авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

Трансформация массового правосознанияв россии в первой четверти xx в.:историко-правовой аспект

-- [ Страница 3 ] --

9. Факторами реализации деструктивных тенденций в динамике правосознания основных социальных страт в феврале – октябре 1917 г. являлись: трансформация представлений о ментальной легитимности демократической власти; отсутствие развитой политико-правовой демократической культуры; господство общинного сознания, культивировавшего приоритет коллективных интересов над индивидуальными; эгалитаризм и неразвитость представлений о неприкосновенности частной собственности, гражданских правах и обязанностях; дезорганизация государственной власти; особенности рефлексии демократических ценностей и идеалов в массовом российском правосознании; криминализация социума и отсутствие эффективных структур охраны правопорядка; нерешенность аграрного вопроса; обусловленный Первой мировой войной социально-экономический кризис.

10. Трансформация массового правосознания в 1917–1921 гг. являлась логическим продолжением кризиса, обозначившегося как в массовом, так и в профессиональном правосознании в начале XX в. в условиях буржуазной модернизации и незавершенности конституционных преобразований. На этом этапе были продемонстрированы те же закономерности трансформации массового правосознания, что и в предыдущий период. По мере реализации большевистской альтернативы государственно-правового и социально-экономического развития в сознании большинства граждан наметилась эскалация социально-правового негативизма, который обусловил трансформацию представлений о революционной законности и революционной целесообразности, справедливом революционном правосудии, статусном вменении, легитимности большевистского правопорядка в целом, субъективных правах и свободах, реквизициях и конфискациях собственности, революционном терроре.

11. Культивировавшееся государственной властью и закрепленное в нормативно-правовых документах представление о праве как инструменте классового насилия и осуществления санкционированного государством террора явилось катализатором установок революционного правосознания, сформировавшихся в период с февраля по октябрь 1917 г. Как особое состояние массового правосознания, которое было реализовано в соответствующих моделях правового поведения граждан в 1917–1921 гг., революционное правосознание характеризовалось совокупностью типологических черт: ярко выраженным инверсионализмом правовых представлений; социально-правовым негативизмом; синхронизацией правовой, политической и морально-нравственной аномии; подменой законности революционной целесообразностью; активизацией эсхатологического стремления к моментальной реализации правового идеала; доминированием представлений о детерминированности правового статуса гражданина его социальной принадлежностью; ксенофобией, основанной на гипертрофированных общинных установках идентификации членов общества как “своих” или “чужих”; апологетикой насильственного установления “социальной справедливости”; наличием в качестве мотивации правового поведения стремления к классовой мести и расправе с классовыми врагами.

12. После завершения Гражданской войны приоритетными задачами новой политической элиты стали: укрепление советской государственности и преодоление хозяйственной разрухи. Нуждаясь в ментальной легитимации своей власти для осуществления социалистических преобразований, большевизм уделял значительное внимание разработке методов воздействия на правосознание граждан в целях формирования адекватных государственной политике правовых установок и представлений. Если в период борьбы за власть в феврале – октябре 1917 г. и во время Гражданской войны большевизм манипулировал укорененными на уровне априорно-константных слоев представлениями граждан, адаптируя их к социалистической доктрине, то по окончании Гражданской войны власть посредством целого комплекса идеологических и политических мероприятий стремилась сформировать качественно новое, советское правосознание, адекватное государственно-правовой системе диктатуры пролетариата. Социалистическое правосознание, культивировавшееся государственной властью, стало одним из фундаментальных компонентов тоталитарной политико-правовой системы.

13. Советское правосознание представляло собой синтез социалистических идей и рудиментарных правовых представлений о праве, законности, правосудии, легитимности государственной власти, справедливом правопорядке, о правовом статусе личности, неприкосновенности собственности, о методах регулирования гражданско-правовых отношений, о преступлениях и наказаниях.

14. Закономерности трансформации массового правосознания в первой четверти XX в. обладают не только академической, но и практической значимостью, так как могут быть экстраполированы на современные транзитивные политико-правовые условия, в которых массовое правосознание продолжает аккумулировать исторически сформировавшиеся стереотипизированные образцы правоаксиологических представлений.

Теоретическую и практическую значимость диссертационного исследования определяют положения, выносимые на защиту. Академический интерес представляют как концептуальные положения работы, так и собранный фактический материал. Многие проблемы, затронутые в диссертации, могут стать предметом самостоятельных историко-правовых исследований, способствуя разработке целостной истории национального правосознания. Результаты исследования могут использоваться в учебно-методическом процессе при разработке курсов по теории права, истории права, спецкурсов по актуальным проблемам правосознания и правовой культуры, российского правового менталитета.

Апробация работы. По теме диссертации опубликовано 2 монографии (общим объемом 37,3 п.л.) и 62 научных статьи, включая 12 публикаций в научных изданиях перечня ВАК.

Апробация работы осуществлялась посредством участия в работе международных, всероссийских, региональных, межвузовских научно-практических и научно-теоретических конференций, которые проводились в Москве, Омске, Ростове-на-Дону, Пензе, Саратове, Таганроге, Туапсе в период с 2000 по 2008 гг.

Структура диссертационного исследования включает: введение, 5 глав, объединяющих 17 параграфов, заключение, список источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована академическая и практическая актуальность интегративного исследования феномена правосознания, проанализированы уровень и степень научной разработанности темы в дореволюционной, советской и современной историографии, определены цель и задачи интегративного исследования, аргументированы его хронологические рамки, отмечена научная новизна работы, сформулированы концептуальные положения, выносимые на защиту, обоснована теоретико-методологическая основа диссертации, выявлены особенности ее источниковой базы и сформулирована классификация доктринальных и исторических источников, приведены сведения относительно апробации результатов представленной работы.

Первая глава “Теоретико-методологические аспекты массового правосознания” состоит из трех параграфов, в которых сформулированы концептуальные теоретико-методологические основы интегративного исследования факторов формирования и механизма трансформации массового правосознания в транзитивных условиях.

В первом параграфе “Правосознание как исторический и духовно-культурологический феномен” анализируются концептуальные основания интерпретации правосознания как интегративного, исторически детерминированного феномена. Диссертант подчеркивает, что исследование факторов и механизма трансформации массового правосознания в обозначенные хронологические рамки предполагает пересмотр целого ряда теоретико-методологических дефиниций, составляющих категориальный каркас теории правосознания.

Выявляя методологическую ограниченность позитивистского подхода к феномену правосознания, автор обосновывает необходимость обновления фундаментальных юридических парадигм. Он исходит из того, что изучение правосознания следует отнести к магистральным направлениям развития юриспруденции, поскольку оно предоставляет инструментарий интерпретации широкого спектра вопросов юридической теории. В этой связи генезис альтернативных позитивизму подходов интерпретации данного феномена детерминирован поиском нового правопонимания в целом.

В качестве альтернативы формально-догматическому подходу к правосознанию, ограничивавшему его анализ структурно-функциональными характеристиками, обосновывается интегративное исследование природы правосознания, факторов его формирования, адаптивного потенциала, механизма трансформации в транзитивных условиях и форм реализации в моделях правового поведения. Далее автор раскрывает методологический потенциал духовно-культурологической и антропологической интерпретации правосознания в качестве интегративного, исторически детерминированного социокультурного феномена.

Диссертант аргументирует приоритетное значение историко-правового компонента интегративной интерпретации правосознания не только как юридического, но и как целостного национально-исторического, духовно-культурологического явления, имеющего глубокие социально-правовые корни в отечественной истории и опирающегося на духовно-ментальную традицию. Способствуя выявлению и обоснованию закономерностей генезиса и трансформации массового правосознания в конкретный исторический период, ретроспективный анализ обеспечивает целостное, всестороннее изучение правовой сферы духовной жизни общества. Исторические аналогии, связанные с исследованием типологических черт массового правосознания, его адаптивного потенциала и адекватности модернизационным преобразованиям государственной власти, представляют академический интерес не только для ученых-теоретиков, но и для субъектов законодательной инициативы, правоприменительной практики.

Далее отмечается, что обновление позитивистских теоретико-методологических подходов к правосознанию должно исходить из преемственности в развитии мировой юридической и исторической мысли. Важно учитывать достижения основоположников исторической школы права, сформировавшейся в XIX в. в Западной Европе, русской юриспруденции конца XIX – начала XX в., заложившей основы духовно-культурологического подхода к праву и правосознанию, представителей сложившейся во Франции в 20–30 гг. XX столетия исторической школы “Анналов”, разработавших концепцию антропологически ориентированной истории, в том числе и истории права.

В заключение резюмируется, что интерпретация правосознания как комплексного духовного образования, признание его исторической детерминированности способствуют отходу от трактовки данного феномена как рефлексивной категории и переосмыслению его как одного из факторов преобразования юридической действительности, реализации той или иной альтернативы государственно-правового развития.

Во втором параграфе “Методологический анализ категории “массовое правосознание”” исследование осуществляется посредством категориальной идентификации массового правосознания, которая аргументируется объективной потребностью реализации в рамках историко-правового исследования антропологического и духовно-культурологического концептуальных подходов, а также интерпретацией правосознания как исторически детерминированного феномена.

Диссертант формулирует приоритетные направления исследования массового правосознания в рамках историко-правового исследования. По его мнению, они заключаются в категориальной идентификации в контексте общей теории правосознания, в исследовании факторов формирования и механизма трансформации в транзитивных политико-правовых условиях, в обосновании критериев классификации и типологических черт массового российского правосознания, в выявлении его роли в государственно-правовом развитии как инвариантной сущности правового менталитета. Массовое правосознание интерпретируется как совокупная форма концентрации и обобщения исторического правового опыта масс; доминирующий в обществе тип правовых представлений коллективных субъектов, находящихся в конкретных исторических политико-правовых условиях. Оно представляет собой форму выражения инвариантной сущности правового менталитета, опосредованного конкретными политико-юридическими реалиями.

Выявляя сущностные характеристики массового правосознания как автономного правокультурного явления, не сводимого к общественному правосознанию, соискатель приходит к заключению, что его специфика состоит в том, что оно включает совокупность представлений, идей, чувств, переживаний, реакций, импульсов, имеющих массовидно-типичный характер для данного общества конкретной исторической эпохи. В качестве его коллективных субъектов выступают социальные группы, национально-этнические общности или общество в целом. Ему присуща ярко выраженная историческая детерминированность, так как оно аккумулирует сформировавшиеся в течение длительного хронологического периода стереотипизированные образцы правоаксиологических ориентаций и представлений.

Далее раскрывается структура массового правосознания, которое интерпретируется как сложно структурированное образование, характеризующееся целостным единством взаимосвязанных, взаимозависимых компонентов: эмоционально-образных, когнитивно-рациональных и архетипических, смыкающихся с правовым менталитетом. В качестве приоритетных факторов состояния массового правосознания и трансформации его динамичных, инертных и априорно-константных слоев соискатель анализирует совокупность геополитических, социально-экономических, идеологических факторов, с одной стороны, и особенности правового менталитета, степень развития имманентно присущих ему духовно-психологических структур – с другой.

В третьем параграфе “Типологические черты массового российского правосознания” выявлены приоритетные факторы формирования и типологические черты массового российского правосознания, демонстрирующие ярко выраженную историческую преемственность в различные периоды российской государственно-правовой истории.

Подчеркивается, что использование термина “массовое российское правосознание” актуализирует вопрос, связанный с признанием специфичности национального российского правосознания и наличия российского правового менталитета. Анализируя наиболее распространенные в современной юридической литературе подходы к проблеме самобытности российского правогенеза, автор констатирует их преемственность со сложившимися на заре отечественной философии и восходящими к П.Я. Чаадаеву славянофильско-евразийской и западно-модернистской интерпретациями.

Диссертант приходит к заключению, что детерминированность массового российского правосознания особенностями национального государственно-политического и социокультурного развития позволяет рассматривать его как уникальный феномен, обладающий устойчивыми специфическими системообразующими концептами, духовными доминантами, воспроизводимыми на каждом последующем витке политико-правовой истории. Он доказывает, что выявление типологических черт массового российского правосознания возможно только в рамках компаративного ретроспективного анализа.

Далее автор формулирует исторически детерминированные типологические черты массового российского правосознания, которые демонстрировали высокую адаптивную способность к изменяющимся на протяжении первой четверти XX в. политико-правовым реалиям: правовой нигилизм, патернализм, персонифицированное восприятие государственной власти, социоцентризм, эгалитаризм, синкретизм, инверсионализм, амбивалентность (симбиоз противоположных интенций).

Аргументируя нигилистичность массового российского правосознания, которая, по мнению автора, не означает его деформированности, он интерпретирует ее как исторически сложившуюся особенность отношения к позитивному праву. Показывая, что нигилизм не является исключительно российским явлением, о чем свидетельствует тематика философских произведений Ф. Ницше, О. Шпенглера, М. Хайдеггера, Ф. Якоби, соискатель раскрывает качественные отличия правового нигилизма, сформировавшегося в рамках российского социокультурного и государственно-правового пространства. Здесь он выступает не временным состоянием общественного и массового сознания, отражая своими масштабами степень ментальной легитимности государственной власти и правопорядка в целом, а его перманентной типологической чертой. В качестве субъектов правового нигилизма в России всегда являлись представители самых различных социальных страт: крестьянства (составлявшего большинство населения аграрной страны), промышленного пролетариата, интеллектуальной и политической элиты.

Автор констатирует ярко выраженную историческую преемственность дореволюционной, советской и постсоветской правонигилистической традиции. Далее в работе сформулированы факторы, детерминировавшие специфику формирования и высокую адаптивную способность российского правового нигилизма. Это особенности генезиса и развития российской государственности; гипертрофированные представления о “державности” и о роли государственной власти в условиях перманентной вынужденной консолидации общества; наличие многовековой общинной организации, в рамках которой на протяжении столетий функционировало альтернативное позитивному обычное право; доминантные черты общественно-политического развития – централизация и бюрократизация; многовековое господство крепостного права; длительное сохранение абсолютной монархии и отсутствие конституционной политико-правовой традиции; особенности русской духовности и гетерогенный характер славянской культуры; мобилизационный тип экономического развития.

В качестве важной доминанты национального массового сознания (не только правового, но и политического, морально-нравственного, религиозного) автор рассматривает инверсионализм, противопоставляя его присущему западной ментальности медиативизму. Симбиоз противоположных интенций сознания, его имманентная противоречивость (или амбивалентность) в наибольшей степени реализовывались и проявлялись в моделях коллективного правового поведения в транзитивные периоды российской государственно-правовой истории.

Синкретизм российского правосознания сформировался в результате особенностей социально-политического и духовно-религиозного развития. Он культивировался не только православными установками, но и многовековой историей общинной организации, которая способствовала архаизации социоцентристских правовых представлений.

Формированию правонигилистического сознания способствовали патерналистские и этатистские представления, в течение нескольких столетий обеспечивавшие легитимацию российской государственной власти.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.