авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

Сущность правопорядка: теоретико-методологическое исследование

-- [ Страница 4 ] --

В диссертации отмечается, что одной из ключевых задач современной юридической науки является исследование проблем становления, функционирования и совершенствования правопорядка в различных обществах. В советской научной литературе правопорядок рассматривался исключительно с классовых позиций, его сущностные и содержательные характеристики увязывались, прежде всего, с особенностями конкретной общественно-экономической формации. Однако такой анализ сегодня нельзя считать единственно верным. Освободившись из плена «безошибочного» марксистско-ленинского подхода к изучению социальных явлений, отечественная юридическая наука может воспользоваться категориальным аппаратом немарксистской философии, политологии и социологии, который ранее в силу идеологических причин был ей недоступен. В этом плане представляется исключительно важным исследование ключевых характеристик правопорядка с точки зрения существования двух основных типов общества: коллективистического и индивидуалистического (Ф. Хайек).

Разные подходы к организации общественной жизни, указывается в работе, во многом определяют особенности моделей правопорядка, которые выстраиваются в коллективистических и индивидуалистических социумах. В коллективистических обществах стремление государства к тотальной правовой регламентации всех сфер социальной действительности, как правило, ведет к ослаблению позиций институтов самоуправления и выстраиванию всепроникающего и всепоглощающего правового «сверхпорядка», под оболочкой которого зачастую скрывается государственный произвол и беззаконие. Право в этих условиях перестает быть искусством добра и справедливости, а в «жерновах» такого правопорядка безжалостно перемалываются тысячи, а иногда и миллионы человеческих судеб. В свою очередь, ослабление позиций государства, его неспособность или нежелание обеспечить управляемость социальными процессами оборачивается для индивидуалистических обществ не меньшими бедами: в этом случае на месте правопорядка воцаряются хаос и произвол, нередко перерастающие в состояние «войны» всех против всех.

По мнению диссертанта, трудности, с которыми сталкиваются коллективистические и индивидуалистические социумы в плане обеспечения эффективности правопорядка, определяют необходимость теоретического поиска новой модели общественного устройства, которая должна носить интегративный характер. Ее идеологической основой призвано стать разумное сочетание коллективистических и индивидуалистических принципов и традиций, позволяющих государству, общественным институтам и индивидам в полной мере реализовать свои лучшие качества. В рамках интегративной модели общественного устройства характер взаимоотношений между этими субъектами определяется стремлением не к противостоянию, а к взаимодействию на началах партнерства, рационального распределения «зон» ответственности и регулятивных полномочий.

Определяя контуры новой интегративной модели, автор формулирует вывод, что ее успешная объективация предполагает одновременное существование двух макросистем: с одной стороны, сильного государства, которое стремится быть правовым; с другой – «зрелых» общественных институтов, совокупность которых принято именовать гражданским обществом. При этом сила государства определяется не его репрессивно-карательными возможностями, а правотой выбранной цели, тем авторитетом, которым обладает государственная власть, ее единством, организованностью, исполнительностью и ответственностью. Правовой характер государства в данном случае выражается в его способности подчинить свои управленческие усилия требованиям действующих юридических норм, в готовности сделать свою политику открытой, понятной обществу и подконтрольной ему.

В работе аргументированы тезисы, что показателями «зрелости» гражданского общества являются не количество и разнообразие добровольно сформировавшихся общественных объединений, а их автономный характер и способность осуществлять целый ряд т.н. цивилизатоских функций: эффективный гражданский контроль за важнейшими сферами деятельности государства, содействовать развитию отраслей частного права, выполнять ауторегулятивную и воспитательную функции. В диссертации подробно исследуются содержательные аспекты указанных функций, при этом подчеркивается, что от качества их реализации и реальной степени автономии общественных институтов во многом зависит и облик правопорядка, который складывается в соответствующем социуме.

Переходя к анализу качественных параметров либеральной модели правопорядка, выстроенной в современной России, диссертант отмечает, что недостатки и изъяны этой модели во многом объясняются стратегическими просчетами, которые были допущены в начальный период проведения радикальных реформ в нашей стране. Опыт мировой истории свидетельствует, что переход от авторитаризма к демократии наиболее безболезненным для общества будет лишь в том случае, если он осуществляется «договорным» образом, предполагающим возможность адаптации государственных и социальных институтов, унаследованных от старого режима, к новым условиям (И.О. Лосский, А. Токвиль). Такая преемственность по отношению к прежним порядкам придает процессу реформирования плавный характер, растягивая его во времени, освобождая общество от необходимости пережить череду резких и болезненных потрясений. Но эти аксиоматичные положения в начале 90-ых годов ушедшего века в нашей стране оказались преданы забвению, и в качестве основного метода излечения российского общества от недугов советского прошлого была выбрана «шоковая терапия». Нет ничего удивительного в том, что реальные результаты реформ оказались весьма далеки не только от первоначальных общественных ожиданий, но и замыслов самих реформаторов.

Автор обстоятельно характеризует содержательные аспекты проблем юридического, социально-экономического, политико-идеологического, нравственного плана, нерешенность которых негативно влияет на облик правопорядка в современной России. Его совершенствование, отмечается в диссертации, требует согласования усилий государства, общества, индивидов. Перед государством стоят вполне конкретные задачи, связанные с повышением качества и эффективности работы его институтов. Профессионализм и компетентность, уважение к праву и закону, к правам человека – вот совокупность принципов, лежащих в основе успешной деятельности всех звеньев государственной власти, которой предстоит научиться вести конструктивный диалог с обществом.

В свою очередь, и общественные объединения должны быть готовы к такому диалогу (Л.С. Мамут, Т.М. Шамба). Предъявляя высокие требования к государству, общественные институты сами должны «подрасти», осознав свою сопричастность к тем процессам, которые происходят в социуме. Тот потенциал, который таит в себе гражданское общество, должен быть использован общественными структурами, в противном случае неизбежен отрыв государственной власти от интересов общества и запросов людей.

Новые требования, отмечает диссертант, предъявляются и к российскому гражданину. Ему следует отказаться от нравственного и правового эгоизма, перестать балансировать на узкой грани между долгом и его забвением, между уважением закона и пожиманием плечами (Р. Иеринг, П. Сандевуар). Он должен поверить в значимость, необходимость права и правопорядка.

Во второй главе диссертации - «Общесоциальные детерминанты правопорядка» - исследуется научно-практический потенциал доктрины, апеллирующий к существованию т.н. гарантий правопорядка (§1), рассматривается характер воздействия на состояние правопорядка рыночных механизмов и идеологии (§2), анализируется влияние на его облик бедности и процессов социальной поляризации (§3), а также идей, институтов и процедур демократии (§4).

В рамках современного правоведения широкое распространение получил подход, согласно которому проблема обеспечения должного уровня правопорядка рассматривается через призму т.н. гарантий, под которыми понимаются условия, специальные средства, меры и институты, обеспечивающие соблюдение правовых предписаний. При этом зачастую гарантии правопорядка отождествляются с гарантиями законности. Условно этот подход может быть назван гарантийным. Традиционно в юридической литературе выделяют две большие группы гарантий законности и правопорядка: общие и специально-юридические.

К числу общих гарантий, как правило, относятся гарантии экономического, политического, идеологического и общественного плана. Изучение научной литературы, посвященной характеристике специально-юридических гарантий правопорядка, позволяет утверждать, что в качестве таковых обычно рассматриваются: совершенствование законодательства; государственный и общественный контроль; прокурорский надзор; независимое правосудие; правоохранительная деятельность силовых ведомств; деятельность правозащитных организаций; институты юридической ответственности, жалоб и заявлений граждан и др.

Автор отмечает, что достоинством гарантийного подхода является широкая палитра социально-экономических, культурно-идеологических, политико-правовых факторов, включаемых в сферу научного анализа проблем обеспечения правопорядка.

Вместе с тем такой подход не лишен существенных недостатков. Приведенный в работе анализ свидетельствует, что некоторые факторы, которые правоведы зачастую именуют гарантиями правопорядка, таковыми никогда не являлись: например, принципы многопартийности и разделения властей, лежащие соответственно в основе функционирования политических систем различных обществ и механизмов современных государств. Отечественный и зарубежный опыт государственно-правового строительства дает достаточные основания для вывода, что ни однопартийная, ни многопартийная система, ни количество общественно-политических движений и организаций, ни та или иная модель разделения властей вовсе не являются действенным залогом обеспечения эффективного правопорядка в общественной жизни.

Главный же недостаток гарантийного подхода, по мнению диссертанта, связан с тем, что его сторонники «работают» с идеальным правом и в идеальном правовом пространстве, которых не может быть в принципе. Они не учитывают того, что имеют место злоупотребления правом, юридические ошибки и даже правовой произвол в деятельности разнообразных субъектов права, в том числе призванных осуществлять правоохранительную функцию.

По мнению автора, факторы, традиционно именуемые в научной литературе в качестве гарантий правопорядка, надлежит рассматривать как детерминанты, которые в зависимости от своего качественного состояния и уровня развития могут «работать» на обеспечение правопорядка либо носить нейтральный характер, а иногда и противодействовать его становлению. Так, государственный контроль и прокурорский надзор, которые реализуются в конкретных действиях сотрудников государственных органов, выполняющих свои функции не всегда безошибочно и добросовестно, далеко не во всех случаях гарантируют юридическую правомерность действий и решений подконтрольных и поднадзорных субъектов.

В диссертации указывается, что успешное решение проблем, связанных с совершенствованием правопорядка, предполагает отказ от получившего широкое распространение в юридической науке т.н. шаблонного подхода к анализу воздействия на правопорядок различных социальных факторов. В этой связи одна из главных задач заключается в том, чтобы традиционно выделяемые детерминанты разложить на такие компоненты, изучение которых способно привести к новому эмпирическому знанию. Например, рассматривая вопрос о воздействии на состояние правопорядка социально-экономических факторов, недостаточно ограничиваться констатацией общеизвестных «истин» о том, что частная собственность есть экономическая основа правопорядка, что только рыночная экономика способна обеспечить его неуклонное совершенствование. Научно-практическая достоверность подобных утверждений вызывает очевидные сомнения.

Правовой опыт России и других стран убедительно свидетельствует, что увязывать напрямую состояние правопорядка с существованием различных форм собственности, типом и моделью экономики малопродуктивно. При таком подходе, делает вывод автор, трудно получить конкретные знания, способствующие оптимизации ситуации на практике. Куда более эффективно разложение широкого «социально-экономического фактора» на такие составляющие, как степень открытости экономики, объем доверия и социального капитала, дифференциация населения по уровню доходов, индекс развития человеческого потенциала, показатели восходящей и нисходящей социальной мобильности и т.д., с последующей их привязкой к вопросам функционирования правопорядка. Аналогичный метод, по мнению диссертанта, следует использовать и при анализе других сложносоставных факторов, влияющих на правопорядок (политических, культурно-идеологических, специально-юридических и др.).

Рассматривая вопросы воздействия на правопорядок рыночной экономики, диссертант отмечает, что рынок действительно преуспел в создании материальных благ, во многом обеспечив экономический прогресс человечества. Успехи и достижения рыночной модели хозяйствования породили веру, что ее механизмы способны самостоятельно, без вмешательства государства разрешить практически все проблемы, с которыми сталкивается то или иное общество, включая защиту общественных ценностей и интересов, торжество социальной справедливости, обеспечение режима законности и эффективного правопорядка.

Однако подобные утверждения сторонников рыночного «фундаментализма», как показано в работе, не выдерживают даже легкого прикосновения критики. Рыночные структуры великолепно приспособлены для реализации частных интересов, но малоэффективны для защиты интересов общественных. Экономическая свобода, лежащая в основе рыночных отношений, сама по себе не гарантирует появление у их участников чувства долга и ответственности. Рыночная экономика не создает сообщества, объединенного общей целью, в интересах которого частные акторы готовы поступиться собственными желаниями и амбициями. Даже если исходить из предположения, что большинство предпринимателей – добропорядочные люди, это не отменяет того факта, что целью любого бизнеса является личное обогащение, а вовсе не общественное благо или защита объединяющих социум ценностей, к числу которых относятся социальная справедливость, прочная законность и гармоничный правопорядок (Р. Даль и др.).

Автор подчеркивает, что в ходе исследования воздействия рыночной экономики на облик правопорядка не стоит преувеличивать ее достоинства и преуменьшать ее недостатки. Рынок порождает особую мотивацию поведения людей. Именно через нее он и оказывает воздействие на правопорядок. Эта мотивация имеет мало общего с прежней этикой, формируя принципиально иные ценностные ориентиры. Новая мораль раскрепощает человека, освобождая его сознание от множества ограничений. Богатство уже не рассматривается как источник вечных мук, выгода больше не является постыдной пользой, а умение делать деньги не только перестает быть главной опасностью, но и, напротив, возводится до уровня первостепенного долга. В современных обществах все отчетливее проявляется феномен «денежного тоталитаризма» (А.А. Зиновьев). Деньги узурпировали роль подлинных ценностей и стремятся выступать в качестве универсального критерия оценки: достижения в области права и политики, науки и образования, медицины и искусства зачастую переводятся в денежное измерение. Финансовый капитал – теперь не просто показатель деловой активности, он ассоциируется в общественном сознании с известностью, влиянием, магическим ощущением власти, в том числе над нравами и законами.

Широкое проникновение рыночной идеологии в сферы общественной жизни, которые прежде считались далекими от холодной расчетливости, отмечается в диссертации, деморализует социум, разрушая нравственные основы правопорядка. Общественные ценности, незыблемость и абсолютность которых ранее не оспаривалась, ставятся под сомнения. Нравственные ограничения становятся менее жесткими, приобретая все в большей степени относительный характер. В этих условиях современный индивид зачастую превращается в расчетливого эгоиста, который не слишком озабочен проблемой выбора средств для достижения собственных целей, а потому легко идет на нарушение существующих морально-правовых запретов.

Другая особенность нынешнего этапа развития рыночных отношений проявляется в радикальном изменении принципов социального взаимодействия. Суть указанных изменений состоит в том, что подвижные, краткосрочные контакты идут на смену длительным связям. В новых условиях даже узы партнерства рассматриваются как вещи, которые следует потреблять, а не производить; они подчиняются тем же критериям оценки, что и другие предметы потребления. Достигнутые договоренности легко нарушаются, как только один из партнеров сочтет для себя более выгодным прервать отношения (З. Бауман, Р. Сеннет и др.). В работе подробно рассматривается эта проблема и специфика ее проявления на уровне различных социальных практик (бизнес, отношения власти и населения и т.д.). Между тем краткосрочная ментальность, как показано в диссертации, «разъедает» доверие и уничтожает социальный капитал, без которых принципиально невозможно формирование эффективного правопорядка в социуме.

Автор обращает особое внимание на то, что любая попытка заменить доверие в социальных отношениях их жесткой правовой регламентацией создает иллюзию правового благополучия, которое может существовать лишь до тех пор, пока эффективно действует система принудительного контроля. Как только внешний контроль ослабевает, поведение субъектов с большой долей вероятности идет в разрез с существующими правовыми правилами и принятыми обязательствами. К тому же чрезмерная юридизация социальных отношений приводит к росту т.н. операционных издержек, своего рода дополнительной пошлины, бремя уплаты которой целиком ложится на общество только по причине того, что в нем слишком широко распространено недоверие (А. Селигмен, Ф. Фукуяма).

Доверие лежит и в основе такого явления, как социальный капитал, который во многом определяет нравственно-правовой климат общества и способность его членов к совместным коллективным действиям. Зарубежный опыт социально-правового регулирования (Италия, постсоциалистические страны и др.) позволяет говорить о существовании определенной закономерности, проявляющейся в том, что наиболее вероятный итог «развития» обществ, в которых наблюдается дефицит социального капитала, – это не политико-правовой и социально-экономический прогресс, а аморальная семейственность и беззаконие, неэффективная власть и экономическая ретардация (Р. Патнэм).



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.