авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Внешнеэкономические сделки: основные регуляторы, их соотношение и взаимодействие

-- [ Страница 3 ] --

Теоретическая значимость работы выражается в формулировании на основе конкретных примеров из отечественной и зарубежной судебно-арбитражной практики концепции взаимодействия различных регуляторов – норм международных договоров, национального права (российского и иностранного) и международных торговых обычаев. В диссертации были разработаны теоретические положения, связанные с понятием и признаками внешнеэкономической сделки, иностранным элементом в составе гражданского правоотношения, применимым правом, субъектным составом внешнеэкономических сделок и др. В работе также дается сравнительная характеристика категориального аппарата международных договоров, направленных на регулирование внешнеэкономических сделок, с понятиями гражданского права России и зарубежных стран, раскрывается категория юридической личности применительно к участию в гражданско-правовых отношениях международной организации, ее структурных подразделений и др.

Практическая значимость работы состоит в том, что в ней затрагиваются многие аспекты, которые могут быть использованы как практикующими юристами в правоприменительном процессе, так и при преподавании курсов гражданского и международного частного права.

Содержание внешнеэкономического договора, как правило, предопределяется юридической культурой и правовыми традициями, которых придерживаются его разработчики. Адекватное восприятие российскими участниками внешнеэкономических сделок контрактных положений и конструкций, основанных на иностранных правовых концепциях и категориях, поможет избежать недоразумений, связанных с пониманием содержания договора. В этой связи в диссертации приводятся положения, разъясняющие многие понятия и категории иностранного гражданского и торгового права. Поскольку в настоящее время имеется настоятельная необходимость в разъяснении высшими судебными инстанциями вопроса о квалификации понятий наиболее часто применяемых международных соглашений, их соотношения с понятиями внутреннего российского законодательства, многие положения диссертации могут быть приняты за основу при подготовке проекта Постановления Пленума ВАС РФ о применении арбитражными судами международных договоров РФ по вопросам регулирования отдельных видов внешнеэкономических сделок (международной купли-продажи, перевозки, страхования, расчетов и др.).

В работе также подробно исследуется проблема толкования международных договоров, исходя из практики арбитражных судов России и зарубежных стран, подвергается анализу ряд федеральных законов на предмет их соответствия международным договорам, делаются предложения по совершенствованию законодательных формулировок.

Апробация результатов исследования. Материалы исследования использовались для подготовки учебника, программ, учебно-методических комплексов, лекций, планов семинарских занятий, практикумов и задач по дисциплине «Международное частное право», преподаваемой автором в Уральской государственной юридической академии (2000–2006 гг.), Московской государственной юридической академии (2007–2009 гг.). Результаты исследования были положены в основу некоторых спецкурсов («Правовое регулирование внешнеэкономической деятельности», «Право международной торговли» и др.), которые были прочитаны автором в указанных академиях и других ВУЗах г. Екатеринбурга и г. Москвы.

Выносимые на защиту положения публиковались в материалах международных и всероссийских конференций, которые проходили в г. Екатеринбурге и г. Москве в период с 2000-2009 гг., а также докладывались на конференциях в университете Дж. Вашингтона (г. Вашингтон, США), в Вашингтонском колледже права Американского университета (г. Вашингтон, США), в колледже права университета Годен Гейт (г. Сан-Франциско, США) в течение 2003–2004 гг.

По теме диссертационного исследования опубликованы 40 научных и научно-методических работ (из них – 3 монографии). 14 статей опубликованы в журналах, рекомендуемых Высшей аттестационной комиссией Министерства образования РФ для публикаций основных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора наук. Общий объем публикаций – 185,2 п.л.

Структура диссертационного исследования включает введение, пять глав, состоящих из 15 параграфов, библиографию и список опубликованных автором научных и учебно-методических трудов.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность диссертационного исследования, анализируется состояние научной разработанности проблемы, раскрываются объект, предмет, цели, задачи исследования, устанавливаются его теоретические, методологические и нормативные основы, обосновывается научная новизна и практическая значимость диссертации, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Понятие внешнеэкономической сделки и методы ее регулирования» рассматриваются общие вопросы понятия внешнеэкономической сделки и методов ее регулирования.

В первом параграфе «Понятие и признаки внешнеэкономической сделки по российскому и иностранному праву» анализируются признаки внешнеэкономической сделки, которые условно подразделяются на два вида: обязательные – квалифицирующие сделку в качестве внешнеэкономической, и факультативные – те признаки, которые обычно (но не всегда) свойственны внешнеэкономической сделке. Изучение современной доктрины позволяет выделить четыре основных направления в определении понятия «внешнеэкономическая сделка». Однако, анализ современного российского законодательства и международных договоров РФ дает основание согласиться с точкой зрения И.С.Зыкина и его сторонников, согласно которой при определении искомой категории за основу принимается нахождение коммерческих предприятий сторон сделки в разных государствах. В диссертации обращается внимание на недопустимость выведения признаков частноправового института (каковым является внешнеэкономическая сделка) из положений, содержащихся в публично-правовых актах.

Следует различать внешнеэкономические сделки и сделки, осложненные иностранным элементом. Если для первых характерны такие признаки как нахождение коммерческих предприятий сторон в разных государствах и связь с предпринимательской деятельностью, то для вторых достаточно наличия иностранного элемента в составе договорного правоотношения.

Само понятие «коммерческое предприятие стороны» не вполне корреспондирует терминологическому аппарату гражданского законодательства России, в частности, порождает споры о правоспособности действующих от имени юридического лица структурных подразделений (филиалов и представительств). Оно используется лишь для целей квалификации внешнеэкономических сделок и может быть раскрыто через обозначение различных форм предпринимательской деятельности лица на территории данной страны. В диссертации обращается внимание на непоследовательность практики государственных судов и международных коммерческих арбитражей в оперировании понятием «коммерческое предприятие стороны».

Анализ зарубежной литературы и законодательства показывает, что к критериям «международности» (“internationality”) контракта наряду с фактом нахождения коммерческих предприятий сторон (место ведения бизнеса) контракта в различных государствах относят также разнонациональность сторон, связь сделки с различными правовыми системами, направленность на перемещение предмета сделки за границу.

Понятие «внешнеэкономическая сделка» не может претендовать на универсальность. Оно не охватывает международные перевозки и некоторые другие виды внешнеэкономических сделок. Для каждой внешнеэкономической сделки характерны свои признаки. Если определение договора международной купли-продажи основывается на нахождении коммерческих предприятий сторон на территории различных государств, то для квалификации перевозки в качестве «международной» требуется нахождение в различных государствах мест отправления и назначения груза. Для международных расчетных сделок ключевой характеристикой является та, что платеж должен проследовать за границу.

Во втором параграфе «Источник права и правовой регулятор: соотношение категорий» делается вывод, что именно категория «источник права» конституирует правило в качестве иностранной, международной и национальной (данного государства) нормы права. Действие правовых норм различной системной принадлежности на территории государства определяется их нахождением в соответствующих источниках права. Проблема соотношения международного, иностранного и национального права того или иного государства – это проблема соотношения разносистемных источников права, а если быть точнее – соотношения тех структурных элементов, которые образуют саму категорию «источник права», прежде всего, выраженную в ней волю на придание правилу качества правовой нормы. Однако, категория «источник права» не может быть использована для объяснения действия на территории государства норм иных правовых систем, поскольку в источниках права выражена государственная воля иных государств. Более приемлемой категорией является категория «правовой регулятор», которая обозначает все объективное право, все действующие на территории государства правовые нормы (национальные, иностранные, международные), то есть уже конституированные в качестве таковых в рамках соответствующих правовых систем.

В третьем параграфе «Методы регулирования внешнеэкономических сделок. Содержание категории «применимое право» наряду с освещением традиционных вопросов коллизионно-правового и материально-правового методов регулирования международных частноправовых отношений отмечается, что распространенное понимание «коллизионной нормы» как нормы, разрешающей коллизию между двумя сталкивающимися разнонациональными законами, не всегда находит подтверждение в практике – в ряде случаев «столкновения законов» при выборе применимого права не существует. В этой связи автор рассматривает положения зарубежной доктрины о делении всех коллизий на (1) истинные или действительные (“true conflict”), когда к отношению могут быть применены два разнонациональных закона, которые ведут к различному результату, и (2) мнимые или ложные (“false conflict”), когда применение любой из конкурирующих правовых систем ведет к одному и тому же результату. В диссертации делается вывод, что даже при «мнимой коллизии» суд, хотя бы и формально, но должен определиться, какое национальное право надлежит применять к отношениям сторон.

При рассмотрении вопроса о том, насколько традиционное понимание иностранного элемента применимо к внешнеэкономическим сделкам, приходится констатировать, что такие конституирующие признаки внешнеэкономической сделки как нахождение коммерческих предприятий сторон на территории различных государств и связь сделки с предпринимательской деятельностью, не охватываются конструкцией «отношение, осложненное иностранным элементом», поскольку не относятся ни к субъекту отношения, ни к его объекту, ни к юридическому факту в их традиционном понимании в науке международного частного права. Соответственно, формула «отношение, осложненное иностранным элементом» применительно к внешнеэкономическим сделкам нуждается в уточнении.

В диссертации рассматривается вопрос о возможности выбора сторонами или арбитражем международного права в качестве «права, регулирующего контракт». Анализ международных договоров, предусматривающих возможность такого выбора, приводит к выводу о том, что в указанных ситуациях речь не идет о решении коллизионного вопроса: определяя применимые к существу спора нормы права, арбитраж не связан какими-либо правилами – он может выбрать любые «нормы международного права», которые посчитает «применимыми», независимо от того, обязательны они для государства или нет. Скорее, в данном случае следует говорить не о возможности выбора между национальным и международным правом, а об отсутствии каких-либо правил выбора применимого права (в традиционном аспекте коллизионного права). Вместе с тем, определенным доводом в пользу более широкого толкования категории «применимое право» может служить тот факт, что сделки между субъектами международного права (государствами, международными организациями и др.) практически всегда регулируются международным правом.

Толкование положений российских законов в области международного частного права показывает, что под определение применимого права подпадают только национальные нормы. В случае, когда в качестве применимого к контракту права стороны избирают «общие принципы права», «обычаи и обыкновения международной торговли», “lex mercatoria”, то такой выбор не может отменить применение к отношениям сторон внешнеэкономических сделок национального законодательства, избранного в соответствии с коллизионной нормой. Вместе с тем, в работе обращается внимание на то, что последние редакции документов, которые принято относить к актам «негосударственного регулирования», – Принципы УНИДРУА 2004 г., Унифицированные правила МТП для документарных аккредитивов 2007 г. – нацелены на применение данных актов к договорным отношениям сторон в качестве «самодостаточных» (применимых без обращения к национальному законодательству) регуляторов.

В четвертом параграфе «Проблема совместного применения международных и национальных норм при регулировании отношений с иностранным элементом» утверждается, что к проблеме регулирования гражданских отношений с иностранным элементом в России необходимо подходить не только с позиций коллизионно-правового и материального регулирования, но также с точки зрения соотношения разносистемных источников – международных договоров и актов гражданского законодательства. Международные договоры РФ, направленные на регулирование внешнеэкономических сделок и иных отношений, осложненных иностранным элементом, предусматривают совместное применение их правил с правилами гражданского законодательства РФ, в частности, в ситуации, когда сами международные договоры отсылают разрешение проблемы в пользу национального права или предоставляют сторонам право исключить их применение к конкретному контрактному отношению. Вместе с тем, при совместном применении национального права и международных договоров к гражданским отношениям не должны нарушаться правила самого международного договора, в частности, недопустимы параллельные ссылки сторон на правила международного договора и нормы национального права, поскольку такая возможность не предусмотрена самими международными договорами. Примеры необоснованного обращения к национальному праву при наличии норм международных соглашений встречаются как в практике российских, так и иностранных судов.

В работе анализируется также вопрос о возможности применения международных договоров, направленных на регулирование гражданских отношений с иностранным элементом, к «внутренним» («неосложненным» иностранным элементом) гражданским отношениям. Государство вправе распространить положения международного договора на регулирование «внутренних» отношений, однако, как правило, в таком «распространении» отсутствует объективная необходимость. В случае, если стороны избирают в качестве «права, регулирующего контракт» положения международного соглашения, то действие международного договора будет ограничено императивными нормами применимого национального права.

Во второй главе «Коллизионно-правовое регулирование внешнеэкономических сделок» рассматриваются общие вопросы коллизионно-правового регулирования внешнеэкономических сделок, проблемы применения коллизионных норм к таким сделкам, практика разрешения судами и арбитражами коллизионных вопросов при рассмотрении споров между участниками внешнеэкономических сделок.

В первом параграфе «Коллизионно-правовое регулирование договорных отношений в праве зарубежных стран и России анализируются коллизионные правила Раздела VI Части третьей Гражданского кодекса РФ применительно к внешнеэкономическим сделкам, а также доктрина и судебная практика по применению таких норм. Поскольку моделью для правил указанного Раздела послужила Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г., значительное внимание уделяется анализу данной Конвенции, включая существующие комментарии ее положений (M.Джулиано, П.Лагард К.М.Шмиттхофф, Дж.Лью и др.), а также практике применения этой Конвенции зарубежными судами и международными арбитражами.

В диссертации исследуются положения Регламента № 593/2008 Европейского парламента и Совета о праве, применимом к договорным обязательствам (Рим I), устанавливающего новые подходы в области коллизионного регулирования договорных обязательств в Европейском союзе (ЕС), и могущего служить образцом для реформы отечественного права в данной области. Ориентированность российского законодателя на право ЕС при совершенствовании отечественного коллизионного регулирования прямо следует из Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (подготовлена на основании Указа Президента РФ от 18.07.2008 г. № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации»). Вместе с тем, возможное восприятие российской правовой системой последних тенденций развития коллизионного права в рамках ЕС будет зависеть от практики применения Регламента Рим I европейскими судами и арбитражами.

В диссертации отмечается, что институт автономии воли следует понимать в двух значениях: как институт материального права (ст. 1 ГК РФ) и как институт права коллизионного (ст. 1210 ГК РФ). В первом случае речь идет о возможности для сторон свободно заключать любой договор и самостоятельно определять его условия в пределах, допускаемых диспозитивными нормами законодательства. Во втором случае речь идет о возможности сторон договора, осложненного иностранным элементом, выбирать применимое к договору национальное право.

В результате проведенного анализа были сделаны выводы, имеющие не только теоретическое, но и практическое значение. Так, выбор сторонами контракта применимого к нему права должен быть достаточно определенным. В этой связи нельзя признать действительными положения контракта о выборе сторонами «права истца» или «права того государства, в суд которого обратится истец», в силу отсутствия в таком положении указания на право конкретного государства. Применимое право не может определяться и на основании какого-то события, могущего наступить в будущем после заключения контракта. Равным образом, недействительной признается оговорка контракта о применимом праве, посредством которой одной стороне дается право выбрать применимое право.

Выбор права для отдельных частей договора должен допускаться лишь в отношении юридически отделимых частей. При выборе применимого права к единым, сложным договорам, в которых взаимоотношения сторон неразрывны и составляют единую, предусмотренную законодателем юридическую конструкцию, выбор права к отдельным частям договора недопустим.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.