авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

Обычно-правовая система традиционного общества

-- [ Страница 6 ] --

Дискретность национальных правовых систем – это дифференциация правового пространства государства на общенациональную и региональные правовые системы, имеющие отличия в способе выработки и систематизации норм права, иерархии форм (источников) права, а также правовой идеологии, выдвигаемой государством и фактически укоренившейся среди проживающего в регионах населения. К признакам дискретных национальных правовых систем относятся: отражение в праве этнических и субкультурных особенностей регионов, разграничение властных полномочий по линии «государство – регионы», наличие региональной юридической практики, отражающей особенности регулирования общественных отношений автохтонного населения.

Официальное функционирование обычно-правовых систем имеет место в рамках политики правового плюрализма, приводящей к дисперсии национальных правовых систем. Однако в настоящее время обычно-правовые системы широко распространены в государствах с превалирующим аграрным сектором экономики, в которых не проведена или не завершена индустриализация общественных отношений, не достигнув всеобщего проникновения в общественные устои и не войдя в быт и сознание всего народа, а только его части, проживающей преимущественно в городах.

В следующем параграфе «Обычно-правовые системы в механизме самоопределения народов России» автор рассматривает значение обычно-правовых систем в этнокультурной политике Российского государства. В Российской Федерации существование обычно-правовых систем фактически легализовано в рамках территорий традиционного проживания коренных малочисленных народов Северного Кавказа, Севера, Сибири и Дальнего Востока. Однако законодатель лишь частично санкционировал партикулярное обычное право. В настоящее время применение обычаев коренных малочисленных народов разрешено преимущественно в сфере обеспечения традиционного образа жизни, а также охраны и использования территорий традиционного природопользования, если такие обычаи не противоречат законодательству Российской Федерации и ее субъектов. Применение остальной части обычно-правовых норм имеет несанкционированный характер, хотя в ряде случаев было бы полезно, например, досудебное примирение «маслиат» в Дагестане и Чечне. Поэтому требуется объективное изучение обычного права путем проведения «полевых выездов» и этнографических экспедиций, которые в итоге могут сыграть прикладную роль в совершенствовании правовой системы Российской Федерации. Подобная работа постепенно начинается на уровне отдельных образовательных учреждений, формируются проблемные группы, центры и лаборатории обычно-правовых исследований.

Одновременно достоинством и угрозой для государственной целостности Российской Федерации является ее поликультурализм, проникающий в правосознание, усиливающийся из-за отсутствия общих духовно-нравственных ценностей, обычно объединяющих народы и общности в единую нацию. В то же время без учета культурного, исторического и социально-правового опыта автохтонных народов и субкультур дальнейшее государственно-правовое развитие России в настоящее время может встретить определенного рода препятствия, снижающие управленческую эффективность, не связанную напрямую с деятельностью органов публичной власти, а являющуюся результатом несанкционированного проникновения в традиционный образ жизни и традиционную культуру, правовую ментальность. Ведь правовые традиции и обычаи поныне востребованы в сфере международных, торговых, брачно-семейных, наследственных и имущественных отношений, а также в сфере досудебного медиаторства, тем самым актуализируя широкомасштабные исследования обычного права. Этот факт вызывает научный интерес в частности к проблемам правового мира Кавказа.

В третьем параграфе «Становление обычно-правовых систем на Юге России» автор детально анализирует исторический путь правовой самобытности народов, проживающих на Юге России. Традиционная культура, традиционный образ жизни и традиционное природопользование в не меньшей степени характерны для Юга России, имеющего особую предрасположенность к этому. В отдельных местностях (преимущественно гористых), как и столетием ранее, складываются условия для нивелирования законодательства и широкого применения адатов и шариата. Подобные факты порой латентны или игнорируемы публичной властью, например распространение полигамии в Дагестане, Чечне и Ингушетии.

Наряду с обычаями титульных наций Российской Федерации, особое место в законодательстве отводится казачеству, перспективным направлением возрождения которого является восстановление исторических, социально-экономических, правовых, хозяйственных, культурных, патриотических традиций, форм самоуправления, несения государственной службы. Главным же является признание за казаками права объединяться в хуторские, станичные, городские, районные (юртовые), окружные (отдельские), войсковые и иные общества, создающего условия для сохранения и воспроизводства традиционной русской культуры. Становление таких обществ в рамках определенных территорий и национально-культурных автономий позволяет возродить отдельные институты обычного права, снизить миграционный отток русскоязычного населения из республик, входящих в состав Российской Федерации.

Важнейшей особенностью Юга России является сохранение правовой ментальности, традиционалистского потенциала, социально-правовой идентичности, этнического и субкультурного разнообразия. Причем на формирование партикулярного права оказали культурное влияние арабская, греческая, грузинская, монгольская, персидская, российская и тюркская цивилизации. Особенно явно традиционализм выражен в республиках Северного Кавказа и в меньшей степени в краях и областях Российской Федерации. В этой связи рассмотрение проблем традиционно-правового развития не потеряло актуальности, представляя большой интерес и предлагая разнообразие моделей правовых систем.

В качестве оснований изучения обычно-правовых систем могут выступать форма нормативной регламентации, степень утверждения форм (источников) права, степень санкционирования традиций права, форма развития властных институтов, способ систематизации права, массив правового пространства, степень этатического становления и др. Обычно-правовые системы, функционировавшие на Юге России, с технико-юридической точки зрения во многом схожи, но в идеологическом значении (в широком смысле) позиционировали индивидуальные особенности. С учетом этого выделяются две группы моделей обычно-правовых систем традиционного общества, имевших место на Юге России: северокавказская и южнорусская.

Северокавказская группа моделей обычно-правовых систем имеет этнический характер, разукрупняясь на подгруппы моделей горских и кочевых народов. К последней относятся обычно-правовые системы калмыков, ногайцев и кумыков. Кочевой образ жизни и наличие аграрной специфики в общественных отношениях, ценность животноводства, пастбищ и водопоев, а не земли как средства производства предопределяли содержание «кочевого права». Хотя кумыки еще в средние века в основном перешли к оседлому образу жизни, что нашло отражение в их социально-правовом развитии и становлении государственности. Обычное право кочевых народов отличалось от горского, но в условиях смежного проживания подвергалось диффузии, т.е. заимствованию обычаев.

«Горская» подгруппа как наиболее многочисленная (по количеству обычно-правовых систем) включала обычно-правовые системы адыгских (черкесских), вайнахских, дагестанских, аланских и тюркских (исключая кумыков и ногайцев) народов и народностей (субэтносов, этнических общностей и этносоциальных групп). Численность северокавказских обычно-правовых систем традиционного общества колеблется от сотни и более единиц, что связано со сложной этносоциальной структурой северокавказских народов. Наиболее разнородна эта структура у адыгов и дагестанцев. Серьезное влияние на численность горских нормативно-регулятивных пространств оказал исторический фактор, а также географический – пересеченность местности горными хребтами и реками, объективно снижающая интенсивность межэтнических и внутриэтнических взаимообменов, детерминирующая стагнацию общественных отношений. Но и помимо этого обычаи (адаты) всегда являлись неотъемлемым элементом правовой культуры народов Северного Кавказа.

Славянское население Юга России в основном имеет компактное расселение, что также обусловлено историческими и географическими особенностями. Компактность и нахождение в условиях межэтнического взаимодействия порождали формирование субкультуризма, отражавшегося в правовой ментальности, формировании партикулярного обычного права, самобытных нормативно-регулятивных пространств, которые в большей степени были характерны для досоветского периода. Южнорусская группа моделей обычно-правовых систем имела субкультурный характер, т.к. включала обычно-правовые системы субэтнических сообществ, этносоциальных групп и этнических общностей, разукрупнялась на казачьи и крестьянские подгруппы. К «казачьей» подгруппе относятся обычно-правовые системы донского, кубанского, терского и астраханского казачеств. «Крестьянская» подгруппа имела менее выраженные черты самобытности, детерминированные региональной спецификой, т.к. была тесно связана с крестьянством Центральной России.

В заключительном параграфе «Формирование обычно-правовых систем южно-российского казачества» диссертант обращает внимание на то, что в досоветский период обычаи применялись достаточно широко, являлись санкционированным регулятором общественных отношений, выражая сущность правовой культуры казачества. Правовой плюрализм в рамках становления обычно-правовых систем казачества заключался в широком использовании обычного права для регулирования общественных отношений. Обычное право казаков отличалось от иных примеров исторического воспроизводства данной формы (источника) права в этнической среде, при этом казачьи обычаи не имели императивной связи с «крестьянским правом», что позволяет рассматривать их не только как этнический, но и в не меньшей степени как субкультурный феномен. Обычно-правовые системы формировались в рамках отдельных казачьих войск, испытывая диффузию обычаев со смежными этнокультурами и субкультурами, а правовая ментальность казачества отражала содержание воспроизводимых общественных отношений, воплощалась в рамках действия обычного права. Субкультурное своеобразие и правовая самобытность, а также православная обрядность детерминировали обыденное правосознание, хотя обычно-правовые комплексы казачьих войск были схожи, но между собой имели внутренние различия, обусловленные географическими и историческими особенностями.

Содержание обычного права формировалось под влиянием органических процессов, протекавших в традиционном обществе внутри отдельных групп казачества, детерминант общественного и правового сознания, а также юридической практики как сплава четырех культурных традиций: собственно казачьей, русской, православной и инородческой. По этой причине невозможно говорить о существовании какой-либо единой обычно-правовой системы казачества. Точно так же не было единого обычно-правового пространства у крестьян Российской империи, а существовало крестьянство Центральной России, Малороссии, Сибири (сибиряки), Севера (поморы), Прибалтики и т.д., чему во многом способствовала политика правового плюрализма.

Функционирование современного казачества, возродившегося в новейшее время, невозможно исключительно на основе использования обычного права, выработанного в ходе эволюции традиционного социума. Прежние обычаи соответствовали ушедшему в историю общественному укладу и быту, несогласованны с законодательством, и при возникновении противоречий, связанных с их применением, любой суд встанет на сторону закона. Однако учет правовых традиций и обычаев, не противоречащих российскому законодательству, необходим, т.к. если при создании законов (особенно региональных) не учитывать историко-правовой опыт, составляемые акты не будут иметь общественно-легитимного характера.

На этом основании можно сделать вывод, что современное обычное право казаков, не нашедшее отражения в нормативных правовых актах, или имеет латентный характер, или затрагивает несущественные отношения, которые можно отнести к разряду обыкновений. Этот факт подтверждает тот тезис, что обычно-правовая система является признаком преимущественно традиционного общества. С другой стороны, представляется актуальным использование традиционного опыта казачества в патриотической, воспитательной, просветительской, культурной и семейной сферах, т.е. в тех областях, где исторический опыт неоспорим, а влияние государства минимально.

В современном обществе существование обычно-правовых систем представляется экстраординарным явлением, но они могут формироваться на периферии социума (в субкультурах), а также в определенных режимах существования государства (например, в переходные периоды). Тем не менее возрождение ранее функционировавших обычно-правовых систем в прежнем виде представляется маловероятным, т.к. обычное право порождено традиционным обществом со свойственными ему традиционной экономикой, преобладанием аграрного уклада, стратификационной стабильностью, стратовой организацией, незначительной мобильностью людей, низкой продолжительностью жизни, высокой смертностью и рождаемостью населения. В то же время конкретно-исторические исследования обычно-правовых систем имеют актуальное значение, мотивируя на восполнение пробелов в знании и понимании правового наследия с целью гармонизации и упорядочения межэтнических и конфессиональных отношений, в частности в субъектах Северо-Кавказского и Южного федеральных округов.

В заключении диссертационного исследования подводятся итоги проведенной работы, излагаются основные выводы и предложения.

По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

Монографии:

1. Небратенко Г.Г. Институционализация обычно-правовой системы в общей теории права. – М.: Вузовская книга, 2010. – 9,45 п.л.

2. Небратенко Г.Г. Обычаи вольного казачества (XVI – начало XVII вв.). – Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. – 12,09 п.л.

3. Небратенко Г.Г. Судебно-процессуальные отношения в традиционном обществе донских казаков. – Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. – 8,37 п.л.

4. Небратенко Г.Г. История органов правопорядка Дона (досоветский период) / Под ред. проф. В.В. Макеева. – Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2007. – 14,5 с.

5. Небратенко Г.Г., Куксенко Е.И. Теория и история обычного права донских казаков. – Ростов н/Д: Изд-во РГУ, 2005. – 14.41 п.л. (авторство не разделено).

6. Макеев В.В., Небратенко Г.Г. Организационно-правовое становление и развитие общей полиции на территории Донского казачьего войска (середина XVIII – начало XX вв.). – Ростов н/Д: РЮИ МВД России, 2002. – 15,3 п.л. (авторство не разделено).

Статьи, опубликованные в изданиях Перечня ВАК Минобрнауки России:

7. Небратенко Г.Г. Становление службы правопорядка на территории Донского казачьего войска (середина XVIII – начало XX вв.) // Государство и право. 2003. №5. – 0,75 п.л.

8. Небратенко Г.Г. Парадоксы этнического политико-правового самоопределения (на примере татар и казаков) // Философия права. 2005. №2. – 0,4 п.л.

9. Небратенко Г.Г. Онтология обычного права донских казаков: историко-правовой аспект // Юристъ-Правоведъ. 2008. №2. – 0,7 п.л.

10. Небратенко Г.Г. Обычно-правовая система: теоретико-методологический анализ // Юристъ-Правоведъ. 2009. №1. – 0,6 п.л.

11. Небратенко Г.Г. Методология государственной правовой политики в отношении российского казачества в контексте процессов трансформации правовых и социально-политических институтов Донского казачьего войска // Философия права. 2009. №1. – 0,4 п.л.

12. Небратенко Г.Г. Институционализация обычно-правовой системы в традиционном обществе // Юристъ-Правоведъ. 2009. №2. – 0,4 п.л.

13. Небратенко Г.Г. Реализация судебно-процессуальных отношений в традиционном обществе донских казаков // Юристъ-Правоведъ. 2009. №3. – 0,4 п.л.

14. Небратенко Г.Г. Об антропологическом монизме обычно-правовой системы и традиционного общества // Северо-Кавказский юридический вестник. 2009. №3. – 0,4 п.л.

15. Небратенко Г.Г. Методология исследования обычно-правовой системы: познание сущности научных проблем // Философия права. 2009. №4. – 0,5 п.л.

16. Небратенко Г.Г. О юридической социологии и гносеологии обычно-правовой системы // Юристъ-Правоведъ. 2009. №4. – 0,4 п.л.

17. Шапсугов Д.Ю., Небратенко Г.Г. Конкретно-историческая реконструкция как метод познания обычного права (на материалах донского казачества) // Северо-Кавказский юридический вестник. 2009. №4. – 0,6 п.л. (авторство не разделено).

18. Небратенко Г.Г. Политико-юридическая эпистемология обычно-правовой системы традиционного общества // Философия права. 2009. №5. – 0,4 п.л.

19. Небратенко Г.Г. Феномен обычно-правовой системы в интерпретации этнологического правоведения // Юристъ-Правоведъ. 2009. №5. – 0,4 п.л.

20. Небратенко Г.Г. Антрополого-юридический потенциал интерпретации феномена обычно-правовой системы // Философия права. 2009. №6. – 0,4 п.л.

21. Небратенко Г.Г. Дихотомия традиционных правовых систем общества // Юристъ-Правоведъ. 2009. №6. – 0,4 п.л.

22. Небратенко Г.Г. Концептуализация правовой таксономии общества // Философия права. 2010. №1. – 0,4 п.л.

23. Небратенко Г.Г. Доктринальный обзор классификаций правовых систем общества // Юристъ-Правоведъ. 2010. №1. – 0,4 п.л.

24. Бурлуцкий А.Н., Небратенко Г.Г. Философско-правовой анализ обычно-правовой системы // Вестник Российской таможенной академии. 2010. №1. – 0,5 п.л. (авторство не разделено).

25. Небратенко Г.Г. Догма и новеллы типов правовых систем // Северо-Кавказский юридический вестник. 2010. №1. – 0,5 п.л.

26. Небратенко Г.Г. Формально-юридический анализ обычно-правовой системы // Юристъ-Правоведъ. 2010. №2. – 0,4 п.л.

27. Небратенко Г.Г. Новеллы типов права // Общество и право. 2010. №2. – 0,3 п.л.

28. Небратенко Г.Г. Доктрина правовой семьи традиционного (обычного) права: современное состояние и перспективы модернизации // Философия права. 2010. №5. – 0,4 п.л.

29. Небратенко Г.Г. О международной научной конференции «Правовой мир Кавказа: прошлое, настоящее, будущее» // Северо-Кавказский юридический вестник. 2011. №1. – 0,3 п.л.

30. Задерако В.Г., Небратенко Г.Г. Воссоздание донской полиции: интеграция профессиональных традиций // Юристъ-Правоведъ. 2011. №2. – 0,35 п.л. (авторство не разделено).

31. Небратенко Г.Г. Возрождение российской полиции: история и современные перспективы // История государства и права. 2011. №9. – 0,25 п.л.

Учебные, учебно-методические и научные пособия и издания:

32. Макеев В.В., Небратенко Г.Г. Исполнение полицейских функций на территории Донского казачьего войска до создания регулярной полиции (XVIII в.): Учеб. пособие. – Ростов н/Д: РЮИ МВД России, 1999. – 1,1 п.л. (авторство не разделено).

33. Небратенко Г.Г. Методология и плюрализм интерпретаций обычно-правовой системы: Учеб. пособие. – Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2009. – 5,2 п.л.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.