авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Испытание в уголовном праве российской федерации

-- [ Страница 3 ] --

Теоретическое и практическое значение исследования определяется современным предкризисным состоянием уголовной юстиции и системным видением автора выхода из данной ситуации. В диссертации исследуются причины создавшегося положения, правовые последствия внедрения в уголовное законодательство идеи условности наказания, переосмысливаются вопросы, касающиеся сущности уголовной ответственности, ее содержания и форм реализации, а также необходимости выделения испытания в самостоятельный уголовно-правовой институт. Предлагается теоретическая модель поэтапного реформирования системы уголовно-правового принуждения, в которую органично может быть встроено уголовное испытание.

Положения и выводы, изложенные в диссертации, могут быть востребованы в законотворческой деятельности по совершенствованию регламентации мер уголовно-правового принуждения, послужить основой для дальнейших теоретических изысканий по проблемам уголовной ответственности, а также использоваться при преподавании курса «Уголовное право» в системе вузовского и послевузовского профессионального образования.

Апробация результатов исследования. Результаты исследования докладывались диссертантом и обсуждались на 34 научных форумах: научно-практических конференциях, теоретических семинарах и «круглых столах»
(в том числе 17 международного и всероссийского уровней) в гг. Омске (1992, 1994, 1995, 1996, 2000, 2001, 2003, 2004, 2005, 2006, 2007, 2008 гг.), Москве (1994, 2004, 2006, 2008, 2009 гг.), Томске (2006 г.), Челябинске (2001, 2003, 2006 гг.), Тюмени (1992, 2006 гг.), Нижнем Новгороде (2005 г.), Саратове (2007 г.), Караганде (2007 г.), Бишкеке (2008 г.), а также на совместном заседании кафедр уголовного права, криминологии и юридических дисциплин Омской академии МВД России.

Материалы диссертации внедрены в образовательный процесс Южно-Уральского государственного университета (г. Челябинск), Омской академии МВД России, Сибирского (г. Красноярск), Ростовского юридических институтов МВД России, Академии Комитета уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Республики Казахстан (г. Костанай), а также в практику Омского областного суда.

Основные положения и выводы диссертации опубликованы в 55 работах (общий объем – 57,5 п. л.), включая препринт, 2 монографии (одна из них в соавторстве, авторство разделено, личный вклад – 3,2 п. л.), 2 учебника в соавторстве (авторство разделено, личный вклад – 5,3 п. л.), учебное пособие, 21 научную статью (две из них в соавторстве, авторство не разделено) и 28 тезисов и материалов выступлений на научных форумах (один материал в соавторстве, авторство не разделено).

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух разделов и пяти глав, включающих 14 параграфов, заключения, списка использованной литературы и 22 приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность темы, степень ее разработанности; определяются объект и предмет, цели и задачи исследования; раскрываются его методология и методика, научная новизна; приводятся основные положения, выносимые на защиту, теоретическая и практическая значимость, а также сведения об апробации полученных результатов.

Первый раздел «Условность наказания как исходная идея уголовного испытания», состоящий из трех глав, посвящен истории возникновения идеи условности наказания, а также осмыслению ее воплощения в таком правовом явлении, как уголовное испытание, и последствий закрепления в уголовном законодательстве России.

Первая глава «Возникновение идеи условности наказания и ее реализация в Российском уголовном праве» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Социально-исторические предпосылки возникновения и развития идеи условности наказания» наряду с другими факторами рассматривается влияние идей представителей науки уголовного права на реформирование карательных систем многих стран мира. Анализируются новые направления в науке уголовного права второй половины XIX в. (антропологическое, социологическое), и подчеркивается, что толчком к их развитию стали кризисное состояние уголовной юстиции и, как следствие, охлаждение общества к классическим догмам уголовного права.

Далее делается акцент на том, что уже в начале XX в. наукой уголовного права был определен новый уголовно-политический принцип условности наказания. Сторонники этой идеи в целом признавали необходимость института наказания, но указывали на его малую эффективность, когда речь шла о применении краткосрочного тюремного заключения к несовершеннолетним или к случайным преступникам. В этих случаях предлагалось считать допустимым отказ от принципа неотвратимости наказания и применение под угрозой наказания иных мер, не являющихся по своей сути уголовной репрессией. При таком подходе наказание, не теряя статуса меры уголовно-правового воздействия, лишалось монопольного положения как единственного уголовно-правового средства воздействия на преступника. Именно в силу меньшей радикальности восприятие идеи условности наказания юридической практикой, а затем и законодателем происходило гораздо быстрее, чем идеи отрицания наказания.

В то же время, попав в разряд мер, альтернативных наказанию, условное осуждение и условно-досрочное освобождение не могли не принять на себя и некоторые черты мер социальной защиты. В частности, под воздействием идей социологической школы уголовного права был запущен механизм трансформации процесса испытания в малоподдающийся контролю процесс исправления. Первоначальный смысл проверки условно осужденных и условно-досрочно освобожденных на криминальную безопасность был искажен, и акцент сместился на проверку возможности исправления преступника без применения наказания. С одной стороны, такая интерпретация идеи условности наказания повысила ее привлекательность, что обусловило активный поиск наиболее удачных форм ее законодательного воплощения и широкую практику их применения, а с другой – привела к упрощенному восприятию мер, объединенных принципом условности наказания, лишь в качестве разновидностей освобождения от наказания под условием и не позволила им сформироваться в самостоятельный правовой институт уголовного испытания.

Во втором параграфе «Развитие идеи условности наказания в России в досоветский период» исследуется вопрос, почему к началу XX в., когда идея условности наказания уже была всецело поддержана в той или иной форме законодательно и закреплена в большинстве развитых стран мира, в России еще продолжалась дискуссия о целесообразности такой новации.

В диссертации подробно рассматривается та правовая ситуация, которая не позволила идее условного осуждения в полной мере внедриться в уголовное законодательство дореволюционной России. Как доминирующая оценивается позиция тех ученых-юристов, приверженцев классической школы уголовного права, которые предостерегали от поспешного внедрения в уголовный закон идеи условности, усматривая в таких новациях громадные и труднопредсказуемые изменения в системе уголовной юстиции (С.В. Познышев, В.Д. Спасович, Н.Д. Сергеевский, Н.С. Таганцев и др.).

В третьем параграфе «Особенности внедрения идеи условности наказания в советское уголовное законодательство» показано, что, достаточно последовательно и наступательно продвигая идею условности наказания после Октябрьской революции, российский законодатель использовал практически все возможности для ее реализации. К 90-м гг. XX в. Россия получила самую разветвленную, громоздкую, избыточную и дублирующуюся систему норм, регламентирующих уголовно-правовые меры, основанные на принципе условности наказания (ст.ст. 52, 44, 461, 242, 46, 53, 55, 532, 462 УК РСФСР).

В конце главы делается вывод, что сдержанное отношение дореволюционной России к идее условности наказания могло сохраниться достаточно длительное время лишь в той конкретной социально-политической ситуации. В результате революционных перемен в общественном устройстве прежняя система уголовной юстиции России была разрушена, а вновь созданная приобрела совершенно иные черты и приоритеты и оказалась незащищенной от глобальных правовых экспериментов на фоне увлеченности общественности и законодателя передовыми и по-своему тоже революционными для того времени идеями социологической школы уголовного права. Инерция законодательного внедрения идеи условности оказалась настолько громадной, что Россия, отставая в этом вопросе от других стран не менее чем на два десятилетия, достаточно быстро догнала и перегнала их как по количеству норм, реализующих идею условности наказания, так и по практике их применения.

Вторая глава «Испытание как уголовно-правовое явление» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Сущность основных уголовно-правовых явлений» рассматривается современный уровень осмысления в теории уголовного права сущностных признаков таких категорий, как «преступление», «наказание» и «уголовная ответственность». Отмечается, что прочная связь преступления и наказания, существовавшая веками, не могла быть нарушена до тех пор, пока на определенном этапе общественного развития не были востребованы иные уголовно-правовые явления.

Среди правовых образований, заставивших пересмотреть соотношение преступления и наказания, выделяются меры безопасности (социальной защиты) и уголовная ответственность.

Диссертант обращает внимание на тот факт, что многие ученые, определяющие сущность уголовной ответственности как осуждение, отрицательную оценку (порицание) государством лица, совершившего преступление, к сожалению, с содержательной стороны не усматривают в иных, кроме наказания, мерах каких-либо значимых правоограничений, дающих возможность говорить о существовании самостоятельного уголовно-правового явления, по статусу равного наказанию.

Во втором параграфе «Правовая природа, сущность и содержание уголовного испытания» отмечается, что признанию наукой уголовного права испытания в качестве уголовно-правового явления в настоящее время препятствуют два обстоятельства: крайне запутанная ситуация с определением юридической природы различных форм испытания и, как следствие, нерешенность вопроса о его сущности и содержании.

В диссертации исследуется история вопроса и со ссылкой прежде всего на англосаксонскую систему права приводятся аргументы в пользу уголовно-исполнительной природы правоограничений, налагавшихся на осужденных, проходящих испытание в форме пробации и условно-досрочного освобождения. Подчеркивается, что это не свидетельствует об отсутствии у уголовного испытания собственно уголовно-правовых сущности и содержания. Лишь на начальном этапе статус испытательных правоограничений не был четко определен. Однако уже тогда шел процесс формирования новых уголовных правоограничений, способных замещать карательные правоограничения, свойственные лишению свободы, в случае, если это наказание реально не применялось. Постепенно такие правоограничения режимного характера (явка на регистрацию, запрет посещать определенные места, менять место жительства и работы, покидать жилище в определенное время суток и др.) входили в содержание указанных видов испытания и по мере того, как закреплялись в уголовных законах, меняли свой статус на уголовно-правовой. Другая часть правоограничений при законодательном воплощении идеи условности наказания не сменила своего характера и в итоге заняла место в рамках уголовно-исполнительного института контроля (надзора) за лицами, находящимися на испытании.

Только понимание сущности уголовного испытания как уголовных правоограничений позволяет рассматривать его и наказание в качестве однопорядковых правовых явлений, в каждом из которых заложен специфический способ реагирования на факт совершения преступления. В то же время правовая природа уголовного испытания не могла не сказаться на его сущности и содержании. Если правоограничения в наказании по сути своей репрессивны, выступают карой, соразмерным воздаянием преступнику за совершенное деяние и содержательно выражаются в тяготах и лишениях, налагаемых на осужденного приговором суда, то правоограничения уголовного испытания, будучи заимствованными из режимных, трансформировались в уголовном законе в комплекс некарательных обязанностей.

Некарательные правоограничения, в отличие от карательных, объективно не причиняют лицу физических и психических страданий, а представляют собой несколько повышенные требования к поведению в обществе, следование которым помогает испытуемому избегать ситуаций, провоцирующих его на правонарушение. В связи с этим принципиально различен механизм предупредительного воздействия на осужденного при наказании и испытании. Если тяготы и лишения, заключенные в наказании, порождают у осужденного прежде всего чувство страха их повторного претерпевания, то запреты и предписания испытания вырабатывают у него стереотипы правопослушного поведения, которые в последующем переходят в готовность действовать определенным образом в сходных ситуациях (установку), и тем самым постепенно внешний контроль поведения заменяется на самоконтроль.

Осознание сущности уголовного испытания как правоограничений некарательного характера позволяет под новым углом взглянуть на процессы в этой сфере, происходящие в русле наблюдающейся в XX-XXI вв. общемировой тенденции к сближению правовых систем. Анализ уголовного законодательства 29 стран дальнего и ближнего зарубежья позволил сделать вывод о том, что повсеместное распространение нашла англосаксонская модель условного осуждения и условно-досрочного освобождения с установлением судом требований к поведению испытуемого и контролем за их соблюдением со стороны специализированного государственного органа. Напротив, континентальная модель, не предусматривающая, кроме угрозы исполнения наказания, каких-либо дополнительных запретов и предписаний, постепенно деградирует и в настоящее время встречается лишь в некоторых странах, и то лишь наряду с англосаксонским вариантом системы испытания.

Вместе с тем и в заимствованном европейскими странами англо-саксонском варианте испытания далеко не все так совершенно, как может показаться на первый взгляд. Здесь в свое время чрезмерный акцент был сделан на надзорную составляющую испытания, которая рассматривалась как первичная по отношению к обязанностям, возлагаемым на испытуемого.

Такая интерпретация идеи условности наказания, например, в России привела к недооценке законодателем роли уголовно-правовых ограничений, содержащихся в испытании. Это выразилось в том, что суду предоставлены широчайшие возможности по манипулированию содержательным компонентом испытания. В частности, суд в соответствии со ст.ст. 73, 74 УК РФ имеет право:

– устанавливать любой объем уголовно-правовых ограничений для испытуемого либо полностью отказаться от их установления;

– уменьшать либо увеличивать в процессе испытания объем правоограничений по представлению контролирующего органа;

– устанавливать в указанных в законе пределах любую продолжительность испытательного срока, сокращать либо продлять его по представлению контролирующего органа.

Отмечается, что при сопоставлении испытания с наказанием сразу видна концептуальная непроработанность законодательной регламентации первого. Все, что касается изменения вида и размера наказания, оснований замены одного вида наказания другим и взаимозачета размеров наказания, в законе четко определено, а правоограничения конкретного вида наказания и размер назначенного наказания вообще никакому изменению в сторону увеличения не подлежат.

В то же время автором анализируются и обобщаются положительные общемировые тенденции в решении этого вопроса, выражающиеся в следующем.

1. В странах как дальнего, так и ближнего зарубежья во всех разновидностях испытания преобладает тенденция к установлению закрытых (исчерпывающих) перечней запретов и предписаний, которые могут налагаться судом.

2. Некоторые страны пошли по пути комбинирования обязанностей, возлагаемых судом, и обязанностей, распространяющихся на всех испытуемых.

3. В большинстве стран суд существенно ограничен в праве увеличить испытуемому объем правоограничений.

4. Предусматриваются обязанности, которые могут быть возложены на испытуемого только с его согласия.

5. Устанавливается закрытый перечень правил поведения для испытуемых, которые суд изменять не вправе.

Далее указывается, что Россия, хотя и достаточно противоречиво, тоже продвигается в указанном направлении. В Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. произошла унификация видов испытания путем слияния условного осуждения и отсрочки исполнения приговора. Как определенный шаг назад можно расценивать тот факт, что усмотрение суда в обновленном условном осуждении было расширено в части установления открытого перечня обязанностей, которые могут быть возложены на испытуемого. Вместе с тем стало возможным возлагать данные обязанности и на условно-досрочно освобожденных. Был распространен на обе формы испытания и обязательный запрет совершать нарушения общественного порядка, за которые может быть наложено административное взыскание.

Акцентируя внимание на необходимости комплексного решения проблемы закрепления в уголовном законе дефиниций, касающихся всей системы уголовно-правового принуждения, диссертант в конце данного параграфа аргументирует позицию о родовой принадлежности понятий «наказание» и «испытание» к понятию «уголовная ответственность», имея в виду, что сущностью уголовной ответственности является именно осуждение лица, признанного виновным в совершении преступления. С учетом этого обосновываются и приводятся авторские определения уголовной ответственности и наказания, а также определяется испытание как мера уголовной ответственности, заключающаяся в обязанностях в виде запретов и предписаний, возлагаемых на осужденного под угрозой отбывания наказания в случае уклонения от их исполнения.

В третьем параграфе «Формы уголовного испытания» исследуются особенности формирования данного правового явления на начальном этапе в англосаксонской и франко-бельгийской правовых системах и идентифицируются три основные формы уголовного испытания: под угрозой назначения наказания, под угрозой исполнения наказания и под угрозой продолжения отбывания наказания. Анализируется ситуация терминологической неопределенности в обозначении каждой из форм испытания в зарубежном уголовном законодательстве, и делается вывод о желательности ее разрешения.

Абстрагируясь от множества особенностей, обусловленных как принадлежностью стран к разным правовым семьям, так и национальными правовыми традициями, диссертант указывает на углубление процесса унификации испытания, которое выражается в следующем:

а) отказ многих стран от закрепления в законодательстве испытания без назначения наказания на фоне развития двух других форм;

б) отказ от нескольких разновидностей испытания в пределах одной и той же формы;

в) сближение в регламентации различных форм испытания.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.