авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Техника конструирования составов нарушения правил безопасности при ведении работ (ст. 143, 216, 217 ук рф)

-- [ Страница 2 ] --

7. Следует исключить состав создания опасности из ст. 217 УК и предусмотреть в качестве условия ответственности причинение тяжкого вреда здоровью (наряду с крупным ущербом). Применительно к ст. 143 УК рабочее место и время должны толковаться расширительно. При наличии спорных аспектов в плане установления места или времени наступления несчастного случая нужно исходить и из характера деяния самого лица, осуществляющего трудовую деятельность: было ли такое деяние направлено на исполнение этим лицом своей трудовой функции или не было обусловлено трудовыми отношениями с работодателем.

8. Необходимо изменить законодательную формулировку, определяющую субъекта ответственности по ст. 143 УК, на «лицо, на котором лежала обязанность по обеспечению соблюдения этих правил или контролю за их соблюдением», что позволит избежать таких технических ошибок, как (1) рассогласованность между термином и понятием, его обозначающим; (2) употребление родовой категории только к отдельным видам; (3) синекдоха. Применительно к составам преступлений, предусмотренных ст. 216, 217 УК, на законодательном уровне следует использовать соответственно формулировки: «лицо, осуществляющее деятельность, связанную с ведением данной работы», и «лицо, осуществляющее деятельность, связанную с ведением работы на данном объекте».

9. Следует считать субъектом по ст. 143, 216, 217 УК также лицо, находящееся в фактических трудовых отношениях с работодателем (для ст. 143 – при условии, что на нем лежала обязанность по обеспечению соблюдения правил охраны труда или контролю за их соблюдением). Сказанное не относится к такой категории субъектов, как руководитель юридического лица.

10. В диспозиции ч. 1 ст. 217 УК необходимо использовать соответствующие языковые средства, указав исключительно на неосторожную форму вины.

11. На основании выявленных в диссертационном исследовании сбоев и ошибок в использовании средств законодательной техники предлагается новая редакция наименований и диспозиций ст. 143, 216, 217 УК, а также примечания к ст. 216 УК:

Статья 143. Нарушение правил охраны труда

1. Нарушение правил охраны труда, совершенное лицом, на котором лежала обязанность по обеспечению соблюдения этих правил или контролю за их соблюдением, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, – …

Статья 216. Нарушение правил безопасности при ведении горной, строительной или иной работы

1. Нарушение правил безопасности при ведении горной, строительной или иной работы, совершенное лицом, осуществляющим деятельность, связанную с ведением данной работы, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, – …

Примечание. В настоящей статье под иной работой понимается работа в условиях повышенной общественной опасности, уровень которой достигает опасности ведения строительной или горной работы.

Статья 217. Нарушение правил безопасности на взрывоопасном объекте

1. Нарушение правил безопасности на взрывоопасном объекте, совершенное лицом, осуществляющим деятельность, связанную с ведением работы на данном объекте, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, –...

Теоретическая и практическая значимость исследования. Результаты исследования имеют значение для дальнейшей научной разработки вопросов, касающихся института охраны труда и правонарушений в области правил безопасности при ведении работ. Возможно использование представленных материалов в учебном процессе при преподавании, прежде всего, курса «Уголовное право. Часть Особенная». Практическая значимость работы состоит в том, что сформулированные в ней предложения и рекомендации могут представлять интерес при внесении изменений и дополнений, прежде всего, в УК. Отдельные теоретические выводы направлены на их возможные учет и применение в практике расследования и рассмотрения уголовных дел.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования нашли отражение в 16 опубликованных научных работах автора, включая 2 публикации в изданиях из Перечня рецензируемых научных журналов и изданий для опубликования основных научных результатов диссертаций, рекомендованного ВАК при Министерстве образования и науки РФ. Сформулированные выводы и предложения освещались автором на 3 международных научно-практических конференциях, региональной научно-технической конференции студентов, магистрантов и аспирантов высших учебных заведений с международным участием, областной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых высших учебных заведений, 4 ежегодных научных конференциях аспирантов и молодых ученых на базе юридического факультета Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова» (3 из них – международных), научно-практических семинарах. Результаты исследования апробированы также в рамках областного конкурса научных работ (2009 г. – диплом за I место по секции «Юриспруденция»), а вопросы законодательной техники и дифференциации ответственности – в рамках Гранта РГНФ «Основные направления реформирования уголовно-правовых норм об экономических преступлениях и практики их применения на современном этапе развития России» (№ НИР ГФ-1035, проект РГНФ № 11-03-00155а, 2011-2013 гг.). Положения диссертационного исследования используются в учебном процессе юридического факультета Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова».

Структура работы определяется целями и задачами исследования и включает в себя введение, четыре главы, объединяющие восемь параграфов, заключение, список библиографических источников (всего 354) и семь приложений (образец анкеты, результаты анкетирования, статистические данные).

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, степень теоретической разработанности проблемы, определяются цель и задачи, объект и предмет, методологическая основа работы, ее теоретические, нормативные и эмпирические источники, формулируются выносимые на защиту положения, аргументируется их научная новизна, теоретическое и прикладное значение, констатируется апробация полученных результатов.

Глава I работы называется «Понятие и средства законодательной техники».

В первом параграфе этой главы исследуются проблемы определения понятия «законодательная техника», изучения законодательной техники с содержательной стороны, природы законодательной техники и ее объекта, а также соотношения законодательной техники со смежными категориями (юридической (законодательной) технологией, юридической, правотворческой (правоустановительной), законотворческой и нормотворческой техникой).

В параграфе сформулировано авторское определение законодательной техники как вида юридической техники, представляющего систему средств, приемов, конкретизирующих их правил, а также принципов по приданию нормам и нестандартным нормативно-правовым предписаниям законодательной формы. Данная дефиниция позволяет отграничить законодательную технику от правотворческой, законотворческой и нормотворческой техники как категорий более широких по объему и компактно объединить те признаки этого явления, которые имеют для диссертационной работы первостепенное значение:

1. Законодательная техника – это именно вид юридической техники, поскольку последняя – более широкое по объему понятие, включающее процесс изготовления не только законов, но и иных актов, связано не только с правотворчеством, но и с интерпретационной, правоприменительной практикой. Юридическая техника – родовое понятие, признаки которого в определенной степени присущи и законодательной технике как виду. Однако это не исключает наличие особенностей признаков последней (подразумевается широкий подход к понятию «юридическая техника»);

2. Речь идет о системе (а не о простой совокупности) соответствующих элементов содержания, поскольку важно отмечать их взаимосвязь и взаимообусловленность;

3. Законодательная техника решает вопрос о том, каким образом облечь законодательную волю в соответствующую форму, и в этой связи она занимается выработкой содержания права (с позиции принадлежности к романо-германской системе права это нормы права и нестандартные нормативно-правовые предписания) и его формы (но только такого подвида, как закон). Таким образом, законодательная техника рассматривается в рамках узкого подхода.

Во втором параграфе затронут вопрос об основных элементах содержания законодательной техники и кратко рассмотрен круг тех ее средств, которые имеют преимущественное значение для исследования составов нарушения правил безопасности при ведении работ в рамках диссертационной работы. Так, следует различать понятия «правило», «прием», «средство», «способ» и «принцип», а главенствующее место отдавать средствам и приемам. Хотя принципы и не являются в чистом виде самостоятельными элементами законодательной техники, их выделение важно именно в силу их всеобъемлющего и всепронизывающего характера. Следует вести речь исключительно о нематериальных средствах.

Автор предлагает в зависимости от сферы применения провести классификацию средств законодательной техники на общесоциальные и специально-юридические. К первым можно отнести лексические, стилистические и грамматические языковые средства, графические, логические средства, знаковые текстовые символы и т.п. Ко вторым – юридические конструкцию, термины, символы и т.п. Такое деление носит условный характер, поскольку специально-юридические средства законодательной техники в действительности не могут существовать без общесоциальных (особенно это касается языковых средств, с необходимостью пронизывающих все прочие).

Глава II именуется «Конструирование составов нарушения правил безопасности при ведении работ в истории уголовного права России».

В первом параграфе прослежен генезис использования средств конструирования данных составов в истории уголовного права России, начиная с Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., где впервые была регламентирована ответственность за нарушение правил безопасности при ведении работ. Для конструирования применялись, в частности, такие специально-юридические средства, как юридические конструкции, термины, правовые символы, а также неразрывно связанные с ними общесоциальные средства.

Прорыв в законодательной сфере, касающийся появления общего и специальных составов нарушения правил безопасности при ведении работ, связан с уголовными кодексами периода СССР. Так, УК 1922 г. в ст. 217 предусматривал ответственность за неисполнение или нарушение при производстве строительных работ соответствующих правил. Кроме того, постановлением 2-й сессии XI созыва ВЦИК от 16 октября 1924 г. была введена ст. 217-а (п. 29), регламентировавшая ответственность за неисполнение или нарушение правил по горной промышленности. Указанные составы существовали наряду с общим составом, предусмотренным ст. 132 УК 1922 г.

Отличительной чертой составов нарушения правил безопасности при ведении работ является исторически сложившийся их бланкетный характер. Данное обстоятельство является несомненным плюсом конструирования рассматриваемых составов, поскольку служит принципу экономии законодательного текста и не порождает дополнительных пробелов и противоречий в законодательстве. При этом выявлена особенность: использовались как отсылки к конкретным документам или правилам (названы условно «казуистичные формулировки»), так и «общие формулировки», ориентирующие на самостоятельный поиск нормативной базы (последние встречаются в единичных случаях).

Автор обнаружил небрежность в терминологии, связанную с употреблением в законе в одних случаях термина «нарушение правил» (как в общем составе – ст. 132 УК 1922 г.), а в других – «неисполнение или нарушение правил» (как в специальных составах – ст. 217, 217-а УК 1922 г.). В ст. 108 УК 1926 г., касающейся производства строительных и горных работ, также присутствовало словосочетание «неисполнение или нарушение». Более верным является использование термина «нарушение правил» как более широкого по объему, включающего, наряду с неисполнением, ненадлежащее исполнение, а также исполнение вместо необходимого неисполнения (воздержания от исполнения), что следует учитывать и современному законодателю. Кстати, законодательство дореволюционной России в подавляющем большинстве случаев употребляло как раз термин «нарушение правил», в чем видится положительный момент.

Во втором параграфе рассматривается обеспечение дифференциации ответственности как показателя уровня законодательной техники при конструировании исследуемых составов в истории уголовного права России. Обосновывается, что отраслевая и межотраслевая дифференциация ответственности также имели место. Однако в связи с крайней казуистичностью дореволюционных нормативных правовых актов не преследовалась цель последовательно осуществлять разграничение ответственности. При этом отраслевая дифференциация уголовной ответственности с отмеченной в работе спецификой осуществлялась средствами как Общей части (по признакам объекта, предмета преступления, потерпевшего от преступления, объективной стороны, субъекта, субъективной стороны преступления), так и Особенной (посредством квалифицированных составов и квалифицирующих признаков). Что касается дифференциации ответственности по вертикали, то автором проанализированы возможности применения к правонарушителю административных и гражданско-правовых мер в неразрывной связи с проблемой соблюдения правил межотраслевой дифференциации ответственности.

Глава III диссертации называется «Объективные признаки составов нарушения правил безопасности при ведении работ (ст. 143, 216, 217 УК РФ)».

В первом параграфе настоящей главы обращено внимание на объект преступления и его учет при конструировании данных составов. При этом используются две классификации объектов: 1) по горизонтали (основные, дополнительные и факультативные объекты), 2) по вертикали (деление объекта на межродовой, родовой, групповой и непосредственный). Затронуты проблема определения потерпевшего от преступления (в том числе выявлены разграничительные признаки потерпевшего по ст. 143 УК, с одной стороны, и ст. 216, 217 УК, с другой), и межотраслевая дифференциация ответственности (проанализированы возможности административной ответственности). Изучен международный и зарубежный опыт, приведены примеры из правоприменительной практики. Выявлены некоторые сбои и ошибки в использовании средств законодательной техники и нарушение правил дифференциации ответственности по вертикали.

В этом параграфе автор также дает свою формулировку видового объекта преступления, предусмотренного ст. 143 УК: это общественные отношения, обеспечивающие конституционное право человека и гражданина на труд в безопасных условиях. В работе проанализированы иные доктринальные дефиниции и доказывается важность наличия именно названных признаков объекта. В частности, ч. 3 ст. 37 Конституции РФ провозглашает право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (при этом в Трудовом кодексе РФ (далее – ТК) отсутствует легальное определение термина «гигиена труда»). Следует посмотреть на приведенную формулировку с позиций новой концепции охраны труда, разрабатываемой и отстаиваемой правоведами в области трудового права (А.М. Лушников, Д.В. Черняева и др.). Право каждого человека на благоприятные условия труда впервые было расшифровано в ст. 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, принятого резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1966 г.: оно подразумевало в том числе и право на труд в безопасных и здоровых условиях («safe & healthy working conditions»). Однако специалисты РФ использовали указанное словосочетание в измененном виде, как подчеркивается в литературе, по необъяснимым причинам введя термин «гигиена» вместо термина «здоровье». Новая концепция охраны труда как раз и выстраивается вокруг термина «здоровье», поскольку если отправной точкой считать самого работника (а не только условия труда с формальными характеристиками), то появляется более комплексная ответственность. Вместе с тем, несколько искусственно рассмотрение категорий «безопасность» и «здоровье» как абсолютно самостоятельных и их противопоставление друг другу. Дело в том, что безопасность сама по себе, без приложения к чему-либо – по сути, ничто. Гигиена труда также – одна из составляющих безопасности: если труд не осуществляется с соблюдением гигиены, то он автоматически перестает быть безопасным. Применительно к охране труда речь идет о безопасности для жизни и здоровья лица, осуществляющего трудовую деятельность, т.е. категория «здоровье» наряду с категорией «жизнь» изначально включаются в данное понятие (поэтому формулировка «труд в безопасных условиях» носит емкий характер). На такой же позиции стоит и подавляющее число проанкетированных практических работников (65 %).

О.А. Смык одной из первых обратила внимание на возможность отнесения к числу потерпевших также лиц, трудовые отношения с которыми не были оформлены вопреки закону, и на необходимость исходить из установления фактических трудовых отношений между работником и работодателем. В работе автора предлагаются в том числе и некоторые дополнительные доводы в пользу такого подхода, а также развивается данная концепция. Соискатель приходит к выводу, что точнее именовать потерпевшего в рамках ст. 143 УК не работником, а лицом, осуществляющим трудовую деятельность, что включает в себя: 1) работников как лиц, состоящих в оформленных трудовых отношениях; 2) лиц, находящихся в фактических трудовых отношениях. В последнем случае возможны две ситуации: (1) потерпевший – лицо, с которым трудовой договор не был заключен вопреки закону; (2) потерпевший – лицо, находящееся в правоотношениях с работодателем, которые не предполагают по закону заключения трудового договора. Из числа лиц, с которыми заключен трудовой договор, потерпевшими могут быть не только непосредственно «поставленные» на выполнение соответствующего задания. То же следует отнести и к случаям выполнения потерпевшим-работником на рабочем месте работы личного характера, а не обусловленной трудовым договором (разумеется, при отсутствии иных нарушений с его стороны).



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.