авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Требование разумности в соотношении с требованием добросовестности в гражданском праве

-- [ Страница 2 ] --

4. С учетом опыта зарубежных правовых систем и относительной новизны института преддоговорной ответственности для российского права, для целей формулирования объективного (эталонного) стандарта добросовестного поведения субъекта на этапе переговоров о заключении договора могут быть предложены следующие критерии:

А.  Последовательность: сторона, прерывающая переговоры на поздней стадии обязана конкретизировать основания, по которым она прекращает переговорный процесс, и указать те действия, совершив которые, противоположная сторона вправе рассчитывать на продолжение переговоров, и срок для совершения соответствующих действий. В случае если прерывающая переговоры сторона указывает в качестве основания прекращения переговоров утрату интереса к совершению сделки в целом, ее поведение может быть признано недобросовестным и повлечь ответственность при совершении ею аналогичной сделки на условиях, схожих с обсуждавшимися в предыдущих переговорах, до истечения определенного периода времени с момента прекращения предыдущих переговоров;

Б.  Информационная открытость: каждая из сторон обязана раскрыть значимую для другой стороны информацию, доступ к которой невозможен или затруднителен для другой стороны с учетом характера договора и относительного положения сторон в переговорном процессе.

5. При формулировании объективного стандарта оценки добросовестного поведения в рамках исполнения договорного обязательства предлагается учитывать следующие критерии:

А.  Последовательность в поведении управомоченной стороны: действия управомоченной стороны по реализации ее права не должны приводить к нарушению обоснованных ожиданий контрагента, сформировавшихся при заключении договора или позднее в результате действий управомоченного лица и связанных с реализацией цели договора;

Б.  Последовательность в поведении обязанной стороны: должник обязан исполнить обязательство не только в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, но и с учетом разумных (обоснованных) ожиданий кредитора, сформировавшихся при заключении договора или позднее в результате действий должника и связанных с реализацией цели договора (с учетом этого закрепленный в ст. 309 ГК принцип надлежащего исполнения обязательства получает дополнительное наполнение, так как обоснованно сформировавшиеся ожидания кредитора не всегда будут исчерпываться обычаями делового оборота и обычно предъявляемыми требованиями).

В.  Сотрудничество: управомоченная сторона будет считаться действующей добросовестно только в том случае, если оказала необходимое другой стороне содействие для исполнения корреспондирующей обязанности (необходимым считается не все возможное содействие, которое могла оказать управомоченная сторона, а тот уровень сотрудничества, без которого договор или обязанность должника объективно не могут быть исполнены). Управомоченная сторона вправе также ожидать, что должник будет содействовать эффективному исполнению кредиторских обязанностей.

6. Для целей формулирования объективного (эталонного) стандарта добросовестного поведения субъекта при защите гражданских прав могут быть предложены следующие критерии:

А.  Последовательность: действия субъекта по защите своего права не должны противоречить его предшествующему поведению (например, истец не вправе ссылаться на недействительность условий договора, ранее предложенных им самим).

Б.  Соразмерность способа защиты допущенному нарушению: соответствующее требование должно применяться ко всем способам защиты гражданских прав, а не только к самозащите.

7. Предлагается следующий алгоритм толкования нормы о разумном сроке. Сначала необходимо установить, в пользу какой стороны в обязательстве закреплена презумпция определения разумности срока, то есть выявить субъекта первичной оценки. Далее следует определить координаты отсчета срока, то есть тот главный ориентир, по отношению к которому будет оцениваться соблюдение срока. Завершающим этапом будет непосредственно правоприменительная оценка, которая заключается в выведении субъективного стандарта разумного срока с учетом ситуационных отклонений от сформулированного в нормативных актах или в разъяснениях высших судебных органов объективного стандарта.

8. Для формулирования соответствующих объективных стандартов оценки нормы ГК РФ, содержащие указание на разумный срок и схожие терминологические сочетания (например, «в нормально необходимое время» и т.д.), целесообразно классифицировать по их регулятивному назначению в системе гражданско-правового регулирования, выделив следующие виды сроков: а) коммуникационные (сроки исполнения обязанности, носящей уведомительный или информационный характер); б) обнаружения недостатков товаров и работ; в) устранения нарушений, допущенных при исполнении договора; г) исполнения обязанностей, составляющих содержание обязательства.

В работе содержится и ряд других теоретических положений, обладающих научной новизной, а также обосновываются некоторые предложения по совершенствованию современного российского гражданского законодательства.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теоретическое значение результатов диссертационного исследования выражается в системном подходе к разработке поставленных задач, который позволил сформулировать выводы в отношении содержания требования разумности в контексте принципов осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей, а также выработать подходы к толкованию норм обязательственного права, в которых используется понятие «разумность». Полученные результаты могут быть использованы для дальнейших теоретических исследований в изучаемой области.

Практическое значение диссертации заключается в возможности применения основных положений и выводов в законотворческой и правоприменительной практике. Отдельные научные положения могут быть использованы в лекционной деятельности высших учебных заведений РФ в рамках общего курса «Гражданское право (общая и особенная части)» и спецкурса «Проблемы обязательственного права».

Апробация результатов исследования. Результаты исследования были апробированы соискателем в процессе преподавания гражданского права на юридическом факультете Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов.

Публикации. Ряд положений диссертации и содержащихся в ней выводов нашли отражение в 3 научных статьях, опубликованных в журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации, общим объемом 1,9 п.л.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения, перечня законодательных актов, составивших нормативную базу исследования, перечня актов судебной практики, а также списка использованной литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются его цели и задачи, отмечаются научная новизна положений, выносимых на защиту, теоретическая и практическая значимость работы.

Первая глава «Требование разумности как оценочное понятие в системе гражданско-правового регулирования» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Общая характеристика гражданско-правовых оценочных понятий» приводится анализ теоретических подходов к определению природы и роли оценочных понятий в механизме правового регулирования. На основе проведенного анализа делается вывод о том, что определяющим признаком оценочных понятий является механизм наполнения их содержанием, то есть теоретическая и правоприменительная интерпретация, производимая посредством оценки - операции сравнения, сопоставления явлений, предметов с образцом, стандартом.

С учетом изложенного в диссертации подхода к толкованию оценочных понятий гражданского права автор предлагает следующее определение оценочных понятий для целей гражданско-правовой законодательной техники: оценочные понятия – это законодательные конструкции с открытым содержанием, интерпретация которых осуществляется правоприменителем путем оценки обоснованности ситуационных отклонений от стандартов оценки, закрепленных в законе или разъяснениях высших судебных инстанций посредством установления определенных эталонов или перечисления критериев для их определения. Предложенное определение основывается на следующих выводах автора, обоснованных в первом параграфе исследования.

1. Применительно к процессу толкования оценочных понятий справедливо говорить о выделении не только стандарта оценочного понятия, закрепляющего примерные признаки последнего, в так называемом объективном смысле, но и стандарта субъекта правоприменения в субъективном смысле. Субъективный стандарт будет представлять собой модификацию объективного (эталонного) стандарта с учетом реальной правоприменительной ситуации и пределы судейского усмотрения будут ограничены выведением именно субъективного стандарта, обосновывая расхождения последнего с объективным. При этом объективный (эталонный) стандарт было бы целесообразно закрепить в законе или разъяснениях высших судебных инстанциях.

2. Определение и закрепление объективного (эталонного) стандарта в законе или разъяснениях высших судебных инстанций не лишает понятие его оценочного характера, так как стандарт являет собой некую среднеобобщенную величину, обоснованность ситуационных отклонений от которой и будет оцениваться судом.

3. Самостоятельность правоприменителя (границы судейского усмотрения) ограничивается оценкой обоснованности отклонений от заданных в законе или разъяснениях высших судебных инстанций критериев стандарта оценочного понятия, что способствует обеспечению единообразия правового регулирования, не устраняя, в то же время, элемент децентрализованного регулирования.

Во втором параграфе «Категория разумности в гражданском праве зарубежных стран: краткий сравнительно-правовой анализ» исследуются подходы к толкованию категорий разумности и добросовестности в иностранных юрисдикциях, излагаются концептуальные различия в системах общего и континентального права, освещаются отдельные компромиссные концепции, предложенные в актах lex mercatoria. Проведенный сравнительно-правовой анализ отдельных институтов зарубежного права позволяет сделать следующие выводы в отношении особенностей интерпретации понятий разумности и добросовестности.

1. При установлении содержания нормативно-правового требования разумности и его роли в механизме гражданско-правового регулирования, необходимо учитывать, что категория разумности - это наследие системы общего права. Это определяющее понятие для теории судейского усмотрения в англо-саксонском праве, обосновывающее как критику судейского произвола, так и гибкость прецедентного правотворения. При оценке действий субъекта на предмет соответствия требованию разумности в деликтных или договорных правоотношениях в системе общего права учитываются не столько субъективные представления лица об эффективности его действия, сколько объективно сложившиеся представления о том, как должен вести себя разумный человек (reasonable man или reasonable person) в рассматриваемых обстоятельствах. Механизмом ограничения судейского усмотрения служит необходимость обоснования конструкции «разумного человека» со ссылкой на объективные внешние факторы и аналогичные прецеденты, оперирующие стандартом «разумного человека». При этом английское договорное право не рассматривает требование разумности в качестве универсального требования к действиям субъекта договорного правоотношения, используя его лишь для оценки отдельных действий субъектов при рассмотрении определенных видов исков или в тех случаях, когда обязанность действовать разумно или с надлежащей заботливостью прямо следует из нормы права или положения договора.

2. Наиболее близким аналогом требования разумности в континентальной правовой системе является понятие «добросовестность», выросшее из использовавшегося в римском праве стандарта bonus pater familias. Принцип добросовестности закреплен в национальном законодательстве большинства стран континентальной правовой системы и применяется в качестве универсального требования к поведению участников гражданских правоотношений, в то время как для представителей системы общего права изначально было характерно настороженное отношение к принципу добросовестности из-за опасения утраты определенности и предсказуемости правового регулирования. В отличие от континентально-правовой концепции об универсальном требовании добросовестного поведения, в английском праве схожий правовой эффект достигается за счет использования более специальных правовых механизмов (например, доктрины встречного предоставления (consideration), ненадлежащего влияния и кабальности сделки (undue influence and unconscionability), ошибки и введения в заблуждение (mistake and misrepresentation), отказа от права и принципа эстоппеля (waiver and estoppel), фидуциарных обязательств (fiduciary obligations) и др.).

3. Поиск компромиссной терминологии в сфере международного частного права привел к тому, что в ряде международных договоров и актов lex mercatoria используются оба термина – разумность и добросовестность. Принцип добросовестности чаще используется как общий принцип поведения сторон, в то время как требование разумности используется в отдельных случаях как специальный (дополнительный) стандарт поведения.

4. Параллельное использование категорий «добросовестности» и «разумности» как самостоятельных правовых инструментов в 20 веке проникло и в национальные правовые системы и наиболее характерно для американского права. С учетом все большего сближения и взаимопроникновения институтов англо-саксонской и континентальной правовых систем законодатели отдельных стран пытаются избежать терминологической путаницы путем разделения объективной добросовестности (как объективного стандарта поведения) и субъективной добросовестности (как извинительного заблуждения) и рассмотрения указанных категорий в качестве самостоятельных понятий. При этом именно толкование объективной добросовестности (как объективного стандарта разумного, осмотрительного и справедливого поведения) вызывает наиболее жаркие дискуссии как в доктрине, так и в судебной практике зарубежных стран.

В третьем параграфе «Содержание требования разумности в российском праве» освещаются взгляды российских ученых по вопросу определения содержания требований разумности и добросовестности и сопоставительному анализу указанных правовых категорий.

По результатам анализа различных точек зрения делается обобщающий вывод о том, что в российской правовой доктрине требование разумности действий субъекта рассматривается как некий объективный стандарт поведения, определяемый с учетом ситуации, в которой находится субъект. Однако какой-либо последовательной позиции о том, как должны соотноситься требования разумности и добросовестности, в юридической литературе не выработано. На наш взгляд, анализ положений п. 3 ст. 10 ГК, где речь идет о разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений, позволяет заключить, что требование добросовестности должно рассматриваться именно как характеристика поведенческих установок субъекта, в то время как требование разумности будет относиться к оценке его действий. Вместе с тем предполагаемые изменения в ГК предусматривают закрепление принципа добросовестности, распространяющегося на действия (поведение) участников гражданского оборота при осуществлении прав и исполнении обязанностей. С учетом диспозитивного характера гражданско-правового регулирования закрепление принципа добросовестности как универсального требования к поведению субъектов будет рассматриваться как ограничение (обременение) свободного усмотрения субъекта права, что требует установления более определенных критериев применения соответствующего принципа и схожих правовых категорий (в частности, категории разумности).

В ходе исследования обосновывается, что требование добросовестности в российском обязательственном праве предполагает оценку (1) субъективного состояния лица с точки зрения его фактической честности, обоснованной убежденности в правомерности собственных действий (субъективная добросовестность) и (2) объективного соответствия действий субъекта разумным ожиданиям определенных третьих лиц, для защиты которых исходя из требований закона или из существа обязательства и установлено требование добросовестности (объективная добросовестность). Таким образом, одним из условий признания лица добросовестным будет объективное соответствие его поведения разумным ожиданиям третьих лиц, или, иными словами, разумность его поведения, что и позволяет рассматривать разумность и объективную добросовестность как синонимичные понятия. При этом разумность действий субъекта для целей признания его добросовестным не предполагает, по нашему мнению, обязанность действующего субъекта обеспечить при каждом своем юридически значимом действии справедливый баланс собственных интересов и интересов третьего лица. Специальное использование законодателем термина разумность в отдельных нормах обязательственного права указывает, на наш взгляд, на то, что в соответствующих случаях обоснованные ожидания того лица, в чьих интересах установлено требование разумности, в отношении поведения действующего субъекта являются более высокими, чем в тех случаях, когда закон прямо не оперирует термином разумность, и могут предполагать обязанность действующего субъекта обеспечить справедливый баланс собственных интересов и интересов того лица, для защиты которого установлено требование разумности. С учетом изложенного предлагается различать два аспекта (уровня) требования разумности в российском обязательственном праве: (1) разумность действий субъекта как условие соответствия общему требованию объективной добросовестности (обоснованность и последовательность действий) и (2) разумность действий субъекта в случае, когда соответствующее требование к поведению субъекта специально предусмотрено законом (эффективность действий). Для целей настоящего исследования термин «объективная добросовестность» используется для обозначения первого из указанных выше аспектов требования разумности – обоснованности и последовательности действий субъекта права.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.