авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 |

Современные проблемы развития топливно-энергетического комплекса южной кореи

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

СТЕКЛОВ Михаил Михайлович

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ

ТОПЛИВНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА

ЮЖНОЙ КОРЕИ

Специальность 08.00.14. Мировая экономика

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата экономических наук

Москва - 2008

Диссертация выполнена на кафедре мировой экономики Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России

Научный руководитель - доктор экономических наук

СУСЛИНА Светлана Серафимовна

Научный консультант - доктор экономических наук

КОТЛЯРОВ Николай Николаевич

Официальные оппоненты - член-корреспондент РАН,

доктор экономических наук, профессор

МИХЕЕВ Василий Васильевич

  • кандидат экономических наук, доцент

ТРИГУБЕНКО Марина Евгеньевна

Ведущая организация - Институт стран Азии и Африки

МГУ им. М.В.Ломоносова

Защита состоится 30 октября 2008 г. в 15:30 на заседании диссертационного совета Д.209.002.06 по экономическим наукам Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России по адресу: 119454, Москва, проспект Вернадского, 76.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России.

Автореферат разослан «___» сентября 2008 г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета Соколова М.И.

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования: Поставленная руководством России задача ускоренного развития восточных районов страны, активного вовлечения их в интеграционные процессы в Азиатско-тихоокеанском регионе (АТР), диверсификации рынков сбыта российских углеводородов делает актуальным изучение быстро растущего спроса на энергию в государствах Северо-Восточной Азии (СВА).

В настоящее время наиболее перспективными рынками российского энергетического экспорта в странах СВА считаются Китай и Япония. Однако в близком будущем третьим крупным импортером российских энергоресурсов может стать Южная Корея (Республика Корея - РК). Несмотря на то, что ее финансовые возможности и спрос на энергоресурсы ниже, чем у великих соседей, по мировым масштабам эти показатели уже весьма значительны. Являясь нетто-импортером энергоносителей, РК занимает 2-е место в мире по импорту угля и сжиженного природного газа (СПГ), 4-е место по импорту и 6 место по потреблению сырой нефти1; затраты на импорт углеводородов приближаются к 70 млрд долл.2; по объему стратегических резервов нефти РК уступает в АТР только Японии.

Изучение динамики развития топливно-энергетического комплекса (ТЭК) РК, происходящих в нем структурных изменений и смены стратегических приоритетов, особенностей его реформирования и обеспечения энергоресурсами важно для оценки реального потенциала российско-корейского сотрудничества в энергетической сфере, повышения его эффективности, поиска новых форм и направлений, представляющих взаимный интерес.

Предмет исследования: современное состояние и проблемы развития ТЭК РК под углом зрения перспектив сотрудничества с Россией в этой области.

Объект исследования: совокупность условий и факторов, определяющих функционирование ТЭК РК, возможности и пути его развития.

Цели и задачи исследования: главной целью диссертации является выявление новых тенденций в развитии ТЭК Республики Корея, определяющих ее спрос на энергию как страны нетто-импортера энергоносителей, с учетом заинтересованности России в освоении новых рынков сбыта углеводородов в АТР.

В соответствии с поставленной целью в диссертационном исследовании определены следующие задачи:

- изучить характерные особенности развития и реформирования ТЭК Южной Кореи, текущие и перспективные потребности южнокорейской экономики в различных видах энергоресурсов;

- проанализировать эффективность политики южнокорейского руководства по ослаблению зависимости страны от традиционных видов энергоносителей и энергосбережению;

- выявить цели, задачи и приоритеты южнокорейской энергетической дипломатии;

- проанализировать опыт сотрудничества между РК и Россией в энергетической области, вскрыть сдерживающие его развитие причины, изучить перспективы, в том числе возможность оказания совместной энергетической помощи КНДР.

Научная новизна работы заключается в получении следующих научных результатов:

  1. Впервые в российском корееведении проведен комплексный анализ актуальных проблем развития ТЭК РК с учетом ее специфики как страны нетто-импортера энергоносителей.
  2. Акцент в работе сделан на современный период, связанный с кардинальными изменениями в энергетической политике РК, не ставшими пока предметом глубокого исследования в научной литературе.
  3. Раскрыты причины зависимости Южной Кореи от зарубежных энергоресурсов, исследованы возможности страны по сдерживанию ее дальнейшего роста.
  4. Изучение темы российско-южнокорейского сотрудничества в области энергетики проведено в широком диапазоне, охватывающем не только сырьевые аспекты, но и энергетические технологии и перспективы совместного участия в проектах регионального масштаба.
  5. Выявлены причины, сдерживающие выполнение достигнутых ранее договоренностей в рамках российско-южнокорейского энергетического диалога, что придает диссертационному исследованию актуальный прикладной характер и повышает его практическую значимость.
  6. Показаны возможные направления сотрудничества в энергетической области между Россией, РК и КНДР.

Степень разработанности темы: различные аспекты функционирования ТЭК РК, обеспечения его энергоносителями регулярно освещаются в трудах южнокорейских исследователей, издаваемых Корейским институтом внешней экономической политики (Korea Institute of International Economic Policy), Корейским институтом по изучению энергетических проблем экономики (Korea Energy Economics Institute), Корейским институтом энергетических исследований (Korea Energy Research Institute).

Южнокорейскими аспирантами, обучающимися в российских ВУЗах, подготовлен ряд заслуживающих внимание диссертаций по теме энергетического сотрудничества РК с РФ. Особенно следует отметить кандидатские диссертации Кан Мин Су «Энергетическое сотрудничество Республики Корея со странами постсоветского пространства» (МГИМО, Москва, 2007) и Юн Бюн Чола «Перспективы энергетического сотрудничества России и Республики Корея в области поставок природного газа в Республику Корея» (Российский государственный университет нефти и газа им.И.М.Губкина, Москва, 2007). В этих работах достаточно основательно исследованы мотивация интереса РК к сотрудничеству с Россией в энергетической сфере, трудности его практического осуществления, ресурсный потенциал России на Востоке, определена ожидаемая эффективность поставок в РК энергоносителей с различных российских месторождений.

В совокупности с названными диссертациями данное исследование позволяет составить более полное и адекватное представление о реальном потенциале российско-южнокорейского энергетического партнерства и представить российскую точку зрения по этому вопросу.

Анализ ситуации в энергетическом секторе РК периодически проводится экспертами Международного энергетического агентства (МЭА), Международного газового союза (МГС), мировых нефтегазовых корпораций. Состояние энергетики РК и КНДР регулярно освещается в докладах Института экономических исследований СВА (Ниигата, Япония), Центра «Восток-Запад» (Гавайи, США), Центра энергетических исследований АТЭС (Токио, Япония), Института «Наутилус» (Университет Сан-Франциско, США).

В российской научной литературе некоторые аспекты функционирования ТЭК РК рассматриваются в работах, посвященных энергетическим проблемам СВА и АТР. Полезным для данного исследования было ознакомление со сборником научных статей «Энергетические измерения международных отношений и безопасности в Восточной Азии» под редакцией А.В. Торкунова (МГИМО, Москва, 2007), кандидатскими диссертациями Попова С.П. «Существующее состояние и тенденции развития нефтяной и газовой промышленности стран Восточной Азии» (Иркутск, 2002) и Елагина Р.Г. «Стратегия освоения нефтяного рынка Северо-Восточной Азии российскими нефтяными компаниями при разработке и экспорте нефтегазовых ресурсов Восточной Сибири» (Москва, 2003).

Вопросы российско-корейского энергетического сотрудничества регулярно освещаются в трудах ученых Института Дальнего Востока РАН, Международного института энергетической политики МГИМО (У) МИД РФ, Института систем энергетики им. Л.А.Мелентьева, Всероссийского научно-исследовательским конъюнктурного института, а также в прикладных исследованиях, проводимых Центром стратегических разработок Министерства экономического развития и торговли РФ, Международным Фондом социально-экономических и политологических исследований (Горбачев Фонд), московским отделением Центра Карнеги, Байкальским экономическим форумом.

Границы проведенного исследования определяются тремя факторами: географическим (рассматривается состояние и перспективы развития ТЭК Южной Кореи, его место в СВА и АТР, результаты и основные направления энергетического диалога между Россией и РК, и их и взаимодействия при оказании энергетической помощи КНДР), хронологическим (с начала 60-х годов до 2006 г.) и предметным (анализируются изменения в ТЭК и энергетической политике РК, определяющие ее спрос на энергоресурсы на перспективу и интерес к энергетическому сотрудничеству с Россией).

За теоретическую и методологическую основу диссертации взяты труды российских ученых, занимающихся изучением мировой экономики и глобальных социально-экономических проблем: Л.И.Абалкина, В.Д.Андрианова, А.А.Кокошина, В.К.Ломакина, Н.П.Шмелева, В.Д.Щетинина, а также исследователей в области энергетической политики и энергетической безопасности С.З.Жизнина, Н.В.Миронова, В.И.Салыгина, Е.В.Телегиной, С.А.Цеханова.

При подготовке диссертации автор опирался на результаты ислледований известных российских экономистов-востоковедов Н.Н.Котлярова, С.Г.Лузянина, А.И.Медового, В.В.Михеева, Е.П.Тришина. А.Н.Федоровского.

Важная роль в методологическом подходе автора к изучению проблем экономического развития Республики Корея отводилась трудам видных представителей отечественной школы корееведения Г.В.Грязнова, И.С.Казакевича, Н.П.Семеновой, Б.В.Синициына, С.С.Суслиной, Г.Д.Толорая, А.В.Торкунова, М.Е.Тригубенко.

Анализ энергетической политики РК основывается на результатах научных исследований, проведенных иностранными и южнокорейскими учеными и специалистами в области энергетической политики РК и КНДР, такими как К.Асакура, Гао Сициань, П.Камерон, Г.Кристоферсен, Дж.Мюллер, К.Нёхофф, Стив Пакет, Х.Разави, Дж.Сонг, Дж.Феттер, Д. Фон Хиппель, Ф.Фешараки, М.Хамада, С.С.Харрисон, П.Хэйс, Дади Чжоу, Бэк Кён Ук, Кан Мин Су, Кан Тхэ Вон, Кан Чжун Мин, Ким Мён Нам, Ким Сон Рэ, Ким Чжин У, Ким Чжон Ук, Ли Сан Гон, Ли Су Хун, Ли Хён Бок, Мун Ён Сок, Пак Дон Ук, Пак Чан Вон, Рю Чжи Чуль, Сим Сан Рюль, Чон У Чжин,, Ян Ы Сок.

Оценивая перспективы энергетического взаимодействия между Россией и РК на региональном уровне диссертант учитывал точку зрения российских исследователей Г.В.Белокуровой, Н.И.Воропая, В.И.Иванова, В.Д.Калашникова, А.М.Мастепанова, П.А.Минакира, В.В.Саенко, В.Б.Якубовского, в работах которых находит отражение позиция России по данному вопросу. В части, касающейся возможностей инвестирования РК в российский ТЭК, полезным было ознакомление с трудами Л.К.Линник, С.Ю.Новичкова, Н.А.Цветкова, в которых исследуются общие проблемы участия иностранного капитала в добывающих отраслях.

Важное значение для диссертации имеют выступления Президента России В.В.Путина, в которых сформулированы стратегические направления энергетической политики России. В оценке перспектив развития энергетического сотрудничества в «треугольнике» Россия – РК - КНДР учитывались точки зрения руководителей российских регионов, министерств и ведомств, нефтегазового бизнеса.

Диссертационное исследование построено по проблемно-хронологическому принципу с использованием метода многофакторного анализа данных, полученных в ходе экономико-статистического сбора и обработки информации.

Источники. Важная роль в проведенном диссертантом исследовании отводилась анализу документальных и статистических материалов. В качестве первоисточников послужили официальные документы и законодательные акты России и РК, отчеты и доклады международных энергетических организаций и транснациональных нефтегазовых компаний. Автором были изучены аналитические материалы, подготовленные ведущими российскими, иностранными и южнокорейскими исследовательскими центрами. Актуальные сведения были получены из материалов отечественной, южнокорейской и зарубежной печати.

Статистическую базу работы составили данные, опубликованные Министерством иностранных дел и Министерством экономического развития и торговли России, Федеральной службой государственной статистики РФ, южнокорейскими Министерством торговли, промышленности и энергетики, Национальным статистическим бюро, Институтом по изучению экономических проблем энергетики, а также Международным энергетическим агентством (МЭА).

В своем исследовании автор опирается на практический опыт, приобретенный им во время работы в торговом представительстве России в Южной Корее (1989-1993 гг., 1997-2001 гг.), в ходе которой диссертант принимал непосредственное участие в переговорах и конференциях по вопросам российско-южнокорейского энергетического сотрудничества.

Научно-практическая значимость работы состоит в том, что результаты исследования дают комплексное представление о современном состоянии и перспективах развития ТЭК Южной Кореи и могут быть использованы для прогнозирования спроса РК на энергоносители на среднесрочную и долгосрочную перспективу.

Выявление приоритетов в энергетической политике РК представляется важным для понимания ее позиции относительно участия в энергетических проектах в России.

Анализ проблем, с которыми РК сталкивается в реформировании энергетических отраслей, может быть полезным при проведении аналогичных преобразований в российских условиях, особенно, в части касающейся приватизации.

Рассматриваемые в диссертации возможности взаимодействия между Россией и РК в оказании энергетической помощи КНДР могут быть востребованы при обсуждении этой темы на шестисторонних переговорах по проблемам Корейского полуострова.

Материалы исследования могут быть использованы в учебных курсах и справочных материалах, освещающих энергетическую ситуацию в АТР, российско-корейские отношения, энергетическую политику и дипломатию стран СВА.

Апробация работы. Отдельные результаты диссертационного исследования изложены автором в докладах на научных конференциях и отражены в научных публикациях Института Дальнего Востока РАН (2004, 2005, 2006, 2007 гг.), а также в статьях, опубликованных в ряде периодических изданий (указаны в конце автореферата), на российско-корейских семинарах по вопросам энергетики. Автор также выступил с лекцией в Корейском институте экономической политики (Сеул), подготовил аналитический материал по заказу Корейского института экономических проблем энергетики (Сеул).

Структура диссертационного исследования отражает его цель и задачи и состоит из введения, трех глав, 5 диаграмм, заключения, библиографического списка и приложения из 25 таблиц. Общий объем работы 158 страниц, в том числе основное содержание 133 страницы.

Во введении обосновывается выбор темы, раскрывается ее актуальность, научная новизна, практическая значимость, степень разработанности, формулируются цели и задачи исследования.

В первой главе исследуются особенности становления энергетической базы РК, происходящие при этом изменения в энергобалансе, раскрываются главные составляющие успеха в решении задач по энергетическому обеспечению индустриализации в условиях острого дефицита собственных энергоресурсов. Изучены новые направления в энергетической политике РК, получившие развитие под воздействием процессов глобализации, рассмотрены проблемы, с которыми страна столкнулась в связи с ростом мировых цен на энергоносители и результаты реформирования ТЭК. Выявлены причины низкой эффективности мер по сдерживанию роста энергопотребления и использованию альтернативных источников энергии. Показаны основные направления развития ТЭК на перспективу.

Во второй главе проанализирована зависимость РК от мировых рынков энергоресурсов, показаны основные направления географической диверсификации источников энергии. Изучены специфика участия южнокорейских компаний в зарубежных энергетических проектах, внешнеэкономические и внешнеполитические факторы, влияющие на энергетическую безопасность страны. Определено отношение РК к вопросам сотрудничества в сфере энергетики на региональном уровне, показана роль южнокорейской дипломатии в решении энергетических проблем, стоящих перед страной.

В третьей главе рассматриваются состояние и перспективы российско-южнокорейского энергетического сотрудничества, включая возможность оказания совместной энергетической помощи КНДР. Особое внимание уделено вскрытию причин, сдерживающих реализацию достигнутых ранее договоренностей.

В заключении на основании результатов, полученных в ходе изучения состояния ТЭК РК на современном этапе, диссертантом делаются выводы и предлагаются рекомендации для их возможного практического использования.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Глава 1. «Энергетическая база Южной Кореи в индустриальный и постиндустриальный периоды развития экономики страны и в перспективе до 2020 года»

На первом этапе индустриализации РК проблема дефицита энергии решалась путем максимального использования внутренних ресурсов и постепенного наращивания импорта нефти по мере возрастания валютных поступлений от экспорта. Ее доля в структуре первичного энергопотребления выросла с 26,8% в 1967 г. до 47,2% в 1970 г., в то время как доля угля за этот же период сократилась с 40,0% до 29,6%. Стимулируемое правительством развитие энергоемких производств вело к дальнейшему росту спроса на нефть. В 1978 г. в энергобалансе страны на нее приходилось уже 63,3%.3

Сохранявшаяся длительное время стабильная и благоприятная конъюнктура на мировом рынке нефти сделала ее безальтернативной энергетической основой экономического роста РК, что предопределило усиление зависимости страны от этого вида топлива.

Рецессия, имевшая место в южнокорейской экономике после двух мировых нефтяных кризисов, показала, что увеличение доли нефти в энергобалансе страны в условиях возрастающей неустойчивости мирового нефтяного рынка становится опасным. Для ослабления зависимости от нефти в 80-х годах в РК были приняты меры по диверсификации энергобаланса. С 1986 г. страна начала импортировать сжиженный природный газ (СПГ), доля которого в энергобалансе в 1987 г. доведена до 3,1%. Росла выработка электроэнергии на атомных электростанциях (АЭС), обеспечивших в 1987 г. 14,5% первичного энергопотребления против 2,1% в 1982 г. Наращивались объемы угледобычи. В 1985 г. доля угля в энергобалансе достигла наивысшего предела – 39,1%.4

На континентальном шельфе была активизирована разведка собственных месторождений углеводородов.

Исключительная важность ТЭК для экономического развития РК, его потребность в крупных инвестициях и долгосрочном планировании диктовали необходимость сохранения государственной монополии в этом секторе. Не смотря на то, что новым стратегическим направлением в экономике стала либерализация и уменьшение вмешательства государства в предпринимательскую деятельность, энергетические отрасли по-прежнему оставались под контролем правительства. В этих целях были созданы крупные специализированные энергетические компании, в которых государству принадлежали контрольные пакеты акций («Петролеум дeвелопмент корпорейшн» (ПЕДКО), «Кореа газ корпрорейшн» (КОГАЗ). Созданная в 1961 г. «Кореа электрик корпорейшн», в 1982 г. преобразована в «Кореа электрик пауэр корпорейшн» (КЕПКО) со 100-процентной государственной собственностью.

Однако сохранение государственной монополии в энергетических отраслях негативно влияло на эффективность их работы. Проводимая правительством дифференцированная ценовая политика в отношении различных групп энергопотребителей способствовала дальнейшему росту энергоемких производств. Пик роста потребления энергии пришелся на первую половину 90-х годов, когда среднегодовые темпы роста первичного энергопотребления составили 10,1%.5

В условиях идущих в мировой энергетике процессов либерализации, приватизации и усиления рыночных механизмов такой рост энергопотребления вел к существенному увеличению затрат на импорт энергоносителей и снижению конкурентоспособности южнокорейской продукции на мировых рынках. После валютно-финансового кризиса, охватившего РК в конце 1997 г., для РК становится обременительным дальнейший рост бюджетных расходов на развитие ТЭК. На первый план в энергетической политике южнокорейского руководства выходит повышение эффективности использования энергии за счет снижения энергоемкости продукции и энергосбережения, позволяющих сдержать рост потребления энергии и импорт все более дорогостоящих энергоносителей. Решение этих задач потребовало реформирования энергетических отраслей путем постепенного снятия действовавших в них ограничений и включения их в общий процесс либерализации.

Первоочередным объектом реформ стал нефтеперерабатывающий сектор. Внутренний рынок нефтепродуктов был полностью открыт для частного предпринимательства и иностранных инвесторов. К 2003 г в нефтеперерабатывающей промышленности РК подконтрольными государству остались только три направления: реализация нефтегазовых проектов за рубежом, формирование стратегического резерва и управление им, контроль качества нефтепродуктов.

В угольной промышленности правительство пошло по пути последовательного закрытия убыточных шахт и «выдавливания» с внутреннего рынка методом сокращения государственных дотаций местного низкокачественного антрацита, не выдерживающего конкуренции с импортным битуминозным углем.

В электроэнергетике предусматривался переход от регулируемой монополии к рыночной конкуренции. В декабре 2000 г. был принят Закон о проведении реструктуризации электроэнергетической промышленности, разрешающий частное предпринимательство в генерирующем секторе. Результатом этого шага явилось появление первых независимых производителей электроэнергии.

В газовой отрасли планировалось завершить приватизацию в 2003 г. путем выделения из КОГАЗ трех дочерних компаний. Две из них подлежали приватизации, а одну предполагалось оставить под управлением КОГАЗ с целью реализации ранее заключенных контрактов на поставку СПГ. За КОГАЗ также должны были остаться функции управления национальной газовой сетью и ведение крупных проектов, связанных с поставкой трубопроводного природного газа. Для организации оптовой продажи газа приватизированными компаниями намечалось установить для них режима открытого доступа к национальным газовым сетям и терминалам.

Меры, принятые администрацией Ким Дэ Чжуна (1998-2002 гг.), позволили РК добиться улучшения ряда энергетических показателей, включая повышение энергоинтенсивности и энерговооруженности, снижение энергоемкости, замедление темпов роста первичного потребления энергии. Стратегический нефтяной резерв был приведен в соответствие с требованиями МЭА.

С приходом к власти президента Но Му Хёна (2002 г.) рыночные реформы в энергетическом секторе фактически были «заморожены». Не были приватизированы выделенные из КЕПКО электрогенерирующие компании, не удалось создать конкурентный оптовый рынок электроэнергии (суммарная мощность независимых частных электростанций к настоящему времени не превышает 6 ГВт против 56 ГВт, на электростанциях, контролируемых государственной корпорацией КЕПКО6

). Отложена на неопределенное время приватизация КОГАЗ. В новом руководстве возобладала точка зрения, согласно которой сложность задач, стоящих перед ТЭК РК, их прямое воздействие на экономику, безопасность, экологию и социальную стабильность, требуют сохранения эффективного государственного контроля над энергетическим сектором. В главу угла сформулированной в конце 2002 г. новой энергетической политики РК была положена концепция устойчивого экономического развития, основанного на гармоничном сочетании рыночных принципов с требованиями социальной стабильности, энергетической и экологической безопасности.

Оценивая итоги деятельности администрации Но Му Хёна в энергетической сфере, следует отметить характерную для нее осторожность в продолжении реформ, обусловленную сильной политической оппозицией и негативным отношением общества к рыночным преобразованиям, влекущим за собой повышение тарифов на энергию и рост безработицы. В руководстве РК опасаются, что тотальная блиц-приватизация энергетических предприятий может привести к резкому повышению цен на энергию и промышленную продукцию, что несет в себе угрозу подрыва основы южнокорейской экономики. Учитывая эти факторы, правительство замедлило темпы реструктуризации угольной промышленности, ссылаясь на необходимость диверсификации энергоснабжения страны. План реформирования газовой промышленности неоднократно пересматривался, окончательные сроки приватизации КОГАЗ не определены. Большая социальная значимость реформирования КОГАЗ ставит этот процесс в тесную зависимость от политической конъюнктуры, что может осложнить обеспечение страны газовым топливом. В целях сглаживания негативных последствий «замораживания» реформ ряду частных компаний (ПОСКО, «Эл Джи», «Кей Пауэр») предоставлено право на импорт СПГ для собственных нужд в местах, где отсутствует единая газотранспортная сеть.

В целом можно сказать, что реформирование ТЭК РК столкнулось с серьезными трудностями, вызванными, прежде всего, его неготовностью к работе в рыночных условиях. Приходящей на смену нынешнему руководству РК новой администрации во главе с президентом Ли Мён Баком предстоит нелегкая задача продолжения реформ в энергетических отраслях в условиях продолжающегося роста спроса на энергию, без которого невозможно дальнейшее экономическое развитие РК в обозримом будущем.

Ожидается, что прирост первичного потребления энергии в период с 2000 по 2020 г. составит в среднем 2,4% в год. Наиболее высокими темпами будет возрастать потребление газа (4,8%) и энергии, вырабатываемой на АЭС (3,3%). Рост потребления нефти планируется удержать на уровне 1,8%, угля – 1,9%. Соответственно произойдут изменения в структуре энергобаланса страны. С 2005 по 2020 г. доля нефти в структуре потребления первичной энергии должна уменьшиться с 48,9 до 44,8%, угля - с 22,2 до 20,1%,, гидроэнергии - с 0,5 до 0,4%, в то время как доля газа возрастет с 12,8 до 15,4%, ядерного топлива - с 13,8 до 16,7%, возобновляемых источников энергии (ВИЭ) - с 1,6 до 2,7%.7 Дальнейший рост энергопотребления можно сдержать только за счет снижения энергоемкости производства и стимулирования энергосбережения. Характеризующие эффективность энергопотребления средние темпы роста первичного потребления энергии с 2001 по 2010 г. запланированы на уровне 3,1%, на период до 2020 г. – 2,4%, а на перспективу до 2030 г. - 2,3%. Это позволит довести эластичность энергопотребления в 2011 г. до 0,33, а в 2020 г. до 0,27. Доля энергоемких отраслей в первичном потреблении энергии должна сократиться с 70,1% в 1995 г. до 55,2% в 2030 г. Вместе с тем, прогнозируемый до 2030 г. среднегодовой темп роста энергетических потребностей (2,3%)8, останется по-прежнему высоким по сравнению с другими странами ОЭСР.

В связи с ужесточением мировых стандартов по предельно допустимым объемам эмиссии парниковых газов (ЭПГ) перед РК стоит задача поддержания устойчивых темпов экономического развития при одновременном уменьшении вредного воздействия энергоемких производств на окружающую среду. В настоящее время Южная Корея находится на 7-ом месте в мире по ЭПГ, уступая только более крупным странам - США, Китаю, России, Индии, Японии и Германии (по оценке МЭА, в 2011 г. ЭПГ в РК достигнет 162,9 млн тонн углекислоты, что превысит уровень 2001 г. в 1,3 раза9). Решение этой проблемы осуществляется путем разработки национальной регистрационной системы, поощряющей досрочное сокращение ЭПГ промышленными предприятиями и предусматривающей возможность продажи и покупки ЭПГ сверх установленных пределов. В первую очередь она охватит предприятия металлургической промышленности, нефтеперерабатывающие комплексы и тепловые электростанции.

В этой связи в стратегии развития энергопотребляющих отраслей промышленности важное место отводится более широкому использованию чистых видов энергии. Теплоснабжение жилого и коммерческого секторов постепенно переводится с угля и мазута на газ, расширяется сеть централизованного отопления и кондиционирования. Доля нефти в производстве тепла и электроэнергии сократится. Уголь же будет в основном использоваться как топливо для электростанций. Использование ВИЭ будет стимулироваться через механизм ценообразования и дифференцированное налогообложение, что даст им возможность на равных конкурировать с другими источниками энергии.

Значительные усилия предполагается направить на сдерживание энергопотребления за счет развития отраслей с высокой добавленной стоимостью, прежде всего высокотехнологичных, где придется состязаться с серьезными соперниками в лице США, Японии и ЕС. Рост конкуренции на мировых рынках товарных групп, производимых в Южной Корее, а также необходимость принятия мер по сокращению ЭПГ будут сильными стимулами для продолжения рыночных реформ в энергетическом секторе.

Глава 2. «Роль фактора внешней зависимости в развитии топливно-энергетического комплекса Южной Кореи»

В настоящее время зависимость РК от импорта энергоресурсов составляет свыше 97% против 76,2% в 1975 г. Ожидается, что к 2020 г. доля местных источников энергии в структуре первичного энергопотребления не превысит 3,8%. Стабильное снабжение нефтью является жизненно необходимым для экономики страны. Поэтому для РК представляет серьезную угрозу увеличение в нефтяном импорте доли стран политически нестабильного Ближнего Востока (в 1999 г. - 72.3%, в 2001 г. - 77%, в 2003 г. - 79,5%)10 и обострение конкурентной борьбы между странами АТР за энергоресурсы. Принимая данные обстоятельства во внимание, в электроэнергетике страны взят курс на увеличение доли энрегоресурсов, не связанных с Ближним Востоком – угля, атомной энергии и гидроэнергии. Если в 2005 г. на АЭС, угольные ТЭЦ и ГЭС приходилось 65,4% всей генерируемой мощности, то к 2015 г. их долю планируется увеличить до 78,6%. В условиях сокращения добычи местного антрацита это ведет к увеличению спроса на импортный уголь, который с 1990 по 2001 г. ежегодно возрастал в среднем на 10,2%. Ожидается, что до 2020 г. объем импортных поставок битуминозного угля будет возрастать в среднем на 1,9% в год.11 Ослабление зависимости от нефти осуществляется также за счет увеличения в энргобалансе доли импортного газа. С 1991 по 2001 г. потребление СПГ ежегодно возрастало на 19,1%, а его доля в импорте энергоносителей выросла с 4,1 до 12,0%. 12

Для обеспечения стабильности поставок энергоносителей важным является прямое участие южнокорейских компаний в зарубежных проектах. К 2010 г. доля поставок с проектов с участием южнокорейских компаний в общем импорте нефти должна возрасти с 2 до 10%, а газа и угля – до 30%. Но, хотя объем инвестиций в разведку и разработку нефтегазовых месторождений за рубежом с каждым годом возрастает (в 2002 г. он составил 470 млн долл., в 2005 г. – 950 млн долл. 13), пока на этом направлении Южная Корея значительно отстает от других промышленно развитых стран.

В условиях высокой зависимости от внешних источников энергии важнейшим инструментом в реализации энергетической стратегии РК является дипломатия, которая имеет для нее особое значение, так как в отличие от США и стран Евросоюза, Южная Корея не имеет возможности опереться на мощные транснациональные нефтегазовые корпорации.

В практическом плане наиболее важным для РК является обеспечение стабильного поступления в страну импортных энергоносителей. Эта задача решается в основном в двустороннем формате. В последнее десятилетие большое внимание уделяется новым рынкам нефти и газа: России, странам Каспийского бассейна и бассейна Северного моря, Центральной и Юго-Восточной Азии, Латинской Америки, Западной Африки.

Располагая ограниченными экономическими и финансовыми возможностями, РК стремится восполнить этот дефицит за счет активного взаимодействия с другими развитыми странами, используя для этого свое членство в МЭА, ОЭСР, АТЭС. На региональном уровне особый интерес для РК представляет объединение усилий с другими странами СВА в освоении российских газовых месторождений и гидроресурсов. С соседними государствами активно ведутся консультации относительно создания объединенной энергосистемы, единой газовой сети и регионального стратегического резерва нефти, заключения Договора энергетической хартии СВА. Особое значение придается сотрудничеству с Китаем, который связан с Россией отношениями стратегического партнерства и до настоящего времени рассматривается как основной коридор для планируемых поставок российского газа в Южную Корею. С корейской стороны также отмечен интерес к совместной с Китаем организации закупок и транспортировки нефти в целях усиления позиций на переговорах со странами-экспортерами и снижения расходов на логистику. Однако выработка согласованной энергетической политики в региональном формате осложняется острой конкуренцией между Китаем и Японией за ближневосточные и российские энергоресурсы. Учитывая это обстоятельство, РК проявляет интерес к объединению усилий с Японией по вовлечению Китая в многостороннее региональное сотрудничество в области энергетики.

Важным направлением южнокорейской энергетической дипломатии, стало участие в многосторонних переговорах по контролю за изменениями климата, на которых РК занимает промежуточное положение между развитыми и развивающимися странами. Не умаляя значения проблемы ЭПГ, южнокорейские представители вместе с тем подчеркивают, что развивающиеся страны не могут позволить себе ограничения выбросу «парниковых» газов в объемах, сопоставимых с развитыми странами. РК также не одобряет навязывание развивающимся странам неприемлемых для них высоких темпов внедрения альтернативных источников энергии.

Глава 3. «Россия в энергетической политике Южной Кореи»

Разрабатываемые в РК планы развития ТЭК и диверсификации источников энергии естественным образом выводят Южную Корею на российский рынок углеводородов, который имеет для РК ряд веских преимуществ. К ним относятся, географическая близость и связанная с нею возможность сокращения транспортных расходов, комплексное наполнение энергетических потоков различными видами энергоресурсов (нефть, газ, электроэнергия), благоприятные перспективы для решения энергетических проблем на региональном уровне, в том числе, с участием Северной Кореи.

Наиболее важным для РК является российский газ, доля которого в энергобалансе страны неуклонно растет. Однако, ни один из проектов, в проработке которых участвовала РК («Якутский», «Ковыктинский»), развития пока не получил. По мере перехода к «Газпрому» координирующих функций по газовым проектам Восточной Сибири южнокорейская сторона стала более восприимчивой к предложению российской стороны придать сотрудничеству в газовой сфере государственный статус. Результатом переговоров, продолжавшихся несколько лет, стало подписание в октябре 2006 г. межправительственного соглашения о сотрудничестве в области газовой промышленности.

В нефтяном сегменте определенный прогресс наблюдается после российско-южнокорейского саммита, состоявшегося в Москве в сентябре 2004 г. В феврале 2005 г. КНОК и ОАО «Роснефть» подписали соглашение о финансировании работ по освоению Западно-Камчатского шельфового участка. Дальнейшее наращивание российского нефтяного экспорта на Восток, в том числе в Южную Корею, ограничено объемом разведанных запасов, высокой себестоимостью добычи, неразвитостью инфраструктуры.

Интерес Южной Кореи к российскому углю сдерживается, главным образом, неразвитостью российской транспортной инфраструктуры.Высокие тарифы, установленные ОАО «РЖД» на перевозку угля, не позволяют российским экспортерам конкурировать на южнокорейском рынке с поставщиками из других стран, пользующимся преимуществами морской транспортировки.

Перспективными направлениями сотрудничества России и РК могут стать экспорт в Южную Корею электроэнергии с дальневосточных ГЭС и совместное оказание энергетической помощи КНДР. Учитывая, что на реконструкцию энергетической базы КНДР потребуются значительные средства, Сеул хотел бы разделить финансовую нагрузку в рамках международной помощи, в первую очередь среди стран, участвующих в шестисторонних переговорах по урегулированию ситуации на Корейском полуострове. Россия, располагающая на востоке значительным энергетическим потенциалом, может при этом сыграть важную роль. Хотя для России Северная Корея и не имеет большого значения как потребитель энергии в силу неплатежеспособности и относительно низкогог спроса, но представляет интерес как транзитная территория для создания энрегетического моста в Южную Корею и формирования регионального энергетического рынка. Политические и экономические интересы России, РК и КНДР создают благоприятные предпосылки для развития сотрудничества в области энергетики в трехстороннем формате, которое одновременно могло бы стимулировать и многостороннее сотрудничество на региональном уровне.

Однако до настоящего времни партнерство с Россией в реализации энергетических проектов ограничивается в основном декларациями (общий объем накопленных южнокорейских инвестиций в Россию, включая энергетический сектор, составил на конец 2006 г. 312,1 млн долл14). В качестве аргументов своей сдержанности в отношении российских энергетических проектов корейская сторона нередко использует сформировавшиеся в деловых кругах Запада стереотипы о неблагоприятном инвестиционном климате в России, несовершенстве российского законодательства, регламентирующего участие иностранного капитала в разработке природных ресурсов.

Существенным препятствием на пути российско-южнокорейского энергетического сотрудничества является отсутствие наземных транспортных коммуникаций между РК и континентом, что по сути превратило ее в «экономику островного типа». В этих условиях транспортировка в РК нефти и газа из России по трубопроводу возможна только через территорию КНР, КНДР или международные воды. В любом варианте это требует участия третьих сторон и решения множества сложных политических, экономических, правовых, технических и финансовых проблем. Еще одним сдерживающим фактором является отсутствие в Южной Корее крупных нефтегазовых компаний, что не позволяет ей успешно конкурировать в российских энергетических проектах с мировыми транснациональными корпорациями. Надо также учитывать, что южнокорейские деловые круги, связанные с морской транспортировкой энергетического сырья, могут понести значительные убытки в результате сокращения закупок энергоносителей на традиционных рынках и в силу этого являются противниками переориентации на российские энергоресурсы.

Заключение

С точки зрения продвижения российского энергетического экспорта на Восток важным является вывод о сохранении Южной Кореей в обозримой перспективе высоких темпов роста потребления углеводородов в связи с отставанием от большинства промышленно развитых стран по таким направлениям как энергосбережение, проведение рыночных реформ в ТЭК, реструктуризация энергобаланса, ограничение эмиссии парниковых газов, диверсификация импорта энергоресурсов. Возможности РК в сдерживании потребления углеводородов, в том числе за счет увеличения мощности АЭС, использования ВИЭ и открытия собственных месторождений, весьма ограничены.

Сохраняющаяся высокая доля энергоемких производств в структуре промышленности требует дальнейшего наращивания импорта энергоносителей. В этих условиях стремление РК ослабить зависимость от Ближнего Востока, с одной стороны, и планы России развернуть часть энергетического экспорта на Восток, с другой, создают благоприятные предпосылки для активизации российско-южнокорейского сотрудничества в области энергетики.

Потенциальную роль Южной Кореи в российском энергетическом экспорте следует оценивать не только в количественных параметрах, но и с учетом экономических и политических интересов России в более широком диапазоне. Южнокорейский рынок может быть эффективно использован для проведения Россией курса на диверсификацию экспорта энергоносителей, в первую очередь газа, цены на который в значительной степени зависят от выбираемых схем транспортировки. С учетом развивающегося диалога между двумя корейскими государствами намерение Южной Кореи выйти из энергетической изоляции на континентальном направлении может создать реальную основу для экспорта российских энергоресурсов электроэнергии в РК через северокорейский коридор. Для России использование этого маршрута представляет стратегический интерес, так как позволило бы занять более независимую позицию в переговорах с Китаем, а также усилить влияние в СВА. Благоприятную основу для создания такого коридора могло бы заложить энергетическое сотрудничество в «треугольнике» Россия-РК-КНДР, что становится более реальным в свете недавнего разблокирования шестисторонних переговоров по Корейскому полуострову.

Вместе с тем, принимая во внимание осторожность, с которой южнокорейские компании относятся к российским энергетическим проектам, можно ожидать, что динамика развития энергетического диалога между Москвой и Сеулом будет во многом определяться скоростью формирования на востоке России производственных мощностей по добыче энергоносителей, развития инфраструктуры и улучшения инвестиционного климата в российском ТЭК. В близкой перспективе интерес со стороны РК будет проявлен к долевому участию в относительно небольших и быстроокупаемых проектах. Практический спрос на российские энергоносители будет повышаться по мере формирования инфраструктуры, выводящей их на рынок АТР. Более активно российский фактор будет использоваться в энергетической дипломатии РК с целью формирования выгодных ей схем энергоснабжения, получения уступок при заключении сделок со странами, конкурирующими с Россией.

С учетом того, что крупнейшие потенциальные потребители российских энергоносителей в лице Китая и Японии играют решающую роль в формировании нефтяных и газовых потоков из России, место РК в российском энергетическом экспорте будет определяться уровнем координации энергетической политики между странами СВА. В силу этих соображений Южная Корея является последовательным сторонником энергетической интеграции в регионе, что имеет для России как положительные, так и отрицательные стороны. В положительном плане можно выделить возможность использования северокорейского коридора для экспорта энергоносителей и электроэнергии в РК, что позволит избежать монопольного диктата цен на газ и электричество со стороны Китая. К отрицательным моментам следует отнести опасность консолидации потребителей (Китай, Япония, Южная Корея) в ущерб интересам поставщика (Россия).

Не смотря на имеющиеся трудности и различия в подходах России и РК к вопросам энергетического сотрудничества, наличие объективных условий для его развития, их соответствие стратегическим целям обеих сторон в дальнейшем будет играть определяющую роль. Это подтверждается высказываниями победившего на президентских выборах в Южной Корее Ли Мён Бака, который подчеркнул, что участие в разработке энергетических ресурсов в Сибири является для РК одним из важнейших проектов.

На основе полученных в результате исследования выводов о состоянии ТЭК РК и перспективах его дальнейшего развития автором предлагаются следующие рекомендации:

1. Принимая во внимание растущий интерес южнокорейских компаний к прямому инвестированию в предприятия энергетической, угольной, нефтегазовой и нефтеперерабатывающей отраслей России необходимо на государственном уровне увязывать решение этого вопроса с предоставлением на основе взаимности аналогичных возможностей российским компаниям, заинтересованным в прямом доступе к энергетическим и газораспределительным сетям РК.

2. Наличие в РК избыточных мощностей по нефтепереработке в условиях усиления глобальной конкуренции и необходимости снижения темпов роста энергопотребления может побудить РК к переносу нефтеперерабатывающих предприятий, особенно специализирующихся на ранних переделах, в страны, располагающие необходимыми сырьевыми ресурсами. Россия, стремящаяся к увеличению доли переработанной продукции в экспорте, заинтересована в том, чтобы такие предприятия были размещены на ее территории. С этой целью необходимо усилить мониторинг состояния отрасли и осуществляемых в ней преобразований. Особое внимание при этом следует уделить плану создания на юге Корейского полуострова регионального энергетического узла, ориентированного на переработку энергоресурсов из России, чтобы его реализация не привела к закреплению сырьевого статуса последней. Полем для взаимодействия на этом направлении могло бы стать экономически обоснованное распределение между РК и РФ нефтеперерабатывающего цикла по глубине передела.

3. С принятием обязательств по сокращению эмиссии «парниковых» газов в полном объеме южнокорейская сторона может проявить интерес к приобретению невыработанных квот других стран. Относительная неразвитость промышленности в дальневосточных районах позволяет Россия предложить часть своей квоты Южной Корее. Кроме того, заинтересованность РК в сокращении выбросов «парниковых газов» можно использовать в качестве дополнительного аргумента в пользу передачи избыточной электроэнергии с российского Дальнего Востока на Корейский полуостров.

4. Для реализации географических преимуществ сотрудничества с РК в энергетической сфере России необходимо проводить более взвешенную и конкурентоспособную тарифную политику на транспортных каналах, что позволит успешнее конкурировать с зарубежными поставщиками энергоносителей, в первую очередь, газа и угля, пользующихся преимуществами морской транспортировки.

5. В свете недавнего разблокирования шестисторонних переговоров по Корейскому полуострову появляется благоприятная возможность активизировать усилия трех стран по поиску выхода Северной Кореи из энергетического кризиса, рассматривая эту задачу не только с точки зрения экономической выгоды, но и в более широком контексте стратегических интересов сторон. Такой подход предопределяет участие государственных структур РФ и РК в софинансировании энергетических проектов в КНДР и предоставление частным компаниям, участвующим в этом процессе, обоснованных экономических льгот и гарантий.

6. Место РК в российском энергетическом экспорте во многом будет определяться степенью координации региональной энергетической политики в масштабах СВА. В интересах России было бы создание постоянно действующего механизма по координации региональной энергетической политики, что позволило бы перевести жесткую конкуренцию между странами региона за доступ к российским энергоресурсам в конструктивное русло. Это устранило бы многие барьеры, препятствующие мобилизации финансовых ресурсов на освоение перспективных месторождений углеводородов на востоке России и реализации планов региональной энергетической интеграции, которые могут стать основой для более широкой экономической интеграции в АТР. Существование такого координирующего центра позволило бы России теснее увязывать вопросы энергообеспечения стран региона с интересами экономического развития российского Дальнего Востока, а с другой стороны, уменьшить опасность сепаратной консолидации потребителей в лице Китая, Японии и Южной Кореи в ущерб интересам России. При этом РК, имеющая свои интересы в энергообеспечении, могла бы играть роль эффективного тактического инструмента в отношениях России с Китаем и Японией, претендующих на роль основных потребителей российских энергоресурсов на Востоке.

Список публикаций автора по теме диссертации:



Pages:   || 2 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.