авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Российский рынок труда: адаптация без реструктуризации

-- [ Страница 5 ] --

По основным показателям хозяйственной деятельности (загрузке производственных мощностей, финансовому состоянию, уровню инвестиционной активности и др.) трудоизбыточные предприятия находились в существенно худшем положении. Характерно, что кумулятивное падение объемов производства в пореформенный период было у них почти вдвое больше, чем у нетрудоизбыточных. Именно глубина спада была главным фактором, "заталкивавшим" предприятия в состояние трудоизбыточности.

Нередко "придерживание" рабочей силы российскими предприятиями рассматривается как прямое продолжение тенденции к перенакоплению трудовых ресурсов, которая была характерна для прежней системы. Однако, как свидетельствуют данные РЭБ о хронологии формирования "навеса" избыточной занятости, основная его часть не была унаследована, а возникла в первые годы рыночных преобразований. Таким образом, корни проблемы трудоизбыточности лежат в условиях именно переходного периода и по своей природе она имеет не так уж много общего со сверхзанятостью времен централизованного планирования.

Особое внимание в главе уделено анализу причин избыточной занятости. Из микроданных РЭБ следует, что главными факторами, подталкивавшими предприятия к "придерживанию" рабочей силы, выступали: социальная ответственность менеджмента; ожидание роста спроса на выпускаемую продукцию; высокие финансовые и организационные издержки, сопряженные с освобождением от "лишних" работников. За тройкой лидеров с большим отрывом следовали: технологические ограничения на пути сокращения численности персонала; стремление поддержать статус предприятия; желание избежать конфликтов с трудовым коллективом. В то же время у многих популярных объяснений, почему в течение переходного периода российская экономика сохраняла устойчивый "навес" избыточной занятости – таких как, финансовая поддержка трудоизбыточных предприятий со стороны государства; ограничения на увольнения персонала при проведении приватизации; налоговые соображения; сопротивление со стороны рабочих-акционеров; противодействие профсоюзов и др. – не обнаруживается достаточных эмпирических оснований. Ссылки на эти факторы встречаются лишь в 1-5% случаев.

Как соотносятся основные причины "придерживания" рабочей силы в переходных и зрелых рыночных экономиках? Ответить на этот вопрос помогают результаты специального обследования, проведенного РЭБ среди менеджеров голландских промышленных фирм. В Нидерландах, как и в России, лидирующая роль (хотя и с меньшим отрывом) принадлежала социальной ответственности руководства. Сравнительно близки в обеих странах были рейтинги следующих факторов: высоких финансовых и организационных издержек избавления от "лишних" работников; ожидания роста спроса на выпускаемую продукцию; заботы о репутации фирмы. Факторы, по которым наблюдались наибольшие расхождения: сопротивление профсоюзов (вторая по значимости для голландских менеджеров и практически незначимая для российских); нежелание создавать напряженность в коллективе (явно второстепенная для голландцев, но достаточно существенная для россиян); технологические ограничения, препятствующие сокращению занятости (как ни странно, для голландских фирм они были жестче, чем для российских).

Таким образом, различия в основном касались институциональных особенностей двух экономик, тогда как структура общеэкономических мотивов "придерживания" рабочей силы была весьма близка. Патерналистские установки, как и следовало ожидать, были более распространены среди руководителей российских предприятий. Голландские фирмы чаще опасались организованного сопротивления работников, тогда как российские – неорганизованного. В целом же голландские менеджеры были сильнее скованы в своих действиях по регулированию численности персонала, чем российские.

Следующий шаг в анализе проблемы трудоизбыточности предполагает ее рассмотрение через призму издержек двух типов – связанных с сохранением избыточной занятости, с одной стороны, и связанных с изменением численности персонала, с другой стороны. Как показывают опросные оценки, существование излишков рабочей силы сопряжено с немалыми потерями: лишь для абсолютного меньшинства предприятий (3-5%) это не создавало никаких особых проблем. Вместе с тем попытки пойти по пути сокращения численности персонала также сопровождались серьезными трениями: как было установлено, это могло навлекать на руководителей предприятий осуждение окружающих, затруднять приспособление к будущему росту спроса, требовать значительных финансовых затрат и организационных усилий, вызывать конфликты с трудовым коллективом, подрывать социальный статус предприятия, порождать сбои в технологическом процессе и т. д. Иными словами, и в этом случае потери были весьма ощутимыми.

Однако для объяснения поведения предприятий на рынке труда имеет значение не абсолютная величина издержек одного и другого типа, а их соотношение. Скорость рассасывания избыточной занятости в конечном счете зависит от того, как соотносятся между собой издержки высвобождения и издержки придерживания "лишних" работников. В российских условиях затраты, связанные с сокращением численности персонала, были достаточно велики (выходное пособие в размере двух-трехмесячного заработка, необходимость получения согласия профсоюзов и т. д.). В то же время у предприятий имелись возможности отправлять ненужных работников в неоплачиваемые отпуска, задерживать им заработную плату и т. д. Как следствие, избавление от них обходилось в среднем намного дороже их сохранения.

Подобная конфигурация издержек вела к тому, что избыточная занятость приобретала устойчивый характер, а процесс ее рассасывания растягивался на длительное время. Эконометрическая оценка темпов этого процесса показала (эмпирической базой служили опросы РЭБ), что при условии стабилизации объемов производства для полного рассасывания избыточной занятости российской экономике могло бы понадобиться от 3 до 5 лет.

Отличительная особенность предложенного в исследовании подхода состоит в том, что избыточная занятость рассматривается как динамический, а не статический феномен. В основе альтернативных объяснений, завоевавших наибольшую популярность, лежал чрезмерно схематический взгляд на развертывание переходного кризиса. Если считать, что он был вызван глобальным шоком в результате либерализации цен, то тогда действительно непонятно, почему "сброс" избыточной рабочей силы проткал такими замедленными темпами. Однако в реальности переходный кризис развивался под действием целой серии шоков – как на макро-, так и на микроуровне, как на стороне спроса, так и на стороне предложения. Поскольку их последовательность была растянута во времени, неудивительно, что и цепочка приспособлений к ним со стороны занятости также оказалась достаточно протяженной. Наблюдалась своего рода "гонка" между двумя параллельными процессами: непрерывно углублявшимся спадом производства, который подстегивался все новыми шоками, и "сбросом" избыточной рабочей силы, который не успевал за падением выпуска. В конечном счете именно глубина и продолжительность трансформационного кризиса объясняют, почему подстройка занятости растянулась на столь длительное время.

Отсюда следует, что наиболее эффективным средством решения проблемы трудоизбыточности могли бы служить высокие темпы экономического роста. В этом случае часть "лишних" работников оказалась бы востребованной. Кроме того, улучшение общей ситуации за стенами предприятий уменьшило бы бремя социальной ответственности, лежащее на директорах-патерналистах (если они действительно таковы). Наконец, рост ослабил бы привязанность работников к своим предприятиям, повысив их шансы на трудоустройство в других местах. Развитие российского рынка труда в 1999-2002 гг., когда масштабы вынужденной неполной занятости сократились до минимальной отметки 1,5-2%, можно рассматривать как убедительное подтверждение этого общего вывода.

Таким образом, российские менеджеры не оставались полностью пассивными и не вели себя хаотически на рынке труда. На появление и нарастание "навеса" избыточной занятости они реагировали предсказуемым образом: чем массивнее он был, тем быстрее начинала сокращаться численность персонала – подобно тому, как это происходит на рынках труда большинства стран мира.

В четвертой главе анализируется практика задержек заработной платы. На их примере лучше, чем на каком-либо другом, можно проследить специфику функционирования неформальных институтов – их спонтанного возникновения в ответ на неблагоприятные внешние воздействия и последующего освоения, распространения и закрепления в качестве привычных образцов экономического поведения.

Задержки заработной платы – сложное, многомерное явление, связанное с действием целого комплекса экономических, социальных и политических факторов. В самом общем виде их можно определить как специфическую форму принудительного беспроцентного кредитования работниками своих предприятий, при которой сроки погашения определяются самими заемщиками.

С точки зрения работодателей задержки представляют собой эффективный способ обеспечения гибкости оплаты труда. По сравнению с более стандартным способом – снижением ставок – он обладает несомненными преимуществами. Во-первых, в этом случае не требуется формального пересмотра условий контракта: они меняются "по умолчанию". Обычно трудовой контракт оговаривает не только сумму, но и время платежа. Фактически российские предприятия берут обязательства только по первому пункту, оставляя определение сроков платежа на свое усмотрение. Во-вторых, если переход на более низкую заработную плату означает ее сокращение ex ante, то задержки в выплате – ее сокращение ex post. Оплата труда перестает быть фиксированной и ее размер начинает колебаться вместе с результатами текущей деятельности предприятия. По существу речь идет о специфической схеме участия работников в убытках фирмы (в противоположность схемам участия в ее прибылях). В-третьих, если пересмотр ставок заработной платы представляет собой сложную и затяжную процедуру, то реализация решения об отсрочке выплат не требует много времени. В условиях резких и неожиданных перепадов конъюнктуры, характерных для переходной экономики, это немаловажное преимущество.5

Несмотря на повсеместное распространение практики невыплат, многие относящиеся к ней вопросы до сих пор остаются без ответа. Каковы главные спусковые механизмы задержек? Как выглядит структура связанных с ними выгод и издержек? Чем объясняется поразительная степень терпимости к ним со стороны работников? В главе практически впервые в отечественной литературе предпринята попытка рассмотреть проблему невыплат в контексте хозяйственного поведения предприятий. Для этого использованы микроданные опросов "Российского экономического барометра", в том числе – специального обследования, проведенного в 1999 г.

По оценкам РЭБ, практически всем российским предприятиям приходилось когда-либо в прошлом сталкиваться с невыплатами. Максимальный процент предприятий-должников по заработной плате – 60-70% – отмечался в 1996-1998 гг. Тогда же наблюдался наибольший объем невыплат, достигавший 2,5-3 месячных фондов оплаты труда, или 20-25% ее годового фонда. (Это означает, что в пределе рабочая сила обходилась предприятиям примерно на четверть дешевле ее полной контрактной стоимости.) С началом экономического оживления доля предприятий-должников стала быстро снижаться, уменьшившись к концу 2002 г. до 20%.

Анализ не обнаруживает какой-либо жесткой зависимости показателей задолженности по заработной плате от структурных характеристик предприятий. Невыплаты настолько распространенное явление, что их можно встретить на предприятиях практически любого типа. Вместе с тем задержки зарплаты заметно отражались на всех основных аспектах функционирования предприятий-должников. По результатам финансово-хозяйственной деятельности они находились далеко позади предприятий-недолжников. Таким образом, наличие/отсутствие невыплат служит достаточно надежным критерием, позволяющим отделять успешные предприятия от предприятий, так не сумевших доказать свою жизнеспособность в новых условиях.

Экономическую природу невыплат невозможно понять без тщательного анализа спусковых механизмов данного явления. Этому аспекту проблемы в главе уделено особенно большое внимание. В литературе выделяются несколько главных причин, способных вызывать появление задержек заработной платы на конкретных предприятиях. Это – нехватка ликвидности; низкая эффективность; завышенный уровень оплаты труда ; оппортунистическое поведение менеджеров. Очевидно, что в реальной жизни перечисленные факторы могут переплетаться и действовать одновременно. Важно, однако, установить, каков относительный вклад каждого из них в накопление долгов по заработной плате.

Исследование обнаружило тесную связь невыплат с состоянием платежей и взаиморасчетов (величиной дебиторской задолженности, активностью бартерных сделок, "зависанием" денег в банковской системе), а также с показателями эффективности (загрузкой мощностей, наполненностью портфеля заказов, уровнем рентабельности, вероятностью банкротства). Кроме того, было установлено, что появление задержек сопровождается резким падением показателей использования рабочей силы и заметной активизацией натуральных выплат. По-видимому, реже невыплаты генерировались такими факторами как завышенные ставки заработной платы и оппортунистическое поведение менеджеров.

Отсюда можно заключить, что роль оппортунистического поведения не следует переоценивать. Чаще всего оно просто накладывалось на действие таких факторов как низкая платежная дисциплина, широкое использование неденежных форм расчета, отрицательная рентабельность и слабость механизмов банкротства, так что задержки, обусловленные объективными экономическими причинами, становились удобным прикрытием для злоупотреблений менеджмента.

Подавляющее большинство российских менеджеров видели в проблеме невыплат серьезное препятствие для нормальной деятельности своих предприятий и предпринимали разнообразные шаги по ее смягчению. Однако связанные с ней явные и неявные издержки были не настолько велики, чтобы они стремились при любых обстоятельствах поддерживать задолженность по заработной плате на нулевой отметке. В этом – принципиальное отличие от зрелых рыночных экономик, где аналогичные издержки находятся на запретительно высоком уровне и где поэтому несвоевременная оплата работников практически исключена.

Вместе с тем невыплаты едва ли могли бы получить повсеместное распространение на российском рынке труда, если бы не поразительно высокая степень терпимости, с какой относились к ним сами работники. Срок, в течение которого они были готовы трудиться, не получая никакой оплаты, достигала, по экспертным оценкам руководителей предприятий, 5-6 месяцев. Ясно, что при таком запасе "долготерпения" реакция работников была неспособна служить действенным ограничителем практики невыплат.

Столь высокий порог терпимости объяснялся, конечно, не тем, что практика невыплат оказывала несущественное влияние на положение работников, а тем, что в их распоряжении не было эффективных средств, чтобы ей противостоять. С одной стороны, существовавших дисциплинирующих механизмов (таких как угроза забастовок, вмешательство судов, контроль со стороны органов трудовой инспекции, опасность потерять наиболее ценные кадры и др.) было недостаточно, чтобы заставить руководителей предприятий придерживаться установленных сроков оплаты. С другой стороны, возможности выхода работников на открытый рынок также были ограничены: перспектива существовать на пособие по безработице являлась малопривлекательной, а шансы отыскать работу, где бы заработки выплачивались вовремя, были, как правило, минимальны. В большинстве случаев им не оставалось ничего другого как просто пассивно выжидать, когда же ситуация на предприятии изменится к лучшему.

Проведенный анализ подтверждает, что практика невыплат имела глубокие корни на микроуровне. Она подкреплялась всем комплексом положительных и отрицательных стимулов, определявших выбор конкретных вариантов адаптации на рынке труда. В результате российский рынок труда оказался заперт в "плохом" равновесии с устойчиво высоким уровнем недоплаты. Такое равновесие являлось "плохим" по нескольким причинам.

Давая известную передышку предприятиям, которым в иной институциональной среде угрожала бы реорганизация или ликвидация, задержки заработной платы подрывали стимулы к долгосрочной реструктуризации. С одной стороны, именно среди предприятий-должников концентрировалась основная часть потенциальных "банкротов", которым невыплаты помогали удерживаться на плаву. С другой стороны, такие предприятия не располагали необходимыми ресурсами для проведения реструктуризации собственными силами. Как следствие, процесс рыночного отбора, направленный на отсев нежизнеспособных предприятий и некомпетентных менеджерских команд, пробуксовывал: происходила консервация исходно неэффективной структуры производства и занятости.

Помимо того, что практика невыплат препятствовала процессу реструктуризации, она порождала целый ряд других негативных экстернальных эффектов. В условиях хронической недоплаты стиралась грань между оппортунистическим и неоппортунистическим поведением менеджмента. К задержкам начинали прибегать даже относительно успешные предприятия, располагавшие необходимыми денежными ресурсами. Резко усиливалась информационная непрозрачность рынка труда. Смена места работы превращалась в своего рода лотерею: при трудоустройстве работник не знал заранее, каким будет его реальное вознаграждение, так как вероятность задержек не поддавалась точной оценке. Это искажало и замедляло перераспределительные процессы на рынке труда, многократно увеличивая число проб и ошибок. Наконец, подрывалось уважение к одному из главных институтов, составляющих фундамент современной сложно организованной экономики, – институту контракта.

Общий вывод, вытекающий из анализа задержек заработной платы на микроуровне, состоит в том, что в обозримой перспективе перевод российской экономики в режим с нулевым уровнем невыплат едва ли осуществим. Этот механизм приспособления хорошо освоен российским рынком труда, весьма удобен для предприятий и стал привычным для работников. В относительно благоприятные периоды невыплаты могут активно рассасываться, однако любые неблагоприятные изменения будут давать толчок к их очередной эскалации. Скорее всего, российской экономике предстоит еще долгое время нести груз связанных с этим проблем.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 








 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.