авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Институт строгого и сурового тюремного заключения (peine forte et dure) в средневековом английском праве

-- [ Страница 2 ] --
  1. нормативные правовые акты, к которым относятся законодательные акты королей, включая Ассизы (наиболее значимыми для целей настоящего исследования являются Великая и Кларендонская Ассизы, оформившие судебную реформу Генриха II), Хартии, Статуты (в том числе - I Вестминстерский статут 1275 г., Статут короля Георга III 1772 г., законодательно оформившие начало и окончание существования института строгого и сурового тюремного заключения) и Ордонансы;
  2. делопроизводственные источники, а именно документы судебной практики английских судов. Известно, что документы центральных королевских судов общего права ведутся с 1189 г. К концу XIII в. (примерно в 1280 г., в царствование Эдуарда I) начинают появляться Ежегодники, содержавшие описаний судебных споров и решений;
  3. иные юридические документы, к которым относятся юридические компиляции неизвестных авторов, имеющие непосредственное отношение к теме диссертационного исследования (например, Закон об ордалии горячим железом и кипящей водой, Наставление «О правах и обязанностях отдельных лиц» и др.), а также «Годичные книги», которые начали составляться с 90-х годов XIII века и регулярно велись вплоть до середины XVI века (до конца правления Генриха VIII). В отличие от обычных судебных протоколов они записывались не официальными лицами — судебными клерками, а начинающими юристами, проходившими в королевских судах своеобразную практику и собиравшими материал для своей будущей адвокатской деятельности. Несмотря на фрагментарность записей, они представляют немалую ценность для изучения процессуального права Средневековой Англии. К этой же группе источников относится и доктрина юристов, то есть выдающиеся памятники историко-правовой мысли Англии – такие, как работы Ранульфа Глэнвилла (XII в.), Генри Брактона (XIII в.), Эдуарда Кока (начало XVII в.), Мэтью Хэйла (XVII в.), Уильяма Блэкстона (XVIII в.) и др., в которых приводятся многочисленные подробности практики применения строгого и сурового тюремного заключения и решаются отдельные теоретические проблемы, касающиеся данного института.
  4. нарративные источники: хроники (например, Хроника монаха из Малмсбери (примерно 1322 г.), Правдивые хроники Жана Ле-Беля, Хроники Жана Фруассара и др.), а также иные исторические сочинения.

Научная новизна диссертации состоит в том, что в отечественной историко-юридической науке она является первой работой, посвященной, во-первых, комплексному исследованию института строго и сурового тюремного заключения от момента его возникновения и до момента его окончательного оформления, во-вторых, исследующей юридическую природу указанного института, в том числе – в связи с проблематикой типологизации уголовного процесса, а в–третьих, в настоящей работе предпринят анализ института строгого и сурового тюремного заключения в социологическом аспекте, как одной из составляющих общей церемонии понижения статуса субъекта, которая имманентно присуща любой судебной процедуре.

На защиту выносятся следующие положения:

  1. Возникновение института строгого и сурового тюремного заключения было связано с изменением системы судебных доказательств в Англии эпохи Средневековья, что, в свою очередь, повлекло отказ подозреваемых отвечать на предъявляемые им в суде обвинения (отказ положиться на суд страны) вследствие недоверия подозреваемых к процедуре с участием рекогниторов, а также желания сохранить для своих наследников недвижимое имущество и избежать порока титула, являвшегося следствием осуждения за совершение тяжкого преступления (фелонии).
  2. Институт строгого и сурового тюремного заключения, который состоял в том, что подозреваемого, отказавшегося отвечать на предъявленное в суде обвинение, препровождали обратно в тюремную камеру (как правило), где, растянув его конечности с помощью веревок к четырем углам камеры, налагали на тело несчастного большой вес, чтобы заставить его говорить, возник в средневековой Англии в рамках раннего розыскного процесса, который здесь имел ряд специфических черт: 1) совмещение в лице судьи всех трех процессуальных функций; 2) публичность раннего розыска; 3) неприменимость пыток; 4) фрагментарность введения розыскного типа процесса.
  3. Для применения к подозреваемому строгого и сурового тюремного заключения достаточно было лишь его отказа отвечать в суде. Категория «ноторный фелон» (закоренелый преступник) была использована законодателем как юридическое основание конфискации движимого имущества в случае смерти лица под прессом. При этом сама процедура исполнения открывала широкие возможности для судейского усмотрения. В частности, именно суд решал: 1) является ли дело достаточно ясным и очевидным, чтобы применить подозреваемому, отказывающему отвечать, строгое и суровое тюремное заключение; 2) являются ли показания подозреваемого относящимися к делу или нет; 3) является подозрение, в силу которого субъект наделен правовым статусом подозреваемого, слабым или достаточным; 4) какой период времени должен быть предоставлен подозреваемому после третьего предупреждения на раздумье относительно своего поведения.
  4. В случае отказа подозреваемого положиться на суд страны совершение дальнейших процессуальных действий было невозможным, процесс «застревал» на месте. Институт строгого и сурового тюремного заключения в данной ситуации выполнял функцию движения процесса вперед, т.е. с юридической точки зрения он являлось мерой обеспечения уголовного производства.
  5. В рамках уголовного производства институт строгого и сурового тюремного заключения также имел значение фактора клеймения подозреваемого и лишения его социальной роли в общей церемонии понижения статуса субъекта. При этом ритуальное обнажение подозреваемого следует в широком смысле рассматривать как лишение лица его статуса и закрепление за ним статуса «ноторного фелона» (закоренелого преступника), который в дальнейшем, как правило, конкретизировался в приговоре суда.
  6. С юридической точки зрения институт строгого и сурового тюремного заключения являлся мерой обеспечения уголовного производства, которая в имплицитном виде содержала в себе также функцию наказания подозреваемого за неуважение к органу правосудия. Тем не менее, строгое и суровое тюремное заключение не может быть названо наказанием, поскольку, в противоположность наказанию, оно являлось институтом процессуального права, а также отличалось от наказания по цели его использования, по процессуальному статусу лиц, к которым указанные институты применялись, по стадии, в которой возможно было использование институтов, и по основанию применения.

Теоретическая и практическая значимость: результаты исследования вносят вклад в развитие истории права, истории института строгого и сурового тюремного заключения, а также важны для теоретической разработки классификации мер процессуального принуждения, проблем уголовно-процессуального права, включая их оценку в исторической ретроспективе, и могут служить базой для дальнейших научных исследований. Они также могут быть использованы в процессе преподавания общих и специальных курсов по истории государства и права зарубежных стран, истории уголовного процесса зарубежных стран, в обобщающих трудах и учебниках по истории Средневековья.

Апробация результатов исследования.

По теме диссертации были сделаны доклады на конференциях: Принцип историзма в современной юридической науке. Девятые Спиридоновские чтения (СПб., ИВЭСЭП, 18 апреля 2008 г.); Гражданское общество и правовое государство как факторы модернизации Российской правовой системы. Международная научно-теоретическая конференция (СПб., 11-12 декабря 2009 г.); Современные проблемы юридической науки в свете творческого наследия Л.И. Спиридонова. Десятые Спиридоновские чтения (СПб., ИВЭСЭП, 9 - 10 апреля 2010 г.); Знаково-символическое бытие права. Одиннадцатые Спиридоновские чтения (СПб., ИВЭСЭП,8 - 9 апреля 2011 г.) Международный симпозиум NorSy, 2011 (СПб., 9-10 сентября 2011 г.)

Публикации.

По теме диссертации опубликовано семь работ общим объемом 4 п.л., в том числе авторских – 3,1 п.л.

Структура диссертации обусловлена целью и логикой исследования и включает введение, три главы, объединяющие семь параграфов, заключение, список литературы и приложение.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.

Во введении диссертации обосновывается актуальность темы работы, определяются объект, предмет и методология исследования, формулируются цель и основные задачи исследования, дается общая характеристика теоретической разработанности проблем исследования, раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, излагаются основные положения работы, выносимые на защиту.

Первая глава диссертации – «Предпосылки возникновения института строгого и сурового тюремного заключения в средневековом английском праве» - состоит из двух параграфов.

В первом параграфе, «Влияние канонического права на развитие системы судебных доказательств в Средние века», исследуется система судебных доказательств стран Западной Европы в период раннего Средневековья и до начала XIII в. Особое внимание уделено ордалиям, как способам доказывания в суде, поскольку запрет их применения, по мнению диссертанта, был одной из предпосылок возникновения института строгого и сурового тюремного заключения. В процессе исследования диссертант приходит к выводу о том, что ордалии в эпоху раннего Средневековья в целом считались адекватным способом доказывания в суде. Адекватность ордалий как способа доказывания была связана, во-первых, с мировоззренческими концептами Средних веков, наиболее значимыми среди которых были идея теоцентризма и представление о возможности непосредственного вмешательства Бога не только в судебный процесс, но и жизнь любого человека в целом, а во-вторых, - с психологическим механизмом воздействия указанных концептов на индивида, что, в частности, проявлялось в тех или иных пороках физиологических реакций подозреваемого, когда простые и обычные действия могли вызвать серьезные затруднения или вовсе не удаться в процессе ордалии.

Однако отношение к ордалиям не было одинаковым у разных слоев населения: если малообразованной его части ордалии представлялись эффективным способом доказывания, поскольку позволяли лицезреть Бога «в действии», то среди образованного населения ордалии служили объектом острой критики (особенно со стороны Церкви и духовенства), поскольку, по мнению ученых богословов, самая причастность к ордалиям считалась грехом, так как они являлись искушением Бога, заставляя Его явить чудо по распоряжению суда, вследствие чего ордалии были упразднены Правилом 18 IV Латеранского Собора 1215 г. Таким образом, конфликт «бытовой» религиозности простолюдинов и высокой духовной религиозности людей образованных разрешился в пользу последних.

По мнению диссертанта, кардинальные изменения системы судебных доказательств происходят в указанный период во многом под воздействием канонического права и церковных постановлений.

Во втором параграфе, «Изменение способов доказывания и порядка расследования правонарушений как предпосылки возникновения института строгого и сурового тюремного заключения в средневековой Англии», исследуется эволюция видов судебных доказательств в связи с развитием нового метода расследования правонарушений при посредстве местных людей (рекогниторов). Указанный метод, заимствованный из герцогства Нормандского, вначале использовался в делах по земельным спорам и получил широкомасштабное применение при составлении Книги страшного суда 1086 г. Приблизительно с середины XII в. он стал применяться также и в уголовном судопроизводстве. Однако применение метода расследования через местных людей имело в уголовном производстве свои особенности: во-первых, некоторое время этот метод применялся наряду с ордалиями, а во-вторых, он первоначально практиковался только в государственных судах; вотчинные (манориальные) суды применяли старый обвинительный порядок. Большое значение для внедрения нового метода в судебную практику имел институт разъездных судей, которые, осуществляя правосудие от имени Короны, широко использовали указанный метод в своей деятельности. Постепенно метод расследования через местных людей начинает вытеснять ордалии, доверие к которым, как способу доказывания в суде, уменьшается, о чем, в частности, свидетельствуют положения Кларендонской ассизы 1166 г. и положения Нортгемптонской ассизы 1176 г. В связи с этим в исследовательской литературе отмечается, что значение ордалий в Англии было подорвано еще за полвека до постановления IV Латеранского Собора 1215 г.12

Таким образом, процесс упразднения ордалий как способов доказывания в суде происходил в средневековой Англии как бы с двух сторон: с одной стороны, новый метод расследования естественно стал вытеснять ордалии, а с другой стороны, - под воздействием Правила 18, выработанного IV Латеранским Собором 1215 г., практика применения ордалий была запрещена в Англии в 1219 г. решением регентского совета при Генрихе III.

Вторая глава диссертации – «Проблемы функционирования института строгого и сурового тюремного заключения в английском праве эпохи Средневековья» - состоит из двух параграфов.

В первом параграфе, «Институционализация строгого и сурового тюремного заключения в средневековой Англии», исследуются проблемы, связанные с возникновением и законодательным закреплением указанного института в английском средневековом праве статьей 12 I Вестминстерского статута 1275 г., его соотношение с другими процессуальными и материально-правовыми институтами в их статике и динамике.

По мнению автора, сегодня невозможно однозначно ответить на вопрос о происхождении исследуемого института. Дискуссионным остается вопрос о том, был ли этот институт национальным изобретением или же заимствованным. С одной стороны, анализ источников показывает черты сходства между институтом строгого и сурового тюремного заключения с обычаем, применявшимся в герцогстве Нормандском для вынуждения у обвиняемого согласия на расследование его дела местными людьми. В частности, Большой Кутюм Нормандии содержит соответствующее правило, где сказано: «Len doibt savoir que aulcun ne peut suyr de certaines enseignes soient trouvs du meurdre. Se aulcun n’est qui face suyte ne clameur de meurdre & aulcun en est blasm, communment il doibt estre arrest par la Justice & mis en prison jusques ung an & ung jour, peu de menger & de boire; s’il n’offre dedens ce soustenir l’enqueste du pays»13. С другой стороны, в период, предшествующий появлению I Вестминстерского статута, в случае молчания подозреваемого или его отказа от суда страны институт строгого и сурового тюремного заключения не применялся, о чем свидетельствуют судебные протоколы14. Очень показательно также и то, что метод расследования через местных людей (inquest), завезенный нормандскими завоевателями, стал применяться на английской почве достаточно быстро, а связанный с ним институт принуждения подозреваемого к даче согласия на такое расследование – почти на двести лет позже. Таким образом, нерешенным остается вопрос о том, почему до 1275 г. институт строгого и сурового тюремного заключения не применялся в судебной практике и не был закреплен в законодательстве, если он был известен еще с 1066 г.

В процессе исследования автором отмечается быстрая эволюция института строгого и сурового тюремного заключения, который уже к началу XV в. приобрел свою окончательную процедуру исполнения.

Во втором параграфе, «Практика исполнения строгого и сурового тюремного заключения в средневековой Англии», исследуются проблемы, связанные с применением указанного института. По мнению диссертанта, основной причиной введения института строгого и сурового тюремного заключения был отказ подозреваемых от суда страны, который, в свою очередь, был вызван совокупностью причин, позволяющих выявить отношение некоторых правонарушителей к суду. На основании проведенного исследования автор приходит к выводу о том, что основными среди причин отказа от суда страны со стороны подозреваемых были:

1) недоверие суду с участием рекогниторов, связанное, во-первых, с возможностью оговора: рекогниторы основывали свои показания на собственных знаниях и разумениях о жизни и деятельности конкретного лица, т.е. их показания в принципе представляли собой частную субъективную оценку (в этом смысле они недалеко ушли от компургаторов). Гарольд Поттер заметил по этому поводу, что положиться на суд страны означало подчиниться решению двенадцати соседей15. В связи с этим можно предположить, что вероятность оговора была достаточно высока (и в самом деле, если вся деревня думает, что какой-то человек вор, то на каком основании вдруг кто-либо из рекогниторов должен заявить обратное?). В протоколах встречаются случаи, когда подозрения рекогниторов основаны, главным образом, на факте отказа подозреваемого от суда с их участием16.

Кроме того, мнение рекогниторов по вопросу о виновности или невиновности лица, по мнению автора, было для судьи достаточно весомым, поскольку судья, направляясь в местность, не знал ни ее людей, ни правонарушений, совершенных там, и никого не подозревал. Поэтому сведения, предоставленные ему жюри (рекогниторами), во многом служили для него ориентиром. Таким образом, в процессе с участием рекогниторов подозреваемый не мог надеяться найти истину и обрести спасение, если жюри скажет против него. Конечно, с течением времени сформировался институт отвода присяжных, но, во-первых, отвод мог быть осуществлен только в отношении ограниченного количества присяжных, а во-вторых, такой отвод не играл никакой роли, например, в ситуации, когда все жители сотни уверены в виновности конкретного лица.

Во-вторых, недоверие к суду с участием рекогниторов было, по мнению диссертанта, вызвано более светским характером самой процедуры по сравнению с ордалиями. Ордалии применялись веками и рассматривались (по крайней мере, среди простых людей) как традиционный способ доказывания. А в 1219 г. произошел слом этой традиции, причем слом насильственный, что не могло не вызвать отрицательной реакции в народе. Кроме того, поскольку сознание человека Средних веков было религиозным, то он нуждался не только в вере в Бога, но и в том, чтобы ощущать Его присутствие в мире, т.е. видеть Бога «в действии» – принцип, имманентно присущий ордалии, как способу доказывания. Эта «бытовая» религиозность простолюдинов, возможно, заставляла их видеть в ордалии крайнее средство поиска правды – справедливости в суде, к которому можно было на законных основаниях обратиться, когда все иные средства уже исчерпаны. А в новой процедуре с участием рекогниторов места для Бога не было предусмотрено;



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.