авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

Криминогенная виктимизация социальных групп в современном обществе

-- [ Страница 3 ] --

Диссертант неоднократно принимал участие в исследованиях, связанных с криминологическим анализом преступности и разработкой мер ее предупреждения в Южном Федеральном округе в 2004-2006 г.г. Материалы исследований заслушивались на заседаниях коллегий и совещаниях ГУВД Краснодарского края в январе 2005 г. и январе 2006 г. По ним принимались управленческие решения, а методические рекомендации используются сотрудниками этих органов на практике. Материалы диссертационного исследования внедрены также в учебный процесс Краснодарского университета МВД России и Московского университета МВД России по курсу «Криминология».

Структура диссертации определена характером исследуемых в ней проблем. Диссертация выполнена в объеме, соответствующем предъявляемым требованиям, состоит из введения, пяти глав, включающих в себя четырнадцать параграфов, заключения и списка использованной литературы.


СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во введении обосновывается выбор темы и ее актуальность, определяются цель и задачи исследования, его теоретическая и эмпирическая база, излагается научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся сведения об апробации исследования.

Первая глава - «ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ УЧЕНИЯ О КРИМИНОГЕННОЙ ВИКТИМИЗАЦИИ СОЦИАЛЬНЫХ ГРУПП В КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКЕ» - состоит из трех параграфов, посвященных анализу социальной стратификации как объекта кроминолого-виктимологического исследования, становлению и развитию теории виктимности в зарубежной криминологической науке и теории виктимности и виктимизации в российской криминологии.

Виктимология, нередко, оценивается как альтернатива криминологии, возникшая в качестве реакции на проблемную ситуацию в последней, сложившуюся на рубеже 40—50-х годов: традиционные, обычные трактовки преступного поведения, не только не могли объяснять, почему некоторые индивидуумы с определенными социальными и психологическими характеристиками, совершают преступления, в то время как другие, имеющие те же самые характеристики не делают этого, но они никогда не предлагали объяснение того, почему тот или иной человек совершил преступление в определенный момент, в определенной ситуации, против определенной жертвы.

В 60-е и отчасти в 70-е годы прошлого столетия приоритет в исследованиях явно отдавался прикладным аспектам виктимологии. Их теоретическое обоснование было связано с разработкой алгоритмов оптимального поведения в криминогенных ситуациях; изучением путей повышения уровня защищенности должностных лиц, чьи служебные функции сопряжены с риском подвергнуться преступному посягательству; сведение к минимуму виктимогенных ситуаций, предотвращение и пресечение их; защита и реабилитация потерпевших от преступлений. Важное место в исследовании занимало выяснение того, насколько жертвы преступления сами содействовали своей виктимизации. Исследуются факторы и особенности виктимности малоимущих слоев населения.

Подъему теоретической виктимологии содействовала институционализация этой дисциплины как научного направления, зафиксированная на начало 70-х годов, когда приобрели авторитет периодические виктимологические издания, стали регулярными международные конференции по виктимологической проблематике, во многих странах сформировались виктимологические общества, а в 1979 г. на международном конгрессе было учреждено Всемирное общество виктимологов. Среди других факторов нужно назвать новые импульсы к развитию, которые в это время получает «старшая сестра» виктимологии – криминология.

В 80-е гг. доминирующими становятся установки критической социальной теории. Именно в этот период происходит окончательное оформление и институционализация радикальной криминологии: учреждаются научные сборники и журналы, проводятся конференции и симпозиумы. Основное идейное и концептуальное ядро нового направления составили работы Я. Тейлора, Г. Швендингера, А. Платта, Г.Хаферкампа, Д. Даунса, П. Рока. Р. Кларк и Э. Шур образовали умеренное крыло радикальной криминологии.

В 1983 году американский исследователь Д. Фридрикс допустил, что радикальная криминология и виктимология имеют огромный потенциал взаимного воздействия. Он предложил поиск путей сочетания и эмпирической верификации некоторых общих теоретических суждений. Призывая изучать феномен потерпевшего с «радикальной» точки зрения, Фридрикс первым ввел термин «радикальной виктимологии». В 1986 г. А. Фиппс также констатировал общность существующих подходов в радикальной криминологии и виктимологии, отмечая их своеобразную «комплиментарность» и утверждая, что радикальная криминология может формироваться через эмпирическое изучение результатов исследования виктимизации различных социальных страт.

Во второй половине 80-х и в 90-е гг. в радикальной криминологии и виктимологии постепенно начинают доминировать более умеренные в политическом плане работы, вполне укладывающиеся в рамки академической стилистики. Центр тяжести ранних разработок представителей радикальной виктимологии направляется на критику традиционных государственных определений преступления, преступников и потерпевших. Радикальные виктимологии определили новые группы потерпевших и новые виды виктимизации, характерные для различных социальных страт, но остановились, не дойдя до самого понятия традиционного потерпевшего, чья виктимизация, как они утверждали, усугубляется в пределах системы уголовного судопроизводства.

Критикуя классическую дихотомию «жертва—преступник», представители новой волны виктимологии утверждают, что она не способна охватить действительную сложность феномена преступления при том, что подобные версии доминируют в обществе и в средствах массовой информации. Анализируя причины воспроизводства такого подхода, они приходят к выводу, что его влияние связано с функциями поддержания существующего общественного порядка. В стереотипах массового сознания преступник воплощает собой зло, а жертва, наоборот, представляет образец нравственной чистоты. Поскольку в реальных ситуациях не всегда можно провести настолько четкое разграничение, как в идеальном варианте, образы преступника и жертвы можно использовать как имиджевые средства для поддержания статуса легитимности общественного порядка. Эти средства становятся своего рода «социальным усилителем», который способствует разграничению и внедрению в массовое сознание моральной оценки различных социальных страт. Делается вывод, что стереотипные образы преступника и жертвы помогают поддерживать установленные социальные границы и являются необходимыми для поддержания любого общественного строя.

В целом, общая структура исследовательских интересов, сформировавшаяся в начале 70-х гг., на протяжении последующих тридцати лет оставалась без существенных изменений. Очевидно, что прорыв в виктимологии, делающий исследования в этой науке в полной мере адекватными реалиям начала XXI века, еще только должен быть совершен. Западные исследователи связывают его с разработкой таких актуальных на сегодняшний день вопросов, как процесс виктимизации в различных социальных стратах и его особенности, развитие методологии сравнительного опроса жертвы и теоретическое обобщение результатов ее применения, разработка региональных и глобальных целевых программ социальной работы с жертвой преступления, разработка механизма возмещения ущерба, защита прав жертвы в суде, ее специфическое отношение к уголовному праву и др. Сейчас в виктимологической науке можно наблюдать смещение центра тяжести исследований с типологии жертвы к анализу ситуации виктимизации на различных уровнях организации социума.

Сегодня традиционная проблематика виктимологии, обращенная, прежде всего, к исследованию отношения «жертва-преступник» на уровне межличностного отношения, в целом продолжает оставаться основным объектом внимания. В то же время, усиливается тенденция расширения виктимологических исследований на сферу социальных отношений более высокой степени общности.

В 70-80-е гг. начинают складываться основные российские научные виктимологические школы. В ленинградской школе профессора Д.В. Ривмана, (В.В. Вандышев, Д.В. Ривман, Д.А. Шестаков и др.) активно изучались: вопросы виктимологической характеристики различных видов преступлений и их профилактики, направления учета виктимологического фактора в правоприменительной практике, большое влияние на развитие отечественной криминологии оказали фундаментальные виктимологические исследования личности и социальной среды, виктимологических факторов и ситуации преступления, которые именно в это время увидели свет.

Получили широкий резонанс виктимологические исследования в Таджикистане Л.В. Франка и его учеников: В.П. Коновалова, Н.М. Петровой, С.Б. Соболевой и др. Большое научное значение имели разработки категориального аппарата и методологического инструментария виктимологии, изучение проблем организации виктимологической профилактики преступности, развернутый анализ криминалистических аспектов практического применения информации виктимологической направленности.

Со второй половины 70-х гг. активно развивалось научное сообщество виктимологов в г. Иркутске, во многом благодаря усилиям профессора В.Я. Рыбальской, а также В.С. Минской и Г.И. Чечеля. В их работах освещался широкий спектр дискуссионных вопросов теоретико-методологического направления, содержались оригинальные виктимологические разработки по вопросам предупреждения отдельных видов преступлений, приводились новые эмпирические данные сравнительных виктимологических исследований телесных повреждений, краж, сельской виктимизации, анализ места и роли виктимологической профилактики в уголовной политике, рассматривались некоторые уголовно-правовые аспекты виктимологической проблематики («вина потерпевшего») и др.

В последние годы и учеными-криминологами, и правоохранителями-практиками все отчетливее осознается потенциал виктимологических исследований в проведении мероприятий общесоциального и специально-криминологического предупреждения преступности. Одним из первых систематически исследовал этот вопрос В.И. Полубинский в монографии «Виктимологические аспекты профилактики преступлений» (М., 1980).

С 1997 г. в Нижнем Новгороде действует Виктимологическая ассоциация, которую возглавлял известный ученый-юрист В.С. Устинов. Ассоциация выдвигает перед собой комплекс теоретических и практических задач: изучение актуальных проблем виктимологии, проведение научных семинаров и конференций, пропаганда виктимологических знаний среди населения (включая и индивидуальное консультирование), издание научных и научно-популярных работ.

Характерным явлением последних лет стала разработка прикладных, популярных работ, подготовленных на основе теоретических выкладок российских ученых-виктимологов, практического опыта работников правоохранительных органов, а также с учетом многочисленных книг по прикладной виктимологии, выходящих на Западе. В них даются конкретные рекомендации, применение которых могло бы позволить снизить риск стать жертвой криминального посягательства.

Термин «виктимность» был введен в научный оборот Л.В. Франком в 70-е годы. Близкую по содержанию трактовку виктимности предлагает В.И. Полубинский. Принимая во внимание концепции Л.В. Франка и В.И. Полубинского, автор не может согласиться с их выводом о том, что потерпевшим от преступления может стать индивид, вообще не обладающий ка­кой-либо потенциальной виктимностью. Виктимность – это универсальное качество индивида, живущего в обществе. Личность не приобретает качества виктимности, она просто не может быть не виктимной. Если далее конкретизировать эту мысль, то следует признать наличие специфического «фона виктимности», присущего каждой социальной группе и выражающего потенциальную уязвимость принадлежащих ей лиц. «Фон виктимности» является динамической категорией, фиксирующей качественно-количественные параметры социальных процессов криминализации социума, применительно к конкретной социальной группе.

Диссертант предлагает свою концепцию виктимности, основанную на том, что социальные факторы, социальный статус личности, ее стратовая принадлежность определяют комплекс потенций виктимности, а личностные качества через определенные модели образа жизни и механизмы поведения (прежде всего отрицательного) являются реализаторами этих потенций. Социальная виктимность понимается автором как совокупность специфических черт виктимности социальных страт, выступает для личности, относящейся к конкретной страте, основным фактором, делающим ее потенциально виктимной. Характерные для данной страты типы и способы социального взаимодействия и социальной коммуникации задают своего рода «фон» виктимности индивидуальной, определяют ее уровень и качественные параметры. Эта социальная виктимность индивидуализируется и реализуется под влиянием личностного и ситуационного факторов. При этом качественная характеристика первого находится в системной зависимости от вто­рого.

Авторская концепция в значительной мере строится на результатах анализа отношения реализованной и потенциальной виктимности. Причем, и это существенно, вводится представление о двухуровневой природе последней, так что виктимность социального статуса связывается с потенциальной виктимностью первого уровня (и первичной во времени), а индивидуальная виктимность трактуется как форма реализации социальной виктимности. Это, своего рода, виктимность «второго уровня», которая реализуется через механизмы образа жизни и поведения. Для реального превращения виктимной личности в жертву преступления ее качества должны быть дополнены возникновением соответствующей криминогенной ситуации. На данном уровне реализации виктимности весьма перспективным представляется опыт ее рассмотрения в качестве формы отклонения от норм и правил безопасного поведения, поскольку такой подход предполагает возможность классификации форм виктимной активности в зависимости от интенсивности такого отклонения, а также возможность исследования социальных условий, определяющих виктимность личности.

Расширением понятия виктимности является понятие виктимизации, которое обычно рассматривают как процесс или результат повышения уровня виктимности лица или определенной социальной группы. В рамках предлагаемой диссертантом концепции виктимизация трактуется как процесс перехода от первичного уровня виктимности личности, детерминированного ее социальным статусом и характеризующегося сугубой потенциальностью, к уровню вторичному, детерминированному индивидуальными качествами потенциального объекта преступления. Виктимизация есть, таким образом, «актуализация» виктимности, но еще не ее реализация.

Представляется, что с учетом данной выше характеристики виктимности, виктимизация – это не просто процесс превращения личности или социальной общности в жертву, а скорее процесс превращения их в жертву потенциальную. Однако это – потенциальность с высокой степенью готовности к своей актуализации. В отличие от виктимизации понятие девиктимизации представляет собой вид профилактической работы, имеющей целью нейтрализацию или устранение негативных последствий виктимизации, а также реабилитацию конкретных жертв преступлений.

Можно выделять четыре уровня виктимизации, при этом учитываются как параметры виктимизации личности, так и параметры виктимизации социальных групп.

Первый уровень складывается из данных о непосредственных жертвах агрессивно-насильственных преступлений, фигурирующих в материалах уголовных дел или о латентных жертвах, выявленных в результате виктимологических исследований и причиненном им ущербе.

Второй уровень включает в себя данные о членах семьи жертвы, опосредованно пострадавших от преступлений, совершенных в отношении их близких.

Третий уровень составляют другие социальные группы (трудовые коллективы, друзья, знакомые, соседи и др.), которым в результате, хотя и непрямого воздействия преступлением также причиняется вред.

Четвертый (социальный) уровень предполагает существование негативных последствий совершения преступления для целого региона или всего общества.

По мнению автора, необходимость выделения в особую категорию массовой виктимности вызвана сегодняшним состоянием преступности, процессом криминализации новых общественно опасных деяний, жертвами которых становятся целые общности граждан, объединенных по каким-либо сходным признакам. При этом, диссертант рассматривает проявление виктимности на единичном, особенном и общем уровнях.

В основу определения криминогенной виктимизации диссертантом положено понимание рассматриваемого феномена в его криминологическом контексте, как обладающего качеством, стимулирующим преступление и преступность, а также их социально опасные последствия с участием жертвы уголовно наказуемого посягательства. Именно криминогенность виктимизации (а не криминальность, как отмечалось ранее в криминологической литературе) выступает определяющим признаком лежащего в ее основе свойства виктимности личности. Отсюда криминология исследует вопросы влияния на виктимность личности ее социального положения, места непроизводственных, бытовых, семейных и иных межличностных отношений, изучается социальный статус или социальная роль, повышающие вероятность преступного посягательства в отношении данной личности. Виктимность трактуется современными специалистами как социальное явление. При этом, складываясь из отдельных актов индивидуальной виктимности, массовая виктимность образует социальное явление, отличающееся от составляющих его частей. Именно в этом аспекте мы можем вести речь о виктимности социальных статусов и групп, а также о процессах ее трансформации в индивидуальную виктимность.

Вторая глава - «ВИКТИМОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОЦИАЛЬНЫХ ГРУПП СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА» - включает два параграфа, посвященных криминогенной виктимности традиционных социально-демографических групп населения и виктимологическим особенностям социальных страт с изменяющейся (лабильной) виктимностью.

В виктимологии были определены и особенно интенсивно изучались социальные статусы, представители которых считались наиболее уязвимыми для различных видов преступлений. Прежде всего – это женщины, несовершеннолетние, инвалиды, престарелые граждане и др.

Характерной особенностью социального статуса женщин является то, что эта социальная группа находится под воздействием как минимум двух систем социального неравенства: гендерного неравенства и неравенства социальных слоев в обществе.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.