авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Преддоговорные правоотношения в российском гражданском праве

-- [ Страница 2 ] --

10. По нашему мнению, следует ограничить размер убытков, возмещаемых в рамках преддоговорной ответственности (это логически вытекает из переходного характера преддоговорных отношений, окончание которых не всегда увенчивается заключением договора). Представляется, что в качестве общего правила возмещению должен подлежать лишь реальный ущерб. Одновременно с этим, следует установить исключительные случаи, предусматривающие возмещение преддоговорных убытков в полном объеме, когда преддоговорные отношения достигли своей завершающей стадии и максимально приблизились к заключению основного договора (например, уклонение от нотариального удостоверения или регистрации подписанного договора, уклонение стороны предварительного договора от заключения основного договора), а также те случаи, когда преддоговорная ответственность наступает за нарушение законодательно установленной обязанности заключить договор (уклонение от заключения публичного договора и др.).

Теоретическая значимость данного диссертационного исследования состоит в том, что сформулированные в диссертации выводы, гипотезы и предложения могут служить основой для дальнейшего развития учения о преддоговорных правоотношениях. Поскольку данное направление цивилистики является слабо разработанным, положения диссертации могут быть использованы для проведения дальнейших научных исследований и разработок по указанной проблематике.

Практическая значимость работы заключается как в конкретных предложениях автора по совершенствованию действующего гражданского законодательства в целях эффективного регулирования преддоговорных отношений, так и в возможности использования обобщений, выводов и аргументов, проведенных и сформулированных в диссертации, в качестве методологической основы при подготовке и обсуждении соответствующих законопроектов.

Апробация работы. Диссертация обсуждалась на заседаниях Отдела предпринимательского законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения. Результаты исследований докладывались и обсуждались на научных конференциях и семинарах. По теме диссертационного исследования в периодических изданиях и сборниках опубликованы статьи, в которых отражены основные положения диссертационного исследования.

Структура работы обусловлена ее предметом, целями и задачами, методологической основой исследования. Диссертационное исследование состоит из введения, трех глав, содержащих двенадцать параграфов, заключения, списка использованных источников и литературы. При этом анализ преддоговорных правоотношений проводится сквозь призму традиционных элементов: субъектов, объекта и содержания правоотношения. В диссертации подробно исследованы вопросы регулирования преддоговорных соглашений и преддоговорной ответственности.

Содержание работы

Глава 1 «Преддоговорные отношения как гражданско-правовые отношения» состоит из пяти параграфов.

В параграфе 1 «Понятие преддоговорных правоотношений» обосновывается категория преддоговорных правоотношений.

Для отечественной юридической науки суждение, что «всякое правоотношение существует только как взаимное отношение людей и является общественным отношением» носит аксиоматический характер. При этом также справедливо отмечается, что «не всякое взаимное отношение людей, не всякое общественное отношение есть в то же время отношение правовое»4.

Договор, как соглашение двух или более лиц, не может возникнуть спонтанно. Его возникновению, как правило, предшествуют какие-либо фактические отношения, контакты и взаимодействия сторон: это могут быть и различные переговоры, переписка, деловые встречи, обмен информацией, различные подготовительные действия и т.п. Эта стадия может иметь разную продолжительность, но совершенно немыслимо представить себе договор, который бы явился результатом случайного совпадения воль сторон «в одной точке».

Существование особой категории общественных отношений – преддоговорных отношений на сегодняшний день практически ни у кого не вызывает сомнений. Трудно представить себе договор, заключению которого не предшествовал хотя бы минимальный обмен информацией или какие-либо преддоговорные взаимодействия. Некоторые сделки могут предусматривать комплекс подготовительных мероприятий: проведение переговоров, подписание промежуточных протоколов (соглашений), проведение юридической, финансовой и налоговой проверки (due diligence) и др.

Важно отметить, что те взаимодействия, которые происходят на предварительных стадиях, предшествующих заключению договора, не носят исключительно технический характер – уже на этом этапе может происходить серьезное столкновение разнонаправленных интересов и целей, преследуемых сторонами переговоров. Преддоговорные отношения могут быть характеризованы как сложная конкурентная среда, в которой может происходить столкновение интересов и намерений (нередко прямопротивоположных) сторон будущего договора.

Именно поэтому преддоговорные контакты и взаимодействия сторон должны и уже постепенно переходят в сферу регулирования гражданского права, а сами преддоговорные отношения должны приобрести и уже приобретают характер правоотношений. Этот процесс происходит на различных уровнях: как на локальном (регулирование преддоговорных отношений или, по крайне мере, наличие специальных механизмов защиты интересов сторон на преддоговорном этапе, уже имеет место в Германии, Италии, Франции, Голландии, отчасти в англосаксонской правовой системе и других зарубежных правопорядках), так и на наднациональном (Принципы УНИДРУА, Принципы Европейского Договорного Права). Существуют определенные предпосылки для развития указанных норм и в российском гражданском законодательстве.

Все это позволяет сделать говорить о существовании отдельной категории гражданских правоотношений – преддоговорных правоотношений. Дальнейший анализ преддоговорных отношений в диссертационном исследовании проводится сквозь призму традиционных элементов правоотношения: субъект, объект и содержание преддоговорных правоотношений, а также рассматриваются юридические факты, являющиеся основанием возникновения преддоговорных правоотношений.

Целью параграфа 2 «Юридические факты, являющиеся основанием возникновения преддоговорных правоотношений» является установление фактического основания возникновения преддоговорных правоотношений.

Считать началом преддоговорных правоотношений только момент направления оферты было бы неверно, поскольку процесс подготовки к заключению договора зачастую начинается намного раньше. Основная же сложность состоит в том, чтобы определить – в какой момент этот процесс приобретает правовое значение, и можно ли определить общий для всех преддоговорных контактов момент возникновения правоотношений? Стоит ли согласиться с предложением о том, что «всякое вступление в переговоры о заключении любого договора является юридическим фактом, порождающим права и обязанности сторон на стадии переговоров»5, либо же следует закрепить в законе только те основания, которые действительно свидетельствуют о серьезности намерения сторон заключить договор?

На наш взгляд, наиболее справедливым и сбалансированным решением было бы придание характера юридического факта только тем действиям сторон на преддоговорном этапе, которые явно свидетельствуют о намерении одной или обеих сторон вести переговоры о заключении договора или совершать иные действия направленные на его заключения. Например, основанием для возникновения преддоговорных правоотношений можно было бы считать заключение соглашения о намерении или направления предложения о начале ведения переговоров, направление предложения делать оферты и т.п. (очевидно также, что этот перечень, по всей видимости, должен остаться открытым, так как описать в законе все случаи представляется затруднительным).

В странах общего права и ряде других юрисдикций для обозначения такого поворотного момента в переговорах, очень часто используется термин «reliance». То есть сторона строит свое поведение в расчете на то, что будущий договор будет заключен, как бы полагаясь на его заключение (от английского однокоренного глагола «rely» - полагаться). Именно с этого момента между сторонами возникает своего рода доверительное6 (но не фидуциарное) отношение, которое как бы служит своего рода сигналом для сторон потенциального договора к активизации их действий, к переходу переговоров по его заключению в более серьезную стадию.

Очевидно, что начало преддоговорного регулирования (а значит и течение преддоговорных отношений) должно связываться не с началом переговоров вообще, а с наступлением стадии более тесного взаимодействия сторон по поводу будущего договора, стадии более уверенных взаимоотношений. На этой стадии стороны (или, по крайней мере, одна из них) приходят если не к убеждению в том, что договор обязательно будет заключен, то, по крайней мере, к обоснованному предположению о том, что он может быть заключен (речь естественно идет не о некой абстрактной, а о конкретной возможности заключения договора).

На практике этим моментом может быть: осуществление каких-либо расходов, связанных с будущим договором7, заключение преддоговорного соглашения (или иного документа фиксирующего намерения сторон) по условиям или процедуре заключения будущего договора, направление предложения делать оферты, парафирования проекта договора и т.п.

Основным вопросом, рассматриваемым в параграфе 3 «Субъекты преддоговорных правоотношений», является участие в преддоговорных правоотношениях третьих лиц, оказывающих содействие сторонам при заключении будущего договора. Очевидно, что нормы, регулирующие преддоговорные отношения сторон должны учитывать и участие в переговорах таких третьих лиц.

К такому пониманию приходит доктрина и законодательство ряда зарубежных стран. Согласно части 3 статьи 311 ГГУ: «Обязательство, содержащее обязанности согласно абзацу 2 §241, может также возникнуть в отношении лиц, которые сами не должны стать сторонами договора. Такое обязательство возникает, в частности, когда третье лицо пользуется особым доверием и таким образом оказывает значительное влияние на предварительные переговоры или на заключение договора».

Как отмечается в литературе по германскому договорному праву, речь в указанной норме идет, прежде всего, о тех случаях, когда ответственность несут агенты или другие лица, которые, не являясь агентами либо участниками договора, тем не менее, вовлечены в переговоры по его заключению. Немецкий подход к определению субъектов преддоговорных отношений предполагает возможность установления обязанности добросовестного поведения в переговорах для третьих лиц (в том числе агентов, поверенных) и, тем самым, позволяет возложить на них преддоговорную ответственность, а также позволяет дифференцировать случаи применения такой ответственности в зависимости от конкретных обстоятельств дела (степень вовлеченности третьего лица в процесс заключения договора, его роль в ведении переговоров, уровень доверия к посреднику со стороны контрагента, наличие финансового интереса и т.п.).

Использование немецкого подхода представляется в значительной степени оправданным. В условиях современного гражданского оборота многие сделки заключаются с использованием различного рода посредников, которые действуют «как если бы они сами были стороной по договору». Вместе с тем, нормы российского права, регулирующие посреднические отношения (например, нормы об агентском договоре), затрагивают не столько процесс заключения сделки агентом, сколько отношения по заключенным им сделкам. Так, по сделкам заключенным агентом по «закрытому» агентскому договору (агентский договор по модели договора комиссии) права и обязанности возникают у агента, а по сделкам заключенным агентом по «открытому» агентскому договору (агентский договор по модели договора поручения) права и обязанности возникают у принципала. В тоже время отношения на стадии заключения сделки без прямого указания в законе не охватываются нормами об агентском договоре.

Полагаем, что немецкий опыт может быть принят (по крайней мере, частично) при регулировании преддоговорных отношений по российскому праву, особенно в тех случаях, когда договор заключается посредником (поверенным, комиссионером, агентом) в интересах другого лица. Речь, по меньшей мере, должна идти о том, что по общему правилу преддоговорную ответственность8 перед контрагентами по сделкам, заключаемым посредниками в чужих интересах, должны нести последние, если только представляемый (комитент, доверитель, принципал) не принял на себя дополнительную ответственность за действия посредника либо не освободил его от такой ответственности.

В параграфе 4 «Объект преддоговорных правоотношений» предпринята попытка определить специфику объекта преддоговорных правоотношений.

Совершенно очевидно, что, вступая в преддоговорные отношения, стороны преследуют цель заключить в будущем основной договор. С другой стороны, заключение основного договора само по себе, вряд ли можно считать основным мотивом для вступления в переговоры. Заключение основного договора – промежуточная, но не основная цель, преследуемая сторонами преддоговорных отношений. Основной договор имеет свою собственную цель и объект (например, получение какого-либо блага), которая, в конечно счете, достигается только в результате его исполнения (это справедливо также и для тех договоров, которые исполняются в момент заключения9, ведь в данном случае заключение и исполнение договора составляют неразрывное целое). Именно рассчитывая на достижение основной цели, договаривающиеся стороны и вступают в преддоговорные отношения. Таким образом, цель преддоговорных отношений является как бы двуединой: отдаленная (основная с точки зрения целеполагания сторон переговоров) цель, на достижение которой направлен основной договор, и ближайшая цель – заключение самого основного договора (промежуточная, вспомогательная цель). Это позволяет говорить и о сложной структуре объекта преддоговорных правоотношений – ведь объект основного договора как бы реплицируется в объект преддоговорных отношений, составляя, пусть и опосредованно, его часть (наряду собственно с действиями по заключению основного договора).

Полагаем, что такого рода двойственность можно объяснить переходным характером преддоговорных правоотношений, их вспомогательной ролью в достижении конечной цели переговоров. Преддоговорные отношения как бы исполняют роль промежуточного звена между не урегулированными ни нормами права, ни положениями договора деловыми преддоговорными отношениями сторон и, собственно, стадией договорных отношений.

Заключительный параграф первой главы «Содержание преддоговорных правоотношений» посвящен рассмотрению тех прав и обязанностей, которые составляют содержание преддоговорных правоотношений.

Предлагается выделить две группы обязанностей на преддоговорном этапе: обязанность заключить договор (которая может быть основана либо на законе, либо «на добровольно принятом на себя обязательстве», к каковым, бесспорно относится договорное обязательство), и группа обязанностей, связанная с определенным поведением сторон на преддоговорных стадиях (т.н. обязанность добросовестного ведения переговоров), т.е. оказывающих опосредованное действие на заключение договора. В рамках данного параграфа основной акцент сделан на рассмотрении второй группы преддоговорных обязанностей, а также рассматривается обязанность заключить договор, вытекающая из закона.

Обязанность надлежащего (добросовестного) поведения на стадии заключения договора в зарубежной юридической литературе и источниках права определяется по-разному.

В Германском гражданском уложении речь идет об обязанности стороны преддоговорного обязательства «учитывать права, правовые блага и интересы другой стороны» (часть 2 §241). Гражданский кодекс Италии говорит о необходимости стороны в переговорах «действовать в соответствии с принципом добросовестности» (ст. 1337). В странах общего права в отношении поведения сторон в ходе переговоров часто употребляется термины «good faith» (добросовестность) и «fair dealing» (честное поведение) либо об обязанности прикладывать все возможные усилия («best efforts»).

В западных правопорядках содержание обязанности добросовестного поведения зачастую раскрывается «от противного» (т.е. указывается, какое поведение является недобросовестным). Так, германское право одним из нарушений обязанности добросовестного ведения переговоров рассматривает вступление в переговоры в отсутствие каких-либо разумных шансов для другой стороны заключить договор (объективный тест) или при полном отсутствии намерения заключить договор с другой стороной (субъективный тест)10.

Такой же подход используется и в ст. 2.15 Принципов международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА): «недобросовестным, в частности, является вступление стороной в переговоры или их продолжение при отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной».

Вопрос об установлении содержания обязанности добросовестного поведения на стадии переговоров является одним из ключевых для эффективного и справедливого регулирования преддоговорных отношений, но в то же время и самым сложным, и наименее исследованным.

Как определить грань между недобросовестным поведением в ходе переговоров и преследованием сторонами переговоров своих собственных интересов (ведь последние защищаются принципом свободы договора)? С этой проблемой уже сталкиваются законодательные и судебные органы в зарубежных юрисдикциях. Очевидно, что с этой проблемой неизбежно будут сталкиваться и российские судьи после введения в наш правопорядок обязанности добросовестного поведения на стадии переговоров.

Противоречие, которое возникает между установкой на ведение переговоров в соответствии с принципами добросовестного поведения и возможностью в любое время эти переговоры прекратить (действие принципа свободы договора), является центральной проблемой в формулировании обязанности добросовестного поведения на преддоговорной стадии.

Представляется, что наиболее рациональным способом будет закрепление конкретных правил о добросовестном поведении на преддоговорных стадиях, которые покрывали бы наиболее распространенные случаи ненадлежащего поведения (конкретные предложения по содержанию таких обязанностей – см. выше «Основные положения и выводы, выносимые на защиту»).

Полагаем, что указанный перечень не должен быть закрытым. Описать все возможные случаи недобросовестного поведения очень сложно (это обусловлено многообразием договоров, заключаемых в сфере гражданского оборота, усложнением переговорного процесса и процедур заключения договора). Поэтому необходимо оставить определенный зазор для судебного толкования, позволяя правоприменительной практике дополнять этот перечень.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.