авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

Российский рынок труда: адаптация без реструктуризации

-- [ Страница 6 ] --

В заключении формулируются основные выводы исследования, а также анализируются новые тенденции, обозначившиеся после вступления российской экономики в фазу подъема. Российская модель рынка труда вырабатывалась в период глубокого трансформационного кризиса. Что же стало происходить с ней в условиях роста? Насколько устойчивыми оказались ее отличительные черты? Сохранили ли свое значение "нестандартные" формы адаптации или они начали постепенно выходить их употребления? "Портрет" российской модели рынка труда был бы неполон без анализа этих новых тенденций.

Общий алгоритм ее функционирования не претерпел принципиальных изменений и после того, как российская экономика начала выбираться из затяжного трансформационного спада. Численность занятых за три посткризисных года увеличилась примерно на 6 млн человек (прирост 11%). Столь энергичного восстановления занятости в период подъема не демонстрировала ни одна другая переходная экономика. Характерно, однако, что при этом численность занятых в формальном секторе (на предприятиях и в организациях) не только не выросла, но даже несколько сократилась. Фактически здесь наблюдался "экономический рост без создания рабочих мест". Все приращение занятости пришлось на неформальный сектор – "серую" зону, скрытую от непосредственного наблюдения статистических органов.

Ослабленная реакция показателей формальной занятости частично компенсировалось активной реакцией показателей рабочего времени. За три посткризисных года его продолжительность увеличилась на 2,7%, в том числе в промышленности – на 8,8%. Исключительно высокую степень чувствительности продемонстрировала также безработица, которая в условиях возобновившегося роста сократилась более чем вдвое. (Не менее впечатляющей была динамика долговременной безработицы, уровень которой снизился с почти 7% в начале 1999 г. до 3% в середине 2002 г.).

В целом это – беспрецедентные показатели для переходных экономик в период выхода из кризиса. Одновременно происходила и активная ценовая подстройка. Так, годовые темпы прироста реальной заработной платы достигали или даже превышали 20%. Хотя ее рост носил по преимуществу восстановительный характер, компенсируя резкий провал после кризиса 1998 г., определенную роль играл также частичный вывод из "тени" неофициальной оплаты труда.

Максимальную степень пластичности демонстрировали разноличные "нестандартные" формы поведения на рынке труда. Как и можно было предполагать, в посткризисный период они начали постепенно отходить на второй план. Это коснулось как переводов на неполное рабочее время и административных отпусков, так и задержек заработной платы и скрытой оплаты труда. В принципе в переключении на более "стандартные" формы трудовых отношений при выходе экономики из кризиса нет ничего неожиданного. Специфические приспособительные механизмы, выработанные российским рынком труда, выполняли функцию амортизаторов негативных шоков и, естественно, что при улучшении экономической конъюнктуры спрос на них пошел на убыль.

Тенденция к отходу от неформальных способов экономического взаимодействия коренится в объективных условиях посткризисного развития. Перспективы экономического роста неизбежно порождают стимулы для переориентации от неформальных "правил игры" – к более формализованным, от неявных контрактов – к явным, от непрозрачных теневых схем – к открытым легальным трансакциям. Возникает своего рода спонтанный сдвиг в направлении формализации и стандартизации трансакционного пространства.

Однако сам по себе этот сдвиг имеет ограниченное значение и неспособен качественно изменить ситуацию. Удивительно не то, что с началом экономического оживления "нестандартные" формы адаптации стали использоваться менее активно, а то, каким масштабным несмотря ни на что остается их применение. Даже спустя три года после того, как российская экономика начала "расти", различными формами вынужденной неполной занятости было охвачено не менее 3 млн человек; каждый шестой работник сталкивался с задержками заработной платы; неформальные отношения и теневые практики, как и раньше, пронизывали все звенья хозяйственной системы. Очевидно также, что любой сколько-нибудь значимый негативный шок способен развернуть наметившиеся позитивные сдвиги в обратном направлении.

Экономический рост не в состоянии изменить институциональную природу переходной экономики, в лучшем случае он может создать благоприятные предпосылки для ее постепенного переформатирования. Для выправления встроенных деформаций, существующих на российском рынке труда, необходимы глубокие структурные реформы. Спонтанный сдвиг "снизу" в направлении большей формализации и стандартизации способов экономического взаимодействия может дать эффект, если он будет поддержан "сверху" – организационно, законодательно и политически.

Существует, однако, опасность, что попытки перевести российскую модель рынка труда в иной, более упорядоченный и прозрачный режим, могут пойти по ложному пути – расширения и усложнения сети запретов и ограничений, наращивания и ужесточения административного контроля. Но проблема уклонения от требований закона и условий контрактов не лечится "сверхзарегулированностью", на самом деле это симптомы одной и той же болезни. Именно непомерное бремя регламентаций чаще всего порождает стимулы к уводу экономической активности в "тень", к тому, чтобы действовать поверх установленных "правил игры".

Любая попытка втиснуть российский рынок труда в жесткий административный каркас имела бы разрушительные последствия. Она подорвала бы действие выработанных им механизмов краткосрочной адаптации, не создав ни стимулов, ни условий для продуктивной долгосрочной реструктуризации занятости. Как и в других звеньях экономической системы, успеха здесь можно добиться, только двигаясь двумя встречными маршрутами – повышая "цену" за отклонения от требований закона и контрактных установлений, но одновременно делая формальные ограничения более "дешевыми", минимизируя их число и упрощая их содержание.

Возможность гибкой подстройки должна быть введена в правовое поле, допускаться законом и фиксироваться в трудовых контрактах в явном виде. Институциональные изменения в этой сфере должны быть нацелены на построение эффективного рынка труда, который бы не описывался формулой "адаптация без реструктуризации", а действовал по принципу адаптация через реструктуризацию.

ОСНОВНЫЕ РАБОТЫ, ОПУБЛИКОВАННЫЕ ПО ТЕМЕ

ДИССЕРТАЦИИ

Индивидуальные монографии

Капелюшников Р. И. Современные буржуазные концепции формирования рабочей силы: критический анализ. – М.: Наука, 1981. 15 п.л.

Капелюшников Р. И. Российский рынок труда: адаптация без реструктуризации. – М.: ГУ ВШЭ, 2001. 22,5 п.л.

Коллективные монографии

Современная смешанная экономика / Под ред. В. А. Мартынова. – М.: ИМЭМО РАН, 1992. 4,3 п.л. (лично – 0,5 п.л.)

Обзор занятости в России. Вып. 1 (1991-2000). – М.: ТЕИС, 2002. 44 п.л. (лично – 14 п.л.)

Капелюшников Р. И., Вишневская Н. Т. Российская безработица: динамика, структура, специфика. М.: МОНФ, 2003. 10 п.л. (лично – 9 п.л.)

Главы в коллективных монографиях

Капелюшников Р. И. Концепция "человеческого капитала" // Критика современной буржуазной политэкономии / Под ред. А. Г. Милейковского, И. М. Осадчей. – М.: Наука, 1977. 1 п.л.

Капелюшников Р. И. Новое в буржуазной теории занятости // Критика буржуазных теорий ГМК: проблемы "смешанной экономики" / Под ред. А. Г. Милейковского, И. М Осадчей, К. Б. Козловой. – М.: Наука, 1984. 2 п.л.

Капелюшников Р. И. Эволюция современных буржуазных концепций занятости и безработицы // Проблемы безработицы в буржуазной политической экономии. – М.: ИНИОН РАН, 1985. 4 п.л.

Капелюшников Р. И. Новое в политике занятости // Государство и экономика развитых капиталистических стран в 80-х годах / Под ред. И. М Осадчей, К. Б. Козловой. – М.: Наука, 1989. 2 п.л.

Капелюшников Р. И., Аукуционек С. П. Придерживание рабочей силы: свидетельства "Российского экономического барометра" // К вопросу теории и практики переходного периода. – М., ИМЭМО РАН, 1996. 1 п.л. (в соавт., лично – 0,5 п.л)

Капелюшников Р. И. Российский рынок труда: адаптация без реструктуризации // Некоторые аспекты теории переходной экономики / Под. ред. В. А. Мартынова, В. С. Автономова, В. И. Кузнецова. – М.: ИМЭМО РАН, 1999. 9,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Российская модель рынка труда: мы не как все // Какой рынок труда нужен российской экономике (перспективы реформирования системы трудовых отношений) / Под ред. Р. И. Капелюшникова. – М.: ОГИ, 2002. (1,5 п.л.)

Статьи в научных журналах и сборниках

Капелюшников Р. И., Албегова И. М., Леонова Т. Г., Емцов Р. Г., Найт П. Человеческий капитал России: проблема реабилитации // Общество и экономика. 1993. №9-10. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,5 п.л.)

Kapelyushnikov R., Aukutsionek S. Labor Market in 1993 // The Russian Economic Barometer. 1994. №1. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,4 п.л.)

Капелюшников Р. И. Рынок труда: поведение российских предприятий // Промышленники и предприниматели. 1994. №6. 0,5 п.л.

Капелюшников Р. И., Аукуционек С. П. Парадоксы современного рынка труда // Россия: экономика и политика. 1995. №1. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,4 п.л.)

Kapelyushnikov R., Aukutsionek S. Labor Market in 1994 // The Russian Economic Barometer. 1995. №2. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,4 п.л.)

Капелюшников Р. И., Аукуционек С. П. Российские промышленные предприятия на рынке труда // Вопросы экономики. 1995. №6. 1 п.л. (соавт., лично – 0,5 п.л.)

Aukutsionek S., Kapelyushnikov R. Labour Hoarding in Russian Industry // The Russian Economic Barometer. 1996. № 2. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,4 п.л.)

Aukutsionek S., Kapelyushnikov R. Transition in the Russian Labour Market: Enterprises’ Behavior // Selected Papers Submitted to the 22nd CIRET Conference 1995 in Singapore / Ed. by A. G. Kohler, K.-H. Oppenlander, G. Poser. – Munchen: IFO Institute, 1996. 0,8 п.л. (соавт., лично – 0,4 п.л.)

Аукуционек С. П., Капелюшников Р. И. Почему предприятия придерживают рабочую силу // Мировая экономика и международные отношения. 1996. №11. 1 п.л. (соавт., лично – 0,5 п.л.)

Капелюшников Р. И., Аукуционек С. П. Трудоизбыточность и поведение предприятий // Мировая экономика и международные отношения. 1996. №12. 1 п.л. (соавт., лично – 0,5 п.л.)

Kapelyushnikov R. Job and Labour Turnover in the Russian Industry // The Russian Economic Barometer. 1997. №1. 0,8 п.л.

Kapelyushnikov R. Job-Gainers and Job-Losers: Some Comparisons // The Russian Economic Barometer.1997. №2. 0,4 п.л.

Капелюшников Р. И. Движение рабочих мест в переходной экономике: поведение и ожидания российских промышленных предприятий // Движение рабочей силы и рабочих мест в российской экономике. – М.: ИМЭМО РАН, 1997. 2 п.л.

Kapelyushnikov R. Job Turnover in a Transitional Economy: The Behavior and Expectations of Russian Industrial Enterprises // Labor Market Dynamics in the Russian Federation. OECD, Paris, 1997. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Движение рабочей силы и рабочих мест в российской промышленности // Вопросы экономики. 1998. №2. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Избыточная занятость в российской промышленности: истоки проблемы и пути решения // Проблемы прогнозирования. 1998. №6. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Что скрывается за скрытой безработицей? // Государственная и корпоративная политика занятости / Под ред. Т. Малевой. – М.: Московский Центр Карнеги, 1998. 2,2 п.л.

Kapelyushnikov R. Why Do Russian Enterprises Hoard Labour? // Social and Structural Consequences for Business Cycle Surveys / Ed. by K.-H. Oppenlander, G. Poser. – Ashgate: Aldershot, 1998. 1 п.л.

Kapelyushnikov R. Overemployment at Russian Agricultural Enterprises // The Russian Economic Barometer. 1998. №4. 0,8 п.л.

Kapelyushnikov R. On Composition of the Russian Unemployment // The Russian Economic Barometer. 1999. №2. 1 п.л.

Капелюшников Р. И. Российский рынок труда: адаптация без реструктуризации // Проблемы прогнозирования. 2000. №5. 1,2 п.л.

Kapelyushnikov R. Explanations for Wage Arrears: A Microeconomic Approach // The Russian Economic Barometer. 2000. №4. 1 п.л.

Капелюшников Р. И. Задержки зарплаты и экономическое поведение: микроэкономический подход // Вопросы экономики. 2000. №9. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. "Где начало того конца?.." (заметки об институциональной природе переходных обществ) // Вопросы экономики. 2001. №1. 2 п.л.

Капелюшников Р. И. Причины задержек заработной платы: микроэкономический подход // Проблемы прогнозирования. 2001. №3. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Российский рынок труда в период системной трансформации // Экономическая история. Ежегодник. 2000. – М.: Российская Политическая Энциклопедия (РОССПЭН), 2001. 4 п.л.

Капелюшников Р. И. Институциональная природа переходных экономик: российский опыт // Посткоммунистическая Россия в контексте социально-экономического развития. Материалы международной конференции. – М.: ИЭПП, 2001. 1,5 п.л.

Капелюшников Р. И. Задержки заработной платы: микроэкономический анализ // Зарплата и расплата / Под ред. Т. Малевой. – М.: Московский Центр Карнеги, 2001. 2 п. л.

Капелюшников Р. И. Российская безработица: оправдались ли опасения // Экономический рост после коммунизма. Материалы международной конференции. – М.: ИЭПП, 2002. 1 п.л.

Капелюшников Р. И. Общая и регистрируемая безработица: в чем причины разрыва? // Серия “Проблемы рынка труда”. – М.: ГУ-ВШЭ, 2002. №3. 2,8 п.л.

Капелюшников Р. И. Комментарий // Глобализация услуг: динамика, формы, специфика. – М.: ИМЭМО РАН, 2002. 0,5 п.л.


1 Капелюшников Р. И. Теория прав собственности: методология, основные понятия, круг проблем. – М.: ИМЭМО РАН, 1991; Капелюшников Р. И. Сотворение рынков по Рональду Коузу // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 11; Капелюшников Р. И. Категория трансакционных издержек // Как это делается: финансовые, социальные и информационные технологии. – М.: Институт коммерческой инженерии, 1994. Вып. 3; Капелюшников Р. И. Заметки на полях неоинституционального подхода // Фактор трансакционных издержек в теории и практике российских реформ / Под ред. В. Л. Тамбовцева. – М.: ТЕИС, 1998; Капелюшников Р. И. Контроль и собственность в российской промышленности // Вопросы экономики. 2001. № 12.

2 Layard, R., and A. Richter. Labour Market Adjustment – the Russian Way. 1994 (draft).

3 Одним из немногих исключений были, по-видимому, сдвиги в отраслевой структуре занятости, которые приобрели в российской экономике весьма значительные масштабы.

4 Главная трудность состоит здесь в том, что в противоположность собственно "правилам игры" механизмы enforcement'а практически не поддаются импортированию. Их редко удается заимствовать в готовом виде и обычно приходится отстраивать собственными силами.

5 Вместе с тем в случае задержек за предприятиями сохраняются обязательства по погашению накопленной задолженности, тогда как при прямом снижении ставок никаких обязательств за прошлые периоды не возникает. Кроме того, при снижении ставок достигается экономия не только по заработной плате, но и по отчислениям в социальные фонды.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||
 








 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.