авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

Институализация и особенности функционирования информационных процессов в российском обществе

-- [ Страница 3 ] --

Исследования современного российского общества в парадигме модернизации актуализируют новую научную интерпретацию этого понятия. Если в начале теоретики модернизации выступали с позиций однолинейности развития на базе принципов западного универсализма, то в настоящее время акцент в исследованиях переносится на выявление общих механизмов преодоления традиционности, стабильности иерархически заданных структур, локализма взглядов и идеалов, временной и пространственной ограниченности мифологизированного мышления.

В основе новых концепций модернизации лежит модель формирования равноправного диалога между «личностью» и «коллективом», между «личностью» и «государством». Вместе с тем, приверженцы концепции модернизации начинают осознавать необходимость преодоления устоявшихся гносеологических схем с присущим им фундаментализмом, теоретическим редукционизмом, избыточным универсализмом. При этом возможно формирование моделей «чрезмерного отрицания» постмодернистского мышления с его культом сомнения. Новая парадигма познания предполагает признание того, что не может быть единого языка для описания социальной действительности, обращение к пластичным методам познания, учет культурно-цивилизационных характеристик, переход от «единственной точки зрения» к «выбору интерпретаций»31.

По мнению С. Кирдиной, объяснением срывов модернизационного процесса в российской истории может служить теория матриц. Причиной преобразований в России, по мнению С. Кирдиной, каждый раз служила деформация институциональной структуры, обусловленная деятельностью социально-политических сил.

Модернизация культурной жизни общества идет через распад моностилизма и формирование полистилистической культуры. Необходимо так же отметить, что в современной науке меняются и понятие «культура», и области исследования культурологии и социологии культуры. Акцент интереса все более смещается в область повседневности, обыденности. Развитие неклассических подходов в философии, синтез социологических методов и феноменологии, произведенный А. Шюцем, «открыли» для исследователей культуры мир обычной человеческой жизни, мир повседневных забот и обыденных действий. А. Шюц рассмотрел концепцию «жизненного мира» Э. Гуссерля (в рамках которой бытие сущего состоит из пониманий), пытаясь синтезировать ее с «понимающей социологией» М. Вебера. Шюц показал, что именно в «жизненном мире» лежат истоки социальности, основы существования всех стабильных систем социального взаимодействия, структур и институтов. С помощью феноменологической социологии раскрываются механизмы становления и развития, изменения этих структур – как объективизация социальных действий, микропроцессов социальности.

Проделанный анализ позволяет сформулировать следующие выводы:

- становление информационного общества в контексте модернизационных процессов – это не только интериоризация в социальную жизнь новых информационных и телекоммуникационными технологиями, но и формирование новых социокультурных элементов, изменения в функционировании всех сфер общественной жизни.

- социальная восстребованность принципиально новых систем производства, переработки, интерпретации и передачи информации означает, что информатизация общества является неотъемлемой компонентой модернизационного процесса вообще и в России, в частности.

- информационное общество, равно как и модернизационные процессы в каждой стране, в каждом культурном ареале имеют свои особенности и свои теоретико-методологические проблемы исследования.

В параграфе 1.3. «Актуальные теоретико-методологические проблемы исследования информационных процессов в России» предпринята попытка выявить те теоретико-методологические проблемы, которые возникают при изучении российского информационного общества, развивающегося, как было показано выше, согласно мировым тенденциям, в контексте интенсивных модернизационных процессов. Среди факторов, определяющих специфику российской реальности на протяжении всей её истории, значимое место занимает феномен, который иногда обозначают понятием «менталитет», но Э. Дюркгейм называл его «коллективное сознание», «коллективные представления», которые формируют духовную атмосферу общества, фрагментирующуюся в ценностном наполнении субкультур, мотивирующую поведение отдельных людей и социальных групп. Мы полагаем, что коллективное сознание, детерминирующее отношения между людьми, социальными группами и социальными институтами определяют специфику формирования российского информационного общества как составляющей модернизационного процесса.

Некоторые ученые обозначают ценностное коллективное сознание понятием «массовые идеалы». Так, А.С. Ахиезер полагает, что «опыт изучения истории России позволяет предположить, что в истории страны важнейшей, влияющей на содержание воспроизводственного процесса переменной, которая может быть фиксирована, является смена господствующих массовых идеалов.

В классическом труде А. Лейпхарта мы также читаем о решающей роли в трансформационных социальных процессах особенностей образовательной, социокультурной развитости, проявляющейся во взаимодействиях различных общностей, а «…глубокие социальные противоречия в многосоставных обществах считаются причиной нестабильности».32

В отечественном обществознании практически утвердилось мнение, что в России происходит успешное развитие информационного общества, которое практически состоялось. Если мы будем исходить из фактического положения дел, то данное утверждение предстает довольно спорным. В качестве фактического материала мы привлекаем материал крупномасштабного Всероссийского исследования «Люди XXI века».33

Социальный процесс – это одно из основных понятий социологии, означающее развертывание во времени того или иного социального явления. К социальным процессам можно отнести интеграцию и дезинтеграцию общества, социальную дифференциацию и стратификацию, миграцию социальных групп, динамику конфликтов и так далее. Интенсивная динамика и направление социальных процессов ведут к формированию новых социальных общностей, так например, в процессе модернизации формируется современное капиталистическое индустриальное общество.

Особое значение для развертывания социальных процессов имеют культурные паттерны: новое социальное пространство развертывается вокруг культурных элементов – ценностей, идей и идеалов. Поэтому, исследование элементов культуры, способствующих формированию информационного общества, или возникающих в процессе такого формирования имеет особое значение.

Формирование информационного общества и процессы глобализации резко актуализировали проблему осмысления онтологических и гносеологических начал социологического анализа. Современная немецкая социальная философия вводит понятие «репрезентативной культуры». «Культура, – пишет Ф. Тенбрук, – является общественным фактом постольку, поскольку она является репрезентативной культурой, то есть производит идеи, значения и ценности, которые действенны в силу их фактического признания. Она охватывает все верования, представления, мировоззрения, идеи и идеологии, которые воздействуют на социальное поведение, поскольку они либо активно разделяются людьми, либо пользуются пассивным признанием»34.

Становление информационного общества в России неразрывно связано с другими взаимосвязанными модернизационными процессами — повышением уровня образованности, профессионализма, появлением более утилитарных и рациональных типов социальных отношений, трансформациями и усложнением процессов социального контроля. Существенные изменения затрагивают и сферу культуры общества.

Культура информационного общества (как и любая другая культура) возникает вначале как субкультура, когда в процессе социальной дифференциации появляются слои, способные к ее передаче и обучению. Но говорить об информационном обществе как качественно новом социуме, можно лишь тогда, когда новые элементы его культуры формируются не как присущие «продвинутым» социальным группам, а охватывают действительно широкие социальные слои. Формирование информационного общества – это сложный системный процесс, проходящий как сквозь все слои социума, так и через каждую личность.

Актуальные теоретико-методологические проблемы исследования информационных процессов современного российского детерминируются реальными социальными фактами в сфере информации и модернизационных процессов. На первый план выдвигаются проблемы культуры и состояние ценностного коллективного сознания населения России.

Современное российское общества в настоящее время представляет собой общество потребления, своеобразие которого в том, что определяется оно не только и не столько материальными возможностями людей, сколько закрепленной в коллективном сознании ценностью потребления как такового. Диапазон потребления сужен не только материальными возможностями людей, и но и уровнем их культурного и профессионального развития. Активными потребителями в области информационных технологий и модернизационных интенций повышения собственного профессионального и культурного уровня является не более 21% россиян.

Особое значение для развертывания социальных процессов имеют культурные паттерны: новое социальное пространство развертывается вокруг культурных элементов – ценностей, идей и идеалов, которые пока не стали в полной мере составляющей ценностного коллективного сознания населения России.

В современном российском обществе потребности в потреблении информации и потребности модернизации всех сфер общественной жизни присутствуют в коллективном сознании в качестве предпочитаемых ценностей, но не в качестве мотиваторов активного использования новых технологий в повседневной жизни, «продвинутого» информационного потребления, повышение своего общекультурного и профессионального уровня.

В параграфе 1.4. «Эвристический потенциал институционального подхода в исследовании информационных процессов» говорится, что социальные институты включают в себя все исторически сложившиеся, структурированные формы социальных взаимодействий. Дуглас Норт пишет: «Являются институты формальными или неформальными? Они бывают и формальными и неформальными. Меня интересуют и формальные ограничения – такие, как правила, придуманные людьми, и неформашльные ограничения – такие как общепринятые условности и кодексы поведения. … Для меня представляют интерес и те институты, которые явились продуктом человеческого замысла, и те, что складываются в процессе исторического развития, хотя для аналитических целей их, возможно, придется изучать раздельно».35

Т. Парсонс отмечал, что «сложные коммуникативные процессы могут эффективно действовать только при условии жесткого кибернетического контроля, осуществляемого институциональными структурами с использованием различных … факторов».36

А. Черных приводит наиболее значимые характеристики масс-медиа как относительно нового социального института37.

Социальный институт массовых коммуникаций, пользуясь терминологией С.Г. Кирдиной, следует отнести к базовым социальным институтам общества. Она пишет, что «институты рассматриваются как найденные в ходе общественной практики и постоянно воспроизводящиеся наиболее существенные и устойчивые социальные отношения, которые позволяют обществу выживать и развиваться как целостному организму. Институты обеспечивают сохранение самодостаточности обществ в ходе исторической эволюции, независимо от воли, желания и действий конкретных социальных субъектов. Такие институты названы базовыми, чтобы отличать их от институтов, которые являются объектом рассмотрения в иных современных теориях социологического и экономического институционализма»38.

Р. Патнем отмечает следующее: «Нужно остерегаться навязывания инородных стандартов. … Наши «объективные» оценки институциональной деятельности должны быть сопоставимы с мнениями рядовых граждан...».39

Таким образом мы приходим к мнению, что всесторонность оценки деятельности социального института – дело непростое. Отечественное обществознание располагает в этом плане надежными эмпирическими данными (которые будут приведены в последующих главах) относительно мнений рядовых граждан – они неутешительны.

Информационные процессы, будучи институциональными, представляют собой институт сложного типа: в нем присутствуют черты нормативно-санкционирующего, нормативно-ориентирующего, социокультурного и воспитательного института. Мы склонны добавить – и политический. Политическую ипостась масс-медиа как социального института необходимо изучать в кратологических понятиях, так как он обеспечивает воспроизводство идеологических ценностей, стабилизирует или дестабилизирует социоструктурные образования. Информация интериоризуется ценностным сознанием людей, которые, в свою очередь оценивает социальные институты общества.

С позиций институционального подхода нам представляется особенно важным указать, что механизм формирования определенных систем ценностей как коллективных представлений в современном обществознании не уделяется должного внимания. А ведь ценности, их динамика есть не что иное, как динамика коллективных представлений, которые, как давно известно социологам, обладают не только продолжительной устойчивостью, «долгожительством», но и развертываются в онтологическом поле социума по своим законам, изменяя это поле независимо от индивидуальных сознаний. Из этого следует, что во временном измерении изменяется не только сам социальный институт информационных процессов и технологий, но и его восприятие потребителями информации, а также осрбенности функционирования информации в обществе.

Таким образом, с позиций институционального подхода представляется необходимым рассмотрение хода институализации информационных процессов в историко культурном процессе.

В главе второй «Институализация форм передачи информации в историко-культурном процессе» подчеркивается, что информационное общество, возникает не на пустом месте – его появление является результатом длительного генезиса институциональных и неинституализованных форм передачи информации. Информационное общество заявляет о себе с возникновением новых информационных технологий. Их функционирование в современных обществах вообще, и в российском, в частности, нельзя понять, не проанализировав генезис развития информационных процессов.

В параграфе 2.1. «Историческое развитие «дописьменных» культурных форм передачи информации» доказывается, что для понимания социокультурных процессов формирования информационного общества необходим исторический анализ развития культурных и социальных форм передачи информации.

Исследование генезиса возникновения и развития способов коммуникации показало, что практически все виды человеческой жизнедеятельности служат для передачи информации и включают в себя как невербальные и вербальные способы передачи информации. Среди них - жесты, мимика, исполнение музыки, танец, живопись, пение, актерская игра, лечение, отправление религиозного культа письменность, и другое. Но первостепенную роль в возникновении и развитии коммуникаций играет труд как взаимосвязанная деятельность людей.

В первобытной культуре человек (в отличие от животных), взаимодействуя с окружающей его средой, активно создавал символических посредников. Язык слов и жестов того или иного племени практически всегда содержал в себе элементы других культур. Язык жестов и членораздельно-звуковой языки выражали од­но и то же мышление, одну и ту же информацию и взаимно обусловливали развитие друг друга. Причем исторически первым был именно язык жестов. Самоорганизация культуры происходит через построение ее предметного мира, то есть «неорганического тела» человека, «второй природы», «искусственной среды» (в отличие от естественной) его обитания. Этот предметный мир и обозначается термином «предметность». Предметный мир культуры начал строиться тогда, когда человек проявил способность к созданию того, чего в природе нет вовсе (одежды, лука, стрелы, жилища, горшка и т.п.), к подражанию природе (натурализм пещерной живописи) или к ее изменению (доместикация). Предметность оказалась новым, негенетическим, неприродным способом передачи опыта, новым механизмом памяти. Предметность появилась на самых ранних этапах антропосоциогенеза. В простейших палеолитических орудиях (кремневых пластинках с ретушированными краями, костяных шильях, наконечниках копий и т.п.) уже присутствует несвойственный природе механизм взаимодействия со средой – целенаправленность.

Информация содержалась и в самой форме созданных челове­ком предметов, «подсказывая» характер их применения, и в выборе материала, несущего эту информацию. Другими словами, предмет становился носителем, знаком информации. Носителем информации является не только предмет, но и знак, и знаковые системы. Именно мир значений обеспечивает каждого индивида интерсубъективным набором средств и целей; они значимы потому, что практически апробированы, а потому разумны и понятны в пределах жизнен­ного.

Чем ближе мышление социальной группы к пралогической форме, тем сильнее в нем господствуют чувственные об­разы, «образы-понятия», причем «пралогическое» не означает «нелогическое».

В дописьменных культурах формировался особый культурный код – мифологический. Мифосознание – это не столько способ объяснения окружающего мира, но, прежде всего, способ пере­живания, психологической защиты от мира.

Информация кодируется и в собственных именах. В современном обществе имя обладает статусом «внешней эти­кетки», не отражающей сущность человека. Иная ситуация в пер­вобытном обществе: и многочисленные факты неопровержимо свидетельствуют в пользу того, что для первобытного человека связь между име­нем и обозначаемыми им вещью или лицом является не произ­вольной и идеальной ассоциацией, а реальной. В символах мифологического сознания закреплена жесткая связь, выражено тождество природного, предметного и знаково­го миров. Культурные смыслы хранят не познавательные сведения о мире, а выражают жизненную посюсторонность всех явлений и событий как фактов и очевидностей мира. Вот почему в любой культуре смыслы являются подлинной мерой человечности, гра­ницей осмысленности мира, показателем посюсторонности всех содержаний мира. Смыслы выступают как бытийные константы ми­ра, благодаря чему они становятся основаниями конкретных актов мироотношения, в том числе и в специализированных формах культурной деятельности – искусстве, религии, философии, на­уке и т.д.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.