авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Концепция экономического пространства и ее потенциал в исследовании экономических процессов и явлений

-- [ Страница 3 ] --

Такой подход продуктивен в силу следующего. Во-первых, крайняя неравномерная расположенность экономических субъектов в пространстве. Во-вторых, их качественная разнородность. В-третьих, исторический «дрейф» одних элементов относительно других. В-четвертых, крайне дифференцированный характер воздействия внешних условий (факторов) на экономическое поведение субъектов при реализации ими своих экономических интересов. В-пятых, институциональная связанность экономических субъектов в рамках макроэкономик уступает место свободе их экономического поведения, анализ которого возможен только в рамках экономического пространства. В-шестых, экономическая теория становится наукой, изучающей не только экономические отношения, экономические системы, экономическое поведение, но и условия существования экономических процессов и явлений. Последнее обстоятельство имеет особое значение, так как интернационализация производства привела к качественно новому состоянию – к хозяйственной глобализации, которая не является простой суммой национальных экономических структур. Процесс глобализации означает не столько усиление экономических взаимосвязей и взаимозависимостей, сколько создание экономических отношений, обеспечивающих выживание и развитие в русле эволюции человека и природы. Слишком велика взаимосвязь между ними, и изменение условий существования одного из них сказывается на существовании другого.

Предлагаемый подход к пониманию пространственности открывает возможности для рассмотрения пространства не просто как пространства тел (например, физическое пространство), а как пространства процессов и связанных с ними понятий, взятых вместе с их практической реализацией и осмыслением.

В рассмотрении понятия «пространство» возможна реализация различных установок, которые условно можно разделить на три группы: объектные, субъектные и деятельностные. При объектной установке на рассмотрение пространства, оно предстает как некая картина мира, понимаемая как совокупность внешних объектов. В соответствии с субъектной установкой, напротив, мир становится представленностью наших чувств и мыслей. Если же мы исходим из того, что субъект и объект не могут существовать друг без друга, а сопрягаются в деятельности, образуя феноменологическое единство «практик», то пространство внешних, по отношению к субъекту, вещей должно быть обязательно связано с его мыслями о них. Таким образом, пространство образуется не только вещами, но и их смыслами.

Итак, экономическое пространство как понятие экономической науки – это аналитическое представление связи экономических процессов и явлений, экономических потребностей и интересов, экономических отношений и их форм реализации и организации (включая экономические системы), адекватное сущностным способам расширения естественной среды обитания на основе создания искусственной среды.

Во второй главе «Пространственный подход к исследованию хозяйственных процессов» рассмотрены методологические возможности концепции экономического пространства, государство как субъект монополии на экономическое пространство, феномены пространственной институционализации экономических взаимодействий.

В истории экономической мысли существуют две традиции исследования поведения человека. Первая, неоклассическая традиция, представляет собой теорию принятия рациональных решений и по сути отвечает на вопрос: как принимать решения рационально? Вторая традиция – поведенческая теория принятия решений – представляет собой теорию действительного поведения людей и пытается объяснить, как люди в действительности принимают решения, которые во многих случаях являются нерациональными и неэффективными. Если создание первой теории происходило в результате объединения экономистов с математиками, то появление второй теории стало результатом альянса экономики с психологией.

Поведенческую экономическую теорию часто называют бихевиористской, что в общем-то верно, но при этом возникает невольная связь с бихевиоризмом, широко известным американским направлением в психологии, согласно которому структура стимулов (задание) определяет структуру реакции (решения). Очевидно, что с бихевиоризмом поведенческая (бихевиористская) экономическая теория не имеет ничего общего, кроме названия. Среди имеющихся в литературе точек зрения по поводу экономического поведения следует особо выделить позицию Дж. Ходжсона10. В своей статье Дж. Ходжсон пытается показать, что необходимость полагаться на привычки и правила является общей для всех экономических субъектов, даже если они сталкиваются с четко определенными задачами оптимизации. Оптимизация, в силу повсеместной распространенности привычек и правил, превращается в частный случай более широкого класса проблем принятия решений. Ходжсон солидаризируется с определением привычки как более или менее самоподдерживающейся склонности или тенденции к следованию предустановленной или благоприобретенной формы поведения (Ч. Кеймик). При этом Ходжсон отождествляет понятия «привычки» и «правила» на основании того, что привычки и правила имеют общую форму: в обстоятельствах X выполняется действие Y. Полагаем такое отождествление неправомерным в силу нижеследующего.

Институционализм в новой политэкономии как методология проявляет себя в том, что нормы (институты) определяют не экономические отношения, которые объективны и существуют вне норм, а положение (координаты) субъектов экономических отношений в экономическом пространстве. В этом контексте структуризация экономического поведения на целеполагание, выбор способа достижения цели и экономические отношения как способ достижения цели дает возможность более четко, чем ранее, обозначить взаимообусловленность институтов и экономического поведения.

Если целеполагание и экономические отношения являются субстанциональными характеристиками экономического поведения, то выбор опосредован нормами. Такое понимание позволяет формировать нормы как условия выбора и тем самым именно на этом этапе экономического поведения воздействовать на него за счет изменения субъектом его координат в экономическом пространстве.

Именно местоположение (координаты) субъектов в экономическом пространстве характеризует устойчивость тех экономических систем, элементами которых субъекты являются, или их неустойчивость как предвестник кризисного состояния. Это обстоятельство не отвергает цикличности процессов и наличия срока жизни явлений, благ и продуктов производственной деятельности. И даже, наоборот, подчеркивает необходимость развития институтов. С учетом отмеченного, новым содержанием наполняется известное положение о диалектике производственных отношений и производительных сил.

Во всяком случае, эта диалектика может служить не только методологии формационного подхода к развитию общества, но и методологии иных подходов. Отсюда, меняются методологические принципы и подходы к исследованию экономических отношений, которые традиционно рассматривались как синонимы экономического поведения.

Полагаем продуктивным постановку вопроса о том, каким образом формируются сами нормы (например, налоги), ибо нормы есть результаты человеческой деятельности. Следовательно, в нормах заложены возможности реализации экономических интересов. Чьих и каких? А в результате отсутствия ответов на эти вопросы люди, которые формулируют нормы, из экономического анализа сегодня фактически исключаются. Особенности их восприятия действительности (и будущего), особенности внутреннего процесса переработки информации и собственно принятия решения остаются без внимания экономической науки.

Отмеченное, т. е. рассмотрение норм как условий нестабильности существования экономического пространства, делает вывод о том, что все субъекты отношений в методологии институционализма свой выбор осуществляют через изменение своего положения (координат) в экономическом пространстве весьма значимым.

При введении новых альтернатив также возникает состояние реактивного сопротивления, так как создается «угроза» для старых альтернатив, вероятность выбора которых снижается. В результате полезность новой альтернативы сознательно принижается, а старых альтернатив – увеличивается.

С точки зрения теории ограниченной рациональности и вообще подходов поведенческой экономической теории, эта психологическая гипотеза вполне объяснима: переход к новой альтернативе может представлять большую тягость, нежели возможный выигрыш от принятия лучшей альтернативы. Поэтому возникает негативное отношение к новой альтернативе и новому вообще. Положение еще более отягощается тем обстоятельством, что вне контекста нашей позиции по структуре экономического поведения субъект вообще не представляет себе выбор как изменение своих координат в экономическом пространстве. При этом мы не оспариваем и не упраздняем выводы неоклассической теории полностью, а лишь предлагаем расширение области исследования на основе более полного учета мотивации экономического поведения.

Насколько концепция экономического пространства адекватна реалиям экономической жизни общества? Вероятно, как и всякая теория, она нуждается в проверке практикой. Но бесспорна необходимость преодоления прежних представлений о развитии общества, разработки новых подходов, реализующих представления о механизмах, принципах и т. п. организации хозяйствования. В этом смысле концепция экономического пространства выполняет методологическую функцию, без учета которой экономическая наука не может сегодня успешно решать проблемы, возникающие при анализе практики.

Итак, исследование реструктуризации экономического пространства, проявляющейся в вертикальной интеграции, делает возможным вывод о продуктивности пространственного подхода к анализу многоуровневой и многомерной экономики на основе использования таких уровней анализа, как нано-, номо-, микро-, мезо-, макро-, суб- мега. Возникновение уровней определяется как изменение плотности экономических отношений, а формулировки тенденций (законов), определяющих экономическое поведение, обуславливаются скоростью изменения плотности экономических отношений. Однако, в силу наличия таких факторов формирования экономических отношений, как интересы, потребности, предпочтения, ожидания, настроения, состояния, убеждения, вера, желания, инстинкты, привычки, правила и т. п., следует провести анализ роли государства как субъекта монополии на экономическое (единое институциональное) пространство.

Определяя единое экономическое пространство (территориально институциональное) как часть общего экономического пространства во втором разделе второй главы исследованы вопросы монополии государства на экономическое пространство. В результате сформулированы следующие выводы:

  • Субъектом макроэкономической системы является государство; оно в условиях многоуровневой экономики выступает производителем общественных благ, одним из которых в настоящее время выступает единое экономическое пространство.
  • Единое экономическое пространство как основа общественного воспроизводства, обеспечивающая его целостность как системы, включает в себя совокупность материальных условий воспроизводства и систему институтов. Процесс формирования единого экономического пространства в России инициировался государством, проходил «сверху вниз», в отличие от аналогического процесса в европейских странах, где его характер может быть определен как эволюционный.
  • Единое экономическое пространство в условиях российской экономики обладает свойством коммунальности, которое подразумевает наличие связей между его элементами и использование его как единой нерасчлененной системы в форме чисто общественного блага.
  • Монополия собственности на экономическое пространство принадлежит государству и реализуется через изъятия рентного характера, принимающие форму платежей за пользование элементами экономического пространства и акцизов. Эти изъятия являются пространственной рентой, которая многофакторна. Для реализации социальной и воспроизводственной функции ее использование должно иметь целевой характер.
  • Экономическое пространство и формы реализации собственности государства на него в России находятся в стадии становления, одним из проявлений этого процесса служит усиление роли рентной составляющей доходов бюджета; в долгосрочной перспективе необходимо значительно увеличить долю и размеры неналоговых поступлений и акцизов.
  • В условиях свободной конкуренции хозяйствующий субъект обладал хозяйственной властью – властью над собственными факторами производства, не выходящей за рамки его хозяйства. Параметры внешней среды его формировались спонтанно. Субъект из внешней среды получал не только необходимые ему блага (средства производства и предметы потребления) в обмен на произведенные им товары, но и общественные формы производства. Хозяйствующий субъект в условиях свободной конкуренции экономической властью не обладает.
  • Возрастание роли несовершенной конкуренции приводит к трансформации экономического пространства: оно становится настолько неоднородным, что некоторые хозяйствующие субъекты получают возможность формировать свое властное экономическое пространство, в рамках которого могут создаваться, кроме благ и услуг, общественные формы производства, т. е. институты извлечения управленческой (статусной) ренты.

Заканчивается исследование анализом феноменов пространственной институционализации экономических взаимодействий.

Рассмотрение экономического пространства в качестве предмета экономической теории позволяет выявить как всеобщие, так и единичные пространственно-временные институциональные закономерности организации экономической жизни общества.

Лауреат Нобелевской премии по экономике 2000 года Джеймс Хекман занимается разработкой теории и методов статистической выборки. Хекман убедительно доказал, что если не учитывать отличия тех участников статистического обследования от тех, кто не охвачен обследованием, то это может существенно исказить результаты обследования. Эти ненаблюдаемые факторы (unobservables) Хекман называет гетерогенностью (heterogeneity). Игнорирование факторов такого рода приводит к тому, что статистический анализ экономических отношений и процессов приводит к неправильным решениям. Позиция Хекмана для концепции экономического пространства весьма значима в той части, в которой речь идет об анализе экономических отношений, хотя они в литературе все чаще и чаще не являются предметом анализа исследователей. Работ, в которых бы исследовались свойства, структура, виды, типы, формы экономических отношений в логике современной экономики, весьма недостаточно для формирования экономической науки.

В то же время, практика социально-экономических отношений хозяйствующих субъектов все более жестко ставит перед экономической наукой вопросы, связанные с потребностью синтеза знаний, логической обработки стремительно увеличивающейся по своему объему и многообразию информации (даже в пределах классически очерченного предмета экономической науки, несмотря на его изменение). И в этом ракурсе, казалось бы, следует обратиться к общей теории систем как программе синтеза наук. Но дело в том, что экономическая теория не может сегодня идентифицироваться в ряду традиционной классификации наук (правда, этот тезис требует специального доказательства за пределами нашего исследования), но в то же время должна давать системное видение своего предмета.

Пространственный подход имеет не менее двух ракурсов применения: единое экономическое пространство (ландшафтное институциональное) и общее экономическое пространство (многомерное объемное). Наиболее общепринятым является предмет единого экономического пространства, в рамках которого анализ осуществляется сравнительно давно. Зачастую в этом случае экономическое пространство отождествляется с хозяйственной системой, функционирование которой оценивается на основе экономического роста, симметрии развития. Так, например, пространственная сущность нового качества экономического роста проявляется в существовании «точек (полюсов)», где в наибольшей степени присутствуют его свойства и характерные черты. Теоретические и концептуальные основы пространственного сосредоточения исследуемого объекта лежат в теориях неравномерного развития мировой экономической системы.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.