авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 ||

Требование разумности в соотношении с требованием добросовестности в гражданском праве

-- [ Страница 3 ] --

Вторая глава «Требование объективной добросовестности: анализ функции стандарта поведения» состоит из 4 параграфов и посвящена раскрытию первого аспекта (уровня) требования разумности, понимаемого как обоснованность и последовательность действий субъекта или - другими словами - как объективная добросовестность. На основе анализа российской и зарубежной правоприменительной практики и доктрины предпринята попытка выявления признаков поведения субъекта, отвечающего требованию объективной добросовестности (разумности) на различных этапах развития правоотношений: а) при установлении гражданских прав (на примере действий, связанных с ведением переговоров о заключении договора); б) при осуществлении гражданских прав (на примере осуществления прав в рамках договорного обязательства); в) при защите гражданских прав; г) при исполнении обязанностей (на примере исполнения обязанностей в рамках договорного обязательства).

В первом параграфе «Действия участников гражданских правоотношений при установлении гражданских прав: применение критерия объективной добросовестности» анализируются требования к поведению субъектов при ведении переговоров о заключении договора.

Внесенный 02 апреля 2012 г. Президентом РФ на рассмотрение в Государственную Думу РФ законопроект о внесении изменений в ГК РФ предусматривает закрепление нормы о преддоговорной ответственности, запрещающей, в частности, внезапное и безосновательное прекращение переговоров о заключении договора без предварительного уведомления другой стороны как одно из проявлений недобросовестного поведения в процессе переговоров. В диссертации обосновывается необходимость конкретизации соответствующего запрета в зависимости от того, на какой стадии прерываются переговоры. На ранней стадии переговоров возможно внезапное прекращение переговоров с указанием любого основания прекращения переговоров. При этом сам факт соответствующего уведомления должен носить правопрекращающий характер. На поздней стадии переговоров (в частности, когда стороны обсудили и достигли неформализованного соглашения по всем или большей части существенных условий или одна из сторон, полагаясь на поведение и заверения потенциального контрагента, понесла расходы с расчетом на предстоящее заключение договора) не любое основание для прекращения переговоров должно считаться надлежащим. На данном этапе прерывающая переговоры сторона обязана конкретизировать основания, по которым она прекращает переговорный процесс, и указать те действия, совершив которые противоположная сторона вправе рассчитывать на продолжение переговоров и срок для их совершения (например, достижение компромисса по спорным условиям; предложение условий сделки, не менее выгодных, чем предлагает определенное третье лицо и т.п.). Подобное требование будет сдерживать участника переговорного процесса в доведении нескольких параллельных переговоров до поздней стадии. В случае если прерывающая переговоры сторона указывает в качестве основания прекращения переговоров утрату интереса к совершению сделки в целом, ее поведение может быть признано недобросовестным и повлечь ответственность при совершении ею аналогичной сделки до истечения определенного периода времени с момента прекращения предыдущих переговоров (например, в течение года с момента прекращения переговоров). При подобном подходе получает юридическое наполнение предложенное в проекте изменений в ГК требование о необходимости предварительного уведомления другой стороны о прекращении переговоров.

С учетом опыта зарубежных правовых систем и принимая во внимание относительную новизну института преддоговорной ответственности для российского гражданского права, для целей формулирования объективного (эталонного) стандарта добросовестного поведения субъекта на этапе переговоров о заключении договора могут быть предложены следующие критерии:

А. Последовательность: сторона, прерывающая переговоры на поздней стадии обязана конкретизировать основания, по которым она прекращает переговорный процесс, и указать те действия, совершив которые, противоположная сторона вправе рассчитывать на продолжение переговоров, и срок для совершения соответствующих действий. В случае если прерывающая переговоры сторона указывает в качестве основания прекращения переговоров утрату интереса к совершению сделки в целом, ее поведение может быть признано недобросовестным и повлечь ответственность при совершении ею аналогичной сделки на условиях, схожих с обсуждавшимися в предыдущих переговорах, до истечения определенного периода времени с момента прекращения предыдущих переговоров.

Б. Информационная открытость: каждая из сторон обязана раскрыть значимую для другой стороны информацию, доступ к которой невозможен или затруднителен для другой стороны с учетом характера договора и относительного положения сторон в переговорном процессе. Значимой должна признаваться информация о (об):

а) таких качествах предмета сделки, которые в обороте рассматриваются как существенные;

б) тех обстоятельствах, из наличия которых получающая информацию сторона с очевидностью для раскрывающей стороны исходит, планируя совершение сделки (таким образом, очевидно заблуждающаяся сторона переговоров вправе ожидать, что добросовестный контрагент рассеет ее заблуждения);

в) условиях договора, предложенных раскрывающей информацию стороной и не ставших предметом индивидуального согласования (при этом участник переговоров не вправе ожидать, что его контрагент будет заботиться о выгодности условий сделки для противоположной стороны).

Сложившаяся в последние несколько лет судебная практика по оспариванию сделок по мотиву их убыточности или невыгодности со ссылкой на норму ст. 10 ГК РФ крайне противоречива и требует переосмысления в рамках ведущейся работы по реформированию положений ГК РФ. Ситуацию неосмотрительного заключения договора на невыгодных для лица условиях следует отличать от злоупотребления бедственным положением, доверительным отношением или неопытностью другой стороны с целью получения чрезмерной выгоды или необоснованного преимущества. Несоразмерность встречных предоставлений по договору сама по себе не может являться самостоятельным основанием для квалификации поведения стороны, получающей выгоду от заключения договора, как недобросовестного. Требование добросовестного поведения субъекта при заключении договора не может предполагать заботы о выгодности существенных условий сделки для противоположной стороны в силу присущего переговорному процессу антагонизма интересов.

Во втором параграфе «Действия участников гражданских правоотношений при осуществлении прав по договору: отдельные примеры применения критерия объективной добросовестности» анализируются критерии, которые предлагается учитывать при формулировании объективного стандарта оценки добросовестного поведения в рамках исполнения договорного обязательства:

А. Последовательность: действия субъекта по реализации права не должны приводить к нарушению обоснованных ожиданий его контрагента, сформировавшихся при заключении договора или позднее в результате действий управомоченного лица и связанных с реализацией цели договора;

В. Сотрудничество: управомоченная сторона будет считаться действующей добросовестно при реализации своего права только в том случае, если оказала контрагенту необходимое содействие для исполнения корреспондирующей обязанности (при этом необходимым считается не все возможное содействие, которое могла оказать управомоченная сторона, а тот уровень сотрудничества, без которого договор или обязанность должника объективно не могли быть исполнены).

В третьем параграфе «Действия участников гражданских правоотношений при защите прав: применение критерия объективной добросовестности» обосновываются следующие критерии для целей формулирования объективного (эталонного) стандарта добросовестного поведения субъекта при защите гражданских прав:

А. Последовательность: действия субъекта по защите своего права не должны противоречить его предшествующему поведению (например, истец не вправе ссылаться на недействительность условий договора, ранее предложенных им самим; истец не вправе претендовать на полное возмещение понесенных убытков при непринятии им разумных мер по уменьшению убытков).

Б. Соразмерность способа защиты допущенному нарушению: соответствующее требование должно применяться ко всем способам защиты гражданских прав, а не только к самозащите.

В четвертом параграфе «Действия участников гражданских правоотношений по исполнению обязанностей: применение критерия объективной добросовестности» приводятся критерии для целей формулирования объективного (эталонного) стандарта добросовестного поведения субъекта при исполнении обязанностей в рамках договорного обязательства:

А. Последовательность: должник обязан исполнить обязательство не только в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, но и с учетом разумных (обоснованных) ожиданий кредитора, сформировавшихся при заключении договора или позднее в результате действий должника и связанных с реализацией цели договора (таким образом, закрепленный в ст. 309 ГК принцип надлежащего исполнения обязательства получает дополнительное наполнение, так как обоснованно сформировавшиеся ожидания кредитора не всегда будут исчерпываться обычаями делового оборота и обычно предъявляемыми требованиями).

Б. Сотрудничество: управомоченная сторона вправе ожидать, что должник будет содействовать эффективному исполнению кредиторских обязанностей.

Третья глава «Эффективность как второй аспект требования разумности (на примере нормы о разумном сроке» состоит из двух параграфов и посвящена анализу второго аспекта (повышенного уровня) требования разумности, применяющегося в тех случаях, когда требование разумности действий субъекта специально предусмотрено законом для конкретной ситуации. С учетом ограниченного объема диссертационного исследования данный вопрос рассматривается на примере норм ГК РФ, содержащих требование о совершении определенных действий в разумный срок.

В первом параграфе «Общая норма о разумном сроке исполнения обязательства» приводится анализ некоторых проблем толкования и применения нормы п. 2 ст. 314 ГК РФ, дается оценка изменениям, предлагаемым в ходе идущей реформы гражданского права.

Во втором параграфе «Классификация сроков, определяемых требованием разумности, и некоторые проблемы их интерпретации» нормативные конструкции ГК РФ, содержащие указание на разумный срок и схожие терминологические сочетания (например, «в нормально необходимое время», «как только уведомление стало возможным» и т.д.), предлагается классифицировать по их регулятивному назначению в системе гражданско-правового регулирования. В рамках такой условной классификации выделены следующие виды сроков: а) сроки обнаружения недостатков товаров и работ; б) коммуникационные (то есть, сроки исполнения обязанности, носящей уведомительный или информационный характер); в) сроки устранения нарушений, допущенных при исполнении договора; г) сроки исполнения обязанностей, составляющих содержание обязательства.

В пункте 2.1 (первом пункте второго параграфа) исследуются сроки для обнаружения недостатков товаров или работ. Объективный эталонный стандарт разумного срока для обнаружения недостатков товаров или работ предлагается определять моментом, когда покупателю или заказчику представилась первая объективная возможность обнаружения недостатков товара или результата работ, принимая во внимание характер и назначение товара или результата работ, а также цели его использования, закрепленные в договоре или иным образом известные обеим сторонам. Полученный результат оценки будет скорректирован субъектом оценки в субъективный эталонный стандарт разумного срока, при выведении которого будет учитываться момент фактического обнаружения недостатков.

Пункт 2.2 посвящен анализу коммуникационных сроков, в рамках которых целесообразно выделить следующие виды: а) сроки ожидания ответа на требование или уведомление, заявленное управомоченным лицом (ст. 399, п.2 ст.441, п. 2 ст. 716, п.2 ст. 864, п.2 ст. 876, п.2 ст.898, п.2 ст. 973, п.1 ст.981, абз.1 п.1 ст.995, п.3 ст.995 ГК РФ); б) сроки извещения контрагента об обнаруженных недостатках товаров или работ (п.4 ст.468, п.1 ст.483, п.4 ст.720, п.4 ст.755 ГК РФ); в) сроки предупреждения контрагента об отказе от исполнения договора (п.3 ст.495, ст.806, п.1 ст.888 ГК РФ). К категории коммуникационных сроков также следует отнести и срок, установленный для исполнения обязанности арендатора по уведомлению арендодателя о желании заключить договор аренды на новый срок (п.1 ст.621 ГК РФ). По результатам проведенного исследования предложены следующие подходы к толкованию норм о коммуникационных сроках.

1. Сроки ожидания ответа на требование или уведомление, заявленное управомоченным лицом, в целом сформулированы законодателем как правообразующие для ожидающей стороны. В целом, учитывая парализующий эффект данных сроков для ожидающей стороны, требование о разумном сроке в п.2 ст.716, п.2 ст.864, п.2 ст.876, п.2 ст.898, п.2 ст.973, п.1 ст.981, пп.1 п.1 ст.995, п.3 ст.995 ГК РФ должно пониматься как минимально необходимое время для сообщения с учетом скорости используемых средств связи. Более того, требование разумности следует, как представляется, считать соблюденным при использовании отвечающим средств связи со скоростью сообщения не меньшей, чем при способе связи, избранном отправителем запроса.

2. При оценке сроков извещения контрагента об обнаруженных недостатках товаров или работ учету также подлежат характер несоответствия, избранная покупателем или заказчиком мера защиты, характеристика товара (сезонный, скоропортящийся и т.д.).

3. Для целей обеспечения более предсказуемого правового регулирования в качестве объективных (эталонных) стандартов сроков предупреждения об отказе от исполнения договора целесообразно зафиксировать конкретные сроки с оговоркой о том, что иное может быть предусмотрено соглашением сторон или вытекать из существа обязательства с учетом следующих обстоятельств: имеет ли сторона возможность обеспечить свои интересы иным образом; срок, на который заключен договор; приготовления, сделанные уведомляемой стороной для целей исполнения договора, и осведомленность о них отказывающейся стороны.

4. Использование законодателем категории разумного срока в п. 1 ст. 621 ГК РФ представляется не совсем обоснованным, т.к. определение срока, достаточного для согласования воли сторон для целей заключения нового договора аренды не зависит от множества субъективных факторов. Длительность указанного срока обусловлена преимущественно природой объекта аренды и спецификой предлагаемых условий аренды и вполне может быть определена конкретно. В данном случае теряющаяся определенность нормы не компенсируется гибкостью децентрализованного регулирования.

В пункте 2.3 приводится характеристика сроков устранения нарушений, допущенных при исполнении договора, общей особенностью которых является их льготный характер: период времени, необходимый для устранения допущенных нарушений, определяется стороной, требующей исправления, с учетом интересов неисправного контрагента. Без назначения такого льготного срока либо при признании его недостаточным (то есть не соответствующим требованию разумности) сторона, ссылающаяся на допущенное нарушение, по общему правилу, не вправе отказаться от исполнения договора либо потребовать его досрочного расторжения. Таким образом, особое юридическое значение приобретает обоснованность длительности срока, устанавливаемого для устранения нарушения.

В пункте 2.4 освещаются сроки исполнения обязанностей, составляющих содержание обязательства. В отношении указанной группы сроков предлагается исходить из того, что объективным стандартом должно быть исполнение обязанным лицом соответствующей обязанности в минимально короткий срок с момента возникновения такой обязанности (при этом момент возникновения обязанности далеко не всегда будет определяться моментом получения требования заинтересованного лица), если иное не следует из существа обязательства. Содержание обязанностей в рамках указанной группы сроков предполагает повышенные ожидания со стороны управомоченного субъекта, который вправе рассчитывать на то, что обязанности, имеющие ключевое значение исходя из цели и содержания обязательства, будут исполнены обязанным субъектом наиболее эффективным, а значит - с точки зрения срока – и оперативным способом (например, покупатель или арендатор вещи заинтересован в ее скорейшем получении; пассажир заинтересован в скорейшем прибытии в пункт назначения и т.д.).

В заключении в обобщенном виде воспроизводятся основные выводы по результатам проведенного диссертационного исследования.


III. ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ:


1. Мазур О. В. Преддоговорная ответственность: анализ отдельных признаков недобросовестного поведения // Закон. 2012. - № 5. - C. 197 - 205. - 0,7 п.л.

2. Мазур О. В. Осуществление гражданских прав: применение требования о добросовестности субъекта обязательства // Вестник Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа. 2012. - № 2. - C. 144 - 155. - 0,6 п.л.

3. Мазур О. В. Требование разумности в механизме гражданско-правового регулирования: краткий сравнительно-правовой анализ // Ученые записки Юридического факультета. - 2012. Вып. 24 (34). - С. 87-96. - 0,6 п.л.


1 См. текст законопроекта № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации», внесенного Президентом РФ на рассмотрение в Государственную Думу 02 апреля 2012 г. (доступен в сети Интернет на официальном сайте Государственной Думы: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28Spravka%29?OpenAgent&RN=47538-6&02 ).

2 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. - М.: Статут, 1998. - С. 98.

3 См. ст. 63 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года (утв. ВС СССР 31.05.1991 N 2211-1 // "Ведомости СНД и ВС СССР", 26.06.1991, N 26, ст. 733).

4 Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. – М.: «Лекс-Книга», 2002. – 160 с..



Pages:     | 1 | 2 ||
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.