авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Объективное и субъективное в преступлении

-- [ Страница 3 ] --

21. Законодательство и практика знают большое число степеней сочетания (слитности) объективных и субъективных признаков в деяниях нескольких лиц при одном преступлении, чем отражено в нормах о соучастии. Их юридическое закрепление позволит более точно дифференцировать ответственность нескольких лиц, имеющих отношение к одному преступлению, привести в соответствие их социальное значение с юридической формой выражения в законе. В связи с этим предлагается реконструировать гл. 7 УК РФ «Соучастие в преступлении» в общий институт «Стечения преступников в одном преступлении», придав ей более широкое содержание за счет включения таких форм отношения нескольких лиц к одному преступлению, которые не могут рассматриваться как совместные деяния, но находятся в связи и зависимости.

«Глава 7. СТЕЧЕНИЕ ПРЕСТУПНИКОВ В ОДНОМ ПРЕСТУПЛЕНИИ

Статья 32. Понятие стечения преступников в одном преступлении

Стечением преступников признается совершение (исполнение) преступления несколькими лицами, содействие совершению преступления до его начала либо оказание помощи лицу, совершившему его, после окончания преступления.

Лицо признается исполнившим преступление (исполнителем), если оно полностью или частично совершило деяние, предусмотренное в статье Особенной части настоящего Кодекса, координировало действия других исполнителей (руководило ими) либо оказывало им иное содействие в процессе его исполнения.

Статья 33. Формы стечения преступников

Формами стечения преступников являются сопричинение преступления, причастность к преступлению, соучастие в преступлении и прикосновенность к преступлению.

Сопричинение преступления есть его совершение неосторожными действиями двух или более лиц.

Причастностью к преступлению признается организация преступления, подстрекательство к преступлению, пособничество в совершении преступления.

Соучастием в преступлении (групповым) преступлением признается умышленное совместное участие двух или более лиц в исполнении умышленного преступления.

Прикосновенностью к преступлению признается деяние, непосредственно связанное с совершением преступления, но не содействовавшее ему.

Статья 34. Виды причастности к преступлению

1. Организацией совершения преступления и руководством его участниками признается деятельность по подбору участников преступления, распределению ролей в совершении преступления, планирование, материальное обеспечение и другие деяния, создающие условия для его совершения.

Подстрекательством признается склонение другого лица к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или иным способом.

Пособничеством признаются действия, способствующие совершению преступления, то есть советы, указания, предоставление информации, средств или орудий совершения преступления либо устранение препятствий, а также заранее данное обещание скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно заранее данное обещание приобрести или сбыть такие предметы.

Статья 35. Виды соучастия в преступлении

Преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений.

Статья 36. Виды прикосновенности к преступлению

Видами прикосновенности к преступлению являются заранее не обещанные укрывательство преступления, лиц, участвующих в его совершении, орудий и средств совершения преступления, следов преступления или предметов, добытых преступным путем, а также попустительство совершению преступления или недонесение о его подготовке или совершении.

Статья 37. Ответственность при стечении преступников

Сопричинители преступления отвечают в зависимости от степени причиненного ими вреда. Их действия квалифицируется по статье Особенной части настоящего Кодекса, предусматривающей ответственность за совершенное преступление, со ссылкой на часть 2 статьи 33 настоящего Кодекса.

Ответственность соучастников преступления определяется степенью их соорганизованности при исполнении преступления (видом группы), а также характером и степенью фактического участия каждого из соучастников в исполнении преступления.

Действия соучастников квалифицируются по статье Особенной части настоящего Кодекса, а при отсутствии в ней признака соучастия (группы) дополнительно по соответствующей части статьи 34 настоящего Кодекса.

Совершение преступления в соучастии влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом.

Лица, причастные к совершению преступления, несут ответственность по статье Особенной части со ссылкой на соответствующую часть статьи 35 настоящего Кодекса. Их ответственность определяется степенью влияния на действия исполнителя (соучастников) преступления.

Лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество или руководившее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими в случаях, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса.

Другие участники организованной группы или преступного сообщества несут уголовную ответственность за участие в них в случаях, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса.

Создание организованной группы в случаях, не предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса, влечет уголовную ответственность за приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана.

Лица, прикосновенные к преступлению, несут ответственность в случаях, специально предусмотренных законом».

Теоретическое и практическое значение работы определяется следующим. Выводы о соотношении объективных и субъективных признаков преступления объясняют возникшие в теории уголовного права разногласия по принципиальным вопросам уголовной ответственности и характеристике основных уголовно-правовых институтов, в определенной мере снимают эти противоречия и способствуют более четкому уяснению преступления и его границ.

Выводы и предложения диссертанта могут быть использованы: а) при дальней­шем совершенствовании уголовного законодательства; б) при подготовке пос­тановлений Пленума Верховного Суда РФ, посвященных вопросам преступ­ления, вины, соучастия в преступлении, добровольного отказа от преступления; в) в научном толковании признаков преступления и наиболее распространенных его форм; г) в учебном процессе по курсу Общей части уголовного права и спецкурсам «Теоретические основы квалификации преступлений», «Судейское усмотрение», «Актуальные проблемы Общей части УК РФ» и др.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина, где проводилось ее рецензирование и обсуждение.

Основные положения диссертации и выводы нашли отражение в 52 научных публикациях, в том числе в двенадцати работах, опубликованных в изданиях, рекомендованных ВАК, трех монографиях, докладывались в выступлениях на научных и научно-практических конференциях: международных (Челябинск, 1999 и 2000 гг.; Москва, 2002, 2004, 2005, 2006, 2007, 2009, 2010 и 2011 гг.; Саратов, 2004 г.; Омск, 2004 г., 2005; Оренбург, 2003 г.); всероссийских (Екатеринбург, 1999 г.; Оренбург, 2000 г.; Курск, 2005 г.); межвузовских (Оренбург, 2000 г.); на заседании комиссии законодательных предположений Оренбургской области (Оренбург, 2001 год), на заседании научно-консультативного Совета при Оренбургском областном суде (Оренбург, 2003 г.).

Научные разработки автора внедрены в научно-исследовательскую и преподавательскую деятельность МГЮА им. О.Е. Кутафина, Оренбургского аграрного университета, Оренбургского государственного университета, других учебных заведений.

Структура диссертации определяется целями и задачами исследования. Работа состоит из введения, четырех глав, тринадцати параграфов, заключения, библиографического списка.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, формули­руются задачи и цели, методологические и теоретические основы исследова­ния, раскрывается его научная новизна и значимость, положения, выносимые на защиту, приведены сведения об апробации и внедрении результатов исследования.

Глава первая «Методологические основы установления объективных и субъективных признаков преступления» содержит шесть параграфов.

В первом параграфе «Онтологическая и гносеологическая характеристики объективного субъек­тивного» рассматриваются смысловые значения и содержание понятий «объективного» и «субъективного», придаваемые им в научной литературе и в уголовном праве, приводится их соотно­шение. Указанные понятия раскрываются в двух основных направлениях, используемых в науке, – в онтологическом (предметном) и гносеологическом (познавательном).

В процессе уголовно-правового исследования и квалификации преступления разделяются все его элементы и признаки, отраженные в законода­тельной характеристике, на две большие группы, соответствующие по названию, а в значительной мере и по содержанию категориям объективного и субъективного в предметном смысле. Одновременно такой подход реализует и их познавательную функцию, позволяет поэтапно производить узнавание и сличение элементов и законодательных признаков преступления.

Вместе с тем отмечается необходимость разделения объективного и субъективного по уровню их обобщения и подуровню в зависимости от задач исследования. Наиболее целесообразно рассмотрение объективного и субъективного на трех уровнях: 1) в преступлении вообще как законодательной конструкции; 2) в составе преступления и наиболее распространенных специфических формах его выражения (предварительной преступной деятельности и соучастии); 3) в единичном преступлении.

Каждый из указанных уровней включает подуровни объективного и субъективного (степени приоритетности первого, второго, третьего и т.д. порядка) исходя из задач исследования и реального содержания объективных и субъективных компонентов.

В зависимости от предметного или познавательного использования содержание категорий объективного и субъектив­ного будет изменяться, может происходить их «взаимопереливание», что весьма важно учитывать как в научном исследовании, так и в процессе практического применения уголовного закона.

Во втором параграфе «Структура, содержание и основные свойства субъективной реальности» характеризуются внутреннее строение и основное качество предметной основы субъективного.

Во внутреннем строении субъективной реальности выделяются две не­сущие конструкции, обозначаемые как «Я» и «не – Я». «Я» олицетворяет персональность субъективной реальности, ее принадлежность конкретному лицу и проявляется в ощущении, осознании самого себя. «Не – Я» образует то, что находится за пределами «Я», но отражается им.

Содержательный параметр субъективной реальности представляет отражение чего-либо. Не может быть субъективной реальности вне процесса отра­жения. Важно отметить, что психическая деятельность целостна. Выделяемые в ней структурные элементы являются логическими конструкциями, способами познания ее функций. Сознание и воля едины. Их различение обусловлено внутренней (интеллект) и внешней (воля) направленностью сознания.

Структурное деление «Я» – «не – Я» полностью воспроизводится и в нау­ке уголовного права. Оно выражено в сторонах (элементах) состава преступления – в субъективной стороне и частично в субъекте («Я»), объекте и объективной сто­роне и частично в субъекте («не – Я»).

Субъективная реальность охватывает как знания, так и переживаемые состояния (страдания, тревога и т.п.). Она включает также неосознаваемую психическую деятельность (установку, привычки, интуицию и др.). Методологически неверно противопоставлять сознание и неосознаваемую психическую деятельность. Последнее, как и сознание, выполняет регулятивную функцию и дополняет сознание, а не противостоит ему. Ошибочно смешивать неосознаваемую психическую деятельность и неизвестное, незнание, которые не являются предметом психической деятельности лица вообще.

В третьем параграфе «Понятийная природа категорий объективного и субъективного» иссле­дуются происхождение и структура понятий «объективного» и «субъективного». Как и любые понятия, «объективное» и «субъективное» являются абстракциями со всеми свойственными им достоинствами и недостатками. Поэтому крайне важно в уголовно-правовом исследовании избрать тот угол зрения на предмет, который соответствует его целям и задачам, определить весомость неизбежных при данном методе потерь. К примеру, при юридической оценке со­вершенного деяния не следует забывать, что в силу своей единичности, ин­дивидуальности и неповторимости оно никогда не может совпасть полностью, быть идентичным и тождественным в буквальном смысле обобщенной модели (составу) пре­ступления, представленному в законодательстве. Оно может соответствовать ему только в определенных частях.

В этой связи представляется неточной характеристика квалификации преступления как установления тождества между общественно опасным деянием и признаками состава преступления. Тождество в этом смысле достаточно условное понятие. Более правильно говорить о соответствии деяния признакам состава преступления.

В четвертом параграфе «Речевая (лингвистическая) и смысло­вые основы понятия объективного и субъективного» рассматриваются роль и значение словесного (знакового) закреп­ления понятий объективного и субъективного, его влияние на пределы обозначаемого явления, подчерки­вается необходимость четкого разграничения предмета, его образа, поня­тия (смысла) и слова, смешение которых может искажать представ­ление о преступлении, характеризующемся в законе, приводятся типичные примеры таких случаев. Например, при раскрытии небрежности в теории ее положительная словесно-понятийная характеристика нередко необоснованно переносится на реальность, которая отрицается в ней («не предвидел» и т.п.).

В пятом параграфе «Объективное и субъективное как логические категории» раскрываются категориальные формы объективного и субъективного – необходимость и случайность, причина и следствие, возможность и дейст­вительность. Подчеркивается, что категории в отличие от других понятий, отражающих явление как бы в остановленном, «застывшем» виде, позволяют увидеть его в двуединстве покоя и движения.

В уголовно-правовой науке они служат средством обнаружения тех или иных признаков преступления, а в некоторых случаях и сами выступают в качестве признаков (например, «угроза причинения существенного вреда» в ст. 247 УК РФ выражает реальную возможность).

В шестом параграфе «Нерациональные компоненты объективного и субъективного» исследуются роль и значение нелогического, чувственного освоения действительности как определенной формы субъективности при совершении преступления и его оценке. Логический метод исследования, несмотря на всю его важность, имеет определенные ограничения; его условием являет­ся сравнимость явлений, несомненность знания о них, их структурная раз­ложимость на разрозненные элементы и др. Однако в реальной жизни, в том числе в уголовно-правовой сфере, приходится сталкиваться с явлениями, не соответствующими этим условиям. В таких случаях логический метод не дает даже приблизительного знания и становится неприменимым. Справедливость, совесть, стыд, вера не поддаются чисто логическому определению. Эти состояния являются сугубо индивидуальными и исключительно субъектив­ными переживаниями. Однако нередко именно они скрепляют разрывы в ло­гических цепях при установлении преступления. Часто при доказывании тех или иных обстоятельств в уго­ловных делах имеют место противоречия, преодолеть которые возможно только нерациональным способом, например приня­тием на веру одного из них. В силу этого всякая оценка, в том числе юридическая, содержит неизбежно существенную долю неустранимой субъективности. Данное обстоятельство следует учитывать и в плане его представленности в механизме поведения лица, совершившего общественно опасное деяние, повлекшее вред. Определение субъективной направлен­ности поведения человека, степени отражения в его сознании тех или иных обстоятельств, самооценка своего поведения с трудом поддаются уяснению.

Вторая глава «Объективная сторона преступления» объединяет два параграфа.

В первом параграфе «Понятие объективной стороны преступления» рассматривается внешняя сторона акта преступного поведения. Обращается внимание, что в реальном поступке объективная сторона представляет неразделимое единство с субъективной стороной, а их расчле­нение допустимо только как познавательный прием, облегчающий установление и сличение акта поведения с его законодательной моделью. В юридичес­кой литературе допускается непоследовательность в использовании данного приема, осложняющая уяснение и оценку преступления. Так, с одной стороны, признается необходимость разделения пре­ступления на две составляющие (объективную и субъективную стороны), а с другой – производится их смешение. Это видно на примере от­несения к числу объективных признаков деяния воли и сознания лица, совер­шающего преступление. При таком подходе объективная и субъективная стороны преступления сливаются, обесценивая сам прием их разделения, затрудняя соответственно и оценку преступления, поэтому деяние как признак объективной стороны состава преступления не может включать психическую деятельность лица, действие (бездействие) которого находит в ней отражение, а определение содержать ее характеристику.

Вместе с тем вывод о наличии преступления, включая деяние (в узком смысле слова), не может быть сделан только на основе фиксации элементов преступления, отраженных в составе; любое элементарно расчлененное явление утрачивает свою сущность. Констатация отдельных элементов преступления не есть фиксация реального преступления. Вывод о его наличии будет правомерным только при условии обнаружения в способе соединения этих элементов сущности (идеи) преступления, выраженной в его обобщающем понятии как целостности, каковой является общественная опасность.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.