все же хочется заметить, что, хотя автор и использует традиционно этот термин, он все же видит его определенную условность, косвенность из-за отождествления конституционных прав взрослых граждан и детей по гл. 2 Конституции РФ. Думается, что корректнее было бы говорить не об общем (конституционном) статусе ребенка, а о конституционных основах его прав в РФ.

Анализируя соотношение понятий «охрана», «защита», «гарантированность» и «обеспечение», имеющих прямое отношение к правам ребенка, диссертант опять столкнулся с разноголосицей мнений ученых об их понимании и толковании, т.к. в российском законодательстве отсутствуют, к сожалению, дефиниции данных терминов, хотя оно использует их довольно часто. С помощью специального юридического толкования автор выявил их самостоятельность и взаимозависимость, высказал собственный подход к их пониманию и в конечном итоге определил, что «охрана» – это совокупность законодательных актов и система государственных, муниципальных и общественных мероприятий, направленных на создание условий для реализации субъективных прав и охраняемых законом интересов.

Защита же – это комплексная система мер, применяемых для обеспечения свободной и надлежащей реализации субъективных прав, включающая судебную защиту, законодательные, экономические, организационно–технические и другие средства и мероприятия, а также самозащиту гражданских прав. Следовательно, охрана – явление субстанциональное, институциональное, а защита – функциональное, инструментальное. Вместе с тем и охрана, и защита являются способами обеспечения субъективных прав.

Правовое обеспечение неразрывно связано с гарантированностью (обобщающее понятие, означающее комплекс гарантий) реализации субъективных прав в процессе их осуществления. Под гарантиями следует понимать принятые государством на себя обязательства создавать необходимые условия и предоставлять соответствующие средства, обеспечивающие фактическую реализацию и всестороннюю охрану прав и свобод всех и каждого (экономические, политические, идеологические и правовые гарантии). Следовательно, гарантии, наряду с охраной и защитой, также являются одним из способов обеспечения субъективных прав.

Более того, они не только являются способом, обеспечивающим фактическую реализацию прав, но и в том числе способом самих охраны и защиты субъективных прав. А обеспечение, по нашему мнению, – это свободная и надлежащая, действительная и реальная, фактическая реализация субъективных прав, достигаемая с помощью совокупности гарантий, охраны и защиты. Таким образом, «охрана» включает в себя «защиту», а вместе с «гарантированностью» с их помощью достигается «обеспечение» прав ребенка.

Права же ребенка определяются в диссертации как права человека применительно к детям. Безусловно, понимая, что такое краткое определение не раскрывает всей сущности прав детей, мы вслед за исходной позицией «права ребенка – права человека» рассмотрели сущность прав ребенка сквозь призму сущности прав человека и гражданина вообще, т.е. признаки, характерные для субъективных прав личности, перенесли на признаки прав ребенка. А вторая посылка «права человека применительно к детям» позволила нам с учетом возрастного фактора проанализировать особенности именно прав детей как несовершеннолетних людей.

В работе приводятся и характеризуются применительно к детям сложившиеся в отечественной юридической науке еще с советских времен различные классификации прав и свобод, осуществленные по разным основаниям: по конституционному закреплению – абсолютные (основные, конституционные) и относительные (другие общепризнанные); по сферам деятельности личности – гражданские (личные), политические, социальные и экономические, культурные; по времени возникновения – права 1, 2 и 3 поколения.

В диссертации также с теоретико–правовых позиций определяется различение прав и свобод, прав человека и прав гражданина, естественно–правовое и позитивистское отношение к правам и свободам человека.

В главе 3 «Законодательное закрепление прав ребенка и их защиты в России» анализируется нормативное закрепление прав ребенка и их защиты в современном конституционном, гражданском, семейном, трудовом, административном, уголовном праве. Поэтому содержание главы может претендовать еще на одну классификацию прав ребенка, произведенную по отраслевому признаку. Попутно с анализом высказываются предложения по совершенствованию соответствующего законодательства и авторский взгляд на статусное положение так называемого ювенального права.

Не вдаваясь в автореферате в подробности содержания закрепленных отраслевых прав ребенка, остановимся только на основных проблемных моментах, из которых проистекают предложения автора по совершенствованию законодательства, возникшие при анализе «детских» норм названных отраслей права.

В конституционно–правовой плоскости представляется чрезвычайно важным разработать и закрепить четкие правовые гарантии, обеспечивающие защиту права детей на жизнь (в связи с вооруженными конфликтами, террористическими актами); защиту от злоупотребления свободой массовой информации, наносящей вред несовершеннолетним; государственную поддержку молодежных и детских коммерческих и религиозных организаций, молодежных и студенческих объединений, являющихся профессиональными союзами; государственную поддержку молодежных и детских объединений, учреждаемых либо создаваемых политическими партиями, на сегодняшний день выпавших из объектов государственной поддержки.

Кроме того, в конституционно–правовом поле находятся нормативные акты о гражданстве, гарантиях прав ребенка, средствах массовой информации, молодежных и детских общественных организациях, свободе совести и религиозных организациях, профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, образовании и другие нормативные акты, содержащие нормы в сфере обеспечения прав ребенка и проанализированные нами. Вполне вероятна консолидация основных идей этих актов в формате закона «О правах ребенка», что выявит в них дублирование и противоречия, вызовет необходимость их пересмотра и совершенствования и создаст удобство для пользования ими.

В гражданско-правовой отрасли явно нечеткой является норма ст. 27 ГК РФ об объявлении несовершеннолетнего эмансипированным. Из нее вытекает, что достижение несовершеннолетним возраста 16 лет и занятие при этом с согласия законных представителей предпринимательской деятельностью являются основанием для его эмансипации, т.е. наделения полной дееспособностью. Но, поскольку предпринимательская деятельность предполагает самостоятельное и оперативное заключение предпринимателем различных гражданско-правовых сделок и связана с повышенным риском как для него, так и для третьих лиц, постольку он должен обладать полной дееспособностью, т.е., наоборот, эмансипация должна быть условием занятия несовершеннолетним предпринимательской деятельностью.

Именно по второму пути идет практика: орган местного самоуправления при решении вопроса о регистрации несовершеннолетнего в качестве предпринимателя требует от него обязательного предоставления акта об эмансипации, выданного органом опеки и попечительства или судом. Думается, законодателю следует прислушаться к мнению практиков и изменить редакцию ст. 27 ГК РФ, указав, что занятию предпринимательской деятельностью должна предшествовать процедура эмансипации. Тогда по аналогии приобретения полной дееспособности предпринимательской деятельностью смогут заниматься и лица, с 14 (16)-летнего возраста вступившие в зарегистрированный брак.

В семейно-правовой плоскости особенно проблемной является ст. 13 СК РФ, устанавливающая брачный возраст и позволяющая субъектам РФ своими законами разрешать вступление в брак до достижения возраста 16 лет в виде исключения с учетом особых обстоятельств. Во-первых, подобная ситуация может возникнуть у несовершеннолетнего, не достигшего 16-летнего возраста и проживающего на любой территории России, но на сегодняшний день подобные законы имеет только четверть субъектов РФ. Во-вторых, возрастная планка «до 16 лет» в одних субъектах РФ законодательно оформилась в 15 лет, в других – в 14 лет, в третьих – возрастные ограничения отсутствуют вовсе.

Получается, что объем прав несовершеннолетнего в субъектах РФ неодинаков и зависит от их места жительства, что, на наш взгляд, является нарушением равенства граждан в правах. Поэтому законодателю необходимо вернуться к ст. 13 СК РФ и решить этот вопрос единообразно для всей территории страны. И при этом учесть данные статистики, которые неумолимо свидетельствуют о 100-процентном распаде ранних браков в ближайшее время после их регистрации, что, безусловно, связано с социальной и интеллектуальной незрелостью лиц указанной возрастной категории.

Кроме того, в соответствии со статьей 123 СК РФ субъекты РФ вправе своим законодательным актом установить новую форму устройства детей, оставшихся без попечения родителей. В принятых на уровне субъектов Федерации нормативных актах, посвященных регулированию семейных отношений и охране прав детей, употребляются термины «патронат», «патронатная семья», «семья патронатных воспитателей». Тем самым ряд субъектов Российской Федерации (Марий Эл, Саха (Якутия), Алтайский, Краснодарский, Красноярский края, Воронежская, Владимирская, Калининградская и Тамбовская области) вводят форму устройства детей, ничем не отличающуюся от опеки (попечительства) по содержанию, однако имеющую другое название.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.