авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Договор страхования в российском гражданском праве

-- [ Страница 4 ] --

Показано, что законодатель не всегда последовательно защищает интересы страхователя, когда путем включения в стандартные условия договора «незаметных» оговорок страховщик пытается получить необоснованные преференции. Единственный предусмотренный в законодательстве способ защиты - требовать в судебном порядке изменения договора в соответствии с п.2 ст.428 ГК РФ. Однако это длительная и неэффективная процедура и защита слабой стороны в этом вопросе очевидно недостаточна. Между тем, в западноевропейских правопорядках подобные оговорки просто не применяются судами.

Значительное место в параграфе уделено изучению обязанностей наивысшей добросовестности – этих мощных гражданско-правовых средств защиты финансовой устойчивости страховщика. К ним относятся:

(а) обязанности по раскрытию информации о риске (ст.ст.944, 959 ГК РФ);

(б) обязанность своевременно уведомлять страховщика о наступлении страхового случая (ст.961 ГК РФ);

(в) обязанность принимать меры по уменьшению убытков (ст.962 ГК РФ);

(г) обязанность сохранять право требования к лицу, ответственному за причиненный вред (ст.965 ГК РФ).

При их исследовании показано, что законодатель, формально установив эти обязанности, не воспринял объединяющую их общую правовую идею – требование к страхователю вести себя так, как если бы страхования не существовало. Не осознаны эти обязанности и как гражданско-правовые средства обеспечения финансовой устойчивости страховщика. Последствия неисполнения этих обязанностей установлены такими, что страхователь совершенно не побуждается к их исполнению. Судебная практика, следуя этой позиции законодателя, пошла еще дальше, по существу освободив страхователя даже от тех неблагоприятных последствий их неисполнения, которые прямо предусмотрены в законе.

В результате эти договорные средства обеспечения публичного интереса практически не действуют. Следует существенно изменить правовое регулирование этих обязанностей. Общим последствием их неисполнения должно стать либо полное освобождение страховщика от выплаты или договора в целом, либо уменьшение размера выплаты до такого, каким он должен был бы быть, если бы обязанности были исполнены либо, наконец, довзыскание премии до того ее размера, который был бы установлен страховщиком, если бы обязанности были исполнены. Показано, что хорошей моделью для этого может послужить ГК Италии.

Наконец, в этом параграфе рассмотрено право страхователя требовать выплаты в договорах в пользу третьего лица. Отечественные судебная практика и доктрина ставят наличие этого права в зависимость от волеизъявления третьего лица. В работе показано, что эта позиция нарушает такие принципы, как автономия воли, возмездность и эквивалентность. Право страхователя, купившего страховую защиту, требовать от страховщика предоставления этой защиты не может зависеть от воли третьих лиц.

Изучение правового положения третьих лиц в § 4.4. Третьи лица в договоре страхования также начинается с исследования их титула. Показано, что выгодоприобретателем является лицо, не являющееся страхователем, в пользу которого заключен договор, а в договорах, заключенных в пользу самого страхователя, выгодоприобретатель отсутствует. Аналогично, застрахованные лица – это лица, не являющиеся страхователем, на случай причинения вреда которым заключается договор. Застрахованное лицо может одновременно являться и выгодоприобретателем. Таким образом, правила, установленные для третьих лиц, не могут применяться в договорах, заключенных в пользу страхователя, а существующая практика их применения должна быть прекращена.

Исследование отношений между страхователем и третьими лицами показывает, что привлечение к участию в договоре третьих лиц возможно только в интересах страхователя. Причем этот интерес не обязательно должен быть юридическим – он может быть и фактическим. Но отсутствие такого интереса свидетельствует о пороке воли при заключении договора. Поэтому третьи лица свободны в реализации своих прав лишь до тех пор, пока это соответствует интересам страхователя. Этот вывод корреспондирует с выводом предыдущего параграфа о том, что право страхователя, купившего страховую защиту, требовать предоставления этой защиты не может зависеть от воли третьих лиц. Из этого же вытекает, что дозволение в п.2 ст.958 ГК РФ выгодоприобретателю отказаться от исполнения договора является ошибкой законодателя.

Поскольку во многих нормах ГК РФ присутствует фраза «страхователь (выгодоприобретатель) обязан», исследован ее смысл и показано, что на выгодоприобретателя не могут быть возложены никакие обязанности страхователя, а может быть возложено лишь их исполнение. Соответственно, выгодоприобретатель не может нести ответственность за неисполнение обязанностей страхователя, а лишь риск возможных неблагоприятных последствий.

Правовое положение потерпевшего при страховании деликтной ответственности специально исследовано в работе в виду многочисленных споров, которые оно вызывает. Показано, что эти споры порождены ошибкой, которую допустил законодатель, императивно назначив потерпевшего выгодоприобретателем в п.3 ст.931 ГК РФ. Эту ошибку легко можно исправить, если позволить страхователю (застрахованному лицу), возместив вред потерпевшему, самому обратиться за выплатой к страховщику.

Кроме того, показано, что толкование п.4 ст.931 ГК РФ, как ограничения права потерпевшего требовать выплату не соответствует ни закону, ни основным целям правового регулирования договора страхования. Эта норма не ограничивает договорного права потерпевшего требовать выплату, а предоставляет ему хорошо известное французскому и итальянскому гражданскому праву так называемое право прямого иска, т.е. право обратиться непосредственно к страховщику не только с договорным, но и с деликтным требованием.

В Главе 5. Заключение и действие договора страхования. Его условия договор страхования исследован как юридический факт. Глава состоит из двух параграфов.

В § 5.1. Заключение и действие договора, действие страховой защиты, прежде всего, показывается, что договор страхования является консенсуальным, а при уплате премии он лишь вступает в силу. В то же время, договор становится юридическим фактом в момент его заключения. Поэтому исполненное за период между заключением договора и его вступлением в силу не является неосновательным обогащением, хотя в этот период договор и не порождает прав и обязанностей.

Исследован и специально предусмотренный для договоров страхования способ заключения договора «заявление – полис – принятие полиса» (п.2 ст.940 ГК РФ). Показано, что он отличается от общих гражданских способов заключения договора тем, что при его использовании отсутствует письменная оферта и ее акцепт. Этот способ является одним из средств реализации права страховщика на стандартизацию условий договора. Показано также, что перечень способов заключения договора страхования, приведенный в п.2 ст.940 ГК РФ является исчерпывающим и договор страхования не может быть заключен (изменен) путем акцепта письменной оферты конклюдентными действиями.

В параграфе изучено правовое значение страхового полиса, причем под страховым полисом понимается документ, односторонне подписанный страховщиком. Рассмотрены все случаи, когда выдается полис:

(а) при заключении договора способом «заявление – полис – принятие полиса»;

(б) при подписании обеими сторонами договора в форме одного документа, если в дополнение к этому документу оформляется еще и полис;

(в) при страховании по генеральному полису (ст.941 ГК РФ), если по требованию страхователя на каждую партию имущества выдается дополнительный полис;

(г) при страховании имущества «за счет кого следует»

и показано, что в случаях (а) и (г) правовое значение полиса двояко. С одной стороны – это письменный документ, подтверждающий заключение договора. В том случае, когда полис предъявляет сам страхователь, наличие полиса достоверно свидетельствует о заключении договора. Если же полис предъявляет выгодоприобретатель, то для подтверждения заключения договора необходимы доказательства волеизъявления страхователя. С другой стороны, полис – это источник условий договора страхования. Если это единственный письменный документ, оформляемый сторонами, в нем должны содержаться все существенные условия договора. В случае (в) полис следует рассматривать как дополнительное соглашение к генеральному полису, а в случае (б) полис не имеет правового значения.

Изучено также правовое значение заявления на страхование и показано, что при заключении договора способом «заявление – полис – принятие полиса» оно является, с одной стороны, элементом волеизъявления страхователя, а с другой стороны, источником условий договора страхования, когда оно сделано в письменной форме. Кроме того, независимо от способа заключения договора, письменное заявление имеет значение запроса страховщика об информации, подлежащей раскрытию страхователем (абзац второй п.1 ст.944 ГК РФ).

Показано также, что норма абзаца второго п.2 ст.940 ГК РФ, устанавливающая приоритет условий полиса над заявлением страхователя не обеспечивает защиту страхователя как слабой стороны и должна быть изменена. Следует предоставить страхователю, принявшему полис, разумный срок для изучения его условий и возможность отказа от договора, как, например, это сделано в Законе ФРГ «О страховом договоре».

В этом параграфе рассмотрено также действие страхования, обусловленного договором страхования, и показано, что оно может начинаться как после начала действия договора, так и до него. Однако начало действия страхования до начала действия договора возможно лишь, если обеспечивается случайность страхового риска для того участника, который заинтересован в страховой защите и своими действиями может влиять на момент начала действия страхования. Действие страхования, обусловленного договором, должно прекращаться истечением срока действия договора – иное не соответствовало бы принципу эквивалентности. Следует включить соответствующую норму в ст.957 ГК РФ, так как в настоящее время истечение срока действия договора никак не влияет на действие обусловленного им страхования.

Изучение оснований прекращения действия договора страхования показало, что он может быть прекращен не только по основаниям, предусмотренным законом, но и по договорным основаниям. Однако законодатель не обеспечил достаточной защиты страхователя от включения в договор «незаметных» оговорок, прекращающих договор до наступления срока, на который он был заключен. Это уже отмечалось в предыдущей главе в отношении прекращения действия договора, как последствия просрочки уплаты премии, но то же самое справедливо и в отношении любых других таких условий. Следует дополнить ст.ст.957, 958 ГК РФ, исключив возможность включения в договор условий об автоматическом прекращении договора.

Кроме того, рассмотрен вопрос о возможности предусмотреть в договоре порядок прекращения его действия в связи с односторонним отказом страхователя. Показано, что включение в договор такого условия не нарушает баланса интересов сторон и вполне допустимо.

Вопрос о последствиях прекращения действия договора вообще является одной из сложных проблем российского гражданского права, так как законодательно не обеспечен баланс интересов сторон в случае исполнения договора до его прекращения только одной стороной. Для договоров страхования эта проблема имеет первостепенное значение, так как в литературе и в судебной практике проблема последствий прекращения действия договора страхования после наступления страхового случая, но до выплаты, решается неоднозначно. В этом параграфе показано, что следовало бы внести изменения в ст.453 ГК РФ либо в ст.958 ГК РФ и допустить возможность взыскивать убытки, причиненные прекращением действия договора. До тех пор, пока такое изменение не внесено, следует предусматривать в самом договоре последствия его прекращения, обеспечивающие баланс интересов обеих сторон.

В § 5.2. Условия договора страхования рассмотрен механизм формирования условий договора. Показано, что в договоре страхования, помимо условий, перечисленных в ст.942 ГК РФ, должны быть согласованы условия о величине премии и о порядке ее уплаты (единовременно или в рассрочку) в случаях, когда в договоре страхования не установлен момент его вступления в силу. Порядок уплаты премии необходимо согласовывать в договоре, так как иначе невозможно определить, вступил он в силу или нет при уплате части премии. Величину же премии следует согласовывать в договоре, так как этого всегда требует страховщик.

Рассмотрены также некоторые особенности согласования существенных условий договора. Так, показано, что условие об объекте страхования и о застрахованном лице могут быть определены родовыми признаками. Однако описание с помощью родовых признаков должно быть таким, чтобы при наступлении страхового случая объект страхования (застрахованное лицо) индивидуализировался. Иначе невозможно определить. действительно ли страховой случай наступил с застрахованным объектом.

Также показано, что в возможных спорах о том, какое условие договора является страховой суммой, следует опираться на принцип эквивалентности, а именно, сумму, ограничивающую размер выплаты, следует считать страховой суммой, если премия рассчитана путем применения тарифа к этой сумме.

Рассмотрен также вопрос о применении валютной оговорки и показано, что при согласовании условия о страховой сумме в валютном эквиваленте следует соблюдать принцип эквивалентности. Если тариф, используемый для работы с валютным эквивалентом, выше, чем для работы со страховой суммой, выраженной в рублях, то использование валютного эквивалента может быть истолковано, как страхование наряду с основным риском также и сопутствующего риска – изменение курса валюты. Такой договор страхования действителен. Если же для рублевой страховой суммы и для выраженной в эквиваленте используется один и тот же тариф, то такое толкование невозможно. Поэтому договор страхования имущества и предпринимательского риска будет ничтожным в части превышения страховой суммы, рассчитанной в рублях в момент наступления страхового случая над страховой стоимостью, рассчитываемой в рублях на момент заключения договора.

Последней группой вопросов, рассмотренных в этом параграфе, является инкорпорация Правил страхования в договор страхования. Прежде всего, изучено двусмысленное указание в ст.3 ЗоСД об обязательности использования Правил страхования в качестве условий договора. Требование обязательности Правил страхования ограничивает свободу договора, но в работе показано, что единственная цель, с которой такое ограничение в данном случае может быть введено – это информированность органа страхового надзора об условиях, на которых заключаются договоры страхования. Соответственно, такое требование противоречило бы Конституции РФ, так как необоснованно ограничивало бы конституционные права. Из этого вывод – заключение договора на условиях Правил страхования не может являться обязательным.

Исследован также механизм инкорпорации Правил страхования в договор и показано, что для инкорпорации Правил путем приложения их к полису необходимо, чтобы эти Правила были вручены страхователю, причем единственным легальным доказательством вручения Правил страхователю является запись в договоре о том, что Правила ему вручены. Записи иного содержания не могут являться таким доказательством.

Наконец, рассмотрен вопрос об инкорпорации в договор части Правил страхования односторонним волеизъявлением страхователя, как это предусмотрено в п.4 ст.943 ГК РФ. Показано, что страхователь, ссылаясь в защиту своих интересов на условия Правил, не может произвольно расчленять единые по своему смыслу условия Правил. Ссылки на единые по смыслу условия Правил, такие, например, как условие о страховом риске, возможны только в целом. Предоставление страхователю права по своему усмотрению произвольно дробить условия Правил не обеспечит ему дополнительной возможности изучить условия Правил, но может повредить финансовой устойчивости страховщика. Следует включить соответствующую оговорку в ст.943 ГК РФ.

В Заключении подведен итог работы в целом и он сопоставлен с целями работы. Показано, что основные задачи работы решены и цели достигнуты.

В Приложении приведены результаты исследований некоторых общих гражданских конструкций, необходимых для построения системы понятий, относящихся к договору страхования.

Рассмотрены понятия «интерес» и «риск» и показано, что интерес представляет собой ту возможную пользу, которую заинтересованное лицо может получить в результате своего поведения. Лишение лица этой возможности является причинением вреда, поэтому причинение вреда возможно лишь там, где есть интерес. Риск же представляет собой возможное причинение вреда определенной опасностью, т.е. риск – это и есть возможное причинение вреда. Таким образом, интерес и риск неотделимы друг от друга – там, где есть риск, есть и интерес и наоборот. Таким образом, конструкции «интерес» и «риск» описывают одни и те же фактические отношения – возможного причинения вреда. Однако «интерес» описывает их с точки зрения той пользы или выгоды, которой лицо лишается, а «риск» с точки зрения той опасности, в результате воздействия которой вред причиняется. Иногда говорят, что интерес – это оборотная сторона вреда до его причинения.

Рассмотрена также структура прав и обязанностей, порождаемых договорами в пользу третьего лица. Показано, что эта структура должна учитывать тот баланс интересов, которые имеются у кредитора и третьего лица. Подтверждено положение о том, что единственным источником права третьего лица является сам договор и для возникновения у третьего лица права его волеизъявления не требуется. Показано также, что в настоящее время основной проблемой структуры прав и обязанностей, порождаемых договорами в пользу третьего лица, стала не столько проблема права третьего лица, сколько проблема прав кредитора. Рассмотрена весьма противоречивая концепция «секундарных» прав и показана ее несостоятельность. Предложена следующая конструкция прав кредитора в договоре в пользу третьего лица: при заключении договора в пользу третьего лица между сторонами договора возникает обязательство, предметом которого является исполнение третьему лицу, если третье лицо не отказалось от своего права, и исполнение кредитору, если третье лицо отказалось от своего права. Соответственно, до отказа третьего лица кредитор вправе требовать исполнения третьему лицу, а после его отказа – исполнения себе.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.