авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

Защита интересов семьи в бракоразводном процессе

-- [ Страница 2 ] --

9) Первое предложение ч. 3 ст. 134 ГПК изложить в редакции: «Отказ в принятии искового заявления препятствует повторному обращению заявителя в суд с иском к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом».

10) Ст. 221 ГПК сформулировать следующим образом: «Производство по делу прекращается определением, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается за исключением случаев, специально предусмотренных федеральным законом».

11) Поскольку диссертант полагает, что нельзя считать норму ч. 3 ст. 196 ГПК РФ общей по отношению к п. 2 ст. 24 СК РФ, и последнюю следует рассматривать не просто как специальную норму, а норму-исключение, вступающую в противоречие с правилами ст. 4 ГПК РФ, предлагается дополнить ст. 151 ГПК РФ ч. 5 следующего содержания: «5. В случаях, предусмотренных федеральным законом, суд вправе инициировать рассмотрение совместно с заявленным требованием иных связанных с ним вопросов, даже если сторонами не заявлено соответствующее требование». Одновременно дополнить ст. 196 ГПК РФ ч. 4 следующего содержания: «4. В случаях, предусмотренных федеральным законом, суд по собственной инициативе принимает решение по требованиям, которые не были заявлены истцом, но связаны с основным требованием».

12) Внести в п. 1 ч. 1 ст. 201 ГПК РФ (Дополнительное решение суда) следующее дополнение: "1) по какому-либо требованию, по которому лица, участвующие в деле, представляли доказательства и давали объяснения, а также по вопросу, который суд обязан был разрешить в соответствии с требованием закона, не было принято решение суда".

Теоретическое и практическое значение исследования. В работе содержатся конкретные предложения по совершенствованию семейного и гражданско-про­цессуального законодательства в целях приведения в соответствие общих и специальных процессуальных норм и оптимизации защиты интересов семьи. Выводы, содержащиеся в диссертации, могут быть полезны в пра­воприменительной практике, а также использоваться при преподавании и изучении кур­сов семейного права и гражданского процесса и спецкурса «Защита семей­ных прав».

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена и обсуждена на кафедре гражданского права и процесса Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Тема исследования прошла апробацию на конференциях молодых ученых и аспирантов ЯрГУ в 2006 и 2007 г.г. Результаты исследования отражены также в опубликованных научных статьях, а также используются при преподавании курсов семейного права и гражданского процесса названного университета.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, объе­диняющих семь параграфов, заключения, списков использованных норма­тивных актов и литературы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы диссертации, ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость, определяется методологическая основа, цели и задачи исследования, формулируются положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Интересы семьи объект охраны и защиты семейного и гражданско-процессуального законодательства» посвящена анализу понятий семьи, интересов семьи, защиты прав и интересов, состоит из двух параграфов.

В § 1.1 «Интересы семьи: понятие, взаимодействие частных и публичных начал» раскрывается понятие интереса как социальной и правовой категории, анализируются различные определения этого понятия в философии, социологии, психологии, юриспруденции. Обобщив все существенные признаки интереса, диссертант определяет его как стремление социального субъекта (личности, социальной группы, класса, общества в целом, государства), возникающее в определенной социальной среде и служащее мотивом, целью, регулятором деятельности данного субъекта, к обладанию определенным благом, представляющим для него ценность.

Публичные и частные интересы как социальные категории находятся по отношению друг к другу в состоянии единства и противоречия; между ними нет субординации, поскольку они равноценны (И.А. Покровский, Д.Н. Горшунов). Целью правового государства должно быть обеспечение баланса частных и публичных интересов. Однако в семейном праве соотношение частного и публичного интересов характеризуется понятием не «баланс», а «гармония» (О.Ю. Ильина, Н.Н. Тарусина), что предполагает состояние соответствия, слаженности. Причем в определенных случаях, когда публичные начала обеспечивают особенно социально значимые интересы, они доминируют над частными (отношение субординации).

Рассматривая интерес как правовую категорию, диссертант отмечает, что интерес и право тесно взаимосвязаны: право является одним из наиболее важных средств осуществления и защиты интересов, а интерес – предпосылкой возникновения, изменения, прекращения, правоотношений, побудительным мотивом для осуществления и защиты субъективного права, а также – элементом его содержания (Г.Ф. Шершеневич, О.С. Иоффе, В.П. Грибанов, Р.Е. Гукасян). Интерес как правовая категория неоднозначен. Наиболее типичным и общественно значимым интересам предоставлена правовая охрана, как опосредованная (через наделение носителя интереса субъективным регулятивным правом), так и непосредственная. В зависимости от уровня и характера «закрепления» интереса в праве, в юридической науке различают несколько видов правовых (юридических) интересов: законный интерес, охраняемый законом интерес, юридически значимый интерес, процессуальный интерес.

В семейном праве по сравнению с другими отраслями частного права (например, с гражданским) публичные интересы имеют особенно существенное значение, что обусловлено важной ролью института семьи в жизни общества. Публичные интересы в семейно-правовой сфере (интересы общества, государства, семьи как социального института) заключаются в укреплении и развитии института семьи, в выполнении семьей ее социальных функций, в возможности государства осуществлять контроль за особо значимыми для общества семейными отношениями (Е.М. Ворожейкин, О.Ю. Ильина, О.Ю. Косова, В.А. Рясенцев, Н.Н. Тарусина и др.). К частным интересам относятся интересы семьи как малой социальной группы и интересы отдельных членов семьи (супругов, родителей, детей, других членов семьи).

Понятие «интересы семьи» двойственно: с одной стороны, это интересы семьи как социального института (публичные), с другой – интересы семьи как малой социальной группы (частные). Семья как группа лиц не является субъектом правоотношений, поэтому принято считать, что ее интересы защищаются опосредованно, через защиту интересов отдельных членов семьи, а само понятие защиты семьи означает охрану ее как социального института. Однако в семейном и гражданском законодательстве в отдельных случаях закреплены именно интересы семьи, а не отдельных участников правоотношений (п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 31, п.2 ст. 39, п. 2 ст. 45 СК РФ, п. 1 ст. 30 ГК РФ). В этих нормах установлены определенные обязанности членов семьи, государства, неопределенного круга лиц перед семьей, а в некоторых случаях – и ответственность за их нарушение. Это позволяет сделать вывод, что интересы семьи существуют не только как социальная категория, но и как «законные интересы». Поэтому мы согласны с Ю.А. Королевым и А.М. Нечаевой в том, что некоторые признаки правосубъектности семьи в действующем законодательстве присутствуют и должны получить дальнейшее развитие. Соответственно, в этой связи, мы не разделяем точку зрения О.Ю. Ильиной, рассматривающей семью в семейном праве и законодательстве как фикцию, т.е. «…заведомо несуществующее явление, которое объявляется существующим и приобретает обязательный характер в силу закрепления его в правовой норме».3

Взаимодействие частных и публичных начал в семейно-правовом регулировании обусловлено сочетанием частных и публичных интересов. На уровне семейно-правовых отношений оно проявляется в отклонении от принципов равенства, имущественной самостоятельности и автономии воли субъектов правоотношений, на уровне метода правового регулирования – в сочетании диспозитивности и императивности. Императивный метод правового регулирования связан, с одной стороны, с влиянием публичного интереса, присутствующего в правоотношении, с другой стороны – со специфическим неравенством субъектов семейных правоотношений и необходимостью защиты более слабой стороны - несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи (алиментные обязательства, защита прав и интересов детей, ответственность за их нарушение, формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей), а также – в нормах, предусматривающих обязательную регистрацию актов семейного состояния. «Интересы ребенка» - одно из ключевых понятий семейного законодательства - рассматривается в работе с точки зрения взаимодействия публичных и частных интересов (О.Ю. Ильина).

В § 1.2 «Охрана и защита интересов семьи: понятие, формы, способы» автор анализирует понятия правовой охраны, защиты субъективных гражданских и семейных прав и интересов, защиты семьи, форм и способов защиты субъективных прав и интересов (А.

П. Вершинин, М.К. Воробьев, В.П. Грибанов, П.Ф. Елисейкин, Д.М. Чечот и др.). В науке традиционно различаются понятия «правовая охрана» и «правовая защита». Несмотря на многообразие позиций, представляется возможным обозначить наиболее общий подход, который заключается в том, что понятие правовой охраны и правовой защиты соотносятся как более широкое и более узкое, как часть и целое (Г.П. Арефьев, А.П. Сергеев, и др.). Под правовой охраной мы понимаем деятельность государства по реализации мер правового характера, с помощью которых обеспечивается как развитие правоотношений в их нормальном, ненарушенном состоянии, так и восстановление нарушенных или оспоренных прав и интересов. Защита гражданских прав – это деятельность управомоченных субъектов (участников гражданского оборота или компетентных органов) по применению предусмотренных законом мер, направленных на восстановление или признание нарушенных или оспариваемых прав, на устранение препятствий в осуществлении охраняемых законом интересов. Поскольку законодатель в Конституции РФ, СК РФ и др. применяет понятие государственной защиты семьи в более широком смысле, предлагаем также включать в него и реализацию мер, направленных на охрану семьи как социального института (понятие защиты в широком смысле), и защиту прав и интересов субъектов семейных правоотношений (понятие защиты в узком смысле) (Ю.А. Королев).

Особенность защиты субъективных семейных прав заключается в том, что законом предусмотрены только юрисдикционные формы защиты. Это связано с тем, что государство в лице законодателя не способно урегулировать все отношения, возникающие в кругу семьи, и не стремится это сделать. Таким образом, не придается правового значения локальным процедурам урегулирования семейных конфликтов, хотя, безусловно, фактически они существуют. Вместе с тем, к регулированию социально важных, значимых отношений государство проявляет повышенное внимание, поэтому защите семейных прав и законных интересов придается особое значение: они осуществляются под контролем государства в юрисдикционных формах – судебной и административной. Однако автор полагает, что неюрисдикционные формы защиты семейных прав допускаются в силу диспозитивности семейного права там, где императивно не установлен исключительно юрисдикционный порядок.

В семейном законодательстве отсутствует перечень общих способов защиты семейных прав и охраняемых законом интересов, аналогичный перечню ст. 12 ГК РФ; все семейно-правовые способы защиты устанавливаются нормами отдельных институтов семейного права. Диссертант считает возможным применение ст. 12 ГК РФ к семейным правоотношениям в части, не урегулированной семейным законодательством и не противоречащей существу семейных правоотношений, однако полагает необходимым предусмотреть перечень общих способов защиты субъективных семейных прав и интересов в СК РФ.

Глава 2 «Право на расторжение брака и проблемы подведомственности и подсудности бракоразводных дел» посвящена раскрытию природы и сущности права на расторжение брака и характеристике институтов подведомственности и подсудности бракоразводных дел в контексте реализации задачи защиты интересов семьи.

В § 2.1 «Природа и сущность права на расторжение брака» предпринята попытка раскрыть сущность права на развод, составляющего основу содержания бракоразводного правоотношения и предмет судебного осуществления. Относительно права на развод в науке нет единого мнения. Некоторые ученые считают его охранительным субъективным правом (Е.А. Крашенинников), другие – регулятивным правомочием брачного правоотношения (Ж.Н. Машутина, Л.И. Анисимова, С.А. Иванова), некоторые же вообще отрицают существование такого субъективного права (С.М. Пелевин). Диссертант рассматривает право на расторжение брака в контексте механизма защиты субъективных прав и интересов.4

В результате сравнительного анализа бракоразводного правоотношения с семейным правоотношением регулятивного типа автор приходит к выводу, что бракоразводное правоотношение не имеет признаков регулятивного и является по своей природе охранительным правоотношением, даже если основанием его возникновения были объективные обстоятельства, а не виновные действия одного из супругов. Поскольку право на расторжение брака входит в содержание охранительного правоотношения, это субъективное охранительное право. Право на раздел имущества, право на алименты, сопутствующие бракоразводному правоотношению, также являются субъективными охранительными правами.

Автор приходит к выводу, что бракоразводный процесс направлен на защиту не только частных интересов субъектов права на развод, но и иных интересов, в том числе – интересов семьи как специфического субъекта семейного права. Именно поэтому расторжение брака осуществляется и, на наш взгляд, должно осуществляться только в юрисдикционных формах.

§ 2.2 «Реализация задачи защиты интересов семьи в институтах подведомственности и подсудности бракоразводных дел» посвящен анализу двух юрисдикционных форм расторжения брака: административной и судебной, которые представляются результатом гармоничного сочетания частных и публичных интересов в семейно-правовом регулировании. Автор формулирует понятие подведомственности, опираясь на труды Ю.К. Осипова и П.Ф. Елисейкина; проводит анализ исторического развития института подведомственности бракоразводных дел, раскрывает содержание научной дискуссии между сторонниками судебного и административного порядка развода. По мнению диссертанта, законодательство должно развиваться не по пути отказа от той или иной процедуры, а по пути их гибкого сочетания и совершенствования. В работе раскрываются два основных критерия подведомственности бракоразводных дел суду: наличие спора о разводе и наличие у супругов общих несовершеннолетних детей. Автор присоединяется к мнению О.А. Кабышева о том, что супруги, имеющие несовершеннолетних детей, которые до наступления совершеннолетия приобрели полную дееспособность (вступление в брак, эмансипация), должны иметь право на расторжение брака в органе ЗАГСа, но полагает необходимым внести соответствующее изменение в п.1 ст. 19 СК РФ, дополнив его фразой следующего содержания: «…а также имеющих детей, которые в соответствии с гражданским законодательством РФ приобрели полную дееспособность до достижения совершеннолетия…».

В данном параграфе также рассматриваются правила подсудности дел о расторжении брака. Обращается внимание на неопределенность и противоречивость норм п. 2 и п. 4 ч. 1 ст. 123 ГПК РФ, из содержания которых не ясно, какие споры о детях являются препятствием для подсудности дела о разводе мировому судье: все или только те, которые предусмотрены ст. 24 СК РФ, то есть споры о месте проживания и алиментировании несовершеннолетних детей после развода? Кроме того, автор выражает сомнение по поводу целесообразности передачи дел о разводе в компетенцию мировых судей. Проведя сравнительный анализ процессуального законодательства зарубежных стран, диссертант отмечает тенденцию к судебной специализации семейных дел. Анализ российского законодательства и практики судебных участков мировых судей и районных судов г. Ярославля и Ярославской области, напротив, показывает, что рассмотрение дел о разводе мировыми судьями приводит к формальному подходу, игнорированию требований ст. 24 СК, к унификации вместо желаемой специализации (мировыми судьями рассматривается огромное количество гражданских, административных, уголовных дел самых различных категорий, в числе которых бракоразводные дела занимают незначительное место). Поскольку создание семейных судов в настоящее время не представляется возможным, автор работы поддерживает предлагаемую многими учеными идею специализации судей, которая возможна только в районных (городских) судах.

В главе 3 «Гражданско-процессуальная форма защиты семейных интересов в бракоразводном процессе» автор исследует основные элементы гражданско-процессуаль­ной формы расторжения брака в контексте защиты семейных интересов. Глава состоит из трех параграфов.

В § 3.1 «Обеспечение интересов семьи в стадии возбуждения дела и подготовки к судебному разбирательству» анализируются общие и специальные нормы, регламентирующие порядок предъявления иска о расторжении брака и подготовки дела к разбирательству. Автор дает характеристику субъектов права на предъявление иска, отмечая, что их круг строго ограничен специальными нормами. Обращается внимание на то, что императивный запрет ст. 17 СК РФ, во-первых, не согласуется с общими нормами ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, устанавливающими ограничения права на предъявление иска, во-вторых, как справедливо отмечают О.Ю. Ильина, Н.Н. Тарусина и др. ученые, жесткий императив, установленный в целях защиты интересов матери и ребенка, нарушает интересы мужа, не являющегося отцом ребенка. Предлагается внести в ст. 17 СК РФ, ч. 1 и 3 ст. 134 и ст. 221 ГПК РФ соответствующие изменения (см. п.п. 7-10 п. 11 положений, выносимых на защиту).

Диссертант обращает внимание на нестыковку норм ч. 1 ст. 45 ГПК РФ и п. 2 ст. 16 СК РФ и поддерживает позицию М.С. Шакарян, Н.М. Костровой, Н.Н. Тарусиной и др. ученых, полагающих, что право на предъявление иска должно принадлежать прокурору в исключительных случаях, например, «…когда первый супруг является опекуном второго супруга, и наступает конфликт интересов».5 Кроме того, автор обосновывает необходимость обязательного участия в деле органа опеки и попечительства, если иск предъявлен в интересах недееспособного супруга.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.