авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Книжная культура среднего поволжья конца xviii – начала xx вв. (на материалах пензенской, симбирской и самарской губерний)

-- [ Страница 3 ] --

Во Введении обоснована актуальность проблемы, раскрыта степень её изученности; охарактеризована источниковая база; сформулированы объект, предмет, цель и задачи исследования, а также положения, выносимые на защиту; показаны научная новизна, достоверность, теоретическая и практическая значимость полученных результатов; предложено авторское определение термина «книжная культура региона».

Глава первая «Зарождение светской книжной культуры на территории Среднего Поволжья в конце XVIII первой половине XIX вв.» открывается характеристикой местной социокультурной среды.

Параграф первый посвящён начальному этапу в истории регионального книгопечатания. Приводятся материалы, свидетельствующие о том, что последняя четверть XVIII века стала временем зарождения в Среднем Поволжье полиграфического производства: частного и казённого. Правовую и социальную основу этого процесса создали указы Екатерины II, связанные со сферами печати, управления и образования, а также «Жалованная грамота о правах, вольностях и преимуществах благородного российского дворянства».

Отмечается, что первое полиграфическое предприятие региона, выпускавшее книги, было домашним и принадлежало помещику пензенского села Рузаевка Н.Е. Струйскому (ок. 1791–1796). Частные типографии в городах и сёлах провинциальной России получили распространение после указа «О вольных типографиях» (1783). Аналогичные заведения открылись в Тобольске, Калуге, с. Корцево Костромской губернии, с. Казинка Тамбовской губернии и др. Типография служила Н.Е. Струйскому средством развлечения и самореализации. Печатная продукция не предназначалась для продажи и распространялась бесплатно среди его родных и близких. Всего вышло в свет не менее 2 книг и 10 брошюр, тираж которых неизвестен. Для российской провинции последней четверти XVIII века это был довольно высокий показатель. В Астрахани и Туле до 1800 года включительно частные и казённые типографии напечатали по 1 книге, в Перми – 2, Нижнем Новгороде – 12, Курске – 15, Ярославле – 16, Воронеже – 17, Владимире – 20, Тамбове – 23, Калуге – 26. В Орле, Твери, Рязани, Ставрополе и некоторых других городах – ни одной.

Доказывается, что типографии, открытые при губернских правлениях в Симбирске (1797), Пензе (1803) и Самаре (1851), книгопечатанием первое время не занимались. Деятельность этих учреждений носила вспомогательный характер и была связана со сферами управления и казённого делопроизводства. Губернские типографии печатали официальные документы и акциденцию для губернских, уездных и удельных правлений, губернских казначейств, казённых палат, дворянских депутатских собраний. С выпуском губернских ведомостей, памятных книжек и адрес-календарей они стали обеспечивать информационную политику центра на местах.

Установлено, что возрождение традиций книгопечатания в регионе произошло благодаря типографии Симбирской удельной конторы (с 1835). Пять полиграфических предприятий Среднего Поволжья (3 губернских и 2 ведомственных) в 1836–1860 годах выпустили 24 книжных издания, из них 6 – в Пензе, 9 – в Симбирске и 9 – в Самаре. Согласно подсчётам Е.И. Рубинштейна, во второй четверти XIX века типографии работали в 35 городах России (исключая окраины). Причём, только в 6 городах напечатали более 20 книг, в 10 городах книгопечатание было случайным явлением и ограничилось 1–3 названиями. Пенза, Симбирск и Самара на этом фоне демонстрировали средние показатели. Типографии региона выпускали прежде всего издания справочно-статистического и отчётно-нормативного характера – уставы, правила, выступления, отчёты. Второе место по численности занимали материалы, связанные с подготовкой Земельной реформы. Художественную и учебную литературу почти не печатали. Этому препятствовали, с одной стороны, низкий уровень провинциальной словесности, с другой – официальная централизация учебного книгоиздания и жёсткий контроль над ним со стороны властей. Издательскую подготовку осуществляли авторы, работники типографий, иногда сотрудники редакций газет – некоторые брошюры были отдельными оттисками публикаций из губернских ведомостей.

Подчёркивается, что субъекты регионального книгопечатания имели различную социальную значимость. Типография Н.Е. Струйского обслуживала индивидуальные потребности владельца, его друзей и близких, тогда как деятельность губернских и ведомственных типографий была нацелена на удовлетворение преимущественно профессиональных потребностей. Полиграфическое предприятие, которое ориентировалось на всё местное общество и не было ограничено заказами администрации, открылось в 1859 году. Типография В.В. Черникова работала на коммерческих началах и печатала, кроме малоформатной продукции, художественные и научные издания.

В параграфе втором проанализированы пути и формы распространения печатной книги в регионе. Показано, что в рассматриваемый период чтение было явлением, характерным для культурных традиций двух сравнительно малочисленных сословий: духовенства и дворянства. Непреодолимым препятствием на пути демократизации книги оставались низкий уровень грамотности и экономическая несостоятельность самого многочисленного сословия – крестьян. В конце XVIII века грамотой владели около 4 % населения России.

Приводятся данные, свидетельствующие о том, что поставщиками печатной продукции в Среднее Поволжье и российскую провинцию в целом служили типографии и книжные лавки Москвы, Санкт-Петербурга и Казани. Местных изданий почти не было. Они отличались низкими тиражами и для коммерческого распространения не предназначались. Книги, толстые литературные журналы продавали ярмарочные торговцы и разносчики. Их торговля была индивидуальной, временной и случайной. Иногда книжные издания покупали вместе с бытовыми товарами и продуктами. Поэтому центрами распространения произведений печати нередко выступали мелочные, бакалейные, галантерейные и колониальные лавки (Пономарёва в Самаре, М.В. Очкина в Пензе и др.). Практически все лица, торговавшие книгой на территории региона, являлись комиссионерами или приказчиками известных столичных фирм: Н.И. Новикова, И.П. и М.П. Глазуновых, О.Л. Свешникова и др. Интересы читающей публики ограничивались учебными и художественными изданиями.

Автор доказывает, что магазины и лавки, ассортимент которых состоял только из книг, до реформ Александра II были единичны, так как печатный товар в условиях низкого спроса серьёзной прибыли не приносил. Как и в других губерниях, книжная торговля была тесно связана с приказами общественного призрения и обслуживала прежде всего светские учебные заведения. Региональные потребности в сфере образования отличались стабильностью и постоянным ростом. В Пензе книжные лавки содержали Н.С. Порывкин и М.Б. Кирьяков; в Симбирске – И.В. Колюбакин (позднее – И.П. Тургенев, П.М. Шапошников), М.А. Тарбеев, С.П. Пугин.

История библиотек региона, возникших после преобразований Екатерины II, исследуется в параграфе третьем. Показано, что административное и культурное строительство способствовало притоку в регион дворян как представителей самого образованного и господствующего сословия. Богатые домашние библиотеки, перевезённые владельцами из столиц, стали неотъемлемым компонентом культуры дворянских усадеб, средством поддержки в них светской атмосферы западноевропейского образца. Именно они создавали в глухой провинции, которой тогда было Среднее Поволжье, устойчивую потребность в книге и чтении. Именно на них во многом ориентировались в своей деятельности первые местные книготорговцы. Печатная книга служила подспорьем для гувернёров, средством развлечения, духовного развития, была источником для проектов рационализации дворянских хозяйств. Усадебные библиотеки стали источником вдохновения, непосредственным условием появления в регионе первых научных трудов и художественных произведений. Они создали особую среду, обращение к которой в корне меняло мировоззрение и способствовало приобщению к гражданским идеалам эпохи Просвещения.

На основе мемуарных и эпистолярных источников, а также рукописных каталогов проанализирован состав крупнейших личных библиотек, сложившихся на территории региона в изучаемый период (Н.Е. Струйского, Ф.М. Мартынова, П.В. Долгорукова, А.И. Ранцова, Ознобишиных, Языковых, Богдановых, Пустошкиных, П.В. Анненкова, А.А. Путилова, графов Орловых-Давыдовых и др.).

Приводятся факты, позволяющие утверждать, что уже в 1780-е годы появились предпосылки для зарождения книжных собраний у представителей новой, разночинской интеллигенции, которая формировалась за счёт представителей различных сословий, работавших в органах власти и народных училищах. Широкую известность получили библиотеки самарского чиновника И.А. Второва и пензенского чиновника Г.И. Мешкова. Книжное собрание И.А. Второва стало основой Казанской городской публичной библиотеки. Книги, собранные Г.И. Мешковым, разошлись по фондам 7 учебных заведений. Основную часть коллекции библиофил передал в Императорский Казанский университет.

Показано, что динамика системы специальных библиотек региона была связана с тремя сферами общественной жизни: религиозного просвещения, образования и досуга. Формирование религиозно-просветительных библиотек в Среднем Поволжье началось позднее, чем в центральных губерниях. Отсюда молодость, невысокая ценность и бедность их фондов. Данная территория представляла собой северную окраину Дикого поля и заселялась крайне медленно из-за угрозы постоянных набегов кочевников. Первые библиотеки при местных церквах и монастырях появились в период интенсивного освоения региона (XVII в.). С одной стороны, они способствовали утверждению Православной Веры среди русских поселенцев и служилых людей, с другой – выступали средством христианизации и русификации татар, чувашей и мордвы. Такими библиотеками, например, располагали кафедральный собор г. Керенска, соборные церкви Всемилостивого Спаса (г. Пенза), Казанской иконы Божьей Матери (г. Инсар), Сканов монастырь (г. Наровчат), Тихвинский монастырь (г. Керенск), Спасо-Преображенский монастырь (г. Бузулук), Киево-Печерский Новодевичий монастырь (г. Алатырь) и др. При Екатерине II Русская Православная церковь утратила экономическую автономность от светской власти, что привело к упадку её институтов и негативно отразилось на состоянии книжных ресурсов. Фонды старообрядческих (позднее единоверческих) монастырей, основанных на реке Большой Иргиз, отличались значительной ценностью, содержали множество рукописей и печатных книг, выпущенных до реформы патриарха Никона. Кроме Самарской и соседней Саратовской губерний, подобные центры древлеправославной книжности сложились только в Нижегородской губернии, на Дону, окраинах (Карелия, Литва, Белоруссия, Украина, Урал, Восточная Сибирь).

Приводятся данные о специальных библиотеках в сфере образования, представленного сначала главными и малыми народными училищами в Пензе, Саранске, Симбирске, Сызрани, Алатыре, Карсуне, Самаре, а затем гимназиями, семинариями, уездными и духовными училищами. Они включали три типовых подразделения, ориентированные на выполнение различных задач. Фундаментальные библиотеки выступали средством повышения профессионального мастерства преподавателей. Ученические библиотеки комплектовались литературой, предназначенной для внешкольного чтения, и были эффективным средством самообразования и просвещения. Промежуточное положение занимали продажные библиотеки, состоявшие из пособий учебной программы.

Отмечается, что сферу досуга обслуживали специальные библиотеки при клубах (собраниях), первые из которых появились в 1770–1772 годах в Санкт-Петербурге и Москве. Они адресовались обеспеченным слоям населения, прежде всего дворянам, и должны были служить средством развлечения и отдыха. В 1838 году открылось Симбирское Благородное собрание – первый сословный клуб в истории региона, предлагавший своим членам бесплатный доступ к новым книгам и периодическим изданиям.

Показано, что распространение на территории региона публичных библиотек происходило «сверху», в рамках реформы графа Н.С. Мордвинова (губернские), и «снизу», по мере расширения книжной торговли и просветительной активности интеллигенции (коммерческие). В отличие от личных и специальных они ориентировались на обслуживание читательских потребностей всего общества в целом.

Доказывается, что частные публичные (коммерческие) библиотеки на территории Среднего Поволжья появились позднее, чем в Москве и Санкт-Петербурге, почти на полвека и поначалу были единичным явлением. Первое учреждение данного вида открыл книготорговец М.А. Тарбеев в Симбирске (1839). Позднее открыли доступ к своим книжным собраниям учителя М.С. Дмитриевский в Самаре (вт. пол. 1850-х) и И.С. Виноградов в Пензе (1857). Частные коммерческие библиотеки учитывали интересы читателей и постоянно изменяли ассортимент литературы, предлагаемой к прочтению. Актуальность фондов достигалась за счёт использования ресурсов книжных лавок или путём подписки на периодику.

Сравнение истории губернских библиотек – Пензенской публичной и Симбирской Карамзинской – позволило выявить в их деятельности много общего. Они открылись на единых юридических основаниях в условиях, совершенно не приспособленных для функционирования подобных учреждений, комплектовались из одних и тех же источников – за счёт пожертвований. Пензенская публичная библиотека (1837) появилась в период, когда основную часть городской читающей публики составляло дворянство. Дворяне имели в своём распоряжении значительные книжные собрания и в учреждениях подобного рода не нуждались. Симбирская Карамзинская библиотека начала деятельность в более благоприятных условиях. К 1848 году местная интеллигенция оказалась разбавлена выходцами из духовенства, мещанства и даже крестьянства – представителями сословий, заинтересованных в демократизации книги и чтения, но не имевших возможностей для того, чтобы в полной мере удовлетворить свои читательские потребности. Деятельность губернских библиотек держалась на энтузиазме нескольких лиц, опередивших своё время, европейски образованных, с широким связями в столичных кругах и значительными капиталами (А.Г. Киселёв в Пензе, братья Языковы в Симбирске). Проблемы, с которыми они столкнулись, имеют множество параллелей в провинциальной истории данного периода. По сведениям К.И. Абрамова, из 39 публичных библиотек, открытых на территории Российской империи в результате реформы Н.С. Мордвинова, во второй половине 1850-х годов продолжали работать лишь 12.

В главе второй «Становление книжной культуры региона в пореформенный период» раскрывается ситуация в книгоиздании, книжной торговле и библиотечном деле Среднего Поволжья после преобразований Александра II. Приводится характеристика условий, под влиянием которых происходил количественный рост учреждений в данных сферах. Освобождение крестьян (1861) существенно расширило потенциальную читательскую аудиторию. В ходе земской реформы (1864) были созданы механизмы перераспределения финансовых средств в сферу культуры, в том числе для поддержки публичных и специальных библиотек. «Положение о начальных народных училищах» (1864) привело к распространению в сельской местности земских и воскресных школ, а с ними учительских и ученических библиотек. «Временные правила о цензуре и печати» (1865) открыли для книжного дела новый юридический «коридор возможностей». Институциализация сфер, связанных с книгой, сопровождалась повышением социальной значимости чтения в жизни региона.

Параграф первый посвящён сравнению процессов, происходивших в сфере книгоиздания Пензенской, Симбирской и Самарской губерний. Автор приходит к выводу, что основными центрами производства книги в пореформенный период оставались губернские города. Именно там были сконцентрированы организации-заказчики, современная полиграфическая техника и квалифицированные специалисты. В результате реформ Александра II главными субъектами издательской деятельности стали земские и городские управы. Книги и брошюры начали печатать ежегодно, а не время от времени, как это делалось раньше.

Доказывается, что к концу царствования Александра III уровень развития книгопечатания в трёх губернских городах региона был примерно одинаков. Многие предприятия принадлежали частным лицам и ориентировались на потребности всего общества в целом, а не какой-то определённой отрасли. По сведениям на 1887 год, в Пензе насчитывалось 7 типографий, типолитографий и литографий (1 – в уездах), Симбирске – 5 (3), Самаре – 10 (7). Эти показатели были типичны для губернских городов данного периода, значительно уступавших по темпам развития Москве и Санкт-Петербургу, где число полиграфических предприятий колебалось в пределах 180–200. Если губернское книгоиздание переживало фазу становления, то уездная печать ещё только зарождалась. В 1861–1894 годах появились типографии и литографии в 4 городах и 1 селе Самарской губернии (Бугульма, Бугуруслан, Бузулук, Новоузенск, Балаково), 2 городах Пензенской губернии (Краснослободск, Нижний Ломов) и 3 городах Симбирской губернии (Алатырь, Сенгилей, Сызрань).

Приводятся статистические данные 1888 года по России, из которых следует, что основная часть книг и брошюр печаталась в 6 городах, прежде всего в Санкт-Петербурге (2 484 названия), Москве (1 547) и Варшаве (912). Подавляющее большинство губернских и уездных центров российской провинции – 92 из 128 – ежегодно выпускало от 1 до 10 изданий в год, в том числе Пенза – 7 и Симбирск – 8. Самара (13) уступала таким городам, как Казань (228), Вятка (24), Пермь (23), Саратов (16), Тверь (14), но опережала Владимир (12), Новгород (12), Екатеринослав (11), Петрозаводск (10), Орёл (10). Фактически в Пензе и Симбирске ежегодно производилось около 0,2 % книжной продукции российской провинции (включая окраины), а в Самаре – 0,38 %. Всего на территории трёх губерний Среднего Поволжья с 1861 по 1894 год увидели свет около 1,5 тысячи книг и брошюр (0,4 тыс. – в Пензенской губернии, 0,6 – в Симбирской, 0,5 – в Самарской), что в целом укладывается в среднестатистические показатели по России. Для сравнения: в одной только Рязанской губернии в этот период напечатали 1 683 книжных издания, в Пермской губернии – 1 695, в Ставропольской – 214, в Олонецкой – 221. Доля уездной книги была невелика. В Пензенской губернии она составляла 5 %, в Симбирской – 20 %, в Самарской – 13 %. Типографии Симбирска выпускали издания не только на русском, но и на чувашском языке (3 %).



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.