авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Евразийская идеократия и государственно-правовое учение в.с. соловьёва

-- [ Страница 2 ] --

1. Раскол нового эмигрантского интеллектуального течения оказался предопределённым по той причине, что философия всеединства, использованная Л.П. Карсавиным для обоснования идейной платформы евразийства, по своему содержанию и в силу глубинной связи с христианством не могла быть логически непротиворечиво согласована с теорией автаркических государств, территории которых представляли собой замкнутые в географическом и культурном понимании месторазвития.

2. Противоречие между философией всеединства и принципом автаркии не позволило евразийцам сформулировать положительную государственную идеологию в качестве альтернативы коммунистической и привело к тому, что проект гарантийного государства («подлинной» евразийской идеократии) может оцениваться только как не содержавший в себе никаких гарантий от превращения в новую форму тоталитаризма.

3. Государственно-правовой проект евразийцев имел в своей основе, как минимум, два теоретически не сочетаемых идеала - «государство правды» и гарантийное государство, раздельное рассмотрение которых позволяет ответить на вопрос о причинах различий в критическом восприятии упомянутой части наследия русской эмиграции.

4. Процесс политизации движения, характерный для второго периода истории евразийства (1925-1929 гг.), послужил причиной того, что концепция «государства правды», разработанная М.В. Шахматовым на основе анализа летописей и иных памятников древнерусской литературы, осталась невостребованной при построении теории идеократии, выполненном Н.С. Трубецким, Л.П. Карсавиным и Н.Н. Алексеевым.

5. Исследование вопросов сочетания монархии и христианства, а также формулирование государственного идеала русского народа посредством обращения к требованиям бунтовавших казаков и сектантов, осуществлённые Н.Н. Алексеевым с целью объяснения отказа евразийцев от дальнейшего теоретического развития доктрины российского монархического государства ввиду её исчерпанности, в действительности не содержали в себе никаких доказательств этого, а стремление к разработке теории идеократического государства объяснялось только сложившейся в Европе к концу двадцатых годов прошлого столетия ситуацией, вызвавшей к жизни фашистский и нацистский государственные режимы.

6. Создавший евразийское правопонимание Н.Н. Алексеев поставил себе задачу разграничить право и нравственность, решая которую, он утратил критерий оценки позитивного права конкретного государства, а именно это представляется наиболее важным для теории правового государства независимо от того, на каких традициях – западноевропейских или самобытных евразийских – она основывается.

7. Идеал свободной общинности В.С. Соловьёва имеет много общего с евразийским государственным проектом, но при этом не содержит в себе противоречий свойственных последнему, поэтому может быть использован для возрождения русской государственности и построения альтернативной модели российского правового государства, соответствующей отечественным историческим и культурным традициям.

Теоретическое значение исследования определяется тем, что сформулированные в нём положения и выводы расширяют и уточняют объём научной информации об истоках и истории российских государственно-правовых учений. Полученные в работе результаты способствуют более полному восприятию и объективной оценке интеллектуального наследия русской эмиграции, включению его в общую историю отечественной государственно-правовой мысли.

Практическая применимость результатов исследования объясняется возможностью их использования в процессе преподавания таких учебных дисциплин, как «Русская философия права», «История правовых и политических учений», «Теория государства и права» и «Отечественная история». Материалы диссертации могут быть использованы при написании курсовых и дипломных работ, учебных пособий.

Апробация и внедрение результатов исследования. Главные положения данной работы нашли своё отражение в научных статьях и выступлениях автора на Всероссийских научно-практических конференциях «Инновации в государстве и праве России» (г. Нижний Новгород, 19-20 апреля 2007 года и 29-30 апреля 2008 года) и Международной научно-практической конференции «Проблемы модернизации российского общества: социокультурные, правовые, экономические, экологические аспекты» (Нижний Новгород, 20 апреля 2006 года). Теоретические положения и выводы этой диссертации используются в научно-исследовательской и педагогической деятельности сотрудников соответствующих кафедр Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского и Нижегородского филиала Государственного университета – Высшая Школа Экономики, что подтверждается актами о внедрении.

Структура диссертационного исследования предопределяется целью, объектом и предметом исследования. Диссертация состоит из введения, трёх глав, заключения и библиографического списка.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и степень научной разработанности темы, определяются объект, предмет и цель исследования, формулируются его задачи, положения, выносимые на защиту; выявляются методологическая и теоретическая основы исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая применимость; раскрываются возможности внедрения полученных в процессе научной работы результатов.

Первая глава диссертации «Евразийство: история и теория» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «История и общие замечания по теории евразийства» изложены главные положения евразийской идеологии, проанализированы взгляды философов, историков и других учёных, повлиявших на формирование теоретической основы движения, приведена его периодизация, раскрыта организационная структура.

Работу Н.С. Трубецкого «Европа и человечество», увидевшую свет в 1920 году в Софии, традиционно считают исходным пунктом всего евразийства. В 1921 году выходит первый евразийский сборник статей, получивший название «Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Книга первая» Так евразийской группе удалось заявить о своём рождении и обратить на себя внимание в эмигрантской среде. Далее последовали печатавшиеся уже в Берлине сборники: «На путях. Утверждение евразийцев. Книга вторая» (1922), «Россия и латинство» (1923) и три книги «Евразийского временника» (изданные в 1923, 1925 и 1927 гг., последняя вышла в свет уже в Париже. С 1923 года у движения появилось и собственное издательство.

Среди авторов, чьи статьи в это время часто появляются в евразийских журналах и сборниках, были Н.С. Трубецкой, П.Н. Савицкий, Н.Н. Алексеев, П.П. Сувчинский, Г.В. Флоровский, Л.П. Карсавин, Г.В. Вернадский, В.Н. Ильин, П.М. Бицилли, М.В. Шахматов, В.П. Никитин и Д.П. Святополк-Мирский.

Характерно, что в первый период своего существования (1921-1925 гг.) евразийская группа не имела сколь-нибудь продуманной системы идей. Молодых эмигрантов, составивших впоследствии основное ядро всего движения, объединяло только общее мироощущение. Г.В. Флоровский – один из самых активных членов группы на первом этапе – полагал, что наиболее эффективно вести борьбу с большевизмом можно, только восстановив иерархию подлинных духовных ценностей. В первую очередь требуется со всей очевидностью доказать убогость пролетарской культуры, и эта задача важнее хозяйственного возрождения и реформирования государственных институтов. Для скорого исполнения задуманного необходимо изначально отказаться от любой разновидности рационализма и позитивизма, отвергнуть любые попытки догматизации. Центральное место в процессе культурного возрождения может принадлежать только свободному человеку, чей творческий гений не подавляется государством и обществом.

Во второй период (с 1925 по 1929 годы) евразийство становится всё более политизированным. Это явилось одной из причин того, что Г.В. Флоровский покинул своих недавних единомышленников, за чем последовала публикация полной разочарования статьи «Евразийский соблазн», а его место в группе занял Л.П. Карсавин.

На протяжении нескольких лет (с 1925 по 1928 гг.) были опубликованы 10 выпусков «Евразийских хроник», 11-ый увидел свет только в 1935 году, а последний – в 1937. В 1928-29 гг. выходила газета «Евразия» (всего 35 номеров), в 1929 году в Праге появился «Евразийский сборник». В Париже с 1934 года (в течение двух лет) были напечатаны шесть выпусков «Евразийских тетрадей». Ряд авторов, принадлежавших к движению, сотрудничали и с журналом «Путь», издателем которого был Н.А. Бердяев. Князь Д.П. Святополк-Мирский, П.П. Сувчинский и С.Я. Эфрон помогали публикации литературного журнала «Вёрсты». В двадцатые годы часто проводились различные встречи и конференции, в рамках которых значительное число людей познакомилось с евразийством.

Третий период в истории движения начался с его раскола в 1928-29 годах на «правых» (наиболее видные представители – П.Н. Савицкий, Н.Н. Алексеев, Н.С. Трубецкой и др.) и «левых» (Л.П. Карсавин, Д.П. Святополк-Мирский, П.П. Сувчинский, С.Я Эфрон). «Левые» евразийцы обосновались в пригороде Парижа – Кламаре. Нарастание внутренних противоречий ознаменовалось началом издания газеты «Евразия», на страницах которой можно было познакомиться с официальными новостями СССР, здесь также печатались статьи следующего поколения евразийцев, занимавших просоветскую позицию. В 1928 году П.Н. Савицкий, Н.Н. Алексеев и В.Н. Ильин заявили, что газета «Евразия» больше не может считаться евразийским изданием, чуть позже об этом же сообщил и Н.С. Трубецкой.

Раскол ослабил движение. Попытка организации сети евразийских кружков в Германии потерпела крах в тридцатые годы из-за прихода к власти Гитлера. Г.В. Вернадский, Р.О. Якобсон, Г.В. Флоровский покинули Европу и переселились в США. До начала Второй мировой войны только один П.Н. Савицкий в Праге продолжал поддерживать существование последней группы евразийцев, но после смерти в 1938 году Н.С. Трубецкого и возвращения многих прежних сторонников в СССР некогда популярное в эмигрантской среде движение окончательно перестало существовать.

Несмотря на то, что евразийская группа так и не оформилась в политическую партию, всё же некоторой организационной структурой она обладала. П.П. Сувчинский П.Н. Савицкий, Н.С. Трубецкой, П.Н. Малевский-Малевич и П.С. Арапов входили в состав руководящего центра движения – Совета евразийской организации или «Совета пяти». В период сотрудничества (до конца 1925 года) с монархической организацией, носившей название «Трест», действовал ещё один орган – «Совет семи», куда, кроме евразийцев, входили А.А. Ланговой и офицер-монархист Артамонов (резидент «Треста» в Польше). Впоследствии подозрения лидеров движения в отношении А.А. Лангового подтвердились: он оказался агентом ОГПУ. В 1926 году в Праге прошёл съезд членов Совета, на котором был избран исполнительный орган евразийского движения – Политическое бюро.

Среди учёных и общественных деятелей, повлиявших на формирование евразийских представлений, следует отметить монаха Филофея, старца Нила Сорского, М.Л. Магницкого, славянофилов, Н.Я. Данилевского, К.Н. Леонтьева.

В евразийской группе на короткое время сумели объединиться учёные, специализировавшиеся в различных областях гуманитарного знания, что должно было способствовать созданию концепции, внутри которой органически соединились бы достижения географии, истории, культурологии, этнографии, экономики, языкознания, теории государства и права.

Исходным пунктом всех евразийских построений явилось положение о существовании особого материка – «Евразии», основное пространство которого занимает Россия. Само выделение этого «срединного материка» не выглядит надуманным, а обосновывается характером рельефа местности, своеобразием климатических условий, то есть чисто географически. Зарождение любой культуры в пределах Евразии обеспечивает её уникальность и своеобразие исторического развития.

Определяющим для судьбы народа является его существование в рамках некоторого географического пространства, получившего в теории евразийства наименование «месторазвитие». Само по себе месторазвитие обусловливает даже психический склад людей, проживающих в границах определённой территории. Это положение применимо ко всем культурам и государствам, в том числе и западноевропейским, также обладающим своим специфическим месторазвитием. Выдвинув тезис о системе замкнутых и самодостаточных (автаркических) миров как особой форме организации международного хозяйства, молодые учёные полагали, что Евразия представляет собой именно автаркию.

Одних экономических связей недостаточно для того, чтобы считать некую географическую область автаркией – необходимы также историческая, духовная и культурная общности этнических групп, проживающих в границах конкретного пространства. Автаркией не может считаться метрополия и её колонии, расположенные в разных концах света (примером подобного могла служить Британская империя), так как при этом отсутствует единство месторазвития и население колоний не рассматривается как равноправное с жителями метрополии.

Евразийцы ещё раз в истории русской философии указали на особое местоположение России, оказавшейся между двумя мощными культурными традициями – Западной и Восточной. Вопреки всем упрёкам в адрес этого направления русской эмигрантской мысли, заключавшимся в критике их, в целом, проазиатской позиции, деятели евразийства настаивали на особом преимуществе русской культуры, которая вполне могла оказаться способной синтезировать в своей глубине всё богатство интеллектуальных достижений как Запада, так и Востока. В то же время именно срединное положение России предопределило её полную трагических событий историю.

Во втором параграфе «Теоретические предпосылки евразийской государственно-правовой концепции» исследуются те идеи и методические установки, которые послужили основой для выработки представлений о евразийской идеократии – идеальной модели государства и её правовом оформлении.

В начале XX столетия многие русские правоведы (например, П.И. Новгородцев, И.А. Ильин) писали о кризисе правосознания и всей науки о государстве и праве. Отмечая справедливость подобных оценок состояния юриспруденции и государственной теории, евразийцы предложили рекомендации для выхода из кризиса и возвращения уважения в обществе к идее государства.

Основными методическими предпосылками концепции евразийской идеократии оказались следующие:

1) неприемлемость любых попыток отождествления государства с «государственным правом», предпринимавшихся учёными, составившими юридическую школу в государствоведении;

2) отказ от юридического позитивизма;

3) расширение сферы использования достижений исторической науки в государствоведении;

4) предание забвению идеологии европоцентризма: опыт функционирования демократических государств Европы не может составлять весь предмет изучения науки о государстве;

5) полная деполитизация государствоведения;

6) использование комплексного подхода к изучению государства в целях выработки наиболее полного представления о нём.

Вторая глава «Евразийское государственно-правовое учение» состоит из трёх параграфов.

В первом параграфе «О христианских основах евразийского государственного идеала. Антиномия власти» анализируются стремления евразийцев создать такую концепцию власти, которая наилучшим образом сочеталась бы с Православием в качестве господствующей религии.

С этой целью Н.Н. Алексеев – главный теоретик движения в вопросах государства и права – последовательно сформулировал следующие положения, требовавшие всестороннего анализа:

1) об отношении христианства к государственной власти в целом;

2) о наличии связи между монархической формой правления и традиционной религией России;

3) о чёткой фиксации народных представлений, касающихся вопроса о наилучшем государственном устройстве.

Подробный анализ текстов Ветхого и Нового Заветов привёл Н.Н. Алексеева к мысли о том, что идеальной формой государства согласно библейским указаниям следует считать еврейскую теократическую демократию, но не монархию. Отвергая имевший долгую историю в России союз Православия и самодержавия, учёный верил в возможность теоретической разработки такой формы государства, в которой удалось бы непротиворечиво соединить: 1) идею православной монархии; 2) идею диктатуры; 3) идею казацкой вольницы и 4) идею сектантского понимания государства.

Н.Н. Алексеев, изучая политические предпочтения русских сектантов, раскольников, взбунтовавшихся казаков С. Разина и Е. Пугачёва, в действительности, пытался согласовать требования маргинальных слоёв населения Московского государства и Российской империи, отличавшихся крайне анархическими взглядами, с мечтой о сильной государственной власти. Эта задача оказалась в значительной степени противоречива и не могла быть разрешена удовлетворительным образом.

Знаменательно, что, рассуждая о монархической форме правления как о такой, которая изначально не обладала благословением Бога, Н.Н. Алексеев повторял протестантских историков и государствоведов (например, мысли Фридриха Кристофа Шлоссера, изложенные им в книге «Всемирная история»), что совсем не согласовывалось с желанием евразийцев разрабатывать самобытную теорию российского православного государства. В отличие от евразийцев В.С. Соловьёв выступал за сохранение традиционной для России формы правления, не находя при этом противоречий между самодержавием и христианством.

Во втором параграфе «Государство правды» и «гарантийное» государство» исследуется содержание двух евразийских государственных концепций.

Обращаясь к истории евразийства и анализируя содержание работ участников движения, можно обнаружить не менее двух теоретически обоснованных идеалов государства. Для обозначения своей государственной модели Н.Н. Алексеев использовал термины: «идеократия» и «гарантийное государство». Понятие «Государство правды» появилось на страницах евразийских изданий благодаря М.В. Шахматову, который применял его для характеристики близких к идеальным (согласно оценке этого учёного) отношений между монархом и народом, сложившихся во второй половине XV – первой трети XVI веков в Московской Руси.

По мысли М.В. Шахматова, образование русского государства проходило трудно по причине разноплемённости объединявшихся славян. Государственное единство поддерживалось усилиями киевских князей, вынужденными проводить почти всё своё время в походах и оборонительных войнах. Неслучайно, что именно в тот момент появляются первые былинные сказания о богатырях, потому как только подвигами силы удавалось сохранить государство.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.