авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Органы акционерного общества: основные правовые проблемы и пути их решения

-- [ Страница 2 ] --
  1. состоят из членов общества или лиц, избранных членами общества непосредственно или опосредованно. Специфика органов юридического лица такова, что полномочия по участию в волеобразовании общества и волеизъявлению от имени общества конкретное лицо получает именно в силу избрания (назначения) на соответствующую должность. Эти полномочия не вытекают ни из трудовых, ни из иных (не являющихся организационными) гражданских правоотношений, хотя бы эти отношения и существовали в действительности;
  2. нормативно наделены компетенцией по решению вопросов деятельности общества как управленческой (в узком смысле), так и контрольной.

Во втором параграфе диссертации автором предпринята попытка прояснения природы отношений между корпорацией и членом ее выборного органа.

Автор приходит к выводу о том, что такие отношения являются гражданско-правовыми организационными отношениями. Мнение, в соответствии с которым такие отношения являются обязательственными (Д.И. Степанов), автор полагает ошибочным. По мнению исследователя, рассматриваемые правоотношения обладают определенной спецификой, позволяющей отграничить их от обязательств. К исследуемым правоотношениям в силу их особой природы не применимы:

1) положения о сроке исполнения обязательства (правовая связь общества и менеджера имеет длящийся характер и не прекращается вследствие совершения конкретного действия);

2) положения, позволяющие требовать исполнения обязанности в натуре. Реализация данного способа защиты прав и интересов (статья 12 ГК РФ) находится в прямом противоречии с природой соответствующих отношений. Член совета директоров обязан действовать в интересах общества, что не тождественно совершению конкретного действия по требованию общества. Абсурдно выглядит ситуация, при которой по иску общества, заявленному генеральным директором, член совета директоров понуждается к голосованию тем или иным образом (даже если доказано, что принятие конкретного решения объективно выгодно компании). Решение суда, по сути, будет подменять управленческое решение менеджера общества, что, с одной стороны, лишает смысла внутрикорпоративную управленческую деятельность, с другой – возлагает на суд обязанности по оценке целесообразности конкретных экономических решений, что, конечно, имеет самое отдаленное отношение к задачам правосудия;

3) положения, ограничивающие возможность одностороннего отказа от исполнения обязательства. Возможность общества во всякое время прекратить соответствующие отношения с менеджером не вызывает сомнения и напрямую следует из закона (общее собрание акционеров имеет право во всякое время досрочно прекратить полномочия совета директоров, таким же образом могут быть прекращены полномочия генерального директора). Право менеджера отказаться от исполнения основной обязанности не вытекает из закона, однако оно в полной мере соответствует сути внутрикорпоративных отношений. С момента утраты менеджером интереса к управлению наименее заинтересованным в таком менеджере становится само общество. Качество работы руководителя находится в прямой зависимости от его заинтересованности в этой работе. Ситуация, при которой менеджер понуждается к исполнению обязанностей в судебном порядке, вполне возможна. Однако вероятнее всего такой менеджер будет работать без какого-либо рвения и инициативы, что, в конечном итоге, приведет к невосполнимым потерям для корпорации. Не случайно в соответствии с действующими положениями ГК РФ отношения, в которых силен лично-доверительный элемент, могут быть прекращены в любое время по инициативе любой из сторон.

Точка зрения, в соответствии с которой рассматриваемые отношения носят трудовой характер, автором также не разделяется. Во-первых, трудовые отношения всегда носят возмездный характер (в то же время, отношения между корпорацией и членом ее органа могут быть безвозмездными), во-вторых, член органа корпорации не подпадает под т.н. диспозитивную власть корпорации (термин Л.С. Таля).

Третий параграф посвящен понятию компетенции органов юридического лица.

Автор отмечает, что определения компетенции, выработанные в рамках административного и государственного права, не могут быть внедрены в область гражданского права в неизменном виде. В то же время, попытки цивилистов дать адекватное определение компетенции, не увенчались успехом.

По мнению автора диссертации, компетенцию органа юридического лица следует определить как круг вопросов (предметов ведения), принятие решения по которым входящими в состав органа лицами при соблюдении установленного порядка влечет правовые последствия для этого юридического лица, его участников и лиц, входящих в органы его управления.

Автор предлагает отличать предметы ведения органа юридического лица от полномочий должностных лиц, входящих в состав такого органа. Предметы ведения органа – вопросы, принятие решения по которым данным органом в установленном порядке будет означать принятие такого решения самим юридическим лицом. Полномочия должностного лица – права, которыми это должностное лицо наделено для эффективной реализации функций органа в целом.

В четвертом параграфе исследуется юридическая природа органа юридического лица.

Автором последовательно анализируются имеющиеся в литературе взгляды на природу решения органа юридического лица. По мнению исследователя, точки зрения, в соответствии с которыми решения органа юридического лица квалифицируются как сделки, юридические поступки и локальные нормативные акты – неверны. Автор солидаризуется с мнением ученых, рассматривающих такие решения в качестве юридических фактов особого рода – корпоративных актов.

Пятый параграф посвящен ответственности лиц, входящих в органы юридического лица, за причиненные последнему убытки.

В работе рассматриваются элементы состава правонарушения, влекущего ответственность руководителей юридического лица. По мнению автора, категории добросовестность и разумность характеризуют не обязанность руководителя по отношению к обществу (такая обязанность сводится к поведению в интересах юридического лица), а являются указанием на то, что ответственность руководителя за убытки, причиненные обществу, строится на началах вины.

Автором предпринята попытка установления содержания категории «интерес общества», используемой законодателем в целях формулирования положений об ответственности руководителя юридического лица. Поскольку юридическое лицо не является социальной реальностью, у него не может быть никаких собственных интересов. Вступление в отношения с акционерным обществом – есть способ удовлетворения разнообразных интересов различных субъектов (акционеров, наемных работников, менеджеров, контрагентов). В этой связи встает вопрос о том, чьи интересы должны приниматься во внимание в целях применения статьи 71 Закона об АО.

По мнению автора, ответ на этот вопрос следует из положений действующего акционерного законодательства: единственный субъект, которого закон не обязывает действовать в интересах общества – это его акционер. Из этой посылки следует, что у каждого акционера есть некоторый интерес, вытекающий непосредственно из акционерного статуса. Законодатель полагает, что при прочих равных условиях (при отсутствии конфликта интересов) акционер и без особых на то указаний будет стремиться к удовлетворению именно этого интереса, который, как представляется, и является интересом корпорации. Для акционеров коммерческой организации таким интересом является получение дохода либо вследствие распределения дивидендов (из прибыли общества), либо вследствие увеличения капитализации компании. Следовательно, интересами общества будут являться а) получение прибыли (увеличение доходов, уменьшение расходов), б) рост собственной капитализации.

Автор приходит к выводу о том, что убытки в контексте положений об ответственности руководителей корпораций возникают не в результате нарушения права общества, а в результате умаления его интереса.

Вторая глава – «Виды органов акционерного общества» состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе анализируются нормы, регламентирующие деятельность высшего органа управления корпорацией – общего собрания акционеров.

Параграф имеет внутреннюю структуру и состоит из трех подразделов, посвященных месту общего собрания акционеров в системе органов управления корпорацией, порядку созыва собрания и его компетенции.

В результате рассмотрения вопросов, связанных с порядком созыва общего собрания, автор приходит к выводу о том, что правом требования созыва годового собрания должно быть наделено любое заинтересованное лицо, в то же время с ограничением перечня лиц, имеющих право созывать внеочередное собрание, следует согласиться.

При рассмотрении вопросов о компетенции общего собрания в работе подвергается критике позиция, в соответствии с которой общее собрание акционеров корпорации вправе принять решение по вопросам, отнесенным к компетенции совета директоров, если в обществе нет совета директоров либо последний не может принять решение по соответствующему вопросу (А.А. Маковская). По мнению автора работы, такой подход сведет на нет правило о кумулятивном голосовании при формировании совета директоров и приведет к существенному нарушению прав миноритарных акционеров.

Автор подвергает критике позицию, в соответствии с которой необходимо различать решения общего собрания акционеров, изначально не имеющие юридической силы («квазиничтожные»), и лишившиеся таковой вследствие принятия судебного акта («квазиоспоримые»). Первоначально соответствующий подход был выработан Высшим Арбитражным Судом России, что нашло отражение в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда России от 18 ноября 2003 года № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона “Об акционерных обществах”». Впоследствии он получил законодательную поддержку. По мнению автора диссертации нарушения, приводящие к квазиничтожности корпоративного решения, не являются очевидными. Это ставит под угрозу стабильность оборота, поскольку такие решения признаются не имеющими силы с момента совершения и не исцеляются со временем. Таким образом, добросовестный контрагент общества не может быть уверен в том, что сделка между ним и обществом не будет признана недействительной по независящим от него (внутренним) причинам.

Второй параграф посвящен анализу норм, регламентирующие деятельность совета директоров корпорации.

Параграф имеет внутреннюю структуру и состоит из подразделов, посвященных месту совета директоров в системе органов управления корпорацией, требованиям к персональному составу совета, понятию «независимого директора» и полномочиям совета директоров.

Говоря о месте совета директоров в системе органов управления корпорацией, автор приходит к выводу о том, что действующее корпоративное законодательство создает предпосылки для реализации одноуровневой схемы корпоративного управления. Данная схема предполагает реализацию советом директоров исполнительных полномочий. В то же время, построение т.н. многоуровневой системы, предусматривающей существование наблюдательного совета, реализующего сугубо контрольные функции, по российскому праву невозможно. Хотя Федеральный закон «Об акционерных обществах» и содержит норму, ограничивающую участие исполнительных директоров в работе совета, последствия нарушения этого предписания не регламентированы, а сама норма трудновыполнима на практике. Автор предлагает запретить участие исполнительных директоров в работе совета.

Автор отмечает, что вопрос о возможности установления к кандидатам в члены совета директоров дополнительных квалификационных требований не решен в действующем законодательстве надлежащим образом, судебная практика по данному вопросу также далека от единообразия. В работе отмечается необходимость принятия четкого законодательного положения о возможности установления таких требований, однако они, по мнению автора, должны быть связаны исключительно с профессиональными качествами потенциального кандидата.

По мнению автора, понятие независимый директор, закрепленное в отечественном корпоративном законодательстве, не предполагает фактической независимости члена совета директоров от других лиц. «Независимость» по смыслу акционерного закона (равно как и «незаинтересованность» применительно к сделкам с заинтересованностью) – всего лишь соответствие директора формальным критериям, закрепленным в самом законе. Автор полагает, что законодатель не должен игнорировать фактическое положение вещей. По его мнению, советы директоров всех без исключения публичных компаний должны иметь в своем составе независимых директоров, а действующее законодательство следует дополнить нормой, позволяющей оспаривать сделки, одобренные формально независимым директором, который 1) на самом деле являлся зависимым, 2) был осведомлен о такой зависимости, 3) мог повлиять на результаты голосования и 4) голосовал в пользу одобрения сделки в собственном интересе, противоречащем интересу общества.

Третий параграф посвящен правовому регулированию деятельности исполнительных органов корпорации.

В данном параграфе рассматриваются вопросы о месте исполнительных органов в системе управления корпорацией, требованиях к членам исполнительных органов и полномочиях единоличного исполнительного органа.

В работе анализируется понятие «текущая деятельность», характеризующее полномочия исполнительных органов. По мнению автора, данное понятие не имеет какого-либо самостоятельного значения и может быть беспрепятственно исключено из акционерного законодательства. Текущую деятельность нельзя отождествлять с обычной хозяйственной деятельностью (в соответствии с положениями закона сделки, совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, не являются крупными). Сделки, не являющиеся обычными (купля-продажа ценных бумаг для сельскохозяйственного предприятия т.д.) могут совершаться и в рамках текущей деятельности (если они не являются крупными/на них не распространен порядок одобрения крупных сделок). В то же время, автор полагает, что понятие сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности, должно быть изъято из акционерного закона по следующим причинам:

  1. поскольку негативные последствия признания крупной сделки недействительной напрямую касаются контрагента общества, последний должен иметь возможность четко определить, является ли сделка крупной. С учетом расплывчатости понятия «обычная хозяйственная сделка», он, вероятнее всего, будет настаивать на одобрении сделки, соответствующей формальному понятию крупной сделки. Это означает, что на оперативность принятия решений означенная «либерализация» общего правила никак не влияет;
  2. с одной стороны, законодатель не считает сделки, совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, крупными, с другой, - позволяет распространить режим одобрения и на них, сделав соответствующую оговорку в уставе. На наш взгляд, целесообразно было бы закрепить в законе общее правило об одобрении крупных сделок (в основу классификации должен быть положен единственный критерий - стоимость подлежащих отчуждению активов), а также предусмотреть возможность корректировки соответствующего правила уставом – от его предельного ужесточения (это возможно и сейчас), до его полной или частичной отмены путем указания на конкретные характеристики сделок, не подлежащих одобрению. Одобрять или не одобрять сделку с солидными активами должен решать не законодатель, а акционеры компании. Указанный подход позволит контрагентам общества более точно определять степень риска вступления с компанией в договорные отношения.

Автором критикуется судебная практика, в соответствии с которой полномочия единоличного исполнительного органа могут быть делегированы другим лицам посредством издания приказа. Данная практика не только сомнительна с теоретических позиций – в работе отстаивается точка зрения, в соответствии с которой отношения между обществом и единоличным органом не являются трудовыми –, но и вредна для оборота: проверяя обоснованность издания соответствующего приказа, контрагент общества должен будет убедиться в том, что трудовые правоотношения между директором и обществом не прекращены.

В работе критикуется идея ограничения определенным сроком полномочий единоличного исполнительного органа. По мнению автора, недовольство результатами работы руководителя может быть выражено в решении общего собрания или совета директоров о прекращении полномочий генерального директора и назначении на эту должность другого лица. Избежать созыва общего собрания или совета директоров не удастся избежать и тогда, когда полномочия генерального директора прекратятся в связи с истечением установленного срока, поскольку общество не может долго находиться в «нерабочем» состоянии.

Четвертый параграф работы посвящен деятельности ревизионной комиссии.

Автор полагает, что в целях защиты интересов миноритарных акционеров, необходимо установить правило о формировании ревизионной комиссии общества на основе кумулятивного голосования.

Кроме того, в работе отстаивается точка зрения, в соответствии с которой действующее акционерное законодательство должно быть дополнено положениями о:

1) порядке принятия ревизионной комиссией решений;

2) порядке взаимодействия ревизионной комиссии с должностными лицами и работниками корпорации;

3) основаниях выбытия конкретного ревизора из состава комиссии.

Третья глава – «Перспективы развития акционерного законодательства в части регулирования деятельности органов акционерного общества» состоит из двух параграфов.

Первый параграф посвящен акционерным соглашениям.

Первый подраздел параграфа посвящен проблеме участия в акционерных соглашениях. По мнению автора, выступать участником соглашения, предметом которого будет являться осуществление корпоративных или обязательственных прав, само общество не может, поскольку не обладает соответствующими правами в отношении самого себя даже в том случае, когда речь идет о казначейских акциях. Однако общество может быть участником соглашения в случае, когда речь идет об осуществлении прав на акции.

В работе отстаивается точка зрения о необходимости расширительного толкования пункта 2 статьи 32.1. Речь должна идти о запрете голосовать не только по указаниям органов управления обществом, но и отдельных менеджеров. Ограничения, предусмотренные указанным пунктом, направлены на недопущение изменения структуры управления обществом. Ситуация, при которой менеджмент общества контролирует акционеров, искажает саму идею корпоративного управления, в этом смысле – не имеет особого значения, исходят ли руководящие указания от одного или нескольких менеджеров, входящих в состав коллегиального органа.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.