авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Сущность правопорядка: теоретико-методологическое исследование

-- [ Страница 5 ] --

В этой связи диссертант обосновывает вывод, что вера в безграничные возможности рыночной экономики, столь популярная сегодня в нашей стране, глубоко утопична. Рыночные механизмы сами по себе не способны выработать такую мораль, которая может стать надежной нравственной основой эффективного правопорядка. Вопросы обеспечения правопорядка не могут быть отданы на откуп рыночной стихии. Его защита всегда была, есть и должна оставаться прерогативой государственных и общественных институтов.

Далее в работе отмечается, что в ситуации, когда государство минимизирует степень своего участия в регулировании экономических отношений, а правовые и моральные ограничения все в большей степени носят условный характер, тогда никем и ничем не сдерживаемые рыночные силы углубляют социальное неравенство, увеличивая разрыв между процветающими и бедствующими слоями населения. Такую тенденцию сегодня можно наблюдать как в мире в целом, так и внутри отдельных обществ. Современный российский социум в этом плане не является исключением. В тоже время процессы социального расслоения в нашей стране имеют свою специфику, которая проявляется, прежде всего, в критических показателях абсолютной бедности и глубины дифференциации населения по уровню доходов (С.Ю. Глазьев, Д.С. Львов, М.М. Мусин и др.). К тому же в отличие от экономически развитых обществ, где бедность, как правило, локализуется на уровне безработных, 35% бедных в Российской Федерации – это работающие люди (Е.М. Примаков, Н.М. Римашевская).

По мнению некоторых либеральных экономистов (С.В. Пятенко, Е.Г. Ясин), описанное выше положение дел является не только нормальным для правового и социального порядков, но и несет в себе позитивные моменты, ибо подпитывает трудовую и деловую активность населения. Однако, как полагает диссертант, для столь оптимистичных выводов нет оснований. Ситуация, когда 24,5 млн. россиян имеют доходы ниже прожиточного минимума, когда децильный коэффициент дифференциации доходов многократно превышает допустимые пределы, когда один из важнейших показателей уровня жизни, каковым является ВВП на душу населения по паритету покупательной способности, составляет лишь 42% от среднего уровня развитых государств, едва ли может считаться нормальной3

.

На основе детального анализа отечественной и зарубежной научной литературы, посвященной проблемам социальной поляризации, обобщения результатов социологических исследований, правоприменительной практики, включая данные о динамике преступности в современной России, автор аргументирует тезис, что бедность (учитывая ее размеры и запредельные показатели социального неравенства и др.) представляет серьезную угрозу для нормативной (абстрактно-должной) модели правопорядка. Крайне бедственное положение людей, в совокупности с другими негативными факторами (серьезными диспропорциями в социально-экономическом развитии регионов, перекрытием лифтов восходящей социальной мобильности и т.д.) зачастую провоцирует рост агрессивного асоциального, в том числе противоправного и преступного поведения в обществе, разрушая идеальный образ правопорядка, который должен выстраиваться на основе прочного режима законности. Но это лишь видимая сторона проблемы воздействия бедности на правопорядок.

Ее реверс проявляется в том, что та же бедность одновременно выступает как скрепа неэффективного, но реально существующего правового порядка. Достоверность подобного вывода не вызывает сомнений, если взглянуть на проблему через призму потребностей и интересов, влияющих на поведенческую мотивацию социальных субъектов. Бедность в своих критических значениях генерирует социально-правовую индифферентность, пассивность, неуверенность и разобщенность, которые все в большей степени определяют характер социальных отношений и связей в современных обществах, способствуют укреплению существующего социального порядка в различных формах его проявления, включая правовую.

Диссертант делает особый акцент на том, что ликвидация масштабной бедности, влияние которой на правопорядок носит амбивалентный характер, должна стать одним из ключевых направлений деятельности российского государства и общества. Пока ее нынешний уровень будет оставаться таким же высоким, до тех пор надежды на резкое снижение преступности, преодоление негативных начал в общественной морали и другие позитивные изменения останутся своего рода новой «маниловщиной», обреченной на осмеяние.

В диссертации скрупулезно анализируется проблема воздействия на состояние правопорядка демократических идей, институтов и процедур. В юридической литературе демократия чаще всего определяется как политический режим, который характеризуется принадлежностью власти народу, активным участием широких слоев населения в управлении государством, гласностью, многопартийностью, свободными выборами, верховенством закона, всеобщим равенством, надежной охраной прав и свобод личности, наличием высокоавторитетного и независимого суда (Р.Ю. Горлачев, Ю.А. Кудрявцев и др.). Даже законность и правопорядок некоторые авторы предлагают исследовать как структурные элементы демократии (М.И. Байтин и др.).

Автор исходит из того, что многие перечисленные выше явления общественной жизни (свободные выборы, многопартийность и др.) имеют к демократии непосредственное отношение. Тесно связан с демократией и правопорядок, но подобная взаимосвязь вовсе не является достаточным основанием для того, чтобы рассматривать правопорядок как структурный элемент демократии. Взгляд на правопорядок как неотъемлемую составную часть демократии фактически превращает последнюю в некую панацею, способную исцелить общественный организм от всех «болезней».

Рациональный подход к пониманию сущности демократии, ее роли в жизни современных государственно-организованных обществ, подчеркивается в диссертации, должен базироваться на том, что ключевые положения демократической доктрины сегодня нуждаются в критическом осмыслении. Некоторые ее постулаты на поверку оказываются политико-правовыми фикциями (например, утверждения о принадлежности власти народу, способности демократических институтов и процедур обеспечить устойчивость политической системы, гарантировать приход к рычагам управления лучших людей и т.д.). Демократия не лишена существенных недостатков, а ее самостоятельный потенциал в решении многих социальных задач не так уж значителен (Г. Кельзен, А.Д. Керимов, А.И. Ковлер, М.Н. Марченко, С. Хантингтон и др.). Весьма ограничены, как показано в работе, и возможности демократии выступать гарантом становления в современных обществах эффективного правопорядка, отвечающего критериям легитимности, гармоничности и стабильности.

Такая оценка не ставит под сомнение социальную значимость демократических идей, институтов и процедур: какой-либо другой, более действенной альтернативы демократии, рассматриваемой в качестве важного инструмента общественного влияния на политико-правовую жизнь страны, просто не существует. Однако демократический инструментарий требует умелого и бережного обращения, основу которого составляют высокий уровень культуры политико-правового мышления и ответственного поведения граждан, социальных групп, общественно-политических объединений, государства, его органов и должностных лиц (Е.А. Лукашева, Г.В. Мальцев). Диссертант обосновывает вывод, что изъяны, присущие демократии, должны восприниматься как объективная данность, которую следует учитывать в ходе процессов социально-правового регулирования. В частности, процедурные вопросы функционирования демократических институтов требуют четкой юридической регламентации, а демократические идеалы нуждаются в надежной правовой охране.

Третья глава - «Специально-юридические детерминанты правопорядка» - посвящена анализу проблем, связанных с обеспечением должного качества законодательства как основной нормативной предпосылки правопорядка (§1), изучению регулятивного потенциала судебной практики как одной из его ключевых детерминант (§2), рассмотрению общетеоретических аспектов коррупции как угрозы правопорядку, которая в современных условиях приобрела характер системной «патологии» (§3), содержательных аспектов правовой культуры как многоуровневого фактора его совершенствования (§4), исследованию воздействия на облик правопорядка внешних детерминант: общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации, а также зарубежного правового опыта (§5).

В юридической науке обозначилось несколько подходов к оценке качественного уровня развития законодательства. Так, сторонники широкого понимания права, прежде всего, естественно-правовой концепции, отождествляют понятие «качественный закон» с законом правовым, рассматривая последний через призму нравственных начал. Среди важнейших требований, которым должен отвечать правовой закон, они называют идеи справедливости, равенства, свободы, гуманизма (А.Ф. Ефремов, Е.Г. Пурахина, В.В. Фролов и др.).

Разделяя точку зрения, что законы должны воплощать в себе морально-этические идеалы и ценности общества, диссертант в тоже время поднимает в работе вопросы: «Являются ли нравственные критерии достаточными для того, чтобы судить о качестве, правовом либо неправовом характере уже принятого закона? Могут ли они рассматриваться в качестве устойчивых ориентиров для субъектов реализации права?» Приведенный в работе анализ свидетельствует, что в обществе с разноречивыми интересами принципиально невозможна однозначная характеристика принятого закона как правового (качественного) или неправового (некачественного), если последний рассматривать лишь с точки зрения соответствия его нравственным показателям. Взятые сами по себе идеи равенства, свободы, гуманизма, справедливости носят весьма абстрактный характер, допуская при оценке правовых явлений неоднозначное толкование, а потому не могут рассматриваться как единственно верные индикаторы качества закона (В.Н. Кудрявцев, В.В. Лазарев, В.М. Сырых, А.И. Экимов и др.).

Автор считает, что обеспечение должного уровня развития законодательства, которое является основной нормативной предпосылкой правопорядка, – комплексная проблема. Подобное ее видение означает, что не только естественно-правовая, но и любая другая из существующих концепций правопонимания сама по себе не может служить достаточной и надежной основой для успешного решения этой проблемы. Только взятые в системном единстве они позволяют разработать рационально-выверенные критерии оценки качества законов. В идеале качественный закон должен отвечать не только нравственным показателям, на чем настаивают аналитики естественно-правовых теорий, но и целому ряду других требований социального и специально-юридического характера, на которых акцентируют внимание представители других школ права (социологической, психологической, позитивистской и др.).

В социальном плане, указывается в диссертации, важны такие критерии, как способ­ность закона максимально учитывать объективные закономерности, интересы и потребности общественного развития, ресурсообеспеченность и научная обоснованность законодательного акта. Со специально-юридической точки зрения существенное значение имеют конституционность, системность, пря­мое действие, антикоррупциогенность и технико-юридическое совершенство закона (В.М. Баранов, Н.А. Власенко, Д.А. Керимов, С.И. Носов, С.В. Пчелинцев и др.). В комплексе указанные критерии, делает вывод диссертант, могут рассматриваться в качестве своеобразной программы действий российского законодателя и иных правотворческих органов, направленных на совершенствование правового регулирования на нормативном уровне в целях обеспечения эффективного правопорядка.

Несоблюдение правотворческими органами указанных требований в процессе подготовки нормативных правовых актов в последующем создает возможности субъективистских трансформаций права (Г.В. Мальцев), сознательного или ненамеренного искажения смысла его нормативных предписаний, выступает питательной средой для бюрократической волокиты, ущемления прав граждан и иных социальных субъектов, подрывает их доверие к закону, праву и правопорядку.

Далее в работе подробно анализируется характер воздействия на состояние правопорядка судебной практики. Диссертант отмечает, что при оценке этого воздействия необходимо, как это принято в реалистической школе права, обратить особое внимание на специфическую миссию судьи. В рамках судебного процесса он получает возможность «своими устами» (с учетом своих личных представлений о свободе, справедливости, равенстве и т.д.) говорить от имени государства. Индивидуальная подготовка представителей судейского корпуса (знание законов, интеллектуальный уровень, психологические установки, совесть и др.) отражается не только на содержании, законности, обоснованности и объективности отдельных судебных актов, но и облике правопорядка. Правосудие, имеющее в своей основе и личностные характеристики судей, практически завершает формирование этого облика, делает его не таким, каким он представлялся законодателю, а таким, каким он становится в результате судебного применения права.

Подчеркивая значимость судебной практики в плане обеспечения эффективности правового регулирования, автор вместе с тем полагает, что было бы большой ошибкой абсолютизировать возможности институтов судебной власти в решении проблем обеспечения правопорядка. Представители судейского корпуса, как правило, акцентируют внимание лишь на трудностях организационно-технического характера, связанных с перегруженностью делами, неприспособленностью зданий судов, слабой материально-технической базой и т.п. Вместе с тем такой взгляд на существующие проблемы судебной системы страдает формализмом, ибо за его пределами остаются социальные, правовые, нравственные и психологические аспекты обеспечения эффективности судопроизводства. В действительности существуют определенные «барьеры» (объективного и субъективного плана), которые снижают правозащитный потенциал правосудия. В диссертации обстоятельно рассматриваются проблемы, связанные с т.н. «внешним» запуском механизма судебной защиты, обеспечением доступности и оперативности правосудия, независимости и объективности судей.

Диссертант детально исследует вопрос о правотворческом потенциале судебной практики в Российской Федерации. На основе анализа различных аспектов этой проблемы, изучения исторического опыта нашей страны, действующего законодательства зарубежных стран, принадлежащих к романо-германской правовой семье, автор обосновывает вывод, что судебная практика в современной России, безусловно, является источником права и в материальном, и формальном плане. Это реальность, с которой нужно считаться. Угрозу для нормального развития национальной правовой системы и правопорядка представляет не сам факт признания судебной практики формальным источником права, а лишь те судебные акты, которые содержат в себе ошибочные нормативные положения.

Как показано в работе, полностью избежать ошибок при формулировании правовых позиций, имеющих нормативный характер, не удается даже высшим судебным инстанциям страны. В этой связи автором сформулирован ряд конкретных предложений, имеющих практическую значимость, реализация которых призвана содействовать повышению эффективности судебного применения права, обеспечению доступности правосудия для граждан.

Характеризуя коррупцию как одну из главных угроз правопорядку, диссертант обращает внимание на изменения, которые претерпел механизм ее функционирования. Коррупционная деятельность приобрела устойчивые организационные формы, «упорядочилась», перестала быть самодеятельностью отдельных нечистоплотных функционеров. Она представляет собой системную «патологию», резко снижающую эффективность работы государственного аппарата4.

В диссертации отмечается, что успешная борьба с коррупцией, которая в своем развитии уже вышла на уровень своеобразной социальной институционализации, не может ограничиваться только юридическими мерами (совершенствованием законодательства, введением новых составов коррупционных правонарушений, ужесточением юридической ответственности за их совершение и т.д.). Противодействие коррупции должно носить комплексный характер, затрагивая различные аспекты функционирования социально-экономической и политической сфер общества, его идеологию и культуру.

Существенное значение для преодоления коррупции имеет оптимизация государственного и муниципального управления, предполагающая устранение изъянов, недостатков в организационных структурах систем государственных органов и органов местного самоуправления, процедур их деятельности, механизмов взаимодействия с другими институтами власти, субъектами правоотношений. Другое, не менее значимое направление противодействия коррупции непосредственно сопряжено с совершенствованием государственной и муниципальной кадровой политики, формированием необходимых этико-правовых качеств у должностных лиц органов власти, социальных групп и индивидов. Антикоррупционное воспитание должно стать непременной составной частью процесса нравственно-морального переустройства социальных отношений. Игнорирование этих обстоятельств или придание им второстепенного значения превращает борьбу с коррупцией в цель, которая никогда не получит адекватного опредмечения в конкретном, желаемом результате.

В диссертации в качестве значимого фактора становления эффективного правопорядка в современных обществах рассматривается правовая культура, исследование которой осуществляется автором на основе сочетания аксиологического и деятельностного подходов к ее анализу. Будучи многоплановым системным образованием, правовая культура имеет различные уровни (срезы) своего проявления: общесоциальный, групповой, индивидуальный. Каждый из них, как отмечает автор, характеризуется определенной спецификой, в тоже время все они взаимообусловлены, хотя их единство подчиняется не столько редукционному началу, сколько принципу холизма.

Особое внимание уделено в работе раскрытию содержательных аспектов индивидуальной правовой культуры как важнейшего субъективного фактора, определяющего юридическую эффективность деятельности личности. По мнению диссертанта, ключевыми компонентами правовой культуры индивида являются должные уровни его правовой компетентности и социально-правовой активности, а также уважительное отношение к праву.

Однако современный облик российского человека зачастую определяет не столько уважение к праву и закону, сколько правовой нигилизм. Обобщение результатов правореализационной практики и социологических исследований позволяет утверждать, что правовой нигилизм был и продолжает оставаться инвариантом отечественного правосознания. Он прочно удерживает свои позиции на уровне обыденного и профессионального правосознания, аберрация которых способна генерировать противоправные установки и ориентации социальных субъектов.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.