авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Региональные особенности экологической преступности на северо-востоке россии

-- [ Страница 2 ] --
  1. Экологическая преступность представляет собой негативное социально-правовое явление, слагающееся из совокупности преступлений, посягающих на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющих или создающих угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда, совершенных за конкретный период времени на определенной территории. Экологическая преступность в Российской Федерации на современном этапе развития характеризуется следующими типичными признаками: наличие признаков промысла; сращивание с организованной, коррупционной и профессиональной преступностью (криминальный профессионализм); высокая латентность; активное вовлечение иностранных граждан; рост числа преступлений, связанных с нарушением правил обращения с опасными веществами и отходами; доходность и повышение доли криминального бизнеса в данной сфере; расширение нелегального международного рынка сбыта.
  2. Экологическая преступность Северо-востока России имеет устойчивую тенденцию к незначительному снижению, доля подобного вида преступности (4,85, 4,09%) в общей массе зарегистрированных преступлений за 2010-2012 годы превышает общероссийский показатель (1,21-1,49%). Динамика экологической преступности волнообразна, в целом зависит от интенсивности нерестового хода лососевых пород рыб.
  3. Экологическая преступность Северо-востока России обусловлена сложившимися противоречиями в государственной политике в отношении северных территорий, излишней идеализацией рыночных отношений в ущерб экологии, активной интеграцией теневой сферы экономики с заинтересованными участниками внешнеэкономической деятельности (особенно странами Азиатско-Тихоокеанского региона), стагнацией и кризисом в рыбопромышленной отрасли, безработицей основной части сельского населения, поспешным и непродуманным вмешательством государства в традиционные виды хозяйствования коренных малочисленных народов Севера, развитым потребительским отношением к природным ресурсам, являющимся источником существования основной части сельского населения Северо-востока России.
  4. Теоретический анализ личности экологического преступника Северо-востока России позволяет составить два портрета экологического преступника:
  1. Бытовой браконьер – это в основной массе мужчина, часто представитель коренных малочисленных народов Севера, постоянно проживающий на территории района, в старшем возрасте (41-50 лет), имеющий достаточно высокий уровень образования, не имеющий постоянного заработка (70,1 %), часто образующий наравне с другими нарушителями простые формы соучастия (группа лиц, группа лиц по предварительному сговору в форме соисполнительства), совершающий преступления по корыстным мотивам (корысть - потребительство), имеющий антропоцентристский тип сознания, выраженную асимметрию в поведении.
  2. Промышленный браконьер - мужчина в зрелом возрасте (31-50 лет), имеющими высокий уровень образования, особенно характерный для лиц, совершающих преступления, предусмотренные ст. 253 УК РФ, наемный рабочий, часто капитан судна, осуществляющий организационно-распорядительные функции в отношении экипажа, для которого характерна выраженная корыстная мотивация с преобладанием корысти – престижа.
  1. К основным задачам, обеспечивающим достижение стратегической цели государственной экологической политики, указанным в Основах государственной политики в области экологического развития Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденным указом Президента РФ от 30 апреля 2012 г., следует отнести предупреждение совершения экологических правонарушений и преступлений. Механизмами реализации указанной задачи являются: усиление ответственности за нарушение законодательства об охране природной среды и природопользовании, обеспечение неотвратимости наказания за экологические преступления и иные правонарушения, осуществление криминологической экспертизы проектов нормативно-правовых актов в области охраны природной среды и природопользования, научного криминологического планирования и прогнозирования состояния экологической преступности; полное возмещение экологического ущерба, причиненного преступлением или иным правонарушением; определение уровня латентной составляющей нарушений в сфере охраны природной среды и природопользования; развитие природоохранной функции в правоохранительных органах.
  2. В основе организационных мер борьбы с экологической преступностью лежат следующие основные задачи: развитие природоохранной функции в правоохранительных органах, усиление координационной деятельности между природоохранными, правоохранительными органами и органами государственной власти и местного самоуправления, ресурсное обеспечение природоохранных органов. Одним из механизмов развития природоохранной функции в правоохранительных органах Северо-востока России является создание Охотоморской бассейновой межрегиональной природоохранной прокуратуры, организованной по бассейновому принципу (акватория Охотского моря), которая позволит осуществлять координацию деятельности Сахалинской межрайонной природоохранной прокуратуры, Камчатской межрайонной природоохранной прокуратуры, Хабаровской межрайонной природоохранной прокуратуры и созданной Магаданской межрайонной природоохранной прокуратуры.
  3. Совершенствование регионального планирования борьбы с экологической преступностью следует проводить по следующим направлениям: комплексное изучение ситуации в области экологической преступности, всесторонний учет продуцирующих ее факторов; развитие практики регионального планирования борьбы с доминирующими видами экологических преступлений и правонарушений; расширение круга субъектов – исполнителей, включающего субъектов ранней профилактики. Автором в диссертационном исследовании предлагается проект Концепции противодействия незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов на Северо-востоке России.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что его результаты и основанные на них выводы восполняют пробел в системе теоретических взглядов на проблему региональных особенностей экологической преступности, дополняют и конкретизируют современную теорию предупреждения экологической преступности с учетом современных социально-экономических условий.

Практическая значимость исследования состоит в возможности использования результатов и выводов диссертационного исследования в дальнейшем совершенствовании модели предупреждения экологической преступности, а именно в практической деятельности общих и специальных субъектов предупреждения экологической преступности (в первую очередь субъектов Северо-востока России), в правотворческой деятельности по развитию уголовного и экологического законодательства и практики его применения.

Сформулированные в диссертации выводы, предложения и рекомендации могут быть применены в процессе преподавания дисциплины «Криминология» и специальных курсов, посвященных углубленному изучению экологической преступности и других видов преступности, имеющих тенденцию к сращиванию с экологической. Кроме того, материалы диссертационного исследования могут представлять интерес для региональных правоохранительных и природоохранных органов, осуществляющих борьбу с экологической преступностью.

Апробация результатов исследования осуществлялась автором в ходе их неоднократного обсуждения на заседании кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), на заседаниях кафедры уголовно-правовых дисциплин Магаданского филиала Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), а также в ходе проведения учебных занятий по криминологии со студентами МФ Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). Выводы и предложения сообщались в докладах и обсуждались на региональных и международных конференциях, форумах и симпозиумах: Молодежном научном симпозиуме «Современные научные исследования на Дальнем Востоке» (г. Южно-Сахалинск, 4-7 октября 2011 г.), IV Межрегиональной конференции молодых ученых «Научная молодежь – Северо-Востоку России» (г. Магадан, 24-25 мая 2012 г.), Межрегиональном форуме «Международное сотрудничество молодых ученых: северное измерение», посвященный 300-летнему юбилею М.В. Ломоносова (г. Архангельск, 22-23 ноября 2011 г.), II Международной заочной научно-практической конференции «Актуальные проблемы охраны природы и рационального природопользования» (г. Чебоксары, апрель 2011 г.), III Международной научно-практической конференции «2020: молодые смотрят в будущее» (Таллинн, 18-19 мая 2012 г.), XIII Международной научно-практической конференции «Правовая политика: вызовы современности» (г. Москва, 27-29 ноября 2012 г.).

Проект Концепции противодействия незаконной добыче (вылову) и последующему незаконному обороту водных биологических ресурсов предложен на рассмотрение в Прокуратуру Магаданской области, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Магаданской области, Охотское территориальное управление Росрыболовства, Пограничное управление ФСБ России по Магаданской области. Автором получены рецензии на представленный проект.

Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих семь параграфов, заключения, библиографического списка, приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационной работы; определяются цель, задачи, объект и предмет исследования; излагаются методологическая, теоретическая и эмпирическая основы исследования; аргументируется его научная новизна; формулируются положения, выносимые на защиту; обосновывается теоретическая и практическая значимость работы; приводятся сведения об апробации результатов исследования.

В первой главе «Общая характеристика экологической преступности Северо-востока России» определяются основные криминологические особенности экологической преступности на Северо-востоке России, дана уголовно-правовая характеристика экологических преступлений, личности экологического преступника, причин и условий, формирующих экологическую преступность Северо-востока России.

В первом параграфе «Понятие и тенденции экологической преступности на Северо-востоке России» предлагается авторское определение «экологическая преступность», детально исследуются качественные и количественные характеристики экологической преступности Северо-востока России (Камчатский край, Магаданская область). Дефиниция «экологическая преступность» не нашла своего унифицированного толкования, что обусловлено отсутствием единой позиции ученых относительно круга общественных отношений, которым причиняется вред или создается угроза причинения вреда при совершении экологического преступления. Авторы акцентируют внимание на объектах уголовно-правовой охраны, тем самым отграничивая экологическую преступность как негативное социально-правовое явление от других видов преступности, в первую очередь, корыстной и экономической.

Под экологической преступностью понимается негативное социально-правовое явление, слагающееся из совокупности преступлений, посягающих на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющих или создающих угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда, совершенных за конкретный период времени на определенной территории.

Изучение уровня экологической преступности в регионе (4,85, 4,09%) свидетельствует о повышенном относительно общероссийского показателя (1,21, 1,49%) количестве регистрируемых преступных посягательств в общем количестве зарегистрированных преступлений за 2010-2012 гг. Фактический уровень экологической преступности в регионе можно представить с учетом латентной преступности, которая составляет 95-100%. Динамика региональной экологической преступности, изученная за 2000-2012 гг., волнообразна, в целом намечается незначительное снижение количества зарегистрированных экологических преступлений в последние годы. Всплески регистрации преступлений устойчиво отмечаются в годы интенсивного нерестового хода лососевых пород рыб, в виду существенного преобладания (до 84 %) в структуре экологической преступности Северо-востока России преступлений, предусмотренных ст. 256 УК РФ.

В структуре региональной преступности Северо-востока России можно выделить ряд перманентно совершаемых посягательств: нарушение законодательства РФ о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне РФ (ст. 253 УК РФ), незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ), незаконная охота (ст. 258 УК РФ), незаконная рубка лесных насаждений (ст. 260 УК РФ), уничтожение или повреждение лесных насаждений (ст. 261 УК РФ). Автором проводится криминологический анализ доминирующих преступлений, обосновывается природоресурсная направленность экологической преступности, ориентированная, в основном, на незаконную добычу водных биоресурсов, исследуются виды и способы трансграничного браконьерства, аргументируется вероятность совершения на территории Магаданской области преступления, предусмотренного ст. 255 УК РФ.

Во втором параграфе «Уголовно-правовая характеристика экологических преступлений» предлагается авторская дефиниция «экологическое преступление», определяются особенности элементов и признаков составов экологических преступлений. Отдельное внимание уделено характеристике составов, предусмотренных ст. ст. 253, 256 УК РФ.

Анализ изученной литературы определил отсутствие единообразного толкования понятия «экологическое преступление». Автор приходит к выводу, что указанная проблема обусловлена двумя причинами: отсутствием единой позиции относительно объекта, предмета экологического преступления и бланкетным характером диспозиций статей главы 26 УК РФ. Синтез норм природоохранного законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 указывает на безосновательное расширение объекта экологического преступления до «окружающей природной среды».

Под экологическим преступлением следует понимать предусмотренное уголовным законом общественно опасное виновно совершенное деяние, посягающее на общественные отношения, обеспечивающие защищенность природной среды и жизненно важных интересов человека и общества, и, причиняющие или создающие угрозу причинения экологического, личного (неимущественного) и (или) имущественного вреда.

Спецификой объективной стороны экологических преступлений является ее бланкетный характер, предусматривающий необходимость обращения к нормам экологического законодательства для уяснения сущности преступления, а также большое количество оценочных понятий, используемых законодателем при конструировании норм. Пленум Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 г. № 26 указывает абстрактные критерии определения «крупного ущерба» при незаконной добыче водных биоресурсов, что порождает отсутствие единообразной практики. Правоохранительные органы субъектов РФ вынуждены самостоятельно формировать практику привлечения к уголовной ответственности путем издания совместных региональных актов толкования права.

Действующие нормы предусматривают для отграничения ч. 2, ст. 253 и ст. 256 УК РФ два критерия: цель рыболовства, наличие разрешения на вылов (добычу). Анализ уголовных дел, возбужденных по ч.2, ст. 253 УК РФ, свидетельствует о вменении данного состава только при разработке биологических ресурсов. Вместе с тем, синтез природоресурсного и уголовного законодательства указывает на вменение указанного признака при наличии признаков добычи (вылова) без соответствующего разрешения. Диссертант солидарен с позицией Ляшевой Ю.С., Яворского А.В., предлагающих объединить ч. 2, ст. 253 и ст. 256 УК РФ.

Третий параграф «Личность экологического преступника» посвящен выявлению основных характеристик личности экологического преступника Северо-востока России. На территории Северо-востока России (Камчатский край, Магаданская область) за 2005-2012 гг. 97% экологических преступлений совершено мужчинами. На основе данных анкетирования нарушителей и анализа уголовных дел противоправные действия совершаются женщинами - исполнителями только в группе мужчин, в среднем от 5 до 10 раз в год с целью личного потребления незаконно добытой рыбы (77%), качественного преобразования собственной жизни (26%), из азарта (3%). Возраст лиц, совершающих экологические преступления, преимущественно составляет 31-50 лет, причем наибольшее количество экологических преступлений (29,5%) совершены мужчинами от 41 до 50 лет. Автором на основе статистических данных обосновывается положение о том, что личность экологического преступника Северо-востока России имеет тенденцию к старению. Уровень образования лиц, совершающих экологические преступления в регионе, достаточно высок, что не специфично для экологической преступности. Данные о социальном положении экологических преступников определяют, что подавляющее большинство - лица без постоянного источника дохода (70,1 %).

Изучение потребностно - мотивационной сферы экопреступника позволяет выделить следующие основные мотивы, лежащие в основе преступного поведения: социально-экономические, легкомысленно-безответственные. У экологических преступников фиксируется антропоцентристский тип сознания, выражающийся в твердой позиции о центральной роли человека, доминанте его потребностей, основной функции природной окружающей среды как источника блага для удовлетворения приоритетных потребностей.

На основе социально-демографических, социально-ролевых (функциональных), психологических особенностей экологического преступника Северо-востока России и анализа научной литературы автором предложено два криминологических портрета лиц, совершающих бытовое и промышленное браконьерство на Северо-востоке России.

Четвертый параграф «Причины и условия экологической преступности» характеризует основные криминологические детерминанты, формирующие экологическую преступность Северо-востока России. Экономические противоречия являются базовыми в причинном комплексе экологической преступности. Экономика региона характеризуется слабой степенью деверсификации, интеграции и инновационности, имеет ярко выраженную ресурсную направленность при низкой степени переработки природных ресурсов. Подобные факторы определяют Северо-восток России, как регион повышенного риска, связанного с опасностью уничтожения природных экосистем в зонах повышенной концентрации экономической активности. Активная внешняя интеграция экономики Дальнего Востока в экономику стран Азиатско-Тихоокеанского региона (Корею, Китай, Японию) порождает спрос у иностранных государств на незаконно добытые в РФ природные ресурсы и их компоненты.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.