авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Актуальные вопросы использования специальных знаний в российском уголовном судопроизводстве.

-- [ Страница 3 ] --

В ч.2 ст.58 УПК указано: “Вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются статьями 168 и 270 настоящего Кодекса”. Согласно ст.168 “следователь вправе привлечь к участию в следственном действии специалиста в соответствии с требованиями ч.5 ст.164 настоящего Кодекса”. Из сопоставления этих норм видно, что специалист привлекается только для содействия следователю в проведении следственного действия, т.е. лишь для обнаружения, закрепления и изъятия доказательств. О том, в каком порядке специалист помогает следователю или суду решать другие задачи, названные в ст.58 УПК, а именно: ставить вопросы перед экспертом и разъяснять вопросы, входящие в его профессиональную компетенцию, – в ст.168 и 270 УПК не поясняется.

По мнению ряда ученых, участие специалиста в двух последних направлениях не может осуществляться в форме предусмотренного ст.ст.168, 164 УПК “участия в следственном действии”. Ведь при таком участии специалист ведет своего рода научно-техническое сопровождение действий следователя, выступая его советником, помощником, а полученная при этом доказательственная информация исходит не от специалиста, а от иных объектов. В случае же выяснения вопросов, входящих в профессиональную компетенцию, специалист не сопровождает действия следователя, а противостоит ему как объект исследования, как источник информации. По сути, это не что иное, как допрос специалиста. Не случайно, по нашему мнению, в ч.4 ст.271 УПК закреплена следующая норма: “Суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве... специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон”. Значит, УПК дозволяет проведение допроса специалиста. Однако, в нормах УПК, регламентирующих следственные действия в предварительном расследовании и суде первой инстанции, нет нормы содержащей правовые основы допроса специалиста. Мы вынуждены констатировать, что в стадии предварительного расследования разрешения на производство допроса специалиста не имеется, а в судебном разбирательстве допрос упоминается лишь в одной норме (ст.271 УПК) без закрепления порядка его проведения в главе 37 УПК “Судебное следствие”.

Проанализированная судебная практика пытается выйти из ситуации путем допроса специалиста в качестве свидетеля, что, на наш взгляд, неправомерно. Специалист и свидетель – разнородные участники уголовно-процессуальной деятельности, что подтверждается закреплением статуса каждого в разных статьях УПК (56 и 58), различным нормативным определением этих субъектов, собственной совокупностью прав и обязанностей, а главное – разным характером приобретенного знания. Поэтому допрос специалиста это самостоятельное следственное действие, подлежащее безотлагательному внесению в УПК, поскольку в нем есть только результат допроса специалиста – его показания – особая форма доказательства в уголовном процессе.

На основании таких данных о функциях специалиста при производстве по уголовным делам, как нам представляется, возможно утверждение, что ему отведена, с одной стороны, роль помощника в собирании и исследовании доказательств и иных данных, при этом, такого рода действия специалиста доказательства не формируют, они лишь способствуют их собиранию и исследованию, а в определенной мере – и оценке. А с другой – участника судопроизводства, который, подобно эксперту, может своими действиями формировать доказательства, используемые для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу. Такая роль возлагается на него при привлечении для дачи разъяснений сторонам и суду по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию. Специалист, опираясь на свои специальные знания, отвечает на вопросы суда и сторон и тем самым формирует доказательства.

Следует отметить, что специалист в уголовном процессе приглашается именно для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Следовательно функция приглашенного для этого действия специалиста не будет выполнена, пока сторонам и суду не станет понятен вопрос, для объяснения которого специалист и был вызван.

Таким образом, когда законодатель ведет речь о порядке участия специалиста в уголовном судопроизводстве, он говорит об урегулированной УПК процедуре (правах, обязанностях, ответственности, месте в комплексе единичных действий, складывающихся в одно более крупное процессуальное действие) участия специалиста в производстве конкретного процессуального действия, в ходе которого он реализует одну (несколько) из поставленных перед ним ч. 1 ст. 58 УПК задач.

Третий параграф Заключение и показания специалиста как форма использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве России посвящен законодательной новелле, которая сразу же поставила ряд вопросов: что собой представляет заключение специалиста как новый вид доказательств, поскольку ранее процессуальной науке оно не было известно, чем оно отличается от заключения эксперта, каков порядок истребования и представления заключения специалиста, как оно может быть использовано в доказывании, а также что является предметом доказывания при даче показаний специалистом.

Несмотря на существование данной новеллы в уголовно-процессуальном законодательстве уже продолжительное время, до сих пор не сформирована единая позиция по вопросу соотношения заключения специалиста и заключения эксперта в науке уголовно-процессуального права. Как следствие, использование заключения специалиста в качестве источника доказательств на практике – чрезвычайно редкое явление.

По мнению некоторых авторов, сам термин “заключение специалиста”, является неудачным, поскольку, во–первых, в отношении специалиста он никогда не применялся. А во-вторых, возможна опасность смешения фигур эксперта и специалиста. Ведь если и эксперт, и специалист дают заключения, используя при этом как представляется равнозначные специальные знания, то чем отличаются эти заключения?

Общее у заключения специалиста и эксперта то, что оба они – формы использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве. С другой стороны, заключение специалиста по ряду признаков отличается от заключения эксперта.

1. Экспертиза должна назначаться в случаях, когда факт, устанавливаемый с использованием специальных знаний, является доказательственным и особенно когда признакам, на основе которых этот факт устанавливается, может быть дано различное объяснение. В пользу экспертизы свидетельствует также необходимость специального лабораторного исследования. Экспертиза назначается при необходимости проведения специальных исследований; суждения специалиста будет достаточно тогда, когда ответить на вопросы, требующие специальных знаний, можно без производства специальных исследований. Специалист же специальные знания использует лишь для формирования суждения о признаках объектов. Указание в УПК на исследование специалистом материалов уголовного дела, как нам кажется, не способно поколебать сущностных различий между экспертизой и заключением специалиста. Не следует противопоставлять понятия “осмотр” и “исследование”, так как осмотр – это частный случай (один из способов) исследования. Мы полагаем, что осмотр, даже самый простой и поверхностный, - это уже исследовательская деятельность. Ведь осмотр объекта – это один из элементов (причем исходный), а также способов исследования, иногда его бывает достаточно. С точки зрения логики, понятия “исследование” и “осмотр” соотносятся как род и вид. Так соотносит эти понятия и законодатель, предписывая указывать в протоколе судебного заседания “результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий по исследованию доказательств” (п. 12 ч. 3 ст. 259 УПК).

Однако некоторые авторы не согласны с данной позицией. Они считают, что если законодатель не употребляет термина “исследование”, характеризуя заключение специалиста, это еще не означает, что специалист не имеет права на исследование. Это означает лишь то, что в заключении специалиста содержание проведенного исследования излагать необязательно.

Поэтому диссертантом был проведен анализ правовой природы суждения специалиста, о котором идет речь в ч. 3 ст. 80 УПК. Если обратиться к логике, то суждение представляет собой форму мысли, в которой утверждается или отрицается что-либо относительно предметов и явлений, их свойств и которая обладает свойством выражать либо истину, либо ложь. Таким образом, суждение - это форма мышления в логике, представляющая собой сочетание понятий, из которых одно выявляется и раскрывается через другое. То есть суждение как мыслительный процесс не может формулироваться на основании практических исследований.

Кроме того, безосновательны, по нашему мнению, утверждения тех ученых, которые полагают, что заключение специалиста является недопустимым доказательством, наподобие вероятностного заключения эксперта. Как было указано раньше, по законам логики суждение не может быть предположительным, оно может быть либо истинным, либо ложным. Следует при этом отметить, что подобные суждения очень сильно подрывают перспективы использования заключения специалиста как вида доказательства, поскольку подрывают его доказательственную силу.

Таким образом, как нам представляется, специалист выступает в российском уголовном процессе в двух разных качествах. В первом случае - в роли своеобразного технического помощника, оказывая содействие в обнаружении, закреплении и изъятии следов, предметов и документов, в применении различного рода технических средств. При этом он вправе оказать содействие в осмотре того или иного объекта, но не имеет права на самостоятельное исследование, его роль носит только вспомогательный характер. Во втором случае специалист выступает в качестве консультанта по специальным знаниям, при изучении материалов уголовного дела для постановки вопросов эксперту, а также разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. При этом правом на какие-либо действия с объектами или предметами, имеющимися в распоряжении следователя или суда, он не наделен. В этом случае специалист может дать свое заключение. Формирует свое суждение специалист на основании специальных знаний, а не получает новые данные в результате проведения даже самых простых исследований.

При выяснении вопроса о процессуальной природе показаний специалиста, важен вопрос: допустим ли допрос специалиста без предварительного составления и дачи им заключения? Он тесно связан и с вопросом о том, допустимы ли такие показания специалиста в качестве доказательств.

По мнению автора, поскольку ч. 2 ст. 80 УПК РФ напрямую связывает показания эксперта с его заключением, а часть 4 указанной статьи (регламентирующая заключение и показания специалиста) такого требования не содержит, то нет оснований ограничивать область применения показаний специалиста только данным им заключением, тем более, что законодатель ее уже указал – “об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения…”.

Показания специалиста, как и показания любого другого участника уголовного судопроизводства, являются прежде всего сведениями. Они тоже должны сообщаться в ходе следственного действия, называемого допросом. Однако у них особый, установленный законом (ч. 4 ст. 80 УПК РФ) предмет доказывания – они должны касаться обстоятельств, требующих специальных знаний, а также содержать разъяснения специалистом своего мнения, изложенного по вопросам, поставленным сторонами.

Третья главаЮридическая (правовая) экспертиза как форма использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве России полностью посвящена выяснению вопроса о возможности проведения правовой экспертизы и допустимости результатов данной экспертизы в качестве доказательства.

Юридическая (правовая) экспертиза как форма использования специальных знаний имеет довольно историю в уголовном процессе. Еще в 40-х годах XX века велись дискуссии относительно пра­ва судебно-медицинских экспертов констатировать, что имело место в конкретном случае: убийство, самоубий­ство или несчастный случай, устанавливать членовреди­тельство; определять степень тяжести телесных повреж­дений, состояние вменяемости и т.д.. Ведомственные норма­тивные акты косвенно допускали решение подобных воп­росов путем назначения экспертизы. Например, приказ Главного судебно-медицинского эксперта от 29 февраля 1956 г. № 306 фактически подтверждал право врача-экс­перта определять род насильственной смерти, на что и опирались некоторые ученые и практики.

В более поздней литературе такая трактовка норм осуждалось; с тех пор и до недавнего времени практически все ученые единодушно сходились на том, что постановка перед экспертом юриди­ческих вопросов недопустима. Та же позиция поддерживалась и в разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР и РФ по уголовным делам, в частности в постановлении Пленума Верховного Суда СССР № 1 от 16 марта 1971 г. Полагаясь на Верховный Суд РФ, большинство авторов однозначно указывали на недопустимость правовых экспертиз, зачастую обосновывая свою точку зрения тем, что вопросы юридического характера выходят за пределы экспертной компетенции.

Однако в последнее время, с учетом происходящей в науке и практике глубокой специализации и дифференциации, все больше ученых приходят к выводу, что есть по­требность в компетентном толковании норм как российского, так и иностранного права.

Заметим, что с момента вынесения вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда СССР прошло тридцать лет, и было вынесено оно в совершенно других условиях, для разъяснения норм УК и УПК РСФСР. В настоящее время судья, следователь, лицо, производящее дознание, как правило, обладают знаниями только в определенных отраслях права и не могут в необходимой степени ориентироваться во всех тонкостях современного обширного законодательства, которое к тому же постоянно изменяется и развивается. Такое быстрое развитие сопровождается принятием большого количества порой противоречащих друг другу законов, постановлений и иных нормативных актов.

Вместе с тем количество принятых законов, не соответствует их качеству, что объективно подтверждается внесением в них изменений и дополнений. Кроме того, трудности возникают в применении норм УК РФ с бланкетными диспозициями, количество которых значительно возросло по сравнению с числом таких норм, содержавшихся в УК РСФСР 1960 г. Причем ощутимую долю такие нормы составили в главе 22 “Преступления в сфере экономической деятельности”.

Возрастание количества подобных норм, существенно усложнило процесс квалификации преступлений, поскольку при применении норм с бланкетными диспозициями необходимо учитывать не только сами эти нормы, но и те законодательные (не уголовно-правовые) и другие нормативные правовые акты, на которые сделаны ссылки в данных диспозициях.

Проведенный анализ судебной практики показал, что она идет по пути привлечения экспертов для дачи заключений по соблюдению правил вождения, техники безопасности, отнесенности конкретной информации к государственной тайне, поскольку нет ясности в вопросе, по каким критериям следует относить проблему к юридической либо специальной и опре­делять, чего в ней больше: правового или технического.

Согласно теории права, все правила, которыми руководствуются люди, делятся на нормы технические и нормы социальные. Технические нормы есть совокупность правил поведения, которые определяют меру поведения людей по отношению к природе, орудиям и средствам производства и другим предметам внешнего мира, регламентируют производственные процессы, устанавливают приемы и методы технических действий и т. д.

Учитывая социальную природу технико-юридических норм, автором выделяются технико-юридические нормы и технические требования. Технические требования – это такие технические нормы, которые являются непосредст­венным выражением объективных закономерностей природы. Например, нормы давления, нормы тепла — это объективно существующие нормы. Технико–юридические нормы есть результат использования последних в процессе преобразующей деятельности человека, который создает на их основе нормы и нормативы. Понятие “технические требования” выражает объективные свойства веществ и природных процессов, с которыми сталкивается человек в своей деятельности.

Таким образом, возможно утверждение, что в том случае если норма представляет собой технические требования, данный вопрос может быть поставлен на разрешение эксперту, если технико–юридическую – на разрешение специалисту.

Проведенное автором исследование дает основание полагать, что “правовые экспертизы”, встречающиеся в судебной практике, по своей сути являются заключениями специалистов, помогающих суду сориентироваться в специфической и малознакомой области правового регулирования. Ведь для изложения суждения по правовому вопросу не требуется проведение специальных исследований, а значит разрешать правовые вопросы необходимо в форме заключения специалиста. Аргументами в пользу данной позиции могут послужит также те обстоятельства, что Постановление Верховного Суда СССР № 1 от 16 марта 1971 года “О судебной экспертизе по уголовным делам” (не отмененное) запрещает постановку эксперту правовых вопросов, но ничего не говорит о постановке правовых вопросов специалисту, а кроме того в настоящий момент не разработаны соответствующие методики по проведению “правовых экспертиз”. Отсюда следует, что понятие “правовая экспертиза” не отвечает существу данного института. Поэтому автором аргументируется и предлагается для введения новое понятие, соответствующее заключению специалиста – “правовое суждение”.

В заключении подводятся итоги исследования, делаются обобщающие выводы и формулируются предложения по совершенствованию законодательства.

В приложении 1 приведено обобщение изучения уголовных дел, в котором прослежена динамика изменения количества использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве в зависимости от законодательных изменений и их толкований.

В приложении 2 сформулированы предложения по совершенствованию уголовно–процессуального законодательства.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

1. Ломакина, Е.В. Состязательность сторон как один из основополагающих принципов уголовного процесса / Е.В. Ломакина // Новый Уголовно–процессуальный кодекс Российской Федерации и практика его применения / Под ред. А.П. Гуськовой; Оренбургский государственный университет. – Оренбург: ИПК ОГУ, 2002. – С. 339 –344. – 0,3 п.л. – ISBN 5 – 7410 – 0343 – 5

2. Ломакина, Е.В. Право защитника на сбор доказательств как реализация принципа состязательности сторон в российском уголовном судопроизводстве / Е.В. Ломакина // Ученые записки: Сборник научных трудов Юридического факультета Оренбургского государственного университета. – Выпуск 1. – Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2004. – С. 138 – 142. – 0,3 п.л. – ISBN 5 – 7410 – 0448 – 2



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.