авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

Уголовно-процессуальное значение признания вины в отечественном судопроизводстве рф

-- [ Страница 2 ] --

9. Автором предложено понимать медиацию в уголовном процессе как добровольную и конфиденциальную форму примирения потерпевшего с подозреваемым (обвиняемым), признающим свою вину, заключающуюся в привлечении нейтрального посредника (медиатора) с целью выработки взаимоприемлемого решения в условиях существующих между ними различий интересов, т.е. признание вины определять в качестве обязательного условия действия медиации в уголовном процессе.

Практическая значимость работы.

Положения, сформулированные и изложенные в диссертации, как представляется, могут быть востребованы практикой ввиду их позитивной направленности для деятельности органов расследования, суда и адвокатуры, а также для обучения студентов юридических вузов.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена и об-суждена на кафедре уголовного процесса и криминалистики юридического факультета Волгоградского Государственного Университета. Результаты проведенного исследования. Основные теоретические положения диссертации, ее выводы и предложения были представлены автором на всероссийской и региональных конференциях: Научной сессии, проходившей в Волгоградском государственном университете (19-25 апреля 2004г., г. Волгоград); Научной сессии, проходившей в Волгоградском государственном университете (19-22 апреля 2009г., г. Волгоград); на научно-практической конференции «Проблемы доказывания в судопроизводстве» (30 июня 2007 года в Урюпинском филиале Волгоградского государственного университета). Основные положения диссертации, теоретические выводы и предложения нашли отражение в девяти авторских публикациях, шесть из которых опубликованы в рецензируемых научных журналах, входящих в Перечень, рекомендованный Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ(Доказательственная функция признания // Российская юстиция. – 2008. – № 11; Проблема обеспечения гарантий допустимости признательных показаний // Российская юстиция. – 2009. – № 8;Признание обвиняемым своей вины как самостоятельное условие деятельного раскаяния // Бизнес в законе. – 2009. – №5; Некоторые проблемы участия субъектов уголовного процесса при действии досудебного соглашения о сотрудничестве // Бизнес в законе. – 2010. –№1; Значение признания обвиняемым своей вины для примирения сторон // Российская юстиция. – 2010. – №2; Признание вины как условие медиации в уголовном процессе // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 5, Юриспруденция. – 2011. - № 1 (14)). Материалы диссертационного исследования применяются при подготовке лекций, проведении семинарских и практических занятий по уголовному процессу в Волгоградском государственном университете.

Структура работы.

Работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя 9 параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложения.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются его цели и задачи, объект и предмет, теоретические и методологические основы, раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются выносимые на защиту положения, приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Глава первая «Признание вины и его значение
в уголовном процессе России» - состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе «Значение признания вины на разных этапах истории отечественного уголовного судопроизводства» - рассматриваются вопросы зарождения и становления института признания обвиняемым своей вины, значение и содержание, которые вкладывались в него на различных этапах развития российского государства. В IX–XV вв. признание обвиняемым имело исключительно большое значение, а к отрицанию вины относились с недоверием и подозрительностью, так как считалось естественным желанием обвиняемого не «возводить на себя напраслину». Данное значение признания было предусмотрено в Русской правде, в Псковской судной грамоте и Новгородской судной грамоте.

XV–XVII вв. – собственное признание рассматривалось как «лучшее свидетельство всего света». Также можно проследить все возрастающую тенденцию к получению признания с помощью пытки, свойственной розыскной форме процесса. Яркие примеры тому содержатся в таких известных памятниках права, как Судебник 1497 г. (в частности, в ст. 37, которая предписывала: «пытати татя бесхитрости»), Судебник 1550 г. и Соборное Уложение 1649 г. XVIII и первая половина XIX в. – период окончательного закрепления формальной теории доказательств, когда каждому виду доказательства была определена заранее установленная сила.

Судебные уставы 1864 г. также сохранили формальную систему доказательств, но при этом признание обвиняемого потеряло статус абсолютного и совершенного доказательства, оно должно было быть оценено присяжными заседателями, и только после этого судья мог выносить приговор. В исторический период жизни государства 20–30-х гг. XX в. признание обвиняемым своей вины фактически приобретает вновь значение приоритетного доказательства в сравнении с иными видами доказательств.

С принятием Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (1961 г.) признание начинает обретать современное понимание и расцениваться как доказательство, не имеющее заранее установленной силы. УПК РФ 2001 г. сохранил преемственность с УПК РСФСР, закрепив принцип свободной оценки доказательств. В соответствии с ч.2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по делу доказательств. Однако признание обвиняемым своей вины приобретает и дополнительное правовое значение в качестве одного из условий для дифференциации уголовного процесса посредством выделения упрощенных форм производства по уголовному делу, имеющих целью процессуальную экономию и поощрение посткриминального поведения обвиняемого.

В начале XXI в. в результате очередных реформ в сфере уголовно-процессуального законодательства, а вернее, как итог данных реформ, в свет вышел новый УПК РФ, который принципиально изменил модель уголовного процесса и ввел целый ряд новелл, которые имеют своей целью обеспечить объективно назревшие потребности общества в демократических преобразованиях. Новое дополнительное правовое значение признания обвиняемым своей вины не должно пониматься как придание таковому признанию приоритетного значения: оно должно считаться рядовым доказательством.

Повышенный интерес ученых вызывает идея дифференциации уголовного процесса и правовая природа особого порядка судебного разбирательства, центром которого и является институт признания обвиняемым своей вины; досудебного соглашения о сотрудничестве. В этой связи актуальными становятся и проблемы влияния признания вины на ряд других важнейших процессуальных решений.

Во втором параграфе «Правовое и доказательственное значение признания вины в современном российском уголовном процессе» дано авторское определение понятия признания обвиняемым своей вины.

До настоящего времени интерес к проблематике признания обвиняемым своей вины не ослабевает. По-прежнему нет однозначного подхода к его разрешению. В научной литературе можно встретить различные подходы к содержанию и значению признания.

В показаниях обвиняемого могут содержаться и его пояснения относительно иных доказательств, полученных следователем, о которых обвиняемому стало известно. Очевидно, следует учитывать и то, что, реализуя свое право на дачу показаний, обвиняемый в то же время использует и свое субъективное право на защиту от обвинения. Поэтому полагаем, что предмет его показаний должен включать и его пояснения относительно уже имеющихся по делу как обвинительных, так и оправдательных доказательств. Однако такое пояснение со стороны обвиняемого может быть получено не только в рамках допроса, но и в ходе очной ставки, проверки показаний на месте, следственного эксперимента. При этом объяснения данные в ходе избрания меры пресечения, содержащиеся в различного рода ходатайствах и заявлениях, а также полученные при обосновании гражданского иска либо высказанные в прениях и последнем слове, следует считать объяснениями, которые не имеют доказательственного значения, а являются ориентиром для дальнейшего исследования обстоятельств дела либо способом защиты.

Таким образом, под признанием вины «следует понимать сообщаемые в рамках допроса, очной ставки, проверки показаний на месте, предъявления для опознания, получения явки с повинной, обыска подозреваемым и обвиняемым в ходе уголовного судопроизводства сведения которыми он изобличает себя в совершении преступного деяния и сознает действительность каких-либо фактов, относящегося к этому преступному событию и достаточных для констатации конкретного состава преступления».

Закон (ч.2 ст. 77 УПК РФ) устанавливает, что признание обвиняемым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может быть положено в основу обвинения. Очевидно, что подкрепление таких показаний на предварительном расследовании другими доказательствами не следует рассматривать как стремление органов расследования не допустить возможности для обвиняемого отказаться от них в суде. Органы предварительного расследования выполняют свою функцию уголовного преследования (обвинения) независимо от факта, признал или нет обвиняемый (подозреваемый) свою вину в инкриминируемом ему преступлении.

Особое отношение к признанию обвиняемым своей вины видится в том, что законодатель практически дословно воспроизвел правило о проверке и об оценке такого признания, которое ранее также закреплялось в ст. 77 УПК РСФСР. Однако законодатель самим фактом закрепления в ч. 2 ст. 77 УПК РФ положения о признании обвиняемым своей вины, придает ему и дополнительное значение как условия, учитываемого субъектами, ведущими процесс, при решении ряда вопросов о проведении особого порядка судебного разбирательства, без проведения судебного следствия, а также заключения досудебного соглашения о сотрудничестве.

С учетом того, что признание обвиняемым своей вины имеет значение для дифференциации порядка производства по уголовному делу, в УПК РФ наблюдается тенденция определения приоритетного значения признания вины обвиняемым (подозреваемым). Полагаем, что к признанию обвиняемым своей вины должно быть особое отношение. Данное утверждение не означает, что текст ч.2 ст. 77 УПК РФ нуждается в каких-либо изменениях. На наш взгляд, необходимо усиление процессуальных гарантий, направленных, в первую очередь, на искоренение недозволенных методов получения от обвиняемого признания своей вины.

Следует разграничивать доказательственное и правовое значение признание вины. Говоря о правовом значении признания вины целесообразно исходить из его понимания в качестве юридического факта, т.е. условием при котором вступает в действие определенная досудебная или судебная процедура. Необходимо учитывать правовое значение признания вины при реализации таких правовых институтов как досудебное соглашение о сотрудничестве, как прекращение уголовных дел по нереалибитирующим основаниям (примирение сторон, деятельное раскаяние), а также рассматривать его как повод для возбуждения уголовного дела при явке с повинной и самостоятельное обстоятельство смягчающее ответственность.

Думается, что, как и переоценка, так и недооценка признания подозреваемым, обвиняемым своей вины недопустима. Это объясняется, прежде всего, имевшейся и, к сожалению, до сих пор сохраняющейся порочной правоприменительной практикой, связанной с использованием незаконных методов ведения расследования, в частности, недопустимого психического воздействия на допрашиваемого. Однако, вместо того, чтобы отказываться от такого ценного доказательства, как признание вины, стоит направить усилия на совершенствование мер преодоления и нейтрализации незаконных методов ведения следствия (дознания). Исключать и игнорировать исследуемые показания, на наш взгляд, не только нецелесообразно, но и вредно.

На наш взгляд, правовое значение признания вины весьма многогранно и актуально в настоящее время, поскольку связано с дифференциацией форм уголовного судопроизводства, что в конченом счете оказывает определяющее влияние на уголовной процесс в целом.

Третий параграф «Признание вины в свете такого свойства доказательства как допустимость» посвящен значению допустимости доказательств по сравнению с остальными свойствами, поскольку именно ему в УПК РФ уделяется наибольшее внимание (ст. 7, 75, 88 УПК РФ и др.).

Законодатель указывает, что только надлежащим процессуальным порядком проведения допроса обеспечивается получение показаний обвиняемого.

Результаты опроса свидетельствуют о том, что имеющаяся практика, состоящая в том, что протоколах допроса пишут «вину признал», и на этом показания заканчиваются, вполне допустима. Однако, мы полагаем, что одно лишь заявление обвиняемого о признании вины без сообщений в виде показаний об обстоятельствах, составляющих существо обвинения, нельзя оценивать как допустимое доказательство.

Вопрос об оценке того или иного доказательства как допустимого, как известно, разрешается с позиции определенной в законе процессуальной формы его получения и проверки.

УПК РФ не содержит перечень условий, с помощью которых определяются нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, влекущие за собой признание доказательств недопустимыми. Также, по нашему мнению, возможность использовать доказательство, полученное с нарушением требований уголовно-процессуального закона, должна ставиться в зависимость от характера допущенного нарушения. Личный опыт диссертанта показывает, что районные суды довольно редко исключают доказательства, на которые ссылается сторона обвинения в обвинительном заключении, признавая их недопустимыми. В случаях «существенного» нарушения УПК РФ, которое должно влечь за собой признание доказательства недопустимым, суды не разрешают данный вопрос, а просто не ссылаются на данные сведения в приговорах.

Целесообразно изменить редакцию ч. 2 ст. 173 УПК РФ на: «В начале допроса следователь выясняет у обвиняемого, желает ли он давать показания, а затем признает ли он свою вину в совершении преступления …», а также ч.2 ст. 273 УПК РФ: «Председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, желает ли он давать показания, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению».

Отметим, что закон не определяет ни природы, ни понятия, ни значения объяснений участвующих в деле лиц. Поэтому думается, что было бы целесообразно заменить термин «объяснение» ( ч. 9 ст. 193 УПК РФ) на термин «показания». Сам же термин «объяснение» необходимо исключить из текста статей закона, регламентирующих производство в стадии предварительного расследования, как избыточный.

В связи с неопределенностью в п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ критериев признания доказательства недопустимым в результате нарушения уголовно-процессуального закона, необходимо в законе прямо указать характер нарушений, влекущих безусловное признание доказательства недопустимым и его исключение. В этих целях предлагается изменить редакцию положений, предусмотренных п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, указав, что к таким нарушениям относятся - «иные нарушения, которые не устранимы в ходе судебного разбирательства»; «иные нарушения закона, если они повлияли или могли повлиять на достоверность полученного доказательства». Попытка более детально и конкретно законодательно обозначить нарушения закона в рамках данной статьи позволит исключить из процесса доказывания хотя бы некоторую часть недопустимых доказательств.

Между тем, не любое нарушение требований УПК РФ приводит к тому, что доказательство становится недопустимым. Несущественное, не влияющее на доказательственное значение закрепленных в доказательстве сведений нарушение не должно влечь за собой признания доказательства недопустимым. Не следует, к примеру, признавать недопустимым протокол допроса обвиняемого, если вместо имени и отчества, как требует п. 3 ч. 3 ст. 166 УПК РФ, участвующего в нем должностного лица, органа дознания, в протоколе указаны лишь инициалы последнего.

Другой подход к оценке рассматриваемого свойства доказательства в научной литературе получил название «асимметрии» правил оценки допустимости доказательств, имеющий своих сторонников и противников.

Сторонники этой концепции полагают, что недопустимыми должны признаваться лишь те доказательства, полученные с нарушением закона, которые могут быть положены в основу обвинения, поскольку обвиняемый не должен страдать от ошибок следствия, погубивших оправдательное доказательство.

Согласно концепции «асимметрии доказательств» нарушения, допущенные стороной обвинения в порядке собирания доказательств, не должны препятствовать их использованию в интересах стороны защиты. Допустимость ставится в зависимость от того, используется ли доказательство для подтверждения виновности или невиновности.

В доказывании не должно отдаваться предпочтения ни одной из сторон, поскольку обвинение и защита равноправны перед судом в соответствии с принципом состязательности, в связи с чем «асимметрия» правил о допустимости доказательств видится нам неприемлемой.

В четвертом параграфе «Проблемы обеспечения гарантий добровольности признания вины в уголовном судопроизводстве» рассматривается система гарантий добровольности признания вины в случаях особого порядка судебного разбирательства, досудебного соглашения о сотрудничестве, явки с повинной, деятельного раскаяния, примирения сторон и медиации.

Зачастую подсудимыми делаются заявления в ходе предварительного следствия или в суде о применении к ним недозволенных методов получения показаний. Проверка таких заявлений, на наш взгляд, представляет особую проблему, не нашедшую своего разрешения на должном уровне, ни в литературе, ни на практике.

«В подавляющем большинстве жалоб на приговоры судов (70%), поступивших Уполномоченному по правам человека, имеются сведения о том, что на стадии дознания либо предварительного следствия с целью получения показаний о признании вины к задержанным применялось физическое и психическое насилие, допускались процессуальные нарушения при расследовании уголовных дел сотрудниками милиции, что, по мнению заявителей, и повлекло постановление неправосудного приговора»2.

Так, по-прежнему остается неразрешенным вопрос о гарантиях добровольности получения доказательств при признании обвиняемым своей вины в случае особого порядка судебного разбирательства, явки с повинной, деятельного раскаяния и примирения сторон. По нашему мнению, необходимо в уголовно-процессуальном законодательстве четко сформулировать гарантии добровольности получения доказательств в вышеперечисленных случаях.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.