авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |

Досудебное производство в российском уголовном процессе: проблемы реализации и правового регулирования

-- [ Страница 4 ] --

Первое. Уголовное преследование осуществляется органами исполнительной власти и прокуратурой, а непосредственно уголовное судопроизводство согласно конституционно-правовому толкованию осуществляется органами судебной власти – судами. Диссертант утверждает о существовании в России специфического вида государственной деятельности – досудебного производства по уголовным делам, осуществляемого органами исполнительной власти при судебном контроле и прокурорском надзоре, и непосредственно уголовного судопроизводства, осуществляемого органами судебной власти, который следует именовать уголовно-процессуальной деятельностью.

Второе. Отсутствие прямого закрепления в УПК РФ обязанности следователя, руководителя следственного органа, дознавателя, начальника органа дознания и начальника подразделения дознания полно, всесторонне и объективно исследовать обстоятельства уголовного дела не означает отсутствие такой процессуальной обязанности у указанных субъектов. Ее наличие усматривается из системного анализа правовых положений ряда норм УПК РФ, в том числе ч. 1 ст. 73 УПК РФ (п.п. 3, 5, 6, 7). Кроме того, по мнению автора, теория трех процессуальных функций, выделяющая функцию обвинения, нивелируется в условиях современной правовой регламентации досудебного производства.

Третье. В досудебном производстве не реализуется в полном объеме принцип состязательности сторон, поскольку, несмотря на возрастающую роль суда, отдельные контрольные функции суда осуществляются без соблюдения принципа состязательности сторон (так, рассмотрение судом ходатайств следователя, дознавателя о производстве отдельных следственных действий, ограничивающих конституционные права личности, таких как контроль и запись переговоров – ст. 186 УПК РФ, обыск в жилище – ч. 3 ст. 182 УПК РФ, проводится в отсутствие стороны защиты, что противоречит самой сути принципа состязательности сторон).

По результатам теоретико-правового анализа досудебного производства диссертант отмечает, что оно нуждается в дальнейшем развитии. Аргументация утверждения автора и собственное видение досудебного производства в российском уголовном процессе изложены в последующих главах диссертации.

Во втором параграфе анализируется развитие законодательства, регулирующего досудебное производство в российском уголовном процессе, выявляются генезис и тенденции развития в России досудебного производства. Ввиду ликвидации в результате Октябрьской революции 1917 г. прежде действовавших механизмов правового регулирования досудебного производства по уголовным делам, особое значение имели Декрет о суде № 1 (ноябрь 1917 г.), Декрет о суде № 2 (март 1918 г.), Декрет о суде № 3 (июль 1918 г.). Им диссертантом дается оценка. Окончательное формирование правовой основы досудебного производства связывается с принятием 25 мая 1922 г. УПК РСФСР и 15 февраля 1923 г. УПК РСФСР, которые урегулировали многие процессуальные институты исследуемого автором досудебного производства.

Сущность нормативно-правового регулирования досудебного производства по уголовным делам в 20-х–40-х гг. XX столетия определялась в контексте осуществляемой уголовной политики, рассматривающей расследование преступлений как непосредственное средство борьбы с преступностью. В связи с этим подзаконные нормативные правовые акты являлись правовой основой деятельности внесудебных органов, отражали главным образом интересы государства.

В конце 50-х – начале 60-х гг. прошлого века правовое регулирование досудебного производства по уголовным делам было несколько скорректировано в сторону гуманизации законодательства, что обусловливалось политическими изменениями, произошедшими в тот период в СССР. Одновременно отличительной чертой уголовного судопроизводства было игнорирование интересов потерпевшего, в том числе в силу неравнозначного соотношения публичного и частного начал, исследование которых отражено в работах В.А. Азарова, М.М. Кузембаевой, Н.И. Ревенко и других.

Принятие УПК РСФСР (1960 г.) следует расценивать как значительный шаг на пути демократизации уголовного процесса. Однако отдельные его положения носили декларативный характер. В частности, до принятия Закона Российской Федерации от 23 мая 1992 г. № 2825-112 ограничивалось право подозреваемого, обвиняемого на участие защитника в уголовном деле. С 1993 года и до принятия УПК РФ (2001 г.) не были реализованы провозглашенные Конституцией Российской Федерации положения о судебном санкционировании заключения под стражу и ряда других процессуальных действий, ограничивающих конституционные права граждан.

С введением в действие с 1 июля 2002 года УПК РФ отмечается кардинальное изменение в сторону гуманизации уголовно-процессуального законодательства. Оно стало в большей степени учитывать частные интересы в публично-правовой сфере, о чем подробно изложено в последующих главах диссертационного исследования.

Вместе с тем, в работе обосновывается вывод автора о том, что, несмотря на принципиальные изменения уголовно-процессуального законодательства, задача обеспечения эффективного правового регулирования досудебного производства на сегодня в полной мере не решена.

В третьем параграфе «Зарубежный опыт досудебного производства и основные направления его использования в отечественном уголовном процессе» проводится сравнительно-правовой анализ досудебного производства зарубежных государств в целях определения возможных направлений использования положительного опыта в российском законодательстве.

Заслуживает внимания реализуемая в досудебном производстве США форма защиты прав и законных интересов пострадавшего непосредственно в момент принятия сообщения о преступлении независимо от усмотрения властного субъекта уголовного процесса. Автор также акцентирует внимание на необходимость строгого разграничения процессуальных полномочий между полицией и органами уголовного преследования.

По мнению диссертанта, представляет интерес отказ в ряде стран (Латвия, Молдова, Украина) от процессуальной нормы о возбуждении уголовного дела, опыт производства первоначального дознания во Франции, которое не ограничено процессуальными сроками, вследствие чего продолжается до установления лица, совершившего преступления. Схожий процессуальный порядок действует в Беларуси, Украине, где по уголовным делам, не представляющим большой общественной опасности, и о менее тяжких преступлениях, по которым не установлено лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, орган дознания производит предварительное расследование до его установления.

Исследуя процессуальный статус обвиняемого, автор обращает внимание на то обстоятельство, что в большинстве стран с устоявшейся системой процессуальных гарантий (Франция, Германия, Нидерланды и др.) уголовно-процессуальный статус обвиняемого соответствует уголовно-процессуальному статусу подозреваемого в российском уголовном процессе. С учетом изложенного есть достаточные основания для проработки вопроса о целесообразности заимствования указанного зарубежного опыта в части пересмотра уголовно-процессуального статуса обвиняемого.

Обобщая результаты сравнительно-правового анализа досудебного производства зарубежных государств, автор заключает: особого внимания заслуживают те особенности указанного производства, которые обеспечивают в необходимом объеме процессуальные гарантии лиц, вовлекаемых в сферу уголовного преследования, реализацию прав личности на доступ к правосудию в разумные сроки, возмещение вреда, причиненного преступлением, с наименьшими негативными последствиями для общества.

В целях повышения эффективности досудебного производства по уголовным делам автор обосновал целесообразность имплементации в российское законодательство отдельных уголовно-процессуальных институтов досудебного производства, действующих в зарубежных странах.

В четвертом параграфе «Социально-правовая обусловленность формирования концепции досудебного производства по уголовным делам» на основе контент-анализа научной литературы, с учетом результатов исследований других авторов (А.М. Баранов, С.И. Гирько, А.П. Гуляев, Ю.В. Деришев, В.В. Кальницкий, В.Н. Махов, В.В. Николюк, С.А. Шейфер и др.), а также использования метода включенного наблюдения, основанного на собственном практическом опыте делается заключение о том, что досудебное производство нуждается в дальнейшем развитии. Это обусловлено тем обстоятельством, что за последние годы уголовно-процессуальное законодательство подверглось достаточно значимым, принципиальным изменениям, что определяет необходимость дальнейшей научной проработки отдельных предложений по совершенствованию досудебного производства по уголовным делам (А.М. Баранов, Н.А. Власова, Б.Я. Гаврилов, С.И. Гирько, Н.С. Манова и др.) и отдельных процессуальных институтов (О.И. Андреева, Б.Б. Булатов, О.И. Цоколова, О.В. Химичева и др.) в целях определения новых направлений повышения эффективности как правового регулирования, так и правоприменения в сфере досудебного производства.

В целях решения фундаментальных теоретических, правовых и прикладных проблем, возникающих в досудебном производстве в контексте положений Концепции судебной реформы в Российской Федерации (1991 г.), аргументируется необходимость формирования концепции досудебного производства.

Исследовав специальную литературу (С.В. Бажанов, Г.П. Батуров, А.М. Ларин, Т.Г. Морщакова, П.Ф. Пашкевич, И.Л. Петрухин, В.Т. Томин и др.), а также судебную и следственную практику, состояние прокурорского надзора за предварительным расследованием, диссертант уточнил критерии эффективности досудебного производства, с учетом которых формировалась авторская концепция досудебного производства. В качестве таковых выступают: 1) содержание социального назначения досудебного производства; 2) его цели и задачи; 3) средства достижения обозначенных целей и задач (правовые, организационные, материально-технические); 4) результаты достижения целей досудебного производства по уголовным делам; 5) затратность указанного целедостижения. Отмеченные критерии выступили индикатором эффективности досудебного производства и позволили определить направления совершенствования указанного производства.

Глава вторая «Проблемы правового регулирования стадии возбуждения уголовного дела и средства их решения» включает в себя три параграфа. В первом параграфе «Процессуальные и организационно-правовые основы приема, регистрации и проверки заявлений, сообщений о преступлениях» исследуется уголовно-процессуальная деятельность уполномоченных субъектов на начальном этапе производства по уголовному делу, отмечается наличие многочисленных фактов нарушения законности в деятельности правоохранительных органов по регистрации и учету заявлений и сообщений о преступлениях.

В работе указывается, что в 2009 году было зарегистрировано 22,8 млн. заявлений, сообщений о преступлениях и иной информации о происшествиях, по которым возбуждено 2,4 млн. уголовных дел, в 2010 году соответствующие показатели составили 23,9 млн. и 2,2 млн., в 2011 г. – соответственно, 24,7 млн. и 2,0 млн., в 2012 г. – из 26,4 млн. заявлений, сообщений о преступлениях было возбуждено всего 1,8 млн. уголовных дел13, то есть только по каждому четырнадцатому заявлению, сообщению о преступлении возбуждено уголовное дело. Сокращение количества возбужденных уголовных дел одновременно сопровождалось увеличением принимаемых следователями, дознавателями, органами дознания процессуальных решений об отказе в возбуждении уголовного дела, число которых составило в 2009 г. – 5,6 млн., в 2010 г. – 6,0 млн., в 2011 г. – 6,1 млн. и в 2012 г. – 6,4 млн., из которых прокурорами признаны незаконными и необоснованными, и отменены, соответственно, 1,9 млн., 1,5 млн., 2,3 млн. и 2,6 млн. «отказных» материалов. А в целом за два последних десятилетия количество «отказных» материалов увеличилось с 1,3 млн. в 1992 г. до 6,4 млн. в 2012 г. при сокращении показателей зарегистрированных преступлений в 2012 г. – 2,3 млн., что составляет уровень преступности 1991 г. (2,2 млн. преступлений). При этом количество поставленных на статистический учет преступлений, укрытых от учета органами предварительного следствия и органами дознания, возросло с 32,5 тыс. в 1992 г. до 188,3 тыс. – в 2012 г.

Указанные негативные обстоятельства, определяющие состояние криминогенной обстановки в России, обусловлены несовершенством правовой регламентации начального этапа досудебного производства, неэффективностью ведомственного контроля и прокурорского надзора, несмотря на периодическое принятие руководителями Генеральной прокуратуры Российской Федерации и МВД России мер организационно-правового характера, направленных на укрепление законности при приеме и регистрации заявлений и сообщений о преступлениях.

В этих условиях, несмотря на расширение Федеральным законом от 04.03.2013 № 23-ФЗ14 перечня процессуальных средств проверки заявлений, сообщений о преступлениях, проблема обеспечения законности на стадии возбуждения уголовного дела, являвшаяся прежде отраслевой, переросла в разряд общесоциальной.

Во втором параграфе «Особенности разрешения сообщений о преступлениях в учреждениях уголовно-исполнительной системы»

15 отмечается, что проблема обеспечения законности и обоснованности разрешения сообщений о преступлениях в учреждениях уголовно-исполнительной системы актуализируется многочисленными фактами нарушения правопорядка и законности как осужденными, главным образом, так и сотрудниками учреждений уголовно-исполнительной системы.

Одной из проблем, возникающих в ходе процессуальной деятельности, осуществляемой в учреждениях уголовно-исполнительной системы, является укрытие преступлений от регистрации путем заведомо неверной юридической оценки совершенного осужденным деяния. В частности, должностные лица исправительного учреждения, которые наделены правом возбуждения уголовных дел (ч. 1 ст. 40 УПК РФ), квалифицируют совершенные осужденными деяния по статье УК РФ как менее общественно опасное деяние, чем фактически совершенное (76,9% изученных материалов16) и, соответственно, принимают процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела (так, вместо побега деяние квалифицируют как уклонение от маршрута и т.п.).

Другой проблемой, характерной для уголовно-процессуальной деятельности, осуществляемой в учреждениях уголовно-исполнительной системы, является необоснованный отказ от принятия должностными лицами указанных учреждений процессуальных решений и выполнения необходимых процессуальных действий при регистрации сообщения о преступлении.

Наиболее типичными нарушениями при проверке сообщения о преступлении в исправительных учреждениях являются: 1) формальное проведение проверки сообщения о преступлении (53,2% от числа поступивших сообщений о преступлениях); 2) фальсификация материалов предварительной проверки (17,8%); 3) проведение проверки сообщения о преступлении ненадлежащим субъектом уголовно-процессуальной деятельности (16,3%); 4) производство действий, не предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством (7,6%); 5) несоблюдение процессуального порядка продления срока проверки сообщения о преступлении (5,1%)17.

Решение проблем, возникающих в ходе проведения проверок и разрешения сообщений о преступлениях в учреждениях уголовно-исполнительной системы, автор видит в изменении правового регулирования начального этапа досудебного производства. Кроме того, предлагается дополнить перечень предусмотренных в ст. 20 УПК РФ субъектов возбуждения досудебного производства начальником учреждения уголовно-исполнительной системы, включив его в 4. ст. 20 УПК РФ.

В третьем параграфе «Совершенствование начального этапа досудебного уголовного производства» аргументируется целесообразность отказа от деления досудебного производства на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования и рассмотрения досудебного производства как единой стадии уголовного процесса в силу следующих причин.

Первое. Использование только процессуальных средств проверки информации о преступлении, непосредственно закрепленных в УПК РФ, затрудняет принятие законного и обоснованного решения. Так, для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по фактам незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, незаконного оборота оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, а также причинения вреда здоровью гражданам, как правило, требуется заключение эксперта. Принятие 04.03.2013 г. Федерального закона № 23-ФЗ, установившего в качестве процессуального средства проверки заявления, сообщения о преступлении назначение и производство судебной экспертизы, по мнению диссертанта, не решает проблему ввиду длительности производства данного процессуального действия. Одновременно принятие указанного Закона можно расценивать как подтверждение позиции автора о необходимости совершенствования правового регулирования начального этапа досудебного производства.

Второе. Современное правовое регулирование досудебного производства, требующего обязательного возбуждения уголовного дела, обусловливает необходимость, по сути, повторного производства отдельных как процессуальных, так и непроцессуальных действий (допрос свидетеля после получения от него объяснения).

Третье. Существующее правовое регулирование стадии возбуждения уголовного дела значительно затрудняет использование результатов оперативно-розыскной деятельности в процессе доказывания. Данной точки зрения придерживаются как практические работники (75% респондентов), так и многие ученые (К.К. Горяинов, В.А. Земскова, Е.А Доля, М.П. Поляков, В.Ф. Статкус и др.).

Четвертое. Несовершенство правовой регламентации стадии возбуждения уголовного дела, включающей в себя процессуальные нормы о возбуждении уголовного дела и об отказе в возбуждении уголовного дела, обусловливает многочисленные нарушения закона властными субъектами уголовно-процессуальных отношений при принятии ими процессуальных решений по заявлениям, сообщениям о преступлениях. Наиболее частыми нарушениями закона на стадии возбуждения уголовного дела, как указали следователи и должностные лица органов дознания, являются: принятие незаконного и необоснованного решения об отказе в возбуждении уголовного дела (соответственно 30,9% и 26,4% практических работников), принятие незаконного и необоснованного решения о передаче заявления, сообщения по подследственности (соответственно 12,7% и 34,7%)18. Указанное подтверждается и приведенными выше статистическими данными о количестве процессуальных решений, по которым приняты процессуальные решения об отказе в возбуждении уголовного дела, из которых до 40% ежегодно признаются незаконными или необоснованными и отменяются. В результате, ежегодно нескольким миллионам пострадавшим от противоправных деяний гражданам отказывается, по сути, в доступе к правосудию, предусмотренном ст. 52 Конституции Российской Федерации.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.